Дубль одиннадцатый. Два плюс неизвестность
Савелий
Дни, наполненные Ярой, пролетали стремительно. Мы с братом теперь жили взахлёб, почти не встречались и всё больше общались по телефону. Я улыбался, откинувшись в кресле и прислушиваясь к двум самым дорогим и единственным мне людям. Сергей чувствовал себя счастливым. Яра – любимой и влюблённой. Я тоже был влюблён в неё и счастлив. Приятное чувство окутанного одеялом сердца щемило душу нежностью к этой удивительной девушке. Хотелось позвонить ей, услышать её голос, но она с Сергеем.
Тёмной тенью метнулась мысль, что пора рассказать Ярославе о том, что нас двое, но я даже представить не мог, как это сделать. Иногда казалось, она сама уже догадалась. Порой её взгляд становился таким внимательным и изучающим, и разглядывала она меня так пристально, что я ждал что-то вроде «ты не Сергей…» Но каждый раз Яра отбрасывала эту мысль – я чувствовал это по той лёгкости, что сменяла внезапно возникшее напряжение. И именно потому, что оно было, я откладывал признание. Ждал, когда почувствую приятие Яры двух мужчин в её жизни. Она не могла не заметить, что мы с братом разные. Совершенно одинаковые внешне, но начинённые непохожими пристрастиями, взглядами, мнениями и прочими ментальными атрибутами человеческой души.
Я очень хотел Яру. Но не хотел лишать себя счастья слышать своё имя из её сладких уст. Мне нужен с ней осознанный секс, чтобы она знала, что это я – Савелий Чертополох – люблю её всей душой, сердцем и телом. Когда брат занимался с ней сексом, я чувствовал его дикую страсть и наслаждение, мучился от желания присоединиться, изводился от нетерпения и представлял нас в постели троих… подливая возбуждения в тело брата. Даже Лизу мы так не чувствовали, как эту пепельную девушку, а ведь Лиза тоже сенситив, хоть и слабый. Яра обладала интуицией – я иногда улавливал её предчувствия, – но отметала её подсказки. Если бы с Сергеем могли вот так же отмести свой проклятый дар и не жить сиамскими близнецами.
Взглянул на часы – скоро брат отвезёт Яру домой. Нам предстоит ещё заняться делами. А потом…
Эта ночь будет нашей с Ярой.
***
– Ты даже не поднимешься? – удивлённо спросила Серёжу в губы – мы целовались всю дорогу из ресторана домой, и тело просило продолжения.
– Увидимся вечером, ещё есть сегодня дела, – улыбнулся и снова накрыл мой рот поцелуем. – И надо найти квартиру для званого ужина, в твою коммуналку не пригласишь четверых, – добавил, всматриваясь в мои глаза, прижав наши лбы друг к другу и зарывшись пальцами в мои уже взбитые им волосы. – Ты такая классная, Яр-ра… – пророкотал, прокатив по коже дрожь желания. Кто-то спускался на лифте, у которого мы никак не могли расстаться, и я выпрямилась, одёрнула задравшийся подол платья. – Ночью тебя ждёт сюрприз, – прошептал в ухо и последний раз коснулся поцелуем моих губ.
– Ты позвонишь, когда тебя ждать?
– Отопри дверь в полночь, – улыбнулся загадочно и сбежал вниз по ступенькам как раз в том момент, когда лифт остановился на первом этаже.
Того, кто вышел из него, я встретила глупой улыбкой и розовыми щеками. Сегодня я чувствовала себя счастливой и любимой, это непередаваемое ощущение окутанного теплом сердца говорило больше всех слов. Сергей ещё не признался, но я уже знала на сто процентов, что он меня любит. А я люблю его. И от этого хотелось петь и танцевать, а трепетное порхание внизу живота бабочек, разбуженных парнем, наливали плоть желанием. Хотелось запустить руку в трусики и сбить его, но я решила дождаться своего мужчину и разделить страсть с ним.
Квартира встретила тишиной – мои соседки, казалось, сумели раздвинуть свои личные сутки часов на шесть и работали теперь ещё больше. Можно было выпустить Локи ползать по комнате, не боясь, что даже если он выберется из неё, никого не напугает. Достала размораживаться тушку цыплёнка для своего питомца, плотно прикрыла дверь на балкон и открыла террариум.
– Ну что, малыш, завтра уже начнём репетировать. У нас всего месяц до начала съёмок.
Локи реагировал на вибрацию моего голоса, смотрел внимательно, высовывая длинный язык, будто понимал, что я говорю. Я оставила его самостоятельно выбираться на волю, сняла платье, оставшись в одних трусиках, и включила ноутбук, чтобы подобрать восточную музыку, которая бы оставляла простор для импровизации – мои движения должны подчеркивать пластику непредсказуемого животного. И пора обновить свой запас танцевальных позиций, поработать над пластикой и растяжкой.
Локи забрался на меня, окутав приятным теплом своего тела ногу, пополз выше по ягодицам и пояснице, скользнул подмышку и под грудью и заполз на ноутбук, скручиваясь на нагревшемся лэптопе прикорнуть.
– Нет, друг, иди-ка ты тогда в свой домик, не мешай мне…
Звонок скайпа прервал диалог с питоном – звонила Светлана.
– Приве-ет-ет, Ярка! – завопила всегда жизнерадостная подруга, а Веник за её плечом с широкой улыбкой замазал мне руками. – Как ты там?!
Они оба были полуголые и звонили с пляжа. Я видела лазурное море и белый песок, яркий солнечный день, пальмы и полосатые шезлонги, а в руке у подруги был бокал с тропическим коктейлем с зонтиком и долькой какого-то фрукта – моя мечта, воплотившаяся не у меня. Я часто разглядывала подобные картинки райского отдыха и мечтала увидеть это вживую… ну, почти так и случилось сейчас: скайп – это почти вживую.
– Я, кажется, влюбилась… – призналась в первую очередь себе, порепетировала то, что хотела сказать Сергею.
Света закатила глаза:
– Ой, ну как будто я этого не видела! Давай новости посвежее!
– Меня пригласили участвовать в «Званом ужине»!
– Оу! Да ладно?! – подруга завизжала, сдав кулачки. – Круто! Неделя съёмок! Месячная зарплата в кармане! А если выиграешь!.. Отпад!
– Выиграю! Сережка познакомил меня с итальянским шеф-поваром, он мне устроил мастер-класс. Так что меню готово. Осталось отрепетировать танец с питоном.
– Я тоже хочу поучаствовать!
– В танце? – я уже стала прикидывать, может, и правда привлечь подругу, пусть сверкнёт на экране лишний раз.
– В программе! Не знаешь, они уже весь состав пригласили?
– Ну, наверное, попробуй отправить кастинг-директору анкету… Постой, вы же еще месяц будете там, как ты собралась готовиться? Хотя съемки как раз через месяц и начнутся… – я замолчала, оценив расстроенный вид подруги.
– Мы завтра вылетаем домой, – грустно сказала света. – Веника вызвали на работу, какое-то шоу новое крутое шоу готовится, хорошие ставки. Так что…
– Даже не знаю что сказать… – я состряпала горестное выражение лица, но потом заулыбалась, не скрывая радости: – Ура-а-а! Да здравствует новое шоу!
Подруга рассмеялась.
– Я же знала, что ты обрадуешься! Ну всё, дорогая, мы пошли наслаждаться последним днём в раю! До встречи на работе!
Света отключилась, а я перевернулась на спину, улыбаясь – мои друзья вернутся очень скоро! Это на самом деле радовало. Несмотря на то, что Сергей занимал все мои мысли и старался то же самое сделать и с моим свободным и не очень временем, я скучала без живчика Светланки. Хотелось пошептаться по-девчоночьи, посплетничать и помечтать о счастливом будущем.
Вернула питона на место, разобрала на запчасти тушку цыпленка, положила в его кормушку и снова принялась нарезать из видео фрагменты с подходящими мне танцевальными движениями и попутно искать сценический костюм в-ля Шахерезада на современный лад: трусики-шортики и лиф, соединённые паутинным переплетением тонких руликов – голым телом ощущать движения питона куда удобнее и ему тоже скользить по голому телу гораздо легче, а это даёт простор для импровизации, потому что на скользкой ткани змея старается крутиться только вокруг плеч и шеи…
Савелий
– Ты сегодня сияешь, как самовар, – заметил, когда Сергей вошёл домой.
Он был возбуждён и только что не ходил колесом. Я улыбался – у него не было шансов не влюбиться в Яру. Настроение брата било в рёбра сильными ударами ошалевшего сердца, его энергия захлёстывала, а возбуждение щекотало пах и низ живота.
– Кажется, даже к Лизке я не испытывал такого! У меня сердце будто выросло, раздулось, как дирижабль, и пульсирует!
Да, у моего старшего большое и горячее сердце. Я улыбнулся.
– Вот и отлично. Сбавь гормональный выброс, солнце ещё высоко. Надо работать, – пошутил, не слишком надеясь, что Сергей вот так сразу возьмёт себя в руки.
Я и сам был взбудоражен своими чувствами, его и Яры – любимую девочку я стал чувствовать как брата. Она – человек-цель, и я уже не смог бы выдрать её из себя без ментальной крови. И не хотел этого делать. Если у нас троих не получится, как и предложил брат, мы просто отправимся в Тибет.
А пока…
– Рекламное агентство подтвердило сет на нужную декаду, билеты, программки, афиши и прочее утвердили, осталось подтвердить адрес шоу. Костюмеры на неделе отберут ткани, труппа уже получила сценарии. Осталось договориться с площадкой и начинать репетиции.
– Рублёво ты не рассматриваешь? – сразу посерьёзнел Сергей. – Вот вообще ни разу.
– Дом культуры – в этот раз не наш масштаб. Мы впервые делаем настолько оригинальное шоу, я мечу на Большой театр, а ты снова предлагаешь уровень детских праздников. Нет, я не рассматриваю Рублёво никак, – категорически покачал головой. – Мы не для того год работали над сценарием и отрабатывали идею…
– Ты во всём прав, Сава, но не учитываешь, что это НАША идея, и я тоже имею право голоса. К тому же нам никто не мешает обкатать шоу на малой сцене, и если оно получится, как задумали – снять площадку крупнее. Ведь можно двигаться от малого к большему.
– Не в мире шоу-бизнеса, – не согласился с братом.
Он, в сущности, ничего не понимал в том, в чём впервые принимал участие. И я уже даже жалел, что первый свой масштабный продюсерский проект согласился реализовать с ним. Один его договор с Асланом – человеком, который мановением руки мог перекрыть кислород любой труппе или артисту – вызывал у меня недоверие. Хотя этот монстр культурного столичного поприща и был приятелем отца, я чувствовал между ними какое-то напряжение, а после гибели родителей Аслан как-то сильно закрутился на близкой к нам с братом орбите. Лишь отец держал его интерес подальше от и нас с братом, но вечный шалопай Сергей будто вместе с родителями потерял разум, раз за моей спиной решил иметь с ним дела. Я ощущал вину и даже страх брата, когда речь заходила об этом человеке, и это было понятно: Барышников Аслан Альбертович по-мелкому не играет, и если он взял брата в оборот, выпьет кровь, выпотрошит до последней жилы, но добьётся того, что задумал.
Но вот что?
На это наша с братом связь не давала ответа. Как и сам Сергей.