ГЛАВА 18

Передо мной снова шумел зеленый лес. Ему вторил негромкий рокот реки, бегущей под поваленным деревом. Вербена (я никак не могла привыкнуть называть ее иначе), как и в прошлый раз, сидела на огромном, покрытом зеленом мхом валуне.

Я приподнялась с шелковистой травы и прислонилась спиной к одной из сосен. Ее шершавый, нагретый солнцем ствол чуть царапал обнаженные плечи, но не вызывал неприятных ощущений. Они появлялись лишь при взгляде на благородное лицо моей собеседницы.

Она грустно улыбнулась.

— Ты злишься, я знаю.

Я язвительно фыркнула.

— Не думала, что это настолько очевидно!

Вербена покачала головой. Где-то позади нее вспорхнула стайка мелких птиц.

— Ты имеешь право негодовать. Я действительно не спросила твоего мнения, когда затеяла все это. Наверное, потому что понимала: ты не согласишься.

— А других вариантов не было?

— К сожалению, нет. Мне нужна была именно ведьма, а души с таким даром встречаются редко. Во всех мирах.

Видимо, я должна была почувствовать себя исключительной и возгордиться, но вместо этого меня накрыла новая опустошающая волна усталости и разочарования.

— Смерть леди Рейс и правда случайность? А моя авария?

Вербена с возмущением уставилась на меня, ненадолго растеряв все свое достоинство.

— Ты же не думаешь, что я это подстроила? — Встретив мой взгляд, она тяжело вздохнула. — Ясно, думаешь. Нет, ты зря подозреваешь меня в такой подлости. В первую очередь потому, что это попросту не в моих силах. Мертвые тоже подчиняются определенным правилам.

В памяти всплыл сырой темной коридор, и я нахмурилась.

— Перед тем, как я очнулась в этом мире, я видела кое-что странное.

Мне не понадобилось ничего добавлять. Вербена поняла с первых слов.

— Твоя душа металась в поисках пути, — пояснила она. — Она замерла между небом и землей, и именно это позволило мне подтолкнуть тебя в нужную сторону. У меня нет власти над душами тех, кто уже определился.

Я сглотнула. Получается, если бы не ее вмешательство, я бы впала в кому?

— Сложно сказать, — тихо откликнулась Вербена, прочитавшая мои мысли. — Ты могла быстро найти нужную дверь и очнуться в своем теле, могла заплутать и бродить по коридору сотни лет… Но, когда я тебя остановила, ты вполне целенаправленно шла к выходу наверх.

— Наверх? — одними губами переспросила я.

Вербена молчаливо кивнула.

Я отвернулась, бездумно вертя в руках камень, поднятый с земли. Таркер сказал, что мертвые не могут лгать. По всему выходило, что Вербена подарила мне второй шанс.

— Вы могли бы просто подсказать мне нужную дверь, и я бы вернулась в свое тело, — насупившись, буркнула я.

Обжигающая обида начала угасать. Я по-прежнему чувствовала себя обманутой, но злости уже не было.

— Могла бы, — согласилась она, и ее голос прозвучал виновато. Самую чуточку, но все же. — Но я не ангел, Анна. Я просто мертвая душа, которая отчаянно хотела исправить собственные ошибки.

Не знаю, что зацепило меня: то, что Вербена наконец назвала меня по имени, или то, что призналась в своих грехах, но мне стало легче. Что-то, сдавливающее сердце, разжало свои тиски, и я смогла дышать как раньше: полной грудью.

— Вы о том, что ваши слова подтолкнули внука отречься от части себя?

Вербена ненадолго опустила взгляд, а затем, словно спохватившись, снова посмотрела на меня: невозмутимо и даже надменно.

— Я не имела в виду именно это, когда разговаривала с ним.

— Но и не стали переубеждать его, верно?

Она нервным движением поправила изящную брошь на груди.

— Когда я увидела результат… Я подумала, что оно того стоит.

Несмотря на гордую посадку головы и царственную осанку, что-то в ее позе выдавало волнение и неуверенность. Где-то над моим ухом пронеслась жужжащая пчела, и я испуганно дернулась. Вопрос, который я собиралась задать тоном прокурора, прозвучал на редкость пискляво.

— Вы жалеете об этом?

— Да, — тихо ответила она. — Каждый день своей посмертной жизни.

— Почему?

Она вскинула на меня взгляд светлых, как лед, глаз.

— Потому что люблю своего внука, и мне больно от того, во что он превратил свою жизнь.

К горлу подкатил ком. Таркеру повезло в одном: у него были родные, которые его искренне любили. Мне не нравились методы Вербены, но теперь, когда я понимала, что за мотивы ею движут, злиться на нее уже не получалось. Странным образом я испытала желание оказаться на месте Таркера. Если бы у меня был кто-то, кто любил бы меня не меньше Вербены…

— У тебя он появится. Уже совсем скоро.

Нет, это невыносимо! Я раздраженно посмотрела на Вербену, но та лишь усмехнулась.

— Я подслушиваю твои мысли невольно, — вновь напомнила она.

— Значит, вам нужна была ведьма для того, чтобы помочь вашему внуку договориться с драконом? Сделать его сильнее?

Вербена ненадолго замялась и подняла голову, вглядываясь в небо. Ни облачка. Кто-то надеялся на ураган?

— Ты снова задаешь вопросы, ответы на которые узнаешь совсем скоро. — Она встала с валуна. Я вздрогнула, когда она опустилась на колени и взяла мои ладони в свои. — Пазл уже почти сошелся, Анна.

Это прозвучало так многозначительно, что я невольно замерла, но ненадолго.

— Хорошо. — Я закатила глаза. — Буду просто ждать. Что-то еще?

Вербена кивнула, сжала мои ладони и негромко сказала.

— Да. Спасибо тебе.

По телу пробежала теплая волна, но я не успела ответить, хотя подходящая колкость уже рвалась с языка: Вербена исчезла. Потрясенная, я завертела головой, ища ее, но все впустую. Я осталась одна в этом зеленом лесу с шумящей неподалеку рекой.

Впрочем, удивляться мне пришлось недолго. Я проснулась.

***

Я распахнула глаза. Часы показывали, что мой сон длился чуть больше часа, но я чувствовала себя свежей и отдохнувшей. Ушли усталость и злость, голова стала ясной.

Я сделала пару шагов по комнате, раздумывая обо всем случившемся. Пожалуй, мне придется смириться с тем, что пути назад нет, а раз так… буду подстраиваться под новые обстоятельства! Неужели я не справлюсь?

Дыра в душе все еще ныла, но вместе с тем я чувствовала прилив азарта. Я всегда любила адреналин, а здесь его было даже больше, чем в моем мире. Возможно, так сказалась близость к Таркеру. Тот, несмотря на внешнюю холодность, явно не умел жить спокойно!

Мои мысли приняли новое направление. Я подумала о том, что он прав в своих опасениях по поводу Джози. Мы должны понять, что она задумала.

Какая-то несформировавшаяся мысль заставила меня нервно обхватить себя руками, а затем и вовсе замереть. Впервые за долгое время я могла сказать "мы"", и это послало волну мурашек по спине. Мне было непривычно полагаться на кого-то еще, но, возможно, пришло время что-то поменять?

Я шагнула к двери. Пожалуй, стоит узнать, как именно Таркер хочет вывести на чистую воду Джози.

Вспомнив, что оставила туфли в кабинете, я торопливо обулась в первые найденные в шкафу лодочки, а затем поправила смявшееся платье. Рука механически нырнула в карман, и я вытащила исписанные быстрым почерком листы бумаги — записи Хлои. Я бросила их на туалетный столик и, уже собираясь уходить, зацепилась за одну из строчек взглядом.

Мои брови изумленно взлетели. Так-так, что у нас тут…

Спустя пять минут я уже штурмовала кабинет Таркера.

— У меня для вас две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

При виде меня Таркер поперхнулся чаем, который пил прямо за рабочим столом.

— Признаться, я даже опасаюсь делать выбор.

Я заметила, как при виде меня потеплел его обычно холодный взгляд, и странным образом тому обрадовалась.

— Ладно, тогда скажу как есть. — Я решительно плюхнулась в кресло напротив него. — Вы правы, нам нужно выяснить что на уме у Джози. — Прежде чем он успел что-то ответить, я добавила: — Кстати, ваша невеста имеет нехорошую привычку копаться в ваших документах.

С этими словами я выложила на стол письменный отчет Хлои. Взгляд Таркера потяжелел, когда он нашел нужный абзац.

— Что будем с этим делать? — с напускной беззаботностью поинтересовалась я.

— У меня есть план, — после паузы сказал он и подался вперед.

Я хмыкнула.

— Другого ответа я и не ждала. Я в деле.

— Тогда слушайте…

***

— Нам точно никто не помешает?

Джози так нервно огляделась, будто боялась, что под книжными стеллажами спрятались чудовища из ночных кошмаров. Одно неверное движение, и тебя утащат в темноту! В принципе она была не так уж далека от истины…

— Не волнуйся, — уверенно ответила я, — лорд Таркер уехал из поместья по делам, а в библиотеку кроме него никто не посмеет войти.

Мои слова не успокоили Джози. Ее нос дернулся, как у ищейки, а испуганные, лихорадочно блестящие глаза снова забегали по комнате, что-то выискивая.

Хлоя с Томасом переглянулись.

— Ну скоро уже начнем? — капризно спросила Хлоя и демонстративно зевнула, прикрыв рот ладошкой. — Леди Рейс, вы сказали, что это ненадолго! Я хочу спать.

— Да-да, — Томас включился в игру неловко и только после пинка, который отвесила ему сестра. — Я тоже!

За окном, где темноту ночи озаряла лишь тусклая луна, что-то с шумом пронеслось. Джози вскрикнула и едва не выронила свечу из дрожащих пальцев. Я прошла к креслу и столику, включила ночник, а затем вернулась и прилипла к стеклу.

— Похоже, это была летучая мышь.

— О, дайте посмотреть! — оживилась Хлоя, выпадая из образа капризной леди. — Она уже улетела?

— Зачем она тебе? — удивился Томас. — У тебя уже есть крыса, паук и кот.

— И мне не хватает летучей мыши!

Хлоя метнулась к окну и принялась жадно всматриваться в темноту. Я развела руками.

— Прости, но ты не успела. Хочешь, устроим засаду и подождем новую жертву?

Наш диалог вернул на щеки Джози румянец. Она перестала судорожно сжимать подсвечник и решительно поджала губы.

— У нас нет времени, — грубовато напомнила она. — Давайте сделаем то, зачем пришли.

Возражений не последовало. Лично я так я вообще внутренне возликовала, но постаралась этого не показать. Мне не хотелось тратить на это представление всю ночь, так что чем быстрее все закончится, тем лучше. К тому же, детям и правда стоит быть в кроватях, а не участвовать в ритуале. Пусть и с разрешения отца.

Таркер поговорил с детьми без моего ведома. Не знаю, что именно он им рассказал, но я едва не упала, когда Томас назвал меня «Анной». Правда, сестрица тут же одернула его и театральным шепотом напомнила, что обращаться ко мне стоит так же, как и прежде: «Леди Рейс».

— Нам следует начертить пентаграмму, — шелестя страницами в поисках нужной, проговорила Джози. — Где же это…

Книга в ее руках выглядела ужасно потрепанной, но я знала, что виной тому стало время. В конце концов, именно в таком непрезентабельном виде (ветхие страницы, рассыпавшийся переплет) мне отдал книгу Таркер. Он оказался прав: Джози действительно обрадовалась моей находке, да еще как!

— Тогда не будем тянуть, — со вздохом согласилась я. — Есть мел?

В сумке Джози нашелся не только он. Через пару минут мы уже любовались криво начерченной пентаграммой. На каждой из вершин неровно горела свеча, и в ночном полумраке библиотеки это выглядело зловеще. Даже если бы я на самом деле собиралась проводить ритуал, точно бы задумалась, а стоит ли это делать.

— Отлично! — Джози лихорадочно облизнула губы. От меня не укрылось, что ее тело сотрясает едва заметная дрожь. Так сильно нервничает? — Дети должны прочесть вот это. — Она протянула им по исписанному мелким аккуратным подчерком листу бумаги. — А вы, леди Рейс, вступите после них с этим заклинанием. Оно на латыни, ничего?

— Ничего, — солгала я, надеясь, что память тела не подведет в такой ответственный момент.

Выходить на «бис» с этим номером я не намерена.

Джози выдохнула с облегчением и, сверяясь с книгой, которую не отдавала мне ни под каким предлогом, расставила всех нас по нужным местам. Когда мне достался центр пентаграммы, я не удивилась. И правда, кого еще приносить в жертву, если не меня?

— Начинайте! — скомандовала Джози.

Ее голос окреп, а к ней самой явно вернулась смелость. Теперь она напоминала опытного дирижера, который не только вел за собой остальных музыкантов, но и следил, чтобы они не сильно лажали.

Томас негромко зачитал заклинание со своего листа. На последнем слове бумага в его руках загорелась и осыпалась на пол черным пеплом. Тот, как шустрая змейка, обежал все углы пентаграммы, а затем исчез. Я неуверенно расправила свой лист, стараясь уловить смысл непонятных слов, но мне не пришлось долго мучиться. Когда я, готовая вступить со своей частью, откашлялась, из глубины библиотеки появился Таркер. Звук его шагов приглушил толстый ворс ковра, поэтому при виде вытянувшегося лица Джози мне захотелось прокричать: «Сюрприз! Сюрприз!»

— Читайте! — закричала она. — Скорее читайте!

— Не вздумайте, — ровно сказал Таркер.

— Я и не собиралась.

Словно возмутившись таким ответом, свечи мигнули и погасли. Джози вскрикнула, а затем вдруг, ничего не объясняя, бросилась наутек. Я, чисто на инстинктах, метнулась за ней.

Я уже почти ухватила ее за длинную косу, когда она резко затормозила и попятилась. Заметив причину ее испуга, я, забыв про азарт погони, тоже остановилась: Джози медленно, но верно обступала стена огня. Странным образом пламя, облизывающее пол и книжные стеллажи, ничему не вредило, хотя было реальным: его жар опалял лицо и заставлял щуриться.

— Ух ты! — воскликнул Томас.

Я оглянулась в его сторону и увидела, как к его уху склонилась Хлоя и принялась что-то нашептывать. Он деловито кивал, не отрывая любопытного взгляда от нас с Джози. Кажется, я обеспечила детей эмоциями на год вперед: тут тебе и страшный ритуал, и заговор, и предательство… Так и вижу, как спустя годы близнецы вспоминают этот день (пардон, ночь!) с умилением: «помнишь, это случилось в тот же год, когда мы едва не спалили компаньонку нашей гувернантки».

Таркер шагнул из полумрака и оставленной вдалеке пентаграммы, как ангел возмездия. Его черные глаза впились в Джози, а огонь, окруживший ее, расступился, чтобы пропустить его. Клянусь, ему для полноты картины не хватало меча и крыльев. Правда, учитывая его взгляд, не предвещающий ничего хорошего, цвет оперения наверняка оказался бы темным.

— Томас, Хлоя, — не оборачиваясь, бросил он. — Возвращайтесь к себе. Я скоро приду.

Это прозвучало так многообещающе, что Джози побелела и снова заметалась по импровизированной клетке.

— Ну, папа! — заныла Хлоя. — Нам тоже интересно!

— Мы тихонечко посидим, — поддакнул ее брат.

— Ты нас и не заметишь! — дуэтом пообещали близнецы.

Вместо ответа Таркер все-таки обернулся. В его глазах вместо зрачков плясало пламя.

Детей как ветром сдуло. Правда, бесстрашная Хлоя буркнула что-то по поводу сказки на ночь, но уже за порогом. Я негромко кашлянула и начала пятиться.

— Знаете, я тоже, пожалуй, пойду. Уже так поздно…

Конечно, я не боялась Таркера, но мне абсолютно точно стало не по себе. Таким я его еще не видела. Он словно застыл в каком-то пограничном, близком к обороту состоянии: в глазах плескался огонь, черты лица исказились и стали хищными, мышцы рук вздулись, натянув пиджак, а из-за спины будто вот-вот вырвутся крылья.

— Останьтесь, — коротко приказал он.

Именно что приказал, и я подчинилась. Мысленно выругавшись, конечно.

«Не злись, он действительно на грани».

Я встрепенулась, заслышав Коша.

«Почему? Что происходит?»

«Он принял твой совет и… все пошло немного не по плану».

Я не на шутку испугалась.

«Подожди, какой совет?!»

Но Кош исчез. Вместо него до меня донесся ход мыслей самого Таркера, и это было так неожиданно, что я едва не села прямо на пол.

Да что вообще происходит?

— Значит, ты хотела поменяться с ней местами. Я заметил, как ты немного подкорректировала ритуал, добавив в него одно, но весьма значительное изменение, — в интонациях Таркера появились рычащие нотки, но сам он при этом казался абсолютно спокойным. От этого контраста по спине побежали мурашки. — Расскажи мне правду.

Джози вскинула подбородок, будто собиралась гордо отмолчаться, а затем громко разревелась и спрятала лицо в ладонях.

— Да, хотела! — закричала она. — И все бы получилось, если бы вы не вмешались!

— Ты же понимала все последствия? — сдержанно поинтересовался Таркер. Он больше не надвигался на нее, а застыл в паре шагов. Под его ботинками скользило пламя. — Ты хотела стать причиной чужой смерти?

Джози убрала руки и зло взглянула на меня. От такой неприкрытой ярости я едва не отступила назад.

— Какое мне до этого дело? — вдруг раздраженно выплюнула моя компаньонка. Ее палец уткнулся в мою сторону. — Она жаждала вернуться домой, и я бы помогла ей.

— Звучит неплохо, — зловеще согласился Таркер. — Вот только ты собиралась сделать это не из альтруистических соображений. Я слышал, какое заклинание ты выбрала. Твоей целью было занять освободившееся тело леди Рейс.

Лицо Джози сделалось пунцовым, оно больше не выглядело милым. Тонкие девичьи пальцы с аккуратным маникюром сжались в кулаки.

— Да, я бы пошла на это! — Она снова сорвалась на крик. — И мне все равно, куда при этом денется эта самозванка или настоящая леди Рейс! Это мой шанс… был.

Из ее горла вырвался всхлип. Мое сердце сдавила жалость, но тут я вспомнила, что по ее плану мне пришлось бы очнуться в гробу и заново пережить смерть. Что-то мне подсказывало, что в этот раз она была бы более болезненной, чем в предыдущий.

— Никто не любит бастардов, — вдруг прошептала Джози и вызвала в моей памяти воспоминание о дне моего знакомстве с ней. Так вот почему уже тогда эти слова показались мне такими искренними и горькими. — Чем я хуже леди Рейс? Только тем, что моя мать была обычной горничной, а не знатной дамой. Но в моих жилах тоже течет благородная кровь, как и в ваших!

Я вздрогнула, думая, что она бросила это мне, но Джози с ненавистью и обидой смотрела на Таркера. Понадобилась пара секунд, чтобы до меня дошло: если я, настоящая я, вызываю у нее лишь равнодушие, то Эшли и Таркер — гнев. Им, по ее мнению, досталось то, чего ее лишили. И она, пускай неумело, пыталась восстановить справедливость.

Все бы ничего, но меня при этом снова вычеркнули из уравнения, как досадную нелепость.

— С этим разобрались. — Казалось, Таркера вообще не задела открытая неприязнь. Я принялась обходить его, чтобы увидеть его лицо и убедиться в этом. — Значит, лорд Рейс не имеет отношения к ритуалу, верно?

Джози нахмурилась, явно удивленная таким вопросом, а затем кивнула.

— Отлично, теперь расскажи мне, что он тебе поручил?

Я встала немного в отдалении. С этого ракурса я могла рассмотреть и Таркера, и Джози. На лице последней появилось глуповатое, какое-то бессмысленное выражение. Я растерянно почесала кончик носа и перевела взгляд на застывшего напротив нее Таркера.

«Не смотри в глаза!»

Я торопливо уставилась в пол, успев заметить, что огонь в глазах Таркера потух, уступив место гипнотическому сиянию. Оно подчиняло, подавляло и заставляло быть откровенной.

«Что это?»

«Ментальная магия как она есть. Не думал, что ему удастся послать приказ, а смотри-ка! Смог».

В голосе Коша прозвучали гордость и восхищение, и я невольно улыбнулась, правда, все также изучая пол.

— Лорд Рейс велел следить за его дочерью и напоминать ей о важности миссии, на которую ее отправили.

— Ты в курсе миссии?

Джози, как болванчик, кивнула.

— В общих чертах. Ей нужно спровоцировать вас, чтобы развязать войну между нами и драконами.

— Он открыто об этом сказал?

— Я сама догадалась.

— Хорошо. Знаешь, зачем ему это?

Она, слепо смотря вперед, механически ответила:

— Нет. Он не говорил.

Я искоса взглянула на Таркера. С его лба градом катился пот, а сам он будто едва держался на ногах. Кажется, магия выпивала из него все соки.

— Ты присылала ему отчеты?

— Нет, он боялся, что их перехватят.

От следующего вопроса у меня едва не подкосились ноги.

— Почему ты не рассказала самозваной леди Рейс о том, что может ждать ее по возвращении домой? Ты же прочитала об этом в книге, верно?

Джози ответила все тем же лишенным эмоций голосом.

— Я боялась, что она передумает и останется в теле леди Рейс.

— Хорошо. — Таркер сделал прерывистый вздох, словно ему стало не хватать воздуха. — А теперь послушай меня. Я приказываю тебе забыть обо всем, что здесь случилось. Ты не будешь помнить странностей в поведении своей хозяйки, ее признания и этого незаконченного ритуала. Ты вернешься в свою постель, а наутро встанешь с ярым желанием уволиться и поискать счастья на новом месте. Получив согласие леди Рейс, ты покинешь это поместье и больше сюда не вернешься. Понятно?

— Да?

— Тогда выполняй.

Как сомнамбула Джози направилась в сторону выхода. Огонь ее не тронул. Я отпрянула с дороги, когда она, словно не видя меня, прошла совсем рядом. Наши юбки соприкоснулись с легким шорохом.

— Она действительно ничего не вспомнит? — с сомнением уточнила я, смотря ей вслед.

— Надеюсь, — пробормотал Таркер и моргнул. Пламя, облизывающее пол, исчезло. — Я впервые практикую эту магию.

Он выглядел таким изможденным и осунувшимся, что я невольно подставила ему плечо, на которое он после коротких колебаний оперся.

— Вам нужно прилечь, — заметила я. — Выглядите так, словно на тот свет собрались.

Он улыбнулся уголком побелевших губ, красиво контрастирующих с черными тенями под глазами.

— Пожалуй, нет, у меня полно дел и на этом.

Я усадила Таркера на диван, а затем опустилась рядом на колени. Пальцы уже зудели от знакомо жжения: от самого сердца к ним устремилась теплая, наделяющая уверенностью сила.

— Значит, Джози не оправдала ваших надежд? — полуутвердительно сказала я. — Ничего не знает, да и в отношении меня преследовала исключительно личные интересы.

— Да, — со вздохом согласился Таркер и прикрыл глаза. — Она меня разочаровала.

Мне понадобилось время, чтобы понять: он снова шутит.

— Что ж, юмор — это точно не ваше, — пробормотала я и попросила: — Расслабьтесь.

Та пара книг, что я успела прочитать, говорила, что главное в ведьмовском даре — умение довериться своим чувствам. Судя по тому, как легко я призывала свою силу, с этим проблем у меня не было.

Золотистые нити, соскользнувшие с моих пальцев, росчерками пера пробежали по телу Таркера, вспыхнув на обнаженных участках кожи. Он негромко застонал, но цвет его лица перестал казаться таким землянисто-серым. Я рукавом небрежно вытерла вспотевший лоб. Колдовать все еще было непривычно и несколько странно.

— Доберетесь до спальни самостоятельно?

— А если нет, вы меня донесете?

Я усмехнулась. От моего внимания не укрылось, что в его глазах, на самом донышке, сверкнул лукавый огонек.

— Уже лучше, но все еще недостаточно хорошо.

Таркер отозвался долгим, полным молчаливого героизма вздохом. Я, беспокоясь за него, все-таки проводила его до спальни. Расстались мы на самом пороге, в лучших традициях первого свидания. Об этом пошутила не я, а Кош, причем с каким-то подозрительным умилением и азартом.

Даже не рассчитывай, ящерица хвостатая! Тот поцелуй ничего не значил!

Я повторяла это как мантру до тех пор, пока наконец не рухнула в объятия Морфея. Мельком я успела подумать, что бедные дети снова остались без сказки на ночь.