Глава 2 · Полночный поцелуй

Я не спала всю ночь.

Сидела на кровати в общаге, завернувшись в старое одеяло, и смотрела на браслет. Он мерцал золотом в темноте, пульсировал в такт сердцу и вообще вёл себя как живой. Я пробовала всё: мыло, масло, зубную нить (зачем — сама не знаю), даже пыталась перекусить его зубами. Бесполезно. Браслет сидел на запястье, как влитой, и, кажется, потешался надо мной.

— Ты дура, — сказала я себе в шестой раз за ночь. — Ты полная, законченная дура. Надо было просто отдать ему книгу. Сказать: «Да, сэр, конечно, сэр, забирайте, сэр». И уйти. Но нет, Зола решила поиграть в героиню.

Соседка по комнате, тихая девушка с факультета целителей, которая обычно даже не дышала в мою сторону, этой ночью дышала очень громко. И косилась на меня. Браслет светился, и скрыть это было невозможно.

— Это… украшение, — сказала я, когда она в пятый раз перевернулась на другой бок. — Подарок. От бабушки.

Она не поверила, но промолчала. Умная девочка. Я на её месте тоже молчала бы, когда соседка сидит в три часа ночи и грызёт собственную руку.

Под утро я всё-таки задремала. И мне приснился ОН.

Ректор стоял посреди того самого зала с фолиантом, смотрел на меня своими жёлтыми глазами и медленно расстёгивал ворот рубашки. Я хотела отвернуться, но не могла. Тело будто парализовало. Он подошёл ближе. Провёл пальцем по моей щеке. Наклонился к уху…

— Зола! — заорала соседка. — Ты проспишь пару!

Я подскочила на кровати с колотящимся сердцем и мокрыми от пота висками. Браслет горел просто нестерпимо. И мне было жарко. Между ног всё ныло, будто я и правда… Впервые испытываю такое за 23 года.

— Да твою ж дивизию, — выдохнула я, утыкаясь лицом в подушку.

Соседка уже ушла, слава богам. Я полежала ещё минуту, пытаясь успокоить дыхание и убедить себя, что это был просто сон. Просто сон. Магическая связь. Стресс. Недосып.

Легче не стало.

Пришлось идти в душ и стоять под ледяной водой в три раза дольше обычного.

Первая пара сегодня была, зельеварение. Мой любимый предмет. Профессор Сайлас, старый гремлин с вечно трясущимися руками, ставил мне высшие баллы даже тогда, когда мои зелья взрывались. Говорил, что у меня «чутьё». Сегодня я сидела на последней парте, пытаясь не смотреть на запястье, и записывала рецепт укрепляющего отвара.

Всё шло нормально ровно до того момента, пока я не почувствовала ЭТО.

Тепло. Оно разлилось внизу живота, как будто кто-то включил печку. Я замерла, вцепившись в перо. Что за…?

А потом начались картинки. Я не видела их глазами, скорее чувствовала. Чьи-то руки на моей талии. Губы на шее. Жёсткая поверхность стола под спиной. И это было так… так…

— Мисс Ли! — рявкнул профессор Сайлас. — Вы что, уснули? Ваше зелье кипит уже пять минут, а вы даже не помешали!

Я дёрнулась и уставилась в котёл. Он и правда кипел, и содержимое приобрело угрожающе фиолетовый оттенок.

— Простите, профессор, — пробормотала я, хватая мешалку. — Задумалась.

— Задумалась она, — проворчал Сайлас, но отошёл.

Я помешивала зелье и чувствовала, как жар внизу живота нарастает. А потом до меня дошло. Это был не мой жар. Это было ЕГО возбуждение.

Ректор. Лорд Эйден Роквуд. Сидел сейчас где-то в своём кабинете, пил утренний кофе и… и…

— Да чтоб тебя! — выдохнула я сквозь зубы.

Браслет на запястье пульсировал в такт моему сердцебиению, и каждый пульс отдавался эхом где-то глубоко внутри. Я пыталась сосредоточиться на зелье, но перед глазами снова всплывали картинки из сна. Его руки. Его губы. Его глаза.

Я помешала зелье слишком сильно. Оно булькнуло и выплеснулось на стол.

Профессор Сайлас посмотрел на меня с нескрываемым подозрением.

— Мисс Ли, может быть, вам стоит посетить целителя? У вас жар? Вы красная как рак.

— Всё хорошо, — просипела я. — Правда. Просто… просто не выспалась.

Он покачал головой и отошёл. Я закрыла глаза и попыталась мысленно достучаться до дракона: «Прекрати! Немедленно! Мне ещё три пары сидеть!»

И, о чудо, жар отступил. Резко. Как будто кто-то выключил рубильник.

Я выдохнула. Но радовалась рано.

Через секунду браслет дёрнулся с такой силой, что я вскрикнула. И в голове раздался голос. Низкий. Бархатный. Раздражённый.

«Ты что, умеешь отправлять мысли через связь?»

Я чуть не выронила мешалку.

«Вы меня слышите?» — подумала я в ответ, надеясь, что это работает в обе стороны.

«Громче некуда. У меня сейчас важные переговоры с попечительским советом, а я вместо отчётов по бюджету слышу, как ты материшь меня на зельеварении».

Мне стало стыдно. Но только на секунду.

«А вы вместо отчётов по бюджету думаете в… ну, в таком ключе?» — парировала я.

Тишина. Такая густая, что её можно было резать ножом. А потом я почувствовала… удивление? И что-то ещё. Смущение? Драконы вообще умеют смущаться?

«Это было не специально, — пришёл ответ. — Связь новая. Мы не контролируем потоки. Когда я испытываю сильные эмоции, ты их чувствуешь. И наоборот».

«Сильные эмоции, — мысленно фыркнула я. — И вы называете это сильными эмоциями?»

Снова тишина. И вдруг, волна такого жара, что у меня подкосились ноги. Это была не просто похоть. Всё вместе, замешанное в один коктейль, от которого у меня перехватило дыхание.

«Не провоцируй меня, девочка», — прошелестело в голове.

Я закусила губу и промолчала.

После пар меня ждал сюрприз. В коридоре ко мне подошёл секретарь ректора, высокий худой мужчина в идеально выглаженной мантии, и громко, при всех, объявил:

— Мисс Ли, лорд Роквуд требует вас в свой кабинет. Немедленно.

Студенты за спиной зашептались. Кто-то хихикнул. Кто-то сказал: «Ну всё, наша южная звёздочка доигралась». Я сжала зубы и пошла за секретарём.

Кабинет ректора находился в главной башне. Мы поднимались по винтовой лестнице минут десять, и за это время я успела придумать примерно пятьдесят вариантов того, что он мне скажет. От «ты отчислена» до «я тебя убью и спрячу труп в подвалах».

Реальность оказалась… страннее.

— Заходи, — сказал секретарь, открывая дверь, и буквально втолкнул меня внутрь.

Кабинет был огромным. Стены, заставленные книгами, огромное окно во всю стену, камин, в котором горел огонь, и массивный стол из тёмного дерева. За столом сидел ОН.

Сегодня ректор выглядел иначе, чем ночью. Собранный. Холодный. Официальный. Чёрный костюм сидел на нём как влитой, волосы убраны в строгий хвост, на лице, маска ледяного спокойствия. Только глаза выдавали. Они горели жёлтым, и в них плескалась ярость.

— Садись, — кивнул он на стул напротив.

Я села. Колени предательски дрожали, но я надеялась, что он не заметит.

— Браслет, — сказал он без предисловий. — Покажи.

Я протянула руку. Он взял её своей. От его прикосновения по коже побежали мурашки. Он рассматривал браслет, водил пальцем по золотому узору, и от каждого его прикосновения у меня внутри всё сжималось.

— Древняя магия, — сказал он наконец, отпуская мою руку. — Очень древняя. Таких контрактов не заключали уже тысячу лет.

— А что это вообще за контракт? — спросила я. — Я библиотекарь, а не историк. Говорите простым языком.

Он усмехнулся. Криво. Хищно.

— Ты теперь мой фамильяр, мисс Ли. Магическое существо, привязанное к дракону. Мы связаны узами крови и магии. Ты чувствуешь мои эмоции. Я чувствую твои. Где ты, там часть моей силы. Где я, там твоя защита.

— Звучит как брак, — брякнула я и прикусила язык.

— Отдалённо, — согласился он. — Но есть одно важное отличие.

— Какое?

Он встал из-за стола и подошёл к окну. Свет падал на его профиль, делая его похожим на статую древнего бога. Красивый.

— Чтобы узы работали стабильно, их нужно подпитывать.

— Подпитывать? — переспросила я. — Как? Кровью? Магией? Зельями?

Он медленно повернулся ко мне. Его глаза горели.

— Физической близостью, мисс Ли. Интимной. Если мы не будем… подпитывать связь, она начнёт сжигать нас изнутри. Сначала ты будешь чувствовать постоянный жар. Потом начнутся боли. А через месяц, максимум два, мы оба сгорим заживо.

Я смотрела на него и не верила своим ушам.

— Вы серьёзно? — прошептала я. — Вы хотите сказать, что я должна… с вами… чтобы не сгореть?

— Именно.

— Но это же… это… — я вскочила со стула. — Это бред! Должен быть другой способ! Какое-нибудь зелье! Ритуал!

— Если бы был, я бы его уже знал, — он скрестил руки на груди. — Поверь, мисс Ли, я не в восторге от этой ситуации не меньше твоего. Последнее, что мне нужно, это студентка-двоечница на моей шее.

— Я не двоечница! — возмутилась я. — У меня средний балл выше, чем у половины твоих аристократиков!

— Какая разница, — отмахнулся он. — Суть не меняется. Нам придётся… взаимодействовать.

Слово «взаимодействовать» прозвучало так, будто он предлагал мне подписать договор аренды. Я смотрела на него и пыталась понять, шутит он или нет? Но по его лицу было ясно: не шутит.

— И как часто нам нужно… взаимодействовать? — спросила я, чувствуя, как горят щёки.

— Чем чаще, тем стабильнее связь, — он говорил спокойно, деловито, будто обсуждал расписание занятий. — В идеале, раз в день. В период адаптации, чаще.

— Раз в день⁈ — у меня голос сорвался на визг. — Вы с ума сошли⁈ Я учусь! Я работаю! У меня нет времени на… на это!

— Найди, — отрезал он.

Я открыла рот, закрыла, снова открыла. В голове проносились мысли. Тысяча золотых. Долг. Мама. Братья. И теперь ещё это. Спать с ректором, чтобы не сгореть. Потрясающе. Просто потрясающе.

— А если я откажусь? — спросила я тихо.

— Тогда ты умрёшь, — просто сказал он. — И я умру. И все твои проблемы с деньгами станут неактуальны, потому что тебя не станет.

Мы смотрели друг на друга. В камине трещали дрова. За окном кричали птицы. Где-то в академии прозвенел звонок на следующую пару.

— У меня вообще-то парень на примете, — выпалила я первое, что пришло в голову. — Джейк с боевого факультета. Мы собирались на свидание.

Я не знаю, зачем я это сказала. Наверное, чтобы он понял, я не какая-то там доступная девчонка. У меня есть выбор.

Эйден посмотрел на меня. И вдруг улыбнулся. Так же, как ночью, криво, хищно, опасно.

— Твой Джейк, — сказал он мягко, — даже близко не подойдёт к тебе, пока на тебе мои узы. Любая попытка интимной близости с другим мужчиной вызовет у тебя такую боль, что ты взвоешь. Проверять будешь?

— Вы чудовище, — выдохнула я.

— Я дракон, — поправил он. — Это почти одно и то же.

Я встала. Руки тряслись. В глазах защипало, но я запретила себе плакать. Не перед ним.

— Хорошо, — сказала я как можно ровнее. — Допустим, я соглашусь. Но на моих условиях.

— Каких? — он приподнял бровь.

— Во-первых, никто не должен знать. Если кто-то узнает, что я сплю с ректором, меня сожрут сплетнями. Во-вторых, это не делает меня твоей собственностью. Я свободный человек. В-третьих, ты решаешь мои финансовые проблемы.

Последнее вылетело раньше, чем я подумала. Но отступать было некуда.

Он рассмеялся. Впервые за всё время, открыто, громко, искренне.

— Ты торгуешься, — сказал он, отсмеявшись. — С драконом. Торгуешься. Ты вообще понимаешь, что наглость, не самое лучшее качество для переговоров?

— Я студентка с юга без гроша в кармане, — ответила я. — Наглость, это всё, что у меня есть.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

— Идёт. Ты получаешь стипендию. Полную. Я оплачиваю твоё обучение и проживание. Взамен ты выполняешь свои… обязанности по контракту. И молчишь.

— Идёт, — выдохнула я, протягивая руку.

Он пожал её. Ладонь у него была горячей и сухой. От прикосновения по телу снова пробежала дрожь, и браслет на запястье вспыхнул золотом.

— Тогда приступим, — сказал он.

— Что, прямо сейчас? — я отдёрнула руку. — Здесь? В кабинете? А как же романтика, цветы, ужин при свечах?

— Романтика? — он усмехнулся. — Мисс Ли, мы заключаем сделку, а не вступаем в брак. Ты хотела денег, ты их получишь. Всё остальное, факультативно.

Мне стало обидно. Глупо, по-женски, но стало. Я что, настолько непривлекательна? Он говорит об этом так, будто мы идём чистить зубы. Обязательная гигиеническая процедура.

— Знаете что, — я поднялась и одёрнула форму. — Если это для вас просто процедура, то давайте составим график. Чтобы я могла планировать своё время. Когда вам удобно? После пар? Или по ночам, чтобы никто не видел?

Он снова уставился на меня. Кажется, я его удивила.

— Ты… — начал он.

— Я деловая, — перебила я. — Вы хотели контракт? Получите. Всё по-взрослому. Буду вести учёт. Чтобы вы потом не говорили, что я не выполняю свои обязанности.

Я развернулась и пошла к двери. У выхода остановилась и бросила через плечо:

— Вечером. После закрытия библиотеки. Я работаю до полуночи. Успеете — приходите. Нет, значит, судьба.

И вышла, громко хлопнув дверью.

В коридоре я прислонилась к стене и выдохнула. Сердце колотилось как бешеное. Что я только что сделала? Я назначила встречу дракону. В своей подсобке. В полночь.

— Господи, — прошептала я. — Мамочка, прости меня. Я, кажется, совсем сошла с ума.

Браслет на запястье пульсировал теплом. И в этом тепле мне почудилось что-то похожее на одобрение. Или насмешку. С драконами никогда не поймёшь.

Вечером я сидела в библиотеке и смотрела на часы каждые пять минут. Грызун, почуяв моё состояние, издевался как мог:

— Что, девка, ждёшь кого? Жениха? Ха-ха-ха! Да кому ты нужна, южная обезьяна!

— Заткнись, — шикнула я, но без злости.

Я правда ждала. И боялась. И хотела. Чёрт возьми, я хотела, чтобы он пришёл. После сегодняшнего разговора, после того, как он смотрел на меня своими глазами, я поняла одну вещь: проблема не в том, что мне придётся с ним спать. Проблема в том, что я хочу этого.

А это, Зола, — сказала я себе, — очень и очень плохо.

Часы пробили полночь. Я зажгла свечу на столе и стала ждать.

И он пришёл.

Бесшумно. Как тень. Просто материализовался из темноты за моей спиной, и я почувствовала его запах раньше, чем увидела.

— Не опоздал, — сказал он тихо.

Я обернулась. Он стоял в двух шагах от меня, и в свете свечи его лицо казалось высеченным из камня.

— Я думала, вы не придёте, — прошептала я.

— Я всегда прихожу за своим.