Глава 15

— Взываю к Негасимому Огню, что полыхает в недрах земли! О, великая сила, стихия жизни и смерти, заполни Пещеру Чар вечным жаром, выжги воды Источника, осуши Мертвую Реку! Пусть сгорят в яростном пламени души Первых Магов! Да упокоятся они навеки за Границей жизни и не будет им возврата в мир живых!

Ведьма стояла в центре мраморного моста через Мертвую Реку. Ее длинные косы змеились по черному шелку плаща, руки вздымались вверх, глаза горели неистовой страстью. Заклинание Негасимого Огня, собранное из кусочков древних обрядов, преданий, колдовских чар, набирало мощь вблизи вод Источника, крепло невиданной силой, росло и множилось в недрах Пещеры Чар. Руки ведьмы рождали вихри, колыхали темные воды Мертвой Реки, волновали Источник. Гул водопада набирал громкость и мощь. Вода неудержимой стеной обрушивалась в реку, вздымала огромные волны, ревела, бурлила, бросалась на камни стен.

Глубоко в недрах земли рождался могучий гул. Все ближе и ближе гремела, рвалась наружу гигантская сила древней стихии, пока, наконец, от мощных подземных толчков не содрогнулись каменные стены пещеры, не раскололись трещинами, не затряслись, не загрохотали. Дрогнул мост через Мертвую Реку, зашатался и треснул. Морвенна сплела пальцы и легким облаком воспарила к сводам пещеры. Обломки моста рухнули в реку, та вздыбилась крутыми волнами, обрушилась на стены. Вода грохотала, рвалась, кипела от клокочущей под землей огненной силы, пока гонимая мощным толчком кипящая рыжая лава не хлынула горящим жаром в разверзнутую пасть расколотого русла Мертвой Реки.

От кипящих вод поднимался жаркий, липкий пар. Морвенна провела рукой – поместила себя в прозрачный кокон. Воды реки бурлили, испарялись, превращались в густое золотистое облако. Водопад иссяк. Влажные стены пещеры стремительно высыхали. Негасимый Огонь прожорливой пастью поглощал кипящую воду. Вот уже не вода, а огненный змей тяжело полз по руслу Мертвой Реки по направлению к Границе жизни. Пещера горела жаром тысячи печей. Морвенна изо всех сил держала свой кокон. Заклинание Негасимого Огня вырвалось из-под ее власти. Еще немного – и пещера рухнет в бездонный лавовый котел подземных глубин. И Морвенна рухнет вместе с пещерой. Магия заклинания вытянула из нее все силы, она еле держалась в воздухе и все сильнее ощущала невыносимый жар огня сквозь тонкий защитный кокон. У нее не хватит магии выбраться из Пещеры Чар. Она сгорит в буйном пламени, оставив после себя лишь кучку серого пепла.

Ведьма закрыла глаза и начала молиться Небесной Волшебнице. О спасении своей души и сохранении во здравии своих близких. Она никогда особо не верила в Небесную Волшебницу. Посмеивалась над Лилли, когда та молилась. В этом мире правят магия и сила. Небесной Волшебнице, даже если она существует, нет дела до печалей и горестей смертных Видимого Мира. Но теперь, вблизи смертного часа, ведьме отчаянно захотелось верить в то, что где-то за облаками есть призрачная обитель Небесной Волшебницы. Морвенна умрет и попадет в теплые материнские объятия защитницы, берегини бессмертных душ. Небесная Волшебница простит ее грехи и проводит на заоблачные поля, где нет страданий и горя, но царят вечный покой и светлая радость.

Помолившись, Морвенна открыла глаза, приготовилась сгореть в негаснущем пламени. Ее душа успокоилась, теперь она не боялась смерти и уже готовилась принести свою жизнь в жертву Негасимому Огню, как вдруг, грохот падающих камней прекратился, жар схлынул, Морвенна ощутила на губах влажный соленый ветер и услышала отдаленный шум. Она опустила глаза. Там, где когда-то бежали воды Мертвой Реки и струился водопад Источника, по-прежнему текла густая рыжая лава. А вдалеке, в глубинах пещеры, рождался, нарастал, множился гул воды, бьющейся о скалы.

Все ближе и ближе катились прохладные воды, врезались в огненную лаву, шипели, испарялись, съедаемые могучим огнем. Но в тот же миг, когда прежние воды гибли от жара, на их место катились другие, еще более мощные, пахнущие свежим морским бризом. Он гасили пламень огня, бежали, заполняли раненую, испещренную трещинами пещеру, рождали новую реку. Вскоре исчезла потушенная неудержимыми водами лава. Вновь забурлила возрожденная из пепла Мертвая река, всколыхнулся, ожил, капля за каплей появился Источник. Зажурчал водопад, заискрился водой с золотыми искрами.

Не в силах держаться, Морвенна сбросила магию защиты и левитировала к Источнику. Бросилась в его спасительные воды. Как приятно вновь ощутить прохладную влагу после убийственного жара огня. Золотистая вода Источника вернула ей силу, свежесть, дала надежду. Морвенна смеялась, и ее звонкий смех алмазными каплями разносился в глубинах возрожденной Пещеры Чар. Она присмотрела у стен пещеры небольшой выступ и потянулась к нему – обсохнуть и подумать, что делать дальше. Кто-то из Первых вернул воду в Источник. Наверное, Мортин – Маг Бескрайнего Моря.

Первые уже знают, кто вызвал Негасимый Огонь из недр земли. Что они сделают? Убьют ее? Обрекут на вечные муки? Морвенна ничего не боялась. У нее почти получилось! Она собрала из осколков памяти заклинание невиданной силы и обрушила магию Пещеры Чар. Ни одной смертной ведьме доселе не удавалась магия такой силы, способная подчинить древнюю стихию, основу жизни и обрушить ее на магию Первых. Колдовские чары Морвенны схлестнули в равной борьбе две могучие первозданные стихии: огонь и воду, разрушили стены Пещеры Чар и едва не погубили Первых Магов. Она дотянулась, наконец, до каменного выступа, забралась и уселась, свесив мокрые ноги. Расстегнула ворот плаща, сняла мокрый шелк и бросила плащ в течение Мертвой Реки. Вот бы снять платье и обсушиться у огня в ее магическом доме! Но Морвенна не двигалась. Сидела на выступе и ждала. Суда и расправы. Она знала: ждать осталось недолго. Скоро решится ее судьба, и жизнь совершит новый поворот.

Сколько мгновений она просидела на камне – не помнила, не сознавала. Намокшие волосы тяжелыми прядями спадали на плечи, платье она слегка отжала. Туфли Морвенны еще раньше упали в огненную лаву, и теперь ее босые ноги торчали из-под мокрого черного платья. Что-то менялось вокруг. Все также журчала вода, по каменным стенам бежали тонкие золотистые струи, наполняя пещеру легким прозрачным светом. Но воздух сгущался, и вот уже Морвенна ощутила резкий, неприятный запах, будто тысячи мышей проникли в Пещеру Чар, заполнили ее противной удушливой вонью.

Бамз! – резкий звон, словно от пущенной стрелы – и под ногами Морвенны возник новый беломраморный мост, соединил два берега Мертвой реки.

— Идем, ведьма! – от резкого голоса Морвенна вздрогнула и опустила глаза. На мосту стоял Ромуал, все в той же черной повязке, и протягивал ей длинную тонкую руку.

Морвенна молчала. Что, если не пойдет? Откажется. Останется здесь. Еще немного – и Источник вновь наполнит магией ее уставшее тело, придаст ей сил, и она попробует снова. Новое заклинание Негасимого Огня будет мощнее, ярче предыдущего.

— Ничего не выйдет! Идем! – качал головой Ромуал. Морвенна пригляделась: в его глазах ей почудились презрение и жалость. Она вызывает жалость у мерзкого подземного рольгена! Гнев вспыхнул в сердце ведьмы, с уст сорвались слова:

— Отстань! Никуда я с тобой не пойду. Ты не можешь меня заставить!

Едкий, тоненький смех прорезал шум водопада. Рольген сгибался пополам, держась за живот, и неудержимо смеялся, смеялся.

— Ха-ха-ха! Думаешь, мне нужно твое позволение, дура? Ты ошиблась, когда решилась на коварный обман. Никто, ни одна смертная ведьма еще не смогла обмануть Первых! Твоя участь уже решена.

— Что меня ждет? – у Морвенны побелели губы. Она знала, что это наступит, что придет расплата, что она умрет. Но сейчас, в решительный момент, не смогла сдержать страх, рвущийся наружу из уставшей души.

— Скоро узнаешь! Тебе предстоит последнее свидание с Первыми Магами. Поверь: такой чести до тебя не удостаивалась ни одна ведьма, побывавшая в Пещере Чар.

В душе Морвенны вспыхнула искра надежды: раз зовут на встречу, может, дадут ей попробовать еще раз? Она может соврать, что случайно вызвала огонь. Не сдержала свою силу и сама об этой жалеет. У Первых уже нет той силы, что творила и рушила миры, повелевала временем и пространством, создавала смертные расы. Теперь они — бестелесные духи, правда, обладающие кое-какой магией, поддерживаемой водами Источника.

— Я пойду с тобой, рольген! Но не смей касаться меня своей грязной рукой!

Морвенна неловко спрыгнула с уступа на мраморный мост и тут же схватилась за спину. Она так долго просидела, скрючившись на камне, что все тело ломило от боли. Ей было холодно. Она ощутила, что ее магия вновь набирает силу, но не желала признаваться в том рольгену. Будет лучше, если Первые решат, что она обессилена и неопасна. Рольген насмешливо склонился, вытянул руку, приглашая ведьму идти вперед. Морвенна вздернула подбородок, отбросила на спину тяжелые косы и прошла по мосту так, будто торопилась на бал в Розенгардском замке, а не на судилище, где будут решать ее судьбу.

Едва они сошли с моста и добрались до следующей пещеры – на сей раз без магического леса, птиц и цветов – рольген суетливо выбежал вперед, щелкнул пальцами и открыл дрожащее окно портала.

— Шагай в портал! – его визгливый голос в пустоте пещеры тут же разнесся эхом. Прозвучало, как «Шагай—шагай—шагай….».

— Разве ты утратил искусство мгновенного перемещения, Ромуал? Остались силы лишь на короткие порталы?

— Своим заклинанием ты нарушила всю магию Пещеры, ведьма! Но за это тебе тоже придется платить, вот увидишь!

Он вытянул руку и устремил на ведьму злобный взгляд. Морвенна усмехнулась и решительно шагнула в портал, рольген прыгнул за ней. Дрожащее окно исчезло, и пещера вновь наполнилась тишиной, прерываемой далеким гулом падающих вод Источника.

Морвенна вышла из окна портала в тот же огромный зал с высоким сводом, озаренным светом множества золотых нитей Источника, струящихся по стенам и падающим в ручей, воды которого через отверстие меж камнями утекали в Мертвую Реку.

Четверо Первых вновь сидели на каменных тронах. Их фигуры, насквозь пронизанные магией Источника, ярко светились, но теперь больше походили на бестелесные тени. Морвенна решила, что ее заклинание все же навредило Первым. Пройдет немало времени, пока они обретут былую силу. Хуже всех смотрелся зеленый Мортин. Это он обрушил на Негасимый Огонь воды Бескрайнего Моря. Видно, силен был дух этого мертвого мага, раз сумел побороть столь мощное заклинание! Зато теперь он выглядел гораздо хуже мокрой Морвенны. Бледная, тонкая, еле видимая глазу тень. Бестелесный Мортин дрожал, переливался в водах Источника. Казалось, дунь – и облако тени рассыплется на мелкие пылинки и навеки растворится в золотом свете.

— Как ты посмела, ведьма, предать наше доверие! Пустить свою магию против нас!

Морвенна едва сдержала улыбку. Голос Торвина, зычный, сильный, теперь слышался, как тихий скрип несмазанного жиром оконного ставня. У нее получилось! Маги ослабли и нескоро придут в себя! Ей не хватило совсем немного. Чуть-чуть добавить мощи, силы, концентрации – и Первые сгинули бы из Видимого Мира!

— Почему же: предать?

Морвенна осмелела и начала прохаживаться по холодным камням пещеры. Она страшно замерзла и рассчитывала немного согреться при ходьбе.

— Я просто хотела испробовать силу заклинания Жизневорота, но что-то перепутала и появился тот страшный огонь. Вы же видели: я и сама чуть не погибла.

Ведьма очень постаралась, чтобы голос звучал ровно и убедительно, а лицо выглядело взволнованным и слегка простодушным.

Тени Первых зашевелились, послышался шепот, похожий на легкое дуновение ветра. Но откуда здесь, в пещере, ветер? Тень Острина вихрем метнулась к Морвенне, оплела ее тело, скользнула в мозг и Морвенне, замершей от ужаса, почудился голос в голове: «Ты врешь, мерзкая маленькая ведьма! Твои замыслы хитры и коварны, ты намерена погубить нас! Скажи, кто тебя направляет? Может, это злобный маг Перикус с Севера? Или твой старый учитель несговорчивый Септимус? Кто надоумил тебя избавиться от нас? Ибо я не верю, что такая мелкая, ничтожная ведьма способна сотворить столь сильную магию».

Тень вырвалась из Морвенны: она успела заметить отблеск зеленых глаз Острина, его хитрую ухмылку на бесплотном лице. Ведьма не знала, что ответить. Учитель Септимус был неизменно добр и справедлив к ней. Когда умер отец Морвенны и она стала темной ведьмой, Септимус много раз пытался вразумить и отговорить ее, свою лучшую ученицу. Но Морвенна, пребывавшая в гневе и злости, отринула все попытки мудрого учителя. Он покинул Розенгард и поселился где-то на окраине города Златобора. Нет, Морвенна не предаст учителя, тем паче, он не виновен в сговоре с ней. Свалить всю вину на неизвестного Перикуса? Может, это даст ей немного времени, чтобы набраться сил и вновь сотворить Негасимый Огонь.

— Ты будешь отвечать, ведьма? – позади раздался вполне живой голос. Морвенна резко обернулась и изумленно вытаращила глаза. Из арки, которая вела в зал Первых Магов, тянулась длинная вереница рольгенов. Все, как один, одетые в набедренные повязки черного и серого цветов, босые, похожие друг на друга, как семечки в подсолнухе, рольгены входили в зал и окружали ведьму Морвенну. Ромуал выдвинулся вперед и пристально вглядывался в лицо Морвенны.

В этот миг она перестала бояться. Здесь, в зале, пронизанном магией Источника, к ней вернулись силы. Она ощутила, как в груди нарастает мощь и едва сдержала рвущийся наружу победный крик. Краем глаза заметила, что рольгены держат пальцы скрещенными – готовятся к атаке. Будь она смертной, они мигом расправились бы с ее телом, растерли в пыль, растворили в магии Пещеры Чар, будто ее и не было. Но она – ведьма. И сейчас они это увидят.

Морвенна собралась и крикнула:

— Perdere omnino! Разрушение и смерть!

Сила магии текла по ее жилам, струилась сквозь пальцы, горела в глазах, срывалась с ладоней огненными шарами.

— Ignis! Огонь! – гремела ведьма. Один за другим горящие Негасимым Огнем шары разлетались по залу, падали в толпу рольгенов, обрушивались на стены пещеры. Морвенну окружила огненная стена. Рольгены лезли, рвались, орали, пытались прорваться сквозь стену, разорвать ведьму на части. Негасимый Огонь поджигал их тела. Они вспыхивали и рассыпались искрами праха. Тени Первых Магов сорвались с места и ринулись к ведьме, воды Источника кипели, обращались в пар.

Невыносимый жар давил грудь Морвенны. Она держалась изо всех сил. Еще немного. Сжечь это место дотла. Погибнуть, но забрать с собой души Первых. Ее руки слегка дрожали, но огненные шары продолжали слетать с пальцев. Платье Морвенны, поначалу мокрое, спасало ее от огня. Но теперь оно высохло, подхватило рыжие искры, задымилось. Огненная стена вокруг ведьмы разгоралась ярче, становилось трудно дышать. Четыре Мага серым дымом кружили возле горящего кольца. Слышался шепот:

— Залей ведьму водой. Погаси огонь!

— Не могу, не хватает сил. Она убила Источник.

— Заморозь ее, Торв, запороши снегом.

— Не могу пробиться сквозь огонь. Ведьма сильна.

Морвенна слышала Первых и ощущала небывалую гордыню: она победила! Пещера Чар рухнет и погребет под собой тайное пристанище Первых, их надежду на новую жизнь.

В этот миг раздался тихий, нежный голос.

— Морвенна, сестра! Спаси меня!

Морвенна вздрогнула. Там, где еще недавно восседали расплывчатые тени Первых Магов, стояла тонкая фигурка в белом платье – Лилли. Позади Лилли, на каменном троне, сидел Ромуал и держал возле шеи Лилли кинжал.

— Опусти руки, ведьма, сними заклинание. Иначе она умрет!

Это не Лилли. Она далеко. Не может быть здесь. Тихий голос разума говорил Морвенне, что это – иллюзия. Но она смотрела на Лилли, видела ее испуганное лицо, упавшую на лоб прядь волос, звезду на шее. Это она. Рольгены притащили ее в Пещеру, чтобы остановить Морвенну.

— Мой кинжал вонзится в эту нежную шею, хлынет кровь, и ты больше никогда не увидишь сестру, ведьма!

Голос Ромуала звенел гневом и яростью. Другие рольгены в испуге бежали к арке выхода и жались там, не в силах покинуть огненный зал. Они хотели выжить, но не могли нарушить приказание Первых, верные хозяевам до последнего вздоха. Тени магов без вод Источника истончились, их голоса еле слышно шуршали. Стена огня, окружающая Морвенну, чуть снизилась.

Ромуал надавил на кинжал, шея Лилли брызнула каплями крови.

— Морвенна, спаси! – она рванула к сестре и дернулась назад, влекомая рукой рольгена.

Морвенна опустила руки – огненный круг отхлынул – и бросилась к Лилли.

Подбежала, выхватила у Ромуала кинжал и отбросила в сторону. Обняла Лилли, провела рукой по ее шее – кровь исчезла.

— Ты цела? Он не причинил тебе вреда?

Морвенна все крепче прижимала к себе сестру, но вдруг почувствовала странный мышиный запах. Сестра всегда пахла розами. Она отстранилась и увидела, как белая кожа Лилли сереет, тело сжимается, волосы исчезают, голубые глаза становятся серыми, лицо сморщивается. Рольген! Морвенна дернулась, бросилась к стене и схватила кинжал.

Ромуал сидел на троне Первого Мага Торвина и хохотал:

— Ты хотела уничтожить Пещеру Чар и нас вместе с ней, ведьма! Разве забыла, что мы можем принимать любой облик?

— Так это не Лилли. Она в безопасности, — шептали губы Морвенны.

— Это не твоя сестра, точно. Мой брат Блезуал, — рольген, превращенный в Лилли, уже обрел свой истинный облик.

— Ты была так близка к своей цели, ведьма! – вкрадчиво сказал Ромуал. На его лице мелькнула жалость. – Но повелась на старую уловку – обман, иллюзию. Теперь твоя магия иссякла, Источника больше нет. И тебя ждет страшная судьба.

— Вы меня убьете? – равнодушно спросила Морвенна. Два мощнейших заклинания выбили из нее силы. Равнодушие охватило ее существо. Не хотелось жить. Пусть смерть, чем скорее, тем лучше.

— Ты виновна в покушении на Первых Магов – истинных правителей Видимого Мира. Виновна в гибели Источника. Пройдет немало лун, прежде чем из вод Мертвой Реки появится новый Источник. Души Первых Магов умеют ждать. Настанет день, и Жизневорот свершится. Тогда Видимый Мир станет прежним. Власть магии над смертными будет нерушима. Старое погибнет и наступит новая эпоха. Но ты этого не увидишь. Тебя ждет страшный конец, ведьма.

Он свистнул, подбежали рольгены схватили руки Морвенны и сковали невидимыми путами за спиной – чтоб не могла колдовать.

— Ведите ее в Обитель Тьмы, братья! – Ромуал прошел возле Морвенны, бросил на нее насмешливый взгляд, скрестил пальцы и исчез в сером облаке, смешанном из пыли и праха погибших рольгенов.

Тонкие, костлявые руки потянулись к Морвенне, дергали ее за волосы, платье, касались ее тела. Она вырывалась, кричала, отталкивалась, дралась, но сил не хватало. Ее подхватили за руки, бросили на пол и поволокли. Она тонула в пепле и прахе сожженных рольгенов, ее мутило от запаха горелого мяса, выворачивало от обгорелых тел убитых.

— На твоих руках кровь! – шелестели голоса живых.

— Твои руки в крови! – вторило эхо зала побоища.

— Я не хотела! – мотала головой Морвенна. Руки тянуло от невидимой веревки, в голове бился голос: кровь, кровь, кровь.

— Ужасная смерть!

— Мучительная смерть!

— Нет прощения!

Морвенну вытащили из зала Источника, но голоса не исчезли. Они кружили, вились, долбили ее несчастный разум. Казалось, она будет слышать их, даже когда умрет. Голоса отправятся с ней по водам Мертвой Реки в Нерушимую Вечность.

Ее тело волочилось по холодным камням, вокруг царила запредельная тьма и лишь мышиный запах и шорох ног выдавали ее стражей – рольгенов. Морвенна обессилела и потеряла сознание. Очнулась от резкой боли. Ее кололи острым, пинали, толкали, дергали за волосы, царапали лицо.

— Убийца не заснет! Убийца не заслужила сон! Вместо сна – мучения! Как мучились наши браться, когда сгорали в твоем Негасимом Огне.

Морвенна заплакала. Слезы лились, чертили дорожки на пыльном и грязном лице. Почему она не заколола себя кинжалом, пока могла? Зачем обрекла себя на вечные пытки среди ненависти и злобы маленького народа?

Время потеряло смысл. Казалось, пытка продлится вечно. Ее будут тащить по камням. Она уже не чувствует рук, ее расцарапанное лицо щиплет от боли, тело одеревенело, а разум на грани безумия. Она хотела помолиться – но разве Хранительница поможет ведьме – убийце? Оставалось отринуть все мысли, схорониться от гнусной реальности, спрятаться в глубинах сознания. И ждать. Ждать, когда наступит смерть.

Она не видела, не осознавала, как ее притащили в тесную каменную обитель, без света, тепла. Тело Морвенны бросили на пол. Медальон со звездой брякнул о камни.

— Забрать! – прошипел голос.

— Оставь! – ответил другой. – Пока медальон на ней, и она жива, ее сестра будет стремиться сюда. Захочет спасти. От этой уже не будет пользы. Но ее сестра – свежая кровь, чистая, нерушимая магия. Она придет и сотворит Жизневорот, который не вышел у этой ведьмы.

— Зачем тебе Жизневорот? Души Первых уже никогда не обретут былую мощь. Негасимый Огонь превратил их в слабые, безликие тени.

— Думаешь, я пекусь о Первых, Веруал? – раздался смешок. – Мы должны вернуться на пятьсот лет назад и восстать против Первых. Рольгены не будут рабами, на века запертыми охранять их бесполезные души в Пещере Чар. Рольгены станут свободными и сами будут править Видимым Миром!

Морвенна лежала в беспамятстве. Ее разум пребывал во мраке, искалеченное тело не ощущало боли и холода.

— Следи, чтобы не сдохла! Давай ей воду и немного еды.

— А если она очнется и начнет колдовать?

— Здесь не начнет. Это древнее узилище, где Первые держали восставших магов. Стены пропитаны древними заклинаниями. Почему, думаешь, мы тащили ее сюда вместо того, чтобы бросить через портал? Нет, в этом месте ведьма бессильна. Мы не простим ей погибших братьев. Отныне каждый миг ее существования станет кошмаром и болью. Да воздастся ей за пролитую кровь!

— Кровь рольгенов требует отмщения! Проклинаем весь ее род. Отныне каждый из Розенгардов будет жить недолго и умирать в страшных муках.

— Проклинаем!

Проклятье эхом разлетелось по пещере, скользнуло в уши бесчувственной ведьмы и растворилось внутри ее спящего разума. Розенгарды прокляты. Отныне и навсегда.