Глава.29 Где я?

Сон был беспокойным. Мне было холодно и неудобно, что-то упиралось в спину, шея затекла. Ничто из этого не доставляло мне приятных минут, но вырваться из сновидения никак не получалось.

Я всеми силами пыталась заставить себя проснуться, но не получалось.

Это навевало совсем нехорошие мысли, которые метались в моём мутном сознании как испуганные зайцы.

Не знаю, сколько прошло времени, но я очнулась оттого, что на меня капал дождь. Тяжёлые и холодные капли разбивались о моё лицо на более мелкие брызги, и меня это совсем не радовало.

Вообще, всё тело замёрзло и намокло, а руки затекли так, что я не могла понять, что с ними?

Как я могла промокнуть на террасе? Там же крыша.

Едва разлепила тяжёлые веки, но лучше мне от этого не стало. Где я? Надо мной нависали тёмные деревья, листьев на них не было, вокруг зверский холод, свинцово-серое небо нависало вокруг.

Я моргала и не могла понять: сон или явь?

Судя по ощущению холода, я не сплю, но если вдуматься об окружающем пейзаже, то я брежу.

И тут ещё как насмешка судьбы, среди капель дождя стали появляться снежинки, но не красивые лучики, а слипшиеся в непонятные фигуры хлопья.

Так, надо что-то делать, а то я насмерть замёрзну. С трудом повернула голову и увидела, что я лежу в лодке. Это дало толчок моему мутному сознанию. В такой шутке я уже участвовала, но было не так страшно, видимо, у шутников туго с воображением, поэтому они способ выбрали тот же, а вот куда забросили меня – это вопрос.

Дайте мне только выбраться отсюда, я вас так прокляну, вовек не отмоетесь! Злость придала сил. Я всё понимаю, можно не любить меня или злиться, но вот пытаться убить не стоит.

Постаралась перекатиться набок, и вот тут поняла, что мои руки связаны за спиной, я на них всё это время лежала, именно поэтому и не ощущаю их. Страшно представить, что будет, когда к ним вернётся чувствительность.

Если вернётся. Тут насущные вопросы: сколько я так лежу и удастся ли снять путы?

Лодка уткнулась в берег, но всё равно в ней было тяжело двигаться, так как она качалась, а я скользила и падала, но всё же мне удалось перевернуться на манер гусеницы и встать на колени.

Пейзаж вокруг удручал. Я находилась в горах, кругом редкий лес и отвратительная погода, я молчу, что река протекала по дну ущелья, а мне бы наверх выбраться надо, а вокруг грязь и слякоть.

Страшно было выбираться на берег, а то если упаду, могу утонуть в метре от берега! Тело слушалось плохо, одежда будто камень, руки связаны.

- Мурзиан! – прошипела я. – Где ты ходишь, когда хозяйка в беде?!

И о чудо, этот наглый хам появился рядом с лодкой в воде.

Надо было слышать визг и шипение котяры, хоть какое успокоение моей мятущейся душе.

- Ведьма, это что? Это ты где?! – никак не хотел успокаиваться фамильяр, не зная, что отряхивать быстрее: намокшую шерсть или грязные лапы?

- Мне бы и самой хотелось знать, - рыкнула я. – Ещё бы, как я сюда попала, ну и просто великолепно было бы понять, как отсюда уйти! А пока, не мог бы ты, поспособствовать развязыванию моих рук!

- Сейчас, не тарахти! – раздражённо сообщил кот и запрыгнул в лодку. – Сама же знаешь, что я могу кое-что, но не всё в материальном мире. Я же больше дух и советчик, а не спасатель.

В общем, этот недоспасатель грыз и тянул верёвки на моих руках минут двадцать, я уже успела впасть в апатию, но вот, наконец, он радостно сообщил, что всё готово.

И мне бы хотелось разделить его радость, но беспокойство не давало. Рук я не чувствовала.

- Ты чего, ведьма? – обеспокоенно спросил Мурзиан и перебежал вперёд, чтобы видеть моё лицо. Он совсем по-кошачьи отёрся о колени и заглянул в глаза, уже не обращая внимания, что пачкается и мокнет, хотя мы вдвоём были похожи на жертв кораблекрушения: мокрые, грязные и несчастные.

- Рук не чувствую вообще, - тихо ответила я.

- Совсем? – как-то по-доброму спросил фамильяр. Такого тона я давненько от него не слыхала.

- Совсем.

- Сейчас что-то придумаю, - сообщил он и побежал мне за спину.

Я чуть обернулась, чтобы проверить, что он делает. Этот проныра стал покусывать мне пальцы.

- Чувствуешь? – спросил спустя какое-то время.

- Нет, - покачала головой.

Тогда он решил просто переместить их, толкая головой, будто тараном, их ко мне вперёд, затем, прикусив палец, затащил на колени и стал по ним топтаться лапами, изображая массаж.

Спустя десять минут его усилий, мои посиневшие руки стали чувствовать его прикосновения. Сначала слабо, а потом всё сильнее, а вот когда вся чувствительность добралась до меня, я шипела и ругалась что было сил, так как от плеч до кончиков пальцев болело всё! Будто тысячи иголок впились в кожу.

- Тише, скоро отпустить, - приговаривал Мурзиан, прислонившись к моей спине. – Это же хорошо, что чувствуешь! А то я боялся, они такие синие были!

- Ой, что-то я не чувствую себя счастливой! – простонала я в ответ.

- Ты растирай руки, разгоняй кровь, замерзла ты знатно, надо бы найти укрытие, а то совсем околеешь! – приговаривал кот, подталкивая меня, будто побуждая уйти из лодки.

Я и сама понимала, что надо уходить, а то мне и выбираться не придётся, так замёрзну, поэтому заставила себя перебраться через край и по холодной воде добраться до берега. Меня уже сотрясала крупная дрожь, Мурзиана прижимала к груди, но теплее не становилось.

- Пойдём, поищем пещеру, что ли? – сказал он.- Может, дождь сможем переждать.

- Он и месяц может идти, - устало сказала в ответ.

- Но ты-то месяц стоять тут не можешь, идём! – повелительно прикрикнул Мурзиан.

Мы медленно двинулись вперёд, оскальзываясь по раскисшей земле. Камни тоже были мокрыми и скользкими, поэтому я пару раз всё же падала.

Из хороших новостей было то, что я, как заснула в рабочем переднике, так меня в нём в лодку и бросили, так что с собой у меня были кое-какие хозяйственные мелочи.

Брели мы около четырёх часов. Никаких пещер мне не попадалось, и я уже с трудом соображала от усталости и слабости. Мурзиан ничего язвительного не говорил, наоборот, забегал вперёд, чтобы проверить скалы, и советовал куда лучше идти. Такое его поведение не радовало, так как значило, что у нас реально большие неприятности, и он боится за меня.

Когда уже стало смеркаться и у меня появилось нехорошее ощущение, что придётся ночевать под открытым небом, Мурзиан радостно сообщил, что в ста метрах впереди есть пещера и мне нужно до неё дойти.

Это известие было хорошим, поэтому я брела упорно в ту сторону. Кот уже успел в неё сходить и осмотреться, чтобы не было диких животных, но я вообще не увидела за всё время хоть какой-то живности – мёртвый лес. Ничем хорошим это для меня могло не закончиться.

Пещера и вправду была хорошей, узкий вход расширялся во вполне приличное пространство. Самое интересное, что здесь был небольшой запас дров и подобие очага из камней.

- Тут кто-то бывает? – удивилась я.

- Похоже, да, но я не знаю кто? Может, охотники? – предположил фамильяр.

- Не заметила я дичи что-то вокруг.

- Уточню, охотники на нежить, - напряжённо ответил кот.

- Что?!

- Ведьма! Ну что ты тупишь, как ржавый нож, - опять превратился Мурзиан в родного язвительного духа, - это же Чёрный лес!

- Только этого не хватало!

- Ну а куда ты ещё могла приплыть по реке?

- Не знаю, но хотелось бы не сюда! Не очень хочется быть сожранной какой-то дрянью.

- Тут на входе защита стоит, так что если толпы ломиться не будут, то выдержит, а на тебе защитный амулет, но всё же задерживаться в таком месте не хотелось бы, - сообщил очевидные вещи дух. – Разведи огонь, тебе согреться надо, а ты болтаешь! Я пойду ещё дров поищу!

С этими словами Мурзиан убежал, а я села у очага, собирая шалашик из веток. Слава всем богам, что в переднике всегда был розжиг! Магом огня я не была, так что и хворост бы не помог согреться, если не можешь его поджечь!

Язычки пламени радостно набросились на дерево, и повеяло теплом. Большой костёр разводить было не из чего, так что придвинулась как можно ближе, а передник разложила рядом.

Такого приключения у меня ещё не было, грустные мысли ворочались в голове, а в груди начинало болеть. Только этого и не хватало!