Глава 8. Рома

– Может, просто для галочки меня отметишь типа как клиента? – бросаю Тимуру, моему очередному другу-бизнесмену. Только в отличие от Гриши, он завладел более специфичным бизнесом: секс-клубом «Темнота». Типа люди приходят туда удовлетворять все свои самые порочные фантазии на условиях полной анонимности. С тем, кого даже не увидят. Гарантии, что это будет максимально подходящий под желанное описание человек, предоставляют. Как и гарантии того, что тут не проходной двор и не разнообразие половых болячек. Сюда идут самые обычные люди – ну, из тех, кто потянет ценник. Проверки здоровья обязательны. Тим попросил сегодня поприсутствовать и меня. Клуб открыт сравнительно недавно, ему нужен пиар. А я с некоторых пор не последний человек в мире бизнеса и какой-никакой медийности. К моему мнению прислушиваются, и в определённых кругах оно даже как знак качества. Хотя по факту у меня строительная фирма, но харизма решает всё. Да и половина Москвы уже застроена по нашим проектам. – Ну нееет, – хмурится Тимур. – К нам девчонки и так особо не ходят, а ты точно привлечёшь их внимание, начнут потихоньку наведываться. Что тебе стоит просто потрахаться в необычной обстановке? Ты ведь и без того по большей части случайными связями обходишься, а тут новый опыт. Ну в какой-то степени он прав… Хоть и мои связи не сказать, чтобы случайные: по клубам девок не цепляю. В основном знакомые легко разводятся на ничего не значащий перепихон. И нормально общаемся дальше. – Я так понимаю, тебе главное, чтобы я как бы случайно засветился заходящим и выходящим оттуда, – бросаю небрежно. – Давай организуем именно это, а там посмотрим. Если кто из посетительниц вдохновит, поучаствую. Тимур хмыкает: – Ну вообще-то концепция клуба предполагает анонимность, ты не должен знать, с кем будешь. Так впечатления ярче, эмоции новые, раскрепощает это тоже. Сам же усмехается, видя по моему взгляду, что похер на всё это. С раскрепощением и без того нет проблем: ни с моим собственным, ни у девчонок, которые попадают в мою постель. Уж знаю, как их пробудить и вдохновить на всякое-разное. Раскрываются на раз-два. – Но тебе в качестве исключения можно выбрать девчонку не просто по описанию, а по фото. В первый раз пусть будет так, а там, если придёшь ещё раз, всегда можешь попробовать на общих условиях, – в итоге решает Тимур. – Как я уже говорил, наши посетители не из тех, кто по неразборчивым беспрерывным связям, скорее просто заскучавшие одиночки или заебавшиеся в браке, уж не знаю. Те, кому лишь бы потрахаться, платить такие бабки за вход не станут. Тут ищут острых ощущений, не больше не меньше. Ты точно не подхватишь ничего. Тимур так старательно меня убеждает, что уже не вижу смысла отмахиваться. Видно, что друг загорелся своей идеей, искренне за этот бизнес радеет. Каким бы специфичным он ни был. – Ладно, кто там на сегодня зарегистрировался? Давай выберу, – соглашаюсь, на что мне тут же поворачивают экран. Просматриваю имена, фамилии, фотки… Мужчин и вправду больше, и многие обломятся: девчули свои критерии набросали, не всякий под них хотя бы одним качеством подойдёт. Спотыкаюсь взглядом о некую Воронину Валерию Марковну. С виду простая информация, ничего примечательного, но фото… Фото… Да чтоб меня! На фото Тася. В тёмном парике, ярко накрашенная, совсем нетипично одетая. Но, блять, она! Узнаю же. Сразу. Не спутаю ни с кем… – А фотки тут точно у всех свои? Или какие присылают, такие присылают, не проверяете? – не отрывая от неё взгляда, уточняю. – Обижаешь, – усмехается Тимур. – Мы сами их делаем, регистрируя посетителей. Ведь нам потом предстоит по парам их распределять на основе предпочтений и в тёмные комнаты отправлять. Фотки самый свежак. Получается, это она?.. Но нахрена? Вроде как счастливый брак. Ещё не под своим именем… В парике… В башке мешанина невообразимая. Ничего не понимаю и вроде как не хочу даже вникать, но не отпускает никак. Я мало того, что нашу встречу с Тасей никак забыть не могу, а теперь ещё и это… Вдруг накрывает от мысли, что эта дурочка вроде как собирается трахаться непонятно с кем в темноте. Накатывает таким бешенным неприятием, что остаётся охреневать с самого себя. Так-то Тася постоянно ложится под ублюдка, которого готов разорвать голыми руками – и ничего, жил же я как-то с этим пониманием. Да и с того благотворительного вечера она резко дёрнула своего муженька как раз для того, чтобы поебаться – это мне Гриша рассказал, слышал, как она шептала на ухо долбанному Ване про то, как его хочет. И как бы нет, я после этого не слетел с катушек и не пошёл прямо к парковке разносить все тачки в поисках той, где эти двое сношались. Прекрасно понимал, что ничего этим не добьюсь и что пора уже притормаживать в целом по Тасе. Успокаивал себя тем, что меня так штормит от неожиданной встречи – ни больше, ни меньше. Но сейчас… Сейчас я просто не могу допустить, чтобы Тася пошла на это. Вот не могу, и всё тут. Внутри всё надламывается и стрёмно ноет при одном только представлении о ней обнажённой и уязвимой в темноте… И пусть она тогда поступила со мной по-свински. И пусть я как будто опять теряю нахрен голову, просто даже думая о ней… Но ведь она не стала бы сюда заявляться, не будь в раздрае полном. Хоть мы и не виделись уже пять лет, а я всё равно уверен, что знаю Тасю. И она в отчаянии. Тут всё нетипично: и её внешний образ, и сама регистрация в этот клуб, да ещё и под чужим именем. – Ну что? – как ни в чём не бывало интересуется Тимур. У него-то мир прямо сейчас не переворачивается вверх тормашками и обратно. – Выбрал кого-нибудь, или в другой день пойдёшь? Варианта, что я просто для галочки засвечусь, он даже не рассматривает. Впрочем, я уже тоже. – Выбрал, – решительно выпаливаю. – Леру эту, – показываю. – Сегодня, да? – Да, она сегодня вечером придёт, часикам к пяти, – довольно соглашается Тимур, проверяя информацию по Тасе. – О, кстати, она в пожеланиях по партнёру почти твой портрет прям описала. Идеально подходишь под её критерии. Вот как?.. И рад бы не думать об этом, отбросить как неважную информацию. Вряд ли меня прям до татуировок там описали. Но… Не думать об этом всём просто не получается. Может, это наша встреча так повлияла на Тасю? Её тоже торкнуло? Вспоминаю, как она сама потянулась меня целовать на нашем первом свидании… Я тогда даже особо не рассчитывал ни на что. Как из другого мира для меня эта девчонка была. Трогать лишний раз не решался. Зато потом как дорвался… Аж до сих пор не отпускает. И ведь вполне возможно, что не меня одного. Какой бы абсурдной ни казалась эта мысль, учитывая предательство Таси, совсем исключать её нельзя… Не буду ни во что верить, рассчитывать, ждать. Будь что будет. Просто поскорее бы уже пять вечера… ********** Темнота действительно беспросветная. Без понятия вообще, что в комнате, но явно нет ничего, обо что можно споткнуться и раниться. Под ногами мягко, приятно… Кровать по очертаниям понятно где. Задерживаю дыхание, когда дверь открывается. Тася тут… Остро чувствую, что это она. Хоть и не рядом пока, но у меня от напряжения аж сердце не колотится. Как будто разорвётся нахрен, если сделает хотя бы удар. А она меня чувствует? Опять становлюсь безнадёжным поплывшим идиотом. Я ведь охренительно близок к тому, чтобы выпалить ей, кто я такой и допытываться, что происходит. Почему она здесь. Почему, чёрт возьми, критерии для партнёра и вправду указала точь-в-точь мои. И да, вплоть до татуировок, как оказалось. Они были её очередным пожеланием… Да шло бы всё нахрен! Так с ума сойти можно. Я здесь и она здесь – причём пришла за самыми конкретными действиями. За действиями, при мысли о которых аж в висках шумит. Болезненно хочу – даже жажду. И терпеть не намерен. Всё потом… Мысли тоже. Сейчас только я и она. Мы. Резким рывком сокращаю между нами расстояние и сразу целую. Чувствую, как она тут же дрожит… Но не притормаживаю даже ради того, чтобы уловить: узнала, или нет. Держу за шею, толкаясь языком в губы, узнавая всё тот же нежно сладкий запах, пропитываюсь им, хочу себе забрать! Лёгкий стон мне в губы окончательно уносит, срывает последние тормоза. Вжимаю Тасю в себя, уже её волосы в кулак сжимаю, давая волю рукам. Второй по хрупкому телу блуждаю, лапаю грудь, шлёпаю попу, стискиваю талию, потом почти нежно глажу… Шансов хоть немного соображать у меня нет, потому что девчонка в моих объятиях тоже ни разу н бездействует. Горячо дразнит языком мой язык, то и дело постанывает, сама ко мне прижимается крепче. И целует, целует, целует… Как остановиться не может. Я, впрочем, тоже. Но я-то дорвался, а у неё что в башке вообще? А похрен. Меня разве что не мурашит от её настойчивого языка, от исходящей от неё жадности и ненасытности. От такого и моё безумие словно сильнее затапливает, а и без того оголодало набрасываюсь. Её пальцы тоже в моих волосах, перебирают, сжимают, даже чуть дёргают. А вторая рука цепляет ворот моей футболки вверх, недвусмысленно намекая, что пора бы избавляться от одежды. Быстро отстраняюсь, чтобы и вправду скинуть футболку. И сам жажду кожа к коже и как можно более интимно. Чувствовать Тасю всю.., Её пальцы тут же пробегают мне по торсу, причём словно прочерчивая узоры татушки. Той самой, которую сделал ещё во время наших отношений. Всё-таки узнала? Неожиданно чувствую чуть ли не уязвимость. Аж замираю, внимая тому, как ладони Таси, впитывая мой жар и неровное дыхание, движутся ниже… Меня кроет от ощущения её пальцев на моей коже. Потом и губ, которые целуют мне шею. Всегда было похрен на подобные безобидные ласки, но сейчас как будто вот-вот задохнусь от ощущений. Заминка, во время которой я уже на полном серьёзе собирался обратиться к Тасе, не длится долго. Какие могут быть разговоры, когда она так жадно меня трогает? Пусть не узнаёт. Пусть это даже всё не мне… Главное – не останавливаться… Поднимаю её к себе, несу в кровать. Укладываю, практически не отрываясь от нежного тела, которое уже нетерпеливо покрываю то засосами, то укусами. И абсолютно наплевать, что её мудак это всё увидит… Тасе в этот момент, кажется, тоже безразлично это, вряд ли вообще думает, что мои следы очевидно останутся на ней. Девчонка дезориентирована напрочь, выгибается подо мной, дышит рвано, громко. Ещё и трётся о мой стояк, на что я делаю несколько грубых движений бёдрами. Почему мы всё ещё одеты, не считая дурацкой футболки? Быстро исправляю это, но в первую очередь на ней: сдохну просто, если не коснусь полностью обнажённой кожи на всех местах. Тася помогает мне избавлять её от одежды, и вот я уже припадаю губами к груди. Такой небольшой, упругой, нежной… Вообще ни разу не изменилась за это время. В том числе и в плане чувствительности – девчонка протяжно стонет, когда я обхватываю губами твёрдый маленький сосок, когда веду по нему языком, чуть толкая… Я думал, буду грубо брать Тасю, не размениваясь ни на что: выплёскивая всю ту боль, что, блять, до сих пор во мне сидит. Но на деле насытиться не могу, как будто даже боюсь, что если остановлюсь и перестану её трогать, чувствовать, целовать – исчезнет безвозвратно. Происходящее между нами острее чуть ли не всего, что испытывал в жизни, но она всё равно уже как будто даже сейчас ускользает. И меня буквально затапливает отчаянием от невозможности её сохранить, впитать в себя… С груди спускаюсь ниже, продолжая оставлять засосы на нежной коже. Уносит от реакции и отзывчивости Таси: она уже явно не знает, за что хвататься, цепляясь пальцами то за бельё под нами, то мне за волосы, то за плечи. А в итоге не способна ни за что уцепиться, лишь громко стонать и дышать так же рвано и шумно. Жаль, что я не вижу её лица сейчас. Да и тело лишь смутными очертаниями. Впрочем, фантазия услужливо напоминает всё до мельчайшей детали вроде крошечной родинки под левой грудью. Быстро расстёгиваю на себе ширинку: пора совсем без одежды. Где она вся валяется, вообще неважно. Ничего неважно, кроме того, что Тася лежит передо мной изнывающая, с раздвинутыми ногами. Мну ладонями мягкую округлость попы, поднимая их выше. Сгибает в коленях… Девчонка пластичная довольно-таки: в своё время мы какие только позы ни пробовали. И да, всё это чуть ли не сразу после лишения её девственности. Я быстро пробудил в Тасе чувственность. Сама на меня набрасывалась… Блять. Вот можно не думать о прошлом, а? Горячо дышу ей по коже, спускаясь ниже… Дрожит, конечно. И в нетерпении, и в предвкушении, и от мурашек явных, появляющихся прямо вслед за моим дыханием. Обдаю им между ног, где, увы, всё ещё трусики. Интересно, какого цвета? Хотя не так интересны они, как то, что прячут. Вдыхаю запах её возбуждения: всё та же солёная карамель по вкусу. Это, пожалуй, самое точно сравнение, а вообще, тут никакие не подобрать. Штырит от её запаха, вкуса, нежности. Трусики срываю одним рывком, благо, Тася сразу помогает, приподнимаясь так, чтобы они нам перестали мешать. Я не особый любитель куннилингуса, но эту девчонку готов вылизывать всю. Собственно, этим и занимаюсь: сжимаю её бёдра, раздвигая ноги так, как максимально удобно мне и чуть поднимая их. Язык сразу ныряет между охрененно влажных складочек, безошибочно находя пульсирующую дырочку. Хотя по-прежнему жесть как темно. Член уже изнывает, пока я трахаю Тасю языком, а не им. А она чуть ли не скулит, кладя дрожащие ноги мне на плечи. И пальцами снова в волосы мне цепляется, не представляя, что от этого меня сейчас кроет только больше. Как и от любого проявления её страсти. Губами засасываю, а языком щекочу и маленький клитор, и лепестки чуть ниже, и снова подбираюсь ко входу… Подключаю и пальцы. Сначала ставлю их на клитор, теребя его и высекая из Таси просто беспрерывные стоны, а потом решаю поменять местами губы и пальцы. Потому что пальцем я сильнее прочувствую, каково будет члену внутри… Как будто мне, блять, мало того предвкушения, что есть сейчас. Да оно же с ума сводит! И да, в этой девчонке так тесно и влажно, горячо и желанно, что нахер предварительные ласки. Пусть кончит от члена, а не от пальцев и языка. Да и вообще… Пусть лучше просит об оргазме, а не по умолчанию его получает. И просит пусть своим голосом. Вслух. Полностью себя разоблачая, полностью сдаваясь мне. Как бы я ни кайфовал от её оргазмов – это стоит того, чтобы потерпеть без них. Поэтому пока в неё я не войду… Вижу же, что на взводе Тася. Может кончить и от парочки моих движений, обломав мои планы. Так что пусть разрядит меня, чтобы мы могли подольше растянуть её наверняка сладкую, но наверняка пытку. Становлюсь перед Тасей, требовательно сдвигая её ниже. Без лишних слов… Первой заговорит она. А так и без того меня понимает: даже в этой беспросветной тьме, где мы не видим лиц друг друга и только чувствуем, чувствуем, чувствуем…