ГЛАВА 21

Таркер не вернулся к ужину. Я, поглощенная лицезрением полностью закрытого и наглухо застегнутого платья леди Аттвуд, забеспокоилась не сразу. Лишь за завтраком при виде его пустующего стула у меня перехватило дыхание, а в голову закрались вполне обоснованные подозрения. Я постаралась не подавать вида. Судя по насмешливому взгляду леди Аттвуд, у меня это не сказать, чтобы получилось.

Я, то и дело посматривая на часы (они пробили полдень), пыталась отвлечься от тревожных мыслей при помощи чтения, когда раздался короткий стук в дверь. Отбросив книгу, повествующую о тонкостях ведьмовской магии, я отправилась открывать.

На пороге стоял Таркер. Его осунувшееся лицо с залегшими под глазами тенями заставило сердце испуганно сжаться. На нем был все тот же костюм темно-синего цвета, что и вчера. Видимо, он не только не спал, но еще и не переодевался.

— Входите. — Я посторонилась. — Как все прошло?

— Могло бы и лучше, но в целом хорошо.

Он ненадолго остановился возле кресла, а затем развернулся, сделал несколько шагов к кровати и… рухнул на нее. Подушки возмущенно подпрыгнули, матрас прогнулся.

— Даже если вы потребуете встать, я смогу это сделать только через пару минут, — глухо признался Таркер, уткнувшись лицом в покрывало.

Я припомнила правила этикета и без колебаний отринула их. Вместо нотаций я осторожно присела рядом и попросила:

— Снимите пиджак и закатайте рубашку. Мне нужен контакт с кожей.

Он с готовностью, хоть и несколько медленно, избавился от пиджака и снова рухнул вниз, вытянув вперед руку. Рукав я закатывала уже самостоятельно.

— Я привожу вас в чувство, а вы рассказываете мне, где были, — предупредила я. — Все честно. Благотворительностью я не занимаюсь.

Таркер едва слышно хмыкнул.

— А мне казалось, что это именно она.

Усталость в его голосе сквозила так явно, что я куснула губу и сосредоточилась на его физическом состоянии. К пальцам хлынула знакомая теплая сила, и я принялась осторожно водить ладонью по его коже, щедро делясь своим даром. Таркер тихо застонал.

— Спасибо, — пробормотал он.

Его напряженные, будто каменные плечи опустились, а тело расслабилось. Я, прикрыв глаза, нащупала наиболее уязвимые точки и направила золотистые нити именно туда. Видимо, я даже переусердствовала, потому что слабость накатила уже на меня.

— Вы так и не научились соизмерять силу, — сказал Таркер и рывком перекатился на спину, а затем и вовсе сел.

Мы могли переместиться на кресло, но вместо этого остались на постели. Это было так интимно, что мое сердце подскочило в груди и забилось где-то в горле.

— Вы обещали мне совместные уроки, лорд Таркер, — с легким упреком напомнила я, стараясь выкинуть из головы все лишнее.

— Простите, Анна, — серьезно проговорил он. — Я исправлюсь. К слову, зовите меня Кеннетом.

Он попросил об этом уже во второй раз, и я, мысленно смакуя его имя на языке, вдруг поняла, что и мне этого хочется. В конце концов, глупо обращаться к нему по титулу, когда сам он предпочитает называть меня по имени.

Я склонила голову набок и тихо сказала:

— Хорошо.

На губах Кеннета мелькнула тонкая улыбка, но тут же пропала. Он нахмурился, очевидно, возвращаясь мыслями к действительно важным вещам. Я напряглась, пытаясь уловить отголоски его рассуждений, но тщетно. Мне показалось, что он словно закрылся.

— Это ненадолго, — откликнулся он. — Не хочу вас пугать.

— Вот как? — мрачно буркнула я и скрестила руки на груди.

Кеннет вздохнул и решил сменить тему:

— Я был у Чарльза. Оказалось, у нас с ним общие цели.

— Расскажете подробнее?

Он заколебался. Я видела, как он подался вперед, сократив и без того небольшое расстояние между нами, а затем, словно опомнившись, отклонился назад и покачал головой.

— Нет, не сейчас. Пока я не смогу гарантировать вашу безопасность, я не стану втягивать вас в политические дрязги.

На душе потеплело. Обо мне, не считая старой тетки, никто никогда не заботился по-настоящему. А в словах Кеннета я почувствовала желание защитить меня. Я опустила взгляд, пытаясь привести в порядок лихорадочно заметавшиеся мысли.

— Все это время вы были у брата?

— Нет, я летал на Острова, в столицу.

Я нахмурилась и посмотрела на него, пытаясь по выражению лица понять то, что он не договаривает. К сожалению, Кеннет в совершенстве владел искусством носить маски. Все мои попытки оказались тщетны.

— Что вы там делали, если не секрет?

Таркер помолчал, явно подыскивая наиболее мягкую формулировку. Не уверена, что у него это получилось.

— Я бросил вызов лэрду.

— Что-о-о?!

Хорошо, что я сидела, иначе бы точно упала. Надеясь, что не расслышала, я потрясенно уставилась на Кеннета в ожидании пояснений.

— Обязанности короля у драконов выполняет лэрд. Именно он правит кланом, но его власть не передается из поколения в поколение, как это принято у людей. После смерти лэрда она переходит к тому, кто оказывается сильнее прочих — к самому мощному и быстрому дракону. Таков обычай.

— Чудесно, — сдержанно ответила я, успев взять себя в руки. — Можно перейти сразу к сути?

Он кивнул и устало прошелся ладонью по волосам, растрепав их окончательно. Я подавила желание пригладить черные пряди и зарыться в них пальцами. Сейчас не до этого.

— Драконы живут долго, но с возрастом, как и люди, начинают дряхлеть. Считается, что вместе с телом увядает не только мозг, но и магия, поэтому обычай разрешает раз в двадцать пять лет бросать лэрду вызов.

— Дуэль? — холодея, уточнила я.

— Не совсем. — Он покачал головой. — Скорее честный поединок, позволяющий выявить самого сильного и быстрого дракона. Победитель получает корону.

Я уловила некоторую недосказанность, и мне это не понравилось.

— А проигравший? — в лоб спросила я.

Кеннет отвел взгляд.

— Их казнят. Поэтому обычай не пользуется особой популярностью.

Мир, вспыхнув красками, погрузился во тьму. Перед мысленным взором легко возникла картинка гроба, только теперь под его крышкой покоилось уже не мое тело. Я выдохнула через ноздри.

— Вы совсем с ума сошли?!

— Я понимаю все последствия, но другого выхода нет. Либо я рискую, либо мы проиграем, пусть и не сразу.

Заметив мой невысказанный вопрос, он неохотно продолжил:

— Лэрд тоже жаждет войны. Единственный шанс изменить эту ситуацию — привести к власти того, кто действительно ищет мира.

Я не удержалась от иронии.

— Видимо, в этом вопросе вы предпочитаете доверять исключительно себе.

Он поморщился.

— У меня есть еще и свой интерес.

— Кроме трона и короны? — ехидно уточнила я.

— Я больше не хочу быть пешкой в чужой игре. — Его глаза гневно сверкнули. — Отец разыграл мою судьбу, словно партию в покер. Я хочу вернуть ее себе обратно.

Я помолчала, обдумывая его слова. Мне было понятно желание взять свою жизнь под контроль. Побывав и сама в ситуации, когда за тебя все решили, я горячо сочувствовала ему. А еще чисто по-человечески желала ему счастья.

— У вас получится. — Я порывисто сжала его ладонь. — Вы всегда и во всем были лучшим.

Кеннет застыл, а затем перевел взгляд вниз, на мою руку, и медленно сплел наши пальцы. Такой простой жест сказал больше, чем слова.

— Если что-то пойдет не так, — тихо произнес он, — обратитесь к леди Аттвуд. За свою помощь она потребует высокую цену, но ей можно доверять. И у нее действительно есть возможность укрыть вас от посторонних глаз, что немаловажно.

— А как же Хлоя и Томас?

— Об этом я тоже договорился. Их судьба в надежных руках.

В душе все перевернулось от того, как просто прозвучали эти слова. Он предусмотрел все варианты. Он — человек, не привыкший проигрывать. Меня затрясло.

Его ладонь нежно коснулась щеки и ласково смахнула одинокую слезинку, скатившуюся из уголка глаза.

— Я вернусь, — негромко пообещал он. — Верьте мне.

Я вскинула подбородок, намереваясь бросить что-то забавное, смелое, но вместо этого застыла, столкнувшись с ним взглядом. Между нами словно натянули нить. Напряжение стало почти нестерпимым, и, когда я уже хотела встать, чтобы хоть как-то разорвать этот контакт, Кеннет привлек меня к себе. Его губы жадно обрушились на мои.

Поцелуй получился коротким, но полный отчаяния и недосказанности. Он немного отдавал солью: я все-таки заплакала, и слезы, сбегая по скулам, падали на губы, оставляя после себе горький привкус.

Уже на пороге, распахнув дверь, я вдруг горячо попросила:

— Возьмите меня с собой!

Мысль просто сидеть и ждать казалась невыносимой.

— В столицу, где полно драконов? — Кеннет криво усмехнулся. — Вашу силу нельзя ни почуять, ни увидеть, но само ваше присутствие на таком событии вызовет вопросы. Кто-нибудь непременно докопается до сути, и тогда вам придется отбиваться от сотни предложений о союзе. Конечно, в случае моей смерти.

Я сглотнула, с легкостью представив, как улепетываю от стаи разгоряченных драконов и вынужденно согласилась, что это не самая лучшая идея.

— Но я сойду с ума, если не буду знать, что происходит! — упрямо сказала я.

Кеннет ненадолго задумался, явно прокручивая в голове разные варианты.

— Возьмите в кабинете шар, что мы использовали, когда искали ваш мир. С его помощью вы сможете следить за мной.

— А разве для этого вам не понадобится присутствовать лично или хотя бы прочесть зубодробительное заклинание?

Последний вопрос я задала чисто для проформы. Мне хотелось потянуть время. От мысли, что придется отпустить Кеннета, возможно, на верную смерть, к горлу снова подкатывал ком, а в глазах начинало щипать.

Не реветь! Этим все равно не поможешь…

— Нет, шар уже настроен на вас.

— Отлично.

Мы замерли, скованные неловкостью. Я не отрывала взгляд от Кеннета, стараясь вобрать в память каждую черточку его мрачного лица. Это было невыносимо больно.

Словно услышав мои мысли, он, не прощаясь, резко развернулся и зашагал по коридору. Как только его спина скрылась за поворотом, я обессиленно прислонилась к дверному косяку и едва не вскрикнула от неожиданности. Дверь детской была приоткрыта, в узкой щелке виднелась мордашка Томаса.

Я вздохнула. Не везет, так не везет.

— Как много ты услышал?

Томас распахнул дверь. Его лицо было испуганным, но с каждой секундой страх все стремительнее уступал место сосредоточенности.

— Достаточно.

— Хлое расскажешь?

— Нет, если в кабинет мы пойдем вместе.

Я хмыкнула, оценивая его талант вести деловые переговоры. Пожалуй, он быстро учится.

— По рукам, — после паузы согласилась я.

***

Не знаю, сколько времени прошло с момента прощания с Кеннетом. По ощущениям целая вечность, но судя по тому, что солнце все еще было в зените, гораздо меньше.

Мы столкнулись с Томасом возле кабинета его отца.

— Не слишком рано? — забеспокоилась я.

Мальчик покачал головой.

— К островам ведут порталы. Они натыканы по всему небу и, если знать дорогу, можно долететь достаточно быстро, — рассудительно сказал он.

Я потянулась к дверной ручке, когда меня окликнул Баррет.

— Леди Рейс!

Я подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась, будто меня застигли на месте преступления.

— Что случилось? — мой голос дал «петуха».

Томас покосился на меня с удивлением. Я поморщилась. Сама знаю, нервы нужно лечить.

— Ваша воспитанница Хлоя пьет чай с леди Аттвуд. Они обе выразили надежду, что вы присоединитесь к ним.

С моих губ сорвался смешок, и я тут же замаскировала его кашлем. Баррет взирал на меня с невозмутимым спокойствием, Томас — с нетерпением.

— Передайте им мои сожаления, но в следующий раз, — непреклонно сказала я.

Подозреваю, что чаепитие вышло на некий новый виток, раз потребовалось мое присутствие, но пусть разбираются сами. В конце концов, они должны найти общий язык.

— Обязательно, — вежливо ответил Баррет, но в его интонациях промелькнуло сомнение. — Что-нибудь еще, леди Рейс?

— Нет, благодарю.

Он, не думая уходить, продолжал буравить меня взглядом, в котором читалось тщательно замаскированное недоумение. Вот же закон подлости! Значит, леди Аттвуд беспрепятственно копалась в кабинете несколько дней подряд, а меня поймали при первой же попытке зайти туда. Причем, с разрешения его владельца.

Я положила руки на плечи Томаса и, злясь, что оправдываюсь, уверенно произнесла:

— У нас урок, Баррет.

— Классная комната свободна, леди Рейс.

Нет, меня точно подозревают в краже фамильного серебра!

— Мы позанимаемся в кабинете лорда Таркера.

— Но…

— Папа в курсе!

Томас толкнул дверь и первым исчез за порогом. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним с высоко поднятой головой. Правда, я не удержалась и громко хлопнула дверью перед длинным носом Баррета. Тот едва успел отскочить назад.

Читать мне нравоучительные лекции было некому. Томас уже подтащил стул, залез на него и потянулся к самой высокой полке, на которой среди книг тускло поблескивал стеклянный шар на подставке.

— Этот? — деловито поинтересовался он.

— Да.

Томас наклонился вперед, стул под ним зашатался, но устоял. Мальчик спрыгнул на пол и, чуть примяв толстый ворс ковра, водрузил находку на массивный письменный стол. Мы с ним оба замерли по его краям, всматриваясь в белесую муть непрозрачного стекла.

— Что дальше? — почему-то шепотом спросила я.

Напряжение, сковавшее меня, было таким сильным, что я даже не присела. Так и стояла, зависнув над столом и жадно всматриваясь в шар.

— Если он настроен на вас, нужно дотронуться и представить, что вы ищите.

От моего несмелого прикосновения по шару прошла рябь, а затем в нем отразилась бескрайняя синева океана с россыпью коричневых, покрытой темной зеленью островов. Самый крупный из них имел форму зуба.

— Столица, — прошептал Томас, тоже не отрывая взгляда от шара

С его губ слетело что-то зубодробительное, и я твердо решила, что не стану запоминать название столицы. Драконий язык явно слишком сложен для меня.

Звук распахнувшейся двери заставил нас обоих вздрогнуть и резко вскинуть головы.

— Вот вы где! — воскликнула Хлоя. — А мы вас ждем.

За ее спиной маячила леди Аттвуд и небрежно обмахивалась веером из слоновой кости. Его движения стали чуть более медленными, когда его владелица цепко оглядела кабинет и тут же сделала правильный вывод.

— О, у вас есть шар с поисковым заклинанием? Вы будете следить за ходом испытания?

Хлоя растерянно потерла кончик носа и подошла к столу поближе.

— Какого испытания? — с любопытством спросила она и только тут заметила брата. — Томас! Ты что-то узнал и не рассказал мне!

Мальчик задергался и попытался спастись, пока не поздно.

— Совсем недавно, — уверенно солгал он, вызвав у меня прилив уважения. Правда, тут же все испортил, жалобно добавив: — Я просто не успел с тобой поделиться.

Его глаза забегали по комнате. Он явно не ожидал, что кармическое возмездие настигнет его так быстро. Хлоя уперла руки в бока, и весь ее внешний вид обещал: она так этого не оставит. Я фыркнула, ненадолго забывая о причинах, столкнувших нас всех у письменного стола.

В разговор вмешалась леди Аттвуд.

— Ваш отец решил бросить вызов лэрду, чтобы занять его место, — лаконично и несколько равнодушно пояснила она, сразу расставив все точки над «и».

Ее длинные пальцы потянулись к ридикюлю, щелкнули замком и выудили портсигар. Под моим хмурым и, подозреваю, весьма выразительным взглядом, она со вздохом спрятала его обратно.

— Как?! Зачем?! — Хлоя потрясенно распахнула рот.

Томас предпочел снова притвориться ветошью. Если его и терзали подобные вопросы, он не стал их озвучивать. Возможно, уже сам нашел на них ответы. Томас, несмотря на свою осторожность, временами переходящую в робость, уже не раз доказывал, что в экстремальных ситуациях голова у него соображает на редкость четко и ясно.

— Это сложно объяснить. — Я приобняла Хлою и, к моему удивлению, она не оттолкнула меня. — Но у него есть на то веские причины. Он делает это ради вашего будущего.

— Я читала об этом испытании. — Голос Хлои задрожал. — Проигравшего в нем казнят.

Я куснула губу, понятия не имея, как успокоить девочку. Да и что тут скажешь? К счастью, в дело вмешался Томас. Не знаю, сделал он это осознанно или интуитивно.

— Зачем ты привела ее? — Он с раздражением кивнул на леди Аттвуд. — Мы же враждуем с ней.

— Уже нет. — Хлоя торопливо вытерла со щек несколько слез, скатившихся из уголков глаз. — Она не хочет выходить замуж за папу.

Я покосилась на леди Аттвуд, и та салютовала мне закрытым портсигаром (и когда снова успела его вытащить?), как бокалом с шампанским. Что ж, я знала, что они с Хлоей смогут договориться.

Мой взгляд снова вернулся к стеклянному шару. Изображение отдалилось, и я разглядела огромную толпу драконов. Возможно, их было не так много, как мне показалось изначально, но их мощные туши с чешуей самых разных оттенков заполонили собой весь шар. Среди незнакомых хищных морд я с трудом узнала Кеннета. Он и еще один дракон грязного, болотного цвета замерли в некотором отдалении от других. Их крылья были распахнуты, словно они готовились к началу испытания.

Изображение не передавало звуков, но судя по тому, что пасти драконов то и дело открывались, те что-то горячо обсуждали.

— Смотрите-ка, — задумчиво протянула леди Аттвуд, подаваясь вперед, поближе к шару. — Их мощь сопоставима. Размах крыла, длина лап… Магическая сила тоже примерно равна. Лэрд стар, но позиций пока не сдал. Что ж, тогда все решит лишь полет.

— Как именно?

Я спросила у леди Аттвуд, но ответила мне Хлоя:

— Выиграет тот, кто прилетит первым.

Она выглядела притихшей и очень серьезной. Впрочем, ее брат тоже.

Я поняла, что мне больно на них смотреть, а идей для утешения нет — сама слишком волновалась — и промолчала. Ладони сжались в кулаки, но я заметила это только тогда, когда ногти до боли впились в кожу. Пришлось усилием воли расслабиться. Хотя бы внешне.

— Началось, — с тревогой сказал Томас.

Он тоже не опустился в кресло. Так и стоял рядом со мной, прижавшись макушкой к моему животу. Я, не отрывая глаз от того, что происходило в шаре, успокаивающе положила руку ему на голову.

— Все будет хорошо, — с трудом выдохнула я.

— Обязательно. — Леди Аттвуд с готовностью кивнула, а затем понизила голос до театрального шепота. — Но, если нет, знайте: я всегда готова стать вашим фамильяром.

Томас с Хлоей, кажется, не расслышали этих слов, а я взглянула на нее с таким гневом, что она тут же подняла руки вверх, будто сдаваясь.

— Ну, я не могла не попробовать, сами понимаете.

Я скрипнула зубами и снова сосредоточилась на том, что имело значение — на изображении Кеннета. Что-то вдруг изменилось, картинка «поплыла», а когда вернулась четкость, я увидела алого, до боли знакомого дракона в небе. Его чешуя ярко сверкала на солнце, переливаясь, словно благородное вино в отблесках огня камина. Отчаянно работая крыльями, он нагонял своего соперника.

— Не самый лучший старт, — прокомментировала леди Аттвуд.

Хлоя раздосадовано шикнула на нее, и та примолкла. По кабинету поплыл легкий запах табака, но я, занятая переживаниями, лишь цокнула языком. Разберусь с этим позже.

Ситуация в небе выровнялась: драконы шли совсем рядом, можно сказать, ноздря в ноздрю. Один из них рыкнул на другого, а затем они и вовсе сцепились хвостами. Удары острых, зазубренных наконечников оставляли на шипастых телах кровоточащие ссадины. Меня передернуло.

— Пошел последний круг, — бросила леди Аттвуд и, судя по всему, снова затянулась. Интересно, как она держалась все это время с ее страстью к сигаретам? — Битва будет жаркой.

Лэрд, словно в ответ на ее слова, вдруг резко взял влево и вцепился зубами в шею Кеннета. Тот заревел. Я услышала его боль, даже находясь за сотни тысячи миль от него. Сердце сжалось и пропустило удар.

— Это нечестно! — возмутился Томас. — Разве так можно?

— Правилами не запрещается, — прошептала бледная как полотно Хлоя.

Леди Аттвуд молчаливо стряхнула пепел себе под ноги и воздержалась от комментариев. Ее глаза зло сузились, когда она сделала новую затяжку.

— Я убью его, — сипло пообещала я. — Если этот лэрд выживет, я потрачу всю жизнь на месть! Сделаю ее своей целью.

— У вас получится, — между делом заметила леди Аттвуд. — В вас горит огонь не хуже драконьего.

Я ничего не ответила. Ситуация в небе поменялась не в пользу Кеннета. Он сумел отбиться от внезапной атаки, но лэрд, вынужденный отпустить его горло, разодрал ему бок до мяса и вырвался вперед. Финишная ленточка (вероятно, навеянная магической иллюзией) призывно поблескивала. До нее оставалось совсем немного.

Я, прижав кулак ко рту, оцепенела. Все не может так закончится, только не Кеннет! Я не могу потерять его… Он был прав, мы с ним — одно целое. Вербена все сделала правильно: мое место здесь, рядом с ним. Господи, помоги ему!

Я впервые взмолилась так искренне и жарко. В памяти даже всплыли обрывки какой-то молитвы, но я никак не могла связать слова воедино, а затем и вовсе утратила возможность соображать здраво.

Изображение приблизилось, позволяя рассмотреть морду алого дракона во всех подробностях. От меня не укрылось, как в глазах с вертикальным зрачком вспыхнуло пламя, не предвещающее ничего хорошего. Взмах крыла, еще один и последний рывок… Белые острые клыки вцепились в хвост противника, разрывая его на куски. Лэрд распахнул пасть, видимо, крича от боли, а затем заметался. Тщетно. Его держали крепко.

Я моргнула, пропустив всего какой-то миг, но именно он решил все. Когда я сосредоточилась на изображении, темно-зеленый дракон, раззявив пасть и размахивая лапами, уже летел вниз. Его крылья бессильно трепетали на ветру. Огрызок разодранного хвоста полетел следом.

— Не стоит на это смотреть, — пробормотала я и ладонью прикрыла глаза Томасу.

До Хлои я дотянуться не успела. Она вскинула руки и заорала:

— Победа! Он смог!

Шар действительно продемонстрировал алого дракона, разорвавшего финишную ленточку и грузно приземлившегося на землю.

— Надо же, — протянула леди Аттвуд и вдруг хлопнула в ладоши. — И правда! Кто бы мог подумать!

Мою душу затопило облегчение, а на глазах выступили слезы. Господи, если это все-таки ты, спасибо. Клянусь, я стану лучше!

Томас заволновался и отдернул мою руку.

— Что там, что?

— Папа стал лэрдом! — возвестила Хлоя.

Они с братом запрыгали на месте, увлекая друг друга в какой-то абсолютно дикий танец, напоминающий пляски индейцев. Мои ноги подкосились, и я чудом рухнула в кресло, а не на пол. От пережитого стресса разболелась голова, а к горлу подкатил ком. До сих пор не верилось, что все страхи остались позади.

— Что ж, вынуждена вас покинуть. — Леди Аттвуд изящно поднялась со своего места, на ходу застегивая ридикюль. — Мне нужно написать письмо Чарльзу, рассказать ему последние новости.

— Не сомневаюсь, — с легким ехидством отозвалась я.

Мы посмотрели друг на друга и вдруг, совершенно не сговариваясь, кивнули. Сарказмом я прикрывала симпатию, которую начала испытывать к леди Аттвуд. Ее характер, несмотря на все острые углы, мне нравился. Думаю, и ее одолевали схожие чувства.

— Еще увидимся, — проговорила она и вдруг приподняла шляпу в чисто мужском жесте. — В конце концов, у жен двух правителей всегда найдутся темы для разговоров.

— Что? — непонимающе спросила я. — О чем вы?

Она загадочно улыбнулась и, оставив после себя флер из аромата духов и крепкого табака, удалилась. Мой вопрос так и повис в воздухе.

— Мы победили, победили! — Вокруг меня запрыгали дети. — Папа станет лэрдом!

Их веселье было таким искренним, что я тоже рассмеялась, а затем присоединилась к танцу, позволив эмоциям взять вверх. Кто сказал, что с ума сходят поодиночке?

Хлоя вдруг резко остановилась и серьезно спросила:

— А что теперь будет?

Мы с Томасом переглянулись, и я честно ответила:

— Понятия не имею.