Глава 14

Две недели пролетели быстро. Я только и успела восстановиться в университете и жизнь вошла в колею. Всё это время я скучала по Давиду и тёзке, и, конечно, постоянно вспоминала Максима. И злилась на то, что не могу выкинуть Мирасова из головы. Много думала о своём «приключении». Мне не давала покоя мысль, что Макс с самого начала понял, кто я такая, и поэтому выкупил. Навряд ли бы он так потратился на не «спецзадание». Обдумывая произошедшее, я разрывалась от двойственных чувств. Меня тянуло к Максу, но его враньё, выходки, издевательства отталкивали. Я знала его разным, но не понимала что делать с этими знаниями.

В день юбилея я снова поехала в тот самый салон красоты, где встретилась с ведьмой. Хотела сделать укладку и просто поговорить.

— А ты изменилась, — придирчиво осмотрела меня Алиса. — Ну как? Тебе понравилось путешествие?

Я чуть не упала на месте. Не упала, конечно, но была очень шокирована.

— Откуда вы знаете?

Алиса пожала плечами, а затем показала на кресло.

— Садись. Сделаю из тебя принцессу. Только знай. Что бы сегодня не произошло, судьба найдёт тебя всё равно.

— Вы мне говорили это и в прошлый раз.

— Значит, я повторяюсь, — хищно улыбнулась Алиса и приступила к работе. — Ну, рассказывай, как управляешь собой? Боишься возможностей?

Казалось, мастер меня читает, как раскрытую книгу. В парикмахерском зале было безлюдно, поэтому я решилась на откровения. Да и какой смысл скрывать то, что итак очевидно для человека со способностями. В том, что они были у Алисы, сомнений не возникало.

— Не понимаю, что происходит. Лампочки взрываются, ноутбуки горят. А потом всё работает… И боюсь говорить. Вдруг сбудется?

— Это нормально, — спокойно ответила ведьма, как будто я не сказала ничего особенного. — Учись управлять эмоциями, думай прежде, чем желать.

— Иногда я знаю, что случится в будущем. Мне снятся странные сны.

— Прекрасная возможность изучать себя, правда?

Алиса вперилась в меня взглядом через зеркало. В тёмных, как омут, глазах светился проницательный ум. Я не боялась, но испытывала лёгкий трепет от магнетизма, которым пропитался даже воздух вокруг.

— Хочешь, приходи чаще. Расскажу, помогу.

— Хорошо, — заворожённо кивнула ей. — Я подумаю.

— Подумай, да. Главное, своей силы не бойся. Всё зависит от тебя, какой она будет — светлой или тёмной. Что будешь людям приносить.

В горле как-то вдруг пересохло. Как-то неготова я становиться такой, как она. Зачем вообще пришла сюда? Что меня притянуло?

— Я пойду? — тихонько спросила, тем более, с укладкой было покончено.

— Иди, — улыбнулась Алиса. — Слишком молодая ещё.

Я побыстрее сбежала, расплатившись за причёску. Оставалось не так много времени до начала мероприятия. Предстояло переодеться и явиться в грузинский ресторанчик, чтобы поздравить отца. Он должен приехать туда после работы.

Я остановилась на приталенном тёмно-синем платье до колен. Натянула чулки, выбрала туфли, на шее застегнула тонкую цепочку с кулоном. Посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна. Очень даже неплохо. Элегантно и скромно. Цвет платья удачно подчёркивал цвет глаз.

О разговоре с Алисой я старалась не думать. Не до того. Гораздо интереснее грядущая встреча, как она пройдёт, чем закончится. Допила кофе, поставив чашку на столешницу, вызвала к дому такси. Спустя тридцать минут я была возле уютного ресторанчика, в котором меня ждал отец.

Семейство тёти явилось без опоздания. Семья вошла в зал важной процессией. Впереди всех шла тётя — довольно видная женщина. Её волосы ярко-красного цвета топорщились во все стороны в странной причёске. Дядя Валера в знакомом костюме, надеваемом по значимым праздникам. Каринка в узком, коротком платье, из которого почти вывалился четвёртый размер. Сыночек предпубертатного возраста в странных бесформенных брюках и балахоне. По его недовольной мине любому ясно, что здесь он находиться не хочет и вынужден всё терпеть. Пашку вырвали из привычной среды, и чем это грозит будет исключительно зависеть от его настроения.

Расцеловав меня в обе щеки, тётя направилась к отцу поздравлять того с юбилеем, а я осталась наедине с её отпрысками. Вздохнула. Никогда не понимала её стремления дружить меня с этими… родственничками.

— Машка, привет, — улыбнулась Каринка, окинув внимательным взглядом. — Всё такая же тощая, грудь не выросла. А где загар? Вроде отдыхала на море. Неужто просидела весь отпуск в номере, страдая от «медвежьей» болезни?

— Смотрю, и ты не изменилась. Всё такое же декольте, — сочувственно посетовала я. — И до сих пор ни одного мужика даже на горизонте. Тётя недавно жаловалась. Неужто и четвёртый не помогает? Пятый будешь вставлять или дошло, что мозги тоже имеют значение?

Сестра хмыкнула, оценив мой ответ. Конечно, Каринка не откровенная курица, но что-то с ней было не так. Те же две пластические операции по увеличению груди за последний год. Например, я принимала себя любой. Меня всё устраивало — ведь другой такой нет и не будет. Подумаешь, грудь.

А вот обмен шпильками между нами был вполне привычным явлением. Каринка, как бы не старалась, не могла подколоть меня так, чтобы обидеть. Поэтому и пыталась ввести стройность и небольшую грудь, на минуточку, двоечку с половиной, в ряд недостатков. За что и получала по полной. С чего мне терпеть над собой издевательства? Я себя уважаю. А если у неё есть проблемы, то меня они не касаются.

— Волосы жуткие. Розовый цвет делает тебя придурковатой, — хохотнул Пашка. — Но ты же блондинка, значит, прощается.

— Хорошо, — кивнула я.

— Что хорошо? — не понял братец.

— Хорошо, что у тебя есть ещё время. Может мозги подрастут. А то бывает и так. Вырастают люди физически, а в голове по-прежнему пусто.

Пашка не успел ничего съязвить, как возле нас вырос отец.

— Макс приехал! — радостно прокомментировал он, сжимая в руке мобильный.

Я лишь вздохнула и внутри стало немного тоскливо. Только бы всё вытерпеть и не обидеть отца. Вторая часть спектакля началась. Наверняка, Мирасов — сноб с раздутым самомнением, зная, каков сыночек. Но сердце почему-то зашлось от мысли, что я вот-вот увижу Максима. Младшего, разумеется.

— Идём, дочка, — отец позвал. — Надо встретить гостей. Познакомлю вас.

У-уф. Я бросила обречённый взгляд на тётю. Она уже таскала с общих тарелок закуску. Посмотрела на кузенов, утонувших в смартфонах, на дядю Валеру. Тот крутил в руках бутылку с дорогим алкоголем. Поддержки не будет. Да и незачем им что-то знать.

Нацепила улыбку, взяла под руку отца, внимательно наблюдая за входом. Мы отошли немного в сторону, когда в зале появился мужчина. Высокий, представительный, в костюме с иголочки. В нём было идеально всё. Выбеленные сединой виски совершенно его не портили, но придавали зрелости. Я безотчётно залюбовалась им. Макс был очень похож на отца. Прекрасная возможность увидеть, как он будет выглядеть лет через тридцать.

— Приветствую, мой дорогой, — Мирасов крепко обнял Сергеева и похлопал его по плечу. — Ты счастлив? Сразу видно, жизнь наладилась. А где беглянка? Познакомишь?

Взоры отца и его друга обратились на меня, и я переступила с ноги на ногу. Доброжелательная улыбка на лице Мирасова-старшего придала бодрости.

— Здравствуйте, — произнесла, подав руку.

— Максим Викторович.

— Очень приятно. Мне следует поблагодарить вас за то, что вы вытащили меня из той ситуации, — выпалила. — Как только смогу, верну деньги.

— В этом нет необходимости, Маша. Я слишком многим обязан Сергееву.

С удивлением посмотрела на отца, потом вновь на Мирасова. Не удержалась, спросила:

— Будет неуместным сейчас моё любопытство?

— Ну почему же? — рассмеялся друг отца. — Толя слишком скромный, чтобы рассказывать о том, как в своё время стал самым настоящим героем. Он спас мне жизнь.

— Мой отец спас вам жизнь? Расскажете?

— Обязательно, — Максим Викторович улыбнулся. — Это случилось лет в двадцать. Мы были молодые и глупые. Часто развлекались на заброшенной стройке. В один из таких разгульных дней я чуть не сорвался с плиты. Шестой этаж. Внизу штыри. Угадай, кто меня вытащил?

— Папа?

— Именно. Мне повезло, что твой отец схватил меня в последний момент.

— После того случая, мы взялись за ум, — прокомментировал задумчиво отец. — Я переоценил свою жизнь.

— Я стал больше работать, — в тон ему говорил Мирасов. — Наши пути разошлись. И конечно, я не мог поступить иначе, когда узнал, что ты попала в беду.

— Па-ап, — я посмотрела на Сергеева. — А ты почему молчал?

Отец лишь пожал плечами. Его скромность меня просто поразила.

— Я не сделал ничего особенного в тот день.

— Вот и я не сделал ничего особенного, когда спас твою дочь, — Мирасов улыбнулся ещё раз. — Но если вы меня сейчас не накормите, умру с голода, и это ляжет вам камнем на совесть.

Отец тут же повёл своего друга к столу, а я вдруг осознала всё сказанное. Проследила за ними глазами. А Макс-то где? Почему он не приехал?

Радость от нежданной новости, от понимания, что Мирасов-старший не возьмёт ни копейки смешалась с внезапным разочарованием и чувством ощутимой потери. Собственно, что я хотела? Сынку богатых родителей нет никакого дела до глупой девчонки. Тогда я была в зависимом положении, он хотел воспользоваться ситуацией, но не получилось. Сейчас, пусть моя семья не такая обеспеченная, мы были на равных.

Улыбнулась гостям, шепнула отцу, что скоро буду, и пошла в дамскую комнату. Крайне необходимо отвлечься и успокоиться. В туалете я пробыла недолго. Минут пять или десять. А когда вышла в холл, то застыла возле зеркала во всю стену, потому что в ресторанчик заявился Максим. Мирасов пришёл на праздник с огромным букетом цветов. Красные и белые розы в охапке выглядели просто потрясно.

Увидев меня, Макс широко улыбнулся. В его скользящем взгляде появился странный блеск, похожий на блеск глаз голодного хищника. По спине сразу пробежал холодок, а ноги потяжелели. Что он такого увидел?

— Приятно, что ты меня ждёшь, — с ходу заявил наглец, как только приблизился, и всучил мне цветы.

— Красивый букет. Отцу понравится.

— Я привёз их тебе, — хмыкнул он. — Разве плохо?

— Угу, — почему-то кивнула. — Ты не хочешь ничего рассказать?

— Ты о чём? — прищурился Макс.

— Когда я… улетала, — слова подбирались с трудом, — на стоянке оставался бандит.

— Ах это?

Мирасов приобнял меня и повёл, направляя в зал. Нужно ли говорить, как я чувствовала себя при этом? Близость Макса, смешинки в голубых глазах, блуждающая улыбка, волосы, уложенные в причёску, приятный запах и расстёгнутая пуговица на рубашке, чуть-чуть приоткрывающая загорелую кожу, влияли на меня отравляюще сладко.

— Забудь. Они тебя больше не тронут.

— Ты им заплатил?

— Нет. Я их почти посадил.

— В тюрьму?

— Ну… Проблем у них стало так много, что они решили отстать. Пообещали никогда больше не вспоминать события, связанные с девочкой Машей, — Макс восхищённо хмыкнул. — Умудриться отравить полкорабля и при этом остаться в живых. Это же какое надо везение!

А вот мне было не до шуток. Да. Я была несказанно счастлива слышать, что их месть более не грозит. И всё же преступная деятельность банды беспокоила меня не меньше, если не больше. Сколько ещё пострадает людей от их отвратительных действий? Лучше бы они все передохли там, чем будут и дальше измываться над жертвами!

— Они продолжат воровать людей…

— Не знаю, — Макс как-то очень нехорошо улыбнулся. — Если не попадутся с поличным. Никто не забыл о Винчете. Капитан рано или поздно вновь совершит ошибку.

— Если бы ты не приехал, меня могли увезти.

Я произнесла фразу с благодарностью, но меня мучило совершенно другое. Ведь ничего этого могло и не быть. Жизненно важным показалось развеять сомнения.

— Ты знал, что твой отец помогает моему из чувства личного долга?

Мирасов остановился и развернулся. Он молчал, я не сводила с него прямого открытого взгляда. По глазам видела — знал. Знал и бессовестно издевался. Да. Он вытащил меня из лап бандитов, выкупил. Но… Чувства накатили, перебивая всё.

— У Алонсо ты тоже знал, кто я такая?

— Маша. Мне кажется, не обязательно вспоминать неприятности. Всё же закончилось? Разве нет? Начнём заново. Такая возможность.

— Заново? Ты серьёзно?

Я криво усмехнулась, а потом всучила Максу в руки букет. Обратно. Сдались мне его цветы!

— Тебе лучше уехать!

— С чего вдруг? — спросил Мирасов и сузил глаза. — Меня пригласил твой отец.

— Значит, отец пригласил? — я расплылась в злой улыбке. — Ну что ж. Желаю удачи.

Расстроенная, я возвращалась к столу. Следом шёл Макс.

— Не думай, что я от тебя отступлюсь

Услышала за спиной его уверенный голос, но промолчала. Иногда лучше молчать. Он просто не знает, какой я бываю упрямой. Побегает, да отстанет.

— Машенька, где ты ходишь? — тут же спросил отец, едва я появилась в его досягаемости. — Мы тебя заждались!

Перевёл взгляд на Макса, обрадовался.

— Твой сын? — многозначительно протянул, обращаясь к другу. — Одно лицо. А говорил, что он позже приедет. Нашёл всё же время, освободился.

Отец встал приветствовать Мирасова-младшего. И пока они здоровались, обмениваясь комплиментами выбрала место, чтобы у Макса не получилось сесть рядом со мной. Ничего страшного, потерплю чуть-чуть Пашку.

Макс это увидел, и мне стало не по себе, когда чуть дрогнули губы в усмешке, заледенел тёплый взгляд. Всего на мгновение. Мирасов быстро взял себя в руки, улыбнулся Каринке.

— Такой шикарный букет для юбиляра! — тут же влезла она, следившая за Максом, как за желанной добычей. Её глаза загорелись на видного парня, а грудь, казалось, ещё сильнее вылезла из корсета.

— Юбиляра? — улыбке Мирасова, адресованной мне, могла змея позавидовать. — Да нет. Это вам.

Он протянул сестре охапку цветов, и та зарделась от счастья. Прям так и пошла красными пятнами от удовольствия. Интересно, когда ей в последний раз дарили букет? Её стало даже немножко жаль.

— Я был уверен, что застолье не обойдётся без красивой девушки. Решил захватить.

Нет! Ну, нормально, да? Как бы это — мой букет! Хотя я сама отказалась.

— А Маша? — тут же нашлась тётя Лариса. — Может, она тоже хочет цветы?

— Маша? — наигранно спросил Макс. — Ты хочешь цветы?

Я хотела испепелить его взглядом, но Мирасов глаза не отвёл. Угу. Противостояние в действии. Скажи я — хочу, наверняка спросит, почему не взяла в холле. Ещё и повеселится.

— Не хочу, — процедила сквозь зубы.

— Я ей, похоже, не нравлюсь, — расстроенно возмутился Максим. — Даже не знаю, что делать!

— Ей вообще никто не нравится, — встрял Пашка. — Семейная черта пассивной ненависти к человеческому обществу. Подвид — обычная эгоистка.

— Помолчи, а, — зашипела я тихонько.

— На правду не обижаются! — многозначительно заключил братец, и я закатила глаза.

Предстоит «весёленький» вечер. Макс засмеялся, а мне захотелось сбежать. Особенно после жаркого взгляда Каринки, которым она наградила Максима. Что будет, когда сестричка узнает о миллионах Мирасовых?

Поздравления шли своим чередом. Я ковырялась в салате и потягивала шампанское. Каринка развлекала Макса, а тот явно действовал мне на нервы. Хотя… Кажется, я была необъективна. Сама виновата, что он оказался именно рядом с ней. Мирасов-младший включил на полную катушку галантность, ухаживая за сестрой. Но после очередной слащавой улыбки, я окончательно разозлилась. Меня сильно сдерживали слова Алисы, заставляя отвлекаться на что угодно, только не смотреть, как Каринка трясёт грудью перед носом Максима. Впрочем, та Лаура-каура ему тоже была симпатична.

— А какое мясо ты любишь? — выдохнула сестра, забирая вилку у Макса. — Буженину или окорок? Можно мне поухаживать?

Я чуть не запыхтела от возмущения, когда увидела, как она наклоняется через Макса к нарезке. И поняла. Если останусь, Каринке не поздоровиться. Точно пожелаю ей подавиться или ногу подвернуть. И ведь не факт, что не сбудется.

Вскочила с места. Решила выйти во дворик ресторанчика, подышать, успокоиться. Не хватало только ревность показывать. Но только встала, как поднялся и Макс. Вышел из-за стола быстрее, приблизился.

— А ну-ка, пойдём, — довольно мурлыкнул на ухо, — потанцуем!

Я не успела возразить или что-либо сделать, как оказалась на просторном танцполе.

Ну, супер! Сердце застучало как бешеное, когда Мирасов прижался. Звучала приятная музыка, от него пахло свежестью с лёгкой горчинкой дорогого мужского парфюма. Объятья баюкали и вызывали приятную дрожь.

— Ты очаровательна в ревности, — довольно заключил он. — Может, поговорим?

— Не хочу.

Попытка отстраниться не удалась. Легче скалу отодвинуть.

— Почему?

— С чего ты взял, что я ревную? Ты самовлюблённый, напыщенный индюк, — вырвалось из меня прежде, чем я подумала.

— Даже так? — чуть обиженно произнёс Макс. — Обзываешься?

— А как? По-твоему, это нормально? Ты обо всём знал и при этом был полным мерзавцем? На что рассчитываешь сейчас? Что я поплыву от радости?

— Ну да, виноват. Но почему ты видишь во мне только плохое?

— Оно всё перекрыло с лихвой. Ты мне врал. Издевался. И хочешь быстренько всё забыть?5ebdbc

— А ты не можешь простить?

— Ничего не пойму, — скептически усмехнулась. — Мальчик-мажор не может найти развлечение?

Показала ему на Каринку. Та следила за нами и смотрела на меня с таким видом, будто я покусилась на её собственность.

— Она мечтает с тобой танцевать.

— Мне нужна ты.

— Ты мне не нужен! — фыркнула я. — Отпусти!

— Не нужен? — Макс начал злиться.

— Нет!

— Ну, хорошо.

Танец как раз закончился, и Макс выпустил меня из объятий.

— Ты уверена?

Я молча смотрела на Мирасова. Сердце в груди рвалось к нему, но обида не давала сделать простой, лёгкий шаг. Порой моя упёртость становилась вредной чертой характера. Но я такой была, и любила даже её. Да, ослица! Да, ненормальная! Могла же поговорить? Выслушать его оправдания? Могла, но сейчас не хотела. Просто потому, что его геройств могло и не быть, будь он порядочным парнем, расскажи мне всё у Алонсо.

Макс понял. В его глазах разгорелись сердитые огоньки. Напряжение между нами чувствовалось даже на расстоянии. Вдруг он усмехнулся, расправил плечи, засунул руки в карманы. Смерил меня насмешливым взглядом.

— Счастливо оставаться! — бросил так… ненавязчиво, а потом ушёл. Просто ушёл, ни с кем не прощаясь.

— Что ты ему наболтала? — змеёй зашипела Каринка, подлетев ко мне в ту же минуту. — Рассказала про мои операции?

— Дура, — сил не было с ней ругаться. — С чего ты взяла, что ему нужна? Вешалась весь вечер на мужика и не давала ему прохода.

— Что?

— Ничего. Он цветы сначала мне подарил.

— Ага. А ты не взяла.

— Вернула.

— И ты меня называешь дурой? — хохотнула сестра. — Но я знаю его мобильный. Завтра он вспомнит обо мне, а я как раз позвоню.

Я усмехнулась и ничего не ответила. Бесполезно. Неудивительно, почему она до сих пор без мужчины. Все женихи пользуются ей раз или два, а потом бегут из-под опеки. Кому понравится прилипала? Самое смешное, Каринка даже не замечала, что делает не так. Она была настолько самоуверенна в собственной неотразимости, что придумывала за ухажёров разные оправдания. То не позвонил, потому что занят, то забыл, то устал на работе. Что угодно, лишь бы оправдать их поступки, а вернее отрицательный результат.

Я же… разрывалась от чувств. Поступки Макса были такими противоречивыми. То лгал, то издевался, то спасал в море, на острове, от пиратов. Цветы вот принёс… Вёл себя довольно прилично, несмотря на полуголую Каринкину грудь.

Дурой я себя не считала. Если нужна — не отступится, будет добиваться и дальше. Хотела ли я ещё убеждаться в его искренних чувствах? Очень хотела. Мне было мало поступков.