Глава 3 · «Добро пожаловать в ад»

Я стояла и смотрела на него, а он на меня. Свеча на столе коптила, отбрасывая причудливые тени на стеллажи с книгами. Где-то в углу тихо шуршал Грызун, но даже он, кажется, затаился в предвкушении зрелища.

— Здесь? — спросила я, обводя рукой подсобку. — Серьёзно? Среди пыльных фолиантов и моих тетрадей?

— А ты хотела в моих покоях? — усмехнулся он. — С шампанским и лепестками роз?

— Я хотела бы вообще не иметь этой проблемы, — буркнула я, но отошла к столу и принялась нервно перекладывать бумаги. — Но раз уж так вышло… Подожди.

Я выдвинула ящик стола и достала оттуда потрёпанную тетрадь в клеточку.

— Что это? — насторожился ректор.

— Тетрадь для учёта, — я села за стол и открыла чистый разворот. — Договорились же. Контракт есть контракт. Буду записывать, когда и сколько. Чтобы потом никаких претензий: «Ах, ты мне недодала, ах, мы недоподпитались».

Он смотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова. Потом медленно подошёл и заглянул в тетрадь.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — я вывела наверху страницы: «Учёт половых актов во исполнение магического контракта». Красиво, с завитушками. — Итак. Номер один. Дата сегодняшняя. Время… — я посмотрела на часы, — 00:15. Место: подсобка библиотеки. Особые приметы…

Я задумалась, покусывая колпачок ручки.

— Ты ненормальная, — сказал Эйден. Но в голосе послышались смешливые нотки.

— Я деловая, — поправила я, поднимая на него глаза. — Есть разница. Так что там с особыми приметами? Может, ты любишь, когда царапают спину? Или, наоборот, терпеть не можешь поцелуи в шею? Мне нужны вводные для качественного исполнения.

Он смотрел на меня ещё секунду, а потом сделал то, чего я совсем не ожидала. Он засмеялся. По-настоящему, от души. Этот смех преобразил его лицо, сделав его моложе и… человечнее, что ли.

— Ты невероятная, — сказал он, перестав смеяться. И посмотрел на меня так, что у меня внутри всё перевернулось.

— Так что там с особыми приметами? — повторила я, но голос предательски дрогнул.

Вместо ответа он наклонился, вынул ручку из моих пальцев и отложил её в сторону. Потом закрыл тетрадь и отодвинул на край стола.

— Не понадобится, — сказал он тихо. — Ты всё поймёшь без записей.

— Откуда такая уверенность? — выдохнула я.

— Потому что связь, — он провёл пальцем по моей щеке, и от этого прикосновения по коже побежали мурашки. — Я буду чувствовать, что тебе нравится. А ты, что нравится мне. Это не работа, Зола. Это… немного сложнее.

— Я не умею, — выпалила я, потому что врать было бесполезно. Он всё равно чувствовал мой страх через браслет. — У меня никого не было. Совсем. Я вообще планировала сначала диплом получить, потом карьеру сделать, а потом уже… А тут ты, дракон, контракт, полночь…

Он слушал меня молча. А потом взял моё лицо в ладони и посмотрел прямо в глаза.

— Я знаю, — сказал он просто. — Я чувствую. И это ничего не меняет. Мы справимся.

— Ты так говоришь, будто у тебя большой опыт в соблазнении девственниц в библиотеках, — попыталась пошутить я, но шутка вышла жалкой.

— У меня большой опыт в том, чтобы контролировать себя и свою магию, — ответил он. — А это главное. Я не сделаю тебе больно. Обещаю.

Я смотрела в его глаза, горящие в полумраке, и почему-то верила. Хотя не должна была. Он ректор. Он дракон. Он опасен. Но от его рук, лежащих на моих щеках, шло такое тепло, что все страхи отступали.

— И что мне делать? — спросила я шёпотом.

— Для начала — дышать, — усмехнулся он. — Просто дыши и ничего не бойся.

Он наклонился и поцеловал меня.

Я думала, что буду сравнивать это с чем-то, с фильмами, с книгами, с рассказами подруг. Но нет. Это было просто… волшебно. Его губы, тёплые, мягкие, на моих губах. Его руки, спускающиеся с моих щёк на шею, на плечи. Его запах, везде.

Я закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать.

Поцелуй углублялся. Я несмело ответила, и он одобрительно хмыкнул, прижимая меня к себе крепче. Мои руки сами собой забрались ему под пиджак, коснулись рубашки, ткань была дорогой, гладкой и горячей от его тела.

— Угу, — промычала я, не в силах оторваться от его губ.

— Что? — выдохнул он мне в рот.

— У тебя рубашка дорогая, — сказала я. — Испачкаю.

Он замер на секунду, а потом расхохотался. Прямо мне в губы.

— Зола, — сказал он, отсмеявшись. — Ты невозможна.

— Я просто практичная, — ответила я, чувствуя, как от его смеха по телу разливается тепло.

— К чёрту рубашку, — сказал он и одним движением стянул её через голову.

Я смотрела на него и, кажется, забыла, как дышать. У него было потрясающее тело, широкие плечи, рельефные мышцы, тёмная дорожка волос, уходящая вниз. И татуировки. На груди, на рёбрах, замысловатые узоры, которые, кажется, слегка светились в темноте.

— Красиво, — выдохнула я.

— Это родовые знаки, — пояснил он, берясь за пуговицы моей формы. — Каждый дракон их имеет.

— А больно было набивать?

— Зола, — он посмотрел на меня с укоризной, но в глазах плясали смешинки. — Ты серьёзно сейчас об этом?

— Я волнуюсь, — честно призналась я. — Когда я волнуюсь, я начинаю задавать глупые вопросы.

— Тогда задавай, — он ловко расстегнул последнюю пуговицу и снял с меня форменную блузку. — Мне нравится твой способ справляться с волнением.

Я осталась в простом хлопковом бюстгальтере. Обычном, дешёвом, совсем не соблазнительном. И смутилась.

— У меня бельё некрасивое, — сказала я, прикрываясь руками. — Я не знала, что сегодня… ну, это.

— Зола, — он мягко убрал мои руки и посмотрел на меня. В его взгляде не было насмешки. Только тепло и что-то ещё, от чего у меня подкашивались колени. — Мне плевать на бельё. Правда.

— Ты так говоришь, потому что хочешь меня раздеть, — фыркнула я.

— И поэтому тоже, — согласился он, расстёгивая бюстгальтер. — Но в основном потому, что ты красивая. Сама по себе. Без белья, без формы, без всего.

Я хотела сказать какую-то колкость, но не успела, он наклонился и поцеловал мою грудь. Слова застряли в горле. А потом и дышать стало трудно.

— Ох, — выдохнула я, запрокидывая голову.

— Что? — спросил он между поцелуями.

— Вопросов нет, — прошептала я. — Всё хорошо.

Он усмехнулся и продолжил.

Дальше всё было как в тумане. Я помню его руки везде, его губы, его шёпот: «Расслабься, я рядом, я держу». Помню, как он уложил меня на старый диван в углу подсобки. Помню, как стягивал с меня юбку, как целовал живот, как шептал что-то нежное, отчего хотелось плакать и смеяться одновременно.

А потом было немного больно. Совсем чуть-чуть, он был осторожен. Но я всё равно зажмурилась и вцепилась ему в плечи.

— Тише, — выдохнул он мне в ухо. — Всё хорошо. Я здесь.

— Знаю, — прошептала я. — Я чувствую.

Через связь я ощущала его эмоции, смесь нежности, желания и странной, почти болезненной заботы. Он правда боялся сделать мне больно. Этот огромный дракон, самый сильный маг академии, боялся причинить вред какой-то студентке с юга.

И от этого осознания у меня внутри всё растаяло.

— Двигайся, — сказала я, открывая глаза и глядя на него. — Я в порядке. Честно.

Он улыбнулся, по-настоящему, тепло, и поцеловал меня. И дальше было уже не больно. Дальше было хорошо. Потом очень хорошо. А потом, просто невероятно.

В какой-то момент я вскрикнула и выгнулась, чувствуя, как по телу разливается горячая волна. И одновременно с этим он зарычал, низко, глухо, по-звериному, и сжал меня в объятиях.

Мы лежали на узком диване, тяжело дыша, и я чувствовала, как его сердце колотится в унисон с моим.

— Это… — начала я.

— Не говори ничего, — попросил он, утыкаясь носом мне в волосы. — Просто полежи так.

Я полежала. Минуту. Две. Потом до меня дошло.

— Так, — я села на диване, прикрываясь его пиджаком (он успел накинуть его на меня), — а почему я чувствую себя так, будто сдала норматив по физкультуре, а ты, будто пробежал марафон?

Эйден приподнялся на локте и посмотрел на меня. В глазах снова плясали смешинки.

— Потому что связь работает в обе стороны. То, что ты чувствуешь — отражение того, что чувствую я. А я, знаешь ли, не каждый день… подпитываюсь.

— И часто ты это делал раньше? — спросила я и прикусила язык. — Прости, не моё дело.

— Никогда, — ответил он просто. — У меня не было фамильяра. Никогда. Ты первая.

Я смотрела на него и пыталась переварить эту информацию. Первая. Я у него первая. В каком-то смысле.

— Ну, — сказала я, вставая и начиная собирать одежду, — для первого раза у нас неплохо получилось. Надо записать.

— Ты серьёзно про тетрадь? — он тоже встал и начал одеваться, и я поймала себя на том, что украдкой разглядываю его тело. Красивое. Очень.

— Конечно, — я подошла к столу, открыла тетрадь и вывела: «Раз первый. Оценка: пять с плюсом. Особые приметы: очень нежно, немного страшно, на удивление приятно. Драконы, ребята ласковые, вопреки стереотипам».

Эйден заглянул через плечо и прочитал. Я ждала насмешки, но он вдруг стал серьёзным.

— Ты правда считаешь, что это была пятёрка? — спросил он тихо.

— А ты сомневаешься? — я повернулась к нему. — Лично я не с чем сравнивать, но мне понравилось. Очень.

Он смотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

— Хорошо. Тогда до завтра?

— До завтра, — согласилась я. — В это же время?

— Я приду.

И исчез. Просто растворился в темноте, как будто его и не было.

Я стояла посреди подсобки с тетрадкой в руках, в одной рубашке (моя форма была нещадно измята), и пыталась понять, что только что произошло.

— Ну и дела, — прошептала я.

— Я всё видел! — заорал Грызун из своего угла. — И слышал! Ты, южная бесстыдница, совратила ректора!

Я закатила глаза.

— Во-первых, это он меня совратил, если уж на то пошло. Во-вторых, если ты кому-нибудь расскажешь, я пересажу тебя в горшок без дренажа. Будешь гнить заживо.

Грызун обиженно затих.

Я собрала вещи, привела себя в порядок и побрела в общагу. В голове было пусто и легко одновременно. Браслет на запястье светился ровным золотым светом.

— Ну что, — сказала я ему шёпотом, — будем дружить?

Браслет мигнул. Я решила считать это за «да».

Утром меня ждал сюрприз. В моей комнате, на тумбочке, лежал конверт. Толстый, с золотой печатью академии.

Я открыла его дрожащими руками. Внутри была бумага, официальное уведомление о назначении полной ректорской стипендии «за выдающиеся успехи в зельеварении и библиотечном деле». И приложение, чек на тысячу золотых. Аванс.

— Ни фига себе, — выдохнула я.

Соседка смотрела на меня с подозрением.

— Тебе письмо принесли рано утром, — сказала она. — Лично ректорский секретарь.

— А, — я спрятала конверт под подушку. — Это по поводу библиотеки. Я там нашла редкую книгу. Премия.

Она не поверила, но промолчала. Умная девочка.

Я смотрела в потолок и улыбалась. Мама получит деньги. Братья будут сыты. Учёба оплачена. И всё, что для этого нужно, иногда встречаться с драконом в подсобке.

— Я справлюсь, — сказала я себе. — Это же просто контракт. Всего лишь контракт.

Браслет на запястье согласно мигнул. Но почему-то мне показалось, что он надо мной смеётся.