Глава 12

Согласно этикету, нельзя было явиться ко двору в домашнем платье.

Крейген позаботился, чтобы у нас с Алисией не было недостатка в модных нарядах, но всё же испорченное платье, цвета молочной пены, с расшитыми по подолу маками, нравилось мне больше прочих. И больше остальных подходило для визита к фаворитке короля.

Праздничное, модное, но скромное, чтобы не затмевать любимицу его величества. Оно сразу показывает моё место: где-то между провинциальной вдовой и скромной особой, стремящейся найти не менее скромную, полагающуюся ей по статусу, партию.

И никакого намёка на положение невесты дракона.

А собственно, плевать!

Если верить Серцилии, а я ей верила в этом вопросе, то оденься я хоть в монашескую рясу, всё равно прошипят вслед: «блудница»!

— Это призрак! Больше некому! — причитала Глория. Я видела, что она опасается обвинения в порче наряда, и поспешила заверить, что верю в её историю.

— Это артефакт. Довольно простой, вот, смотрите, Вероника, — Драйзен был непреклонен. Он залез под подол платья и показал мне приколотую золотую булавку. — Драконьи штучки, для них такое изготавливают. Ткань покрывается масляными пятнами, их не выведешь. Этот наряд придётся выбросить.

Он не сказал больше ничего, но посмотрел на меня, и я угадала его мысли: «Человек подколол булавку, и горничной это сделать проще всего».

Я и так это понимала, и Глория, судя по её испуганным глазам, тоже. Но сейчас допытываться до правды времени не было.

— Приготовь изумрудное платье, которое с рисунком под чешую.

— Смело, — заметил Драйзен, и я снова заметила в его взгляде одобрение.

Я принадлежу драконьему гнезду, так пусть все это видят!

И снова мы с Алисой оказались в королевской резиденции, на этот раз нас пригласили на более пышно и богато обставленную половину.

Здесь в приёмной было не протолкнуться от желающих засвидетельствовать своё почтение мадам Россел, фаворитке короля. Но принимала она не всех, даже не так: того лишь, кого хотела видеть в данный момент.

Я боялась встретиться с первым министром и здесь, но его видно не было.

— Что мне говорить этой мадам? — тихо спросила Алиса, испугавшись скопления народа.

Она всегда боялась очередей в поликлинике, здесь было нечто подобное. Кто-то сидел важно на скамеечках и мягких диванчиках, прочие стояли вдоль стен и с надеждой ловили взгляд молодого камердинера мадам, с деловитым и высокомерным видом принимавшим прошения. Устные и письменные.

— Отвечай кратко, как мы и договаривались. Да, госпожа. Нет, госпожа. И во всём с нею соглашайся.

Вскоре камердинер назвал мою фамилию, и нас пригласили в столовую фаворитки, где был накрыт фуршетный столик с фруктами и сластями.

Мы вошли и присели в реверансах, ожидая позволения встать, а когда получили его, я подняла глаза и увидела короля.

Короля рядом с его стройной дамой, светловолосой, голубоглазой, миловидной леди с жёсткой линией рта, добавлявшей к её возрасту добрый пяток лет.

— Ваше величество, — пролепетала я, кланяясь рыжебородому упитанному монарху.

— Миледи Клермонт, — кивнул он, оценивающе глядя на меня. — Вот леди Россел разрешила мне посмотреть на вас вблизи.

Фаворитка притворно засмеялась, обнажив мелкие, как у мыши, зубы.

— Я не могу ни в чём вам отказать, мой король, — произнесла она грудным голосом. В такой можно и влюбиться!

— Мы рады быть полезными вашему величеству, — произнесла я первое, что пришло на ум.

Я опасалась, как бы Алиса не сказала лишнего или не застопорилась настолько, что не смогла бы ответить, когда её будут спрашивать.

Украдкой посматривала на дочь, но та лишь приветливо улыбалась.

— Подойди, дитя! Я хочу посмотреть на полукровку драконов.

Алиса аккуратно вывернула ладошку из моей руки и приблизилась к столу, возле которого стояли король и фаворитка. Монарх нюхал срезанную белую розу, такая же была вставлена в петлицу его камзола.

Я заметила также, что белая роза вышита на гобеленах, украшающих обеденный зал. Видимо, это герб леди Россел.

— Ты умеешь превращаться в дракона, малышка? А научишь меня?

Леди Россел, как и большинство женщин, не имеющих собственных детей, считала их глупыми и наивными настолько, что они не заметят насмешки.

— Я сама только научилась, миледи, — пролепетала Алиса, подняв глаза на фаворитку, что уже было плохим предзнаменованием.

Король продолжал молчать, я смотрела на дочь, но чувствовала, что меня оценивают. Не как ведьму, как женщину.

— Какая премилая вещица! И дорогая, это драконьи рубины, если не ошибаюсь, — в сладкоречивых словах фаворитки проскользнула зависть. Драконьи камни, за них тут шла битва. А когда леди Россел узнает, что за браслет появился у королевы, то совсем позеленеет.

— Кто тебе это подарил?

— Дядя Крейген, миледи.

Пока всё шло хоть и туго, но терпимо. Сейчас эти двое удовлетворят любопытство, и нас отпустят.

Впрочем, я напомнила себе, что должна что-то сделать. Например, упасть в ноги королю и попросить его о милости.

— Ваше величество, если я правильно понимаю законы королевства, то имущество уличённого в использовании Драконьей жилы без вашего высочайшего на то позволения подлежит выдачи в казну? Может, позволите мне начать сейчас? Эта брошь будет хорошо смотреться на моем платье цвета лунного серебра! — захлопала в ладоши фаворитка, и я почувствовала, что сейчас стукну её по наглому острому носу.