ГЛАВА 32. Вместе на чердаке

Мне повезло. Очень повезло. Наверное, я по жизни везучая.

Наставница Лорины, госпожа Гархем, оказалась женщиной добродушной и, что порадовало лично меня, абсолютно нечувствительной к видам неклассической магии. Кроме своей специальности, ее мало что интересовало. И с Лориной она нашла общий язык практически с первого занятия.

Уже через месяц девочка начала контролировать свой пробудившийся дар. По крайней мере, полетов под потолок больше она не устраивала, только парение над полом на высоте примерно табуретки. Наставница объяснила ей, как важно не перетруждаться сейчас, пока резерв еще совсем незначительный, и пообещала, что если Лорина будет делать все, как ей велели, то в будущем ее сил хватит, чтобы освоить еще один или даже два дара.

Правда, теперь приходилось по десять раз на дню утешать Мартина, который пытался всячески вредить сестре, и пресекать его попытки доказать, что он тоже летать “умеет”. Мы с Летисией и Алланой вымотались полностью, следя за мальчиком, чтобы он не вздумал сигануть из окна или с дерева, не портил вещи Лорины и не чувствовал себя “хуже девчонки”.

Лорда Даниэля я видела мельком и толком с ним мы не беседовали. Я подавала еду, пыталась поддерживать дом в порядке, а он частенько стал отлучаться из дома. Как поведал мне Реймонд Пейн, хозяин активно занимался делами по назначению опекунства и вдобавок подбирал для Лорины подходящую магическую школу. Кажется, переезд в столицу был всего лишь вопросом времени.

Магических волн, исходящих от вещей Таниты, я больше не чувствовала. Кто искал меня таким странным способом, пока так и осталось загадкой. Я все же надеялась, что если это все же Рауль или мои родители, то они бросили попытки. А если кто-то из подруг… Ну что ж, мы все равно как-нибудь найдем способ связаться!

На чердак я сейчас заглядывала редко, просто времени не хватало. А ведь там оставались вещи леди Портлейн. Тайну зеркальца я так и не разгадала, но все же успела между кучей дел связаться со столичной библиотекой и выписать несколько книг по артефакторике, магическому поиску и прочим интересующим меня вопросам. Отчасти я понимала, что подставляюсь: если Рауль додумается, то он может и отследить меня через библиотеку, но оформить книги было больше на кого, а разгадать загадки хотелось. Теоретически, конечно, можно было обременить просьбой хозяина дома: для родовитых аристократов доступ в хранилища магических книг был, даже если они не обучались магии и вообще не имели зарегистрированного дара. Наверное, лорд Даниэль не отказал бы мне, но я то ли слишком привыкла полагаться только на себя, то ли из-за нехватки у нас времени на разговоры, – в общем, я так и не решилась этот вопрос поднять.

Сегодня же мне как раз предстояло забрать с местной почты увесистую стопку выписанных книг, и Рон, пользуясь отлучкой хозяина, оказал мне любезность: сходил и донес это все до дома сам. Теперь толстые тома ждали своего часа на столике в моей комнате, а я пока что помогала тетушке Амире на кухне. Мы затеяли пироги с разными начинками, и умопомрачительные запахи разносились по всему дому.

– Что-то его светлость опять сегодня запаздывает, – покачала головой тетушка Амира, месившая очередной кусок теста своими крепкими, сильными руками.

– Да уж, – поддакнула я, выплетая из полосочек теста замысловатый узор.

– Ох уж эти законы, – снова принялась жаловаться тетушка Амира. – Неужели эти крючкотворы не видят, насколько юной леди и лорду будет лучше с дядей, нежели с таким отцом, даже не знаю, как его точнее назвать… Отец – это тот, кто воспитанием детей занимается, а не старается спихнуть своих отпрысков подальше да еще денежек каких-нибудь отхватить. Он же кусок у собственных детей изо рта выдирает! Ох, ладно, что-то разошлась я. Пироги-то не терпят таких разговоров – подниматься не станут. Когда печешь, особенно важно о чем-нибудь приятном говорить, чтобы вкуснее все было…

Я не стала спорить. У нас в Академии мы подробно разбирали, влияет ли настроение повара на вкус и вид готовящейся еды. Наша всезнающая профессорша, например, утверждала, что разговорами о неприятном пищу может испортить только человек, имеющий темный дар – например, к сглазу, а для обычного человека или мага другой специальности разговоры о плохом могут просто испортить настроение, снизить внимательность, а потом и получается: там недосыпал, здесь пересолил, тут не уследил, вот и выходят пироги горелыми или кособокими… Но мне не хотелось грузить этими премудростями тетушку Амиру, да и, подозреваю, ей это все было ни к чему.

– Не случилось бы чего, – сказала я. – На дорогах жуткий гололед, да еще ветер поднимается…

– Я надеюсь, что лорд где-нибудь укроется. Брысь, – беззлобно шуганула она Стеллу, сунувшуюся было к приготовленным кусочкам сырого мяса. – Настырная какая!

Стелла нехотя отошла от вожделенной миски. Она уже давно и хорошо знала, что тетушка Амира грозна только с виду и никогда не ударит, только ворчит. Чаще всего ворчание сопровождалось выдачей небольшого внепланового лакомства. Но сырое мясо к нему явно не относилось.

Мы поставили в духовку последние два пирога и принялись за уборку кухни. Тетушка Амира всегда любила наблюдать, как ловко пляшут под воздействием магии тряпки, губки и щетки, но ее деятельная натура уже через пять минут требовала включиться в работу самой.

Пироги давно поспели, дети и все остальные обитатели дома были накормлены, а лорд Гарингем все не появлялся. Наверное, все-таки заночевал в столице или в какой-нибудь придорожной гостинице. За окном разыгрывался настоящий буран. Я, уняв тревогу, поднялась к себе, намереваясь заняться прибывшими сегодня книгами. Для большего уюта я взяла с собой чаю в зачарованной от остывания кружке и кусочек пирога. Белла, обнюхав его, потеряла интерес к моей тарелке: пирог был сладкий, однако осталась вылизываться на моем покрывале.

Тщательно вымыв руки, чтобы не испачкать ненароком библиотечную книгу, я раскрыла толстый том по артефакторике и принялась изучать, что за такое магическое зеркальце хранила от посторонних глаз леди Портлейн. Белла через некоторое время перешла с покрывала на мои колени и уютно свернулась там клубочком.

Спустя час напряженного изучения написанного в книге, я попыталась воздействовать на зеркальце. Никак! Что бы я ни делала, оно оставалось таким же, как и было. У меня было подозрение, что это что-то вроде того похожего на планшет артефакта, который я видела у лорда Даниэля в кабинете, но нет. Это зеркальце явно использовалось для чего-то другого.

Вздохнув, я отложила книгу. Читать сейчас про альтернативные виды магического поиска не хотелось, да и сил не было. Я решила снова наведаться на чердак, поискать там еще что-нибудь ценное. Тем более что после благотворительной распродажи места там ощутимо прибавилось, а в просторном помещении и найти что-то новенькое легче..

Я выпила свой чай, который совсем не остыл, съела вкусный пирог. Осторожно сняла с колен пригревшуюся там было кошку, переложила ее опять на покрывало, но та, оскорбленно мяукнув, не захотела оставаться в комнате без меня.

Поднявшись на чердак, я слегка прибавила света, создав небольшой шарик-светлячок. Король чердака практически сразу выполз мне навстречу, как будто успел соскучиться.

– Привет, чердачное величество, – улыбнулась я. – Что у тебя тут новенького?

Ну да, я понимаю, что бесполезно разговаривать с паучком, но вдруг я услышала странный шорох, и рядом с моими ногами промелькнула молнией белая тень.

– Белла, кыш! – крикнула я.

Оказывается, кошка проследовала за мной на чердак и теперь решила поохотиться на паучка. Честно говоря, мне стало жалко бедного членистоного.

– Нет-нет-нет, охотница! – Я решительно бросилась ловить кошку. – Найди-ка ты себе другую добычу!

Но Белла не пожелала так просто сдаваться, и минут пять мы с ней играли в догонялки между коробок, мешков и сундуков. Довольно шумные догонялки – то кошка ухитрилась сбросить какую-то коробку, отчаянно зазвеневшую при падении, то я задела локтем какой-то ящичек, который потом свалился с глухим стуком. Наконец я поймала строптивицу, получив в процессе болезненную царапину, и понесла ее к двери на лестницу.

– Ну-ка, брысь, – сказала я, осторожно выставляя недовольную, изрядно испачканную паутиной аристократку за дверь и пытаясь быстро закрыться во избежание еще одного вторжения. – Ой!

Передо мной на лестнице стоял хозяин дома со странным выражением лица.

– Прошу прощения, ми… – начала я, ловко перехватывая кошку, которая решила воспользоваться ситуацией и юркнуть в недозатворенную дверь, чтобы продолжить охоту. – Вы вернулись! Я и не заметила…

– А я-то думал, что здесь такое творится, – качнул он головой.

– Я просто… – Я не знала что ответить. Копаюсь в вещах вашей покойной сестры? Спасаю паучка от участи быть пойманным кошкой?

– Я думал, все давно спят.

– Мне не спалось, милорд. И вас так долго не было…

Он едва заметно поморщился.

– Я немного запоздал из-за плохой погоды. На улице разыгралась настоящая снежная буря. Так все-таки, что вы забыли на чердаке в такой поздний час, Танита?

– Я… Понимаете, мне не спалось, и я решила посмотреть, можно ли здесь убрать что-то еще… – начала я, еле удерживая в руках кошку. – Если хотите, посмотрите, тут так просторно стало! Только давайте дверь закроем, а то…

– А то – что?

– Ну, я не хотела запускать Беллу на чердак. Она и так вся изгваздалась в пыли…

Лорд Даниэль взял у меня из рук уже разозленно дергающую хвостом пушистую живность, поморщился от того, что та немедленно пустила в ход когти, и выставил за дверь, плотно ее затворив.

– Жаль, я не умею лечить царапины, милорд, – искренне сказала я.

– Пустяки. Продолжайте, Танита. Или вам для откровенного разговора нужно снова переодеть меня в какие-то странные одежды?

Он явно подтрунивал надо мной, а значит, не сердился и не подозревал меня во всех смертных грехах.

– Да нет… А вам что, понравился тот… наряд? – спросила я осторожно.

– Это был интересный опыт, – кивнул лорд Даниэль. – Но давайте вы мне все-таки расскажете, зачем вам понадобилось тут шуметь и грохотать в такой поздний час.

– Я же не нарочно, милорд, – шутливо вознегодовала я. – Белла решила поймать паучка, а мне стало его жалко…

– Паучка? – спросил недоверчиво он.

– Ну да. Он такой понятливый, почти ручной, я зову его Король чердака, – сказала я.

– То есть вы сейчас оправдываетесь, что не дали кошке сцапать хранителя дома? – воззрился на меня лорд Даниэль с очень, очень странным выражением лица.

– Э-э-м-м… – промычала я, не зная, что ответить.

В самом деле, я совсем забыла про хранителей дома! В этом мире домовые существуют как отдельная раса, и поэтому иногда в домах живут так называемые хранители – обычно они похожи на фамилиаров и покрупнее, чем насекомое. Котики там, змейки, птички… Если бы это изучала я, а не Танита раньше, чем я сюда попала, я бы так не опростоволосилась. Я должна была понять, что хранителя просто так не поймаешь и не убьешь. Для выпускницы нашей Академии – как минимум странно…

– А вы… видите хранителей дома? – задала я бестактный вопрос. – Вы уже знали про него?

– Не то чтобы знал… – вздохнул лорд Даниэль. – Видите ли, Танита, я все же не настолько бездарен в магии, чтобы не знать элементарных вещей. Ручных пауков не бывает, так ведь? Так кем же ему еще быть?

– Я просто… с такими не сталкивалась, милорд, – с максимально обезоруживающей улыбочкой сказала я. – Обычно они побольше… и даже говорят. Я ведь совсем недавно выпустилась, у меня еще маловато опыта… Это мое первое настоящее место работы…

– Ну, допустим, – лорд Даниэль, к счастью, не выглядел сердитым или подозрительным, – но вы пока что не сообщили мне, зачем вы сюда забрались.

– Хотела вещи разобрать дальше, – сказала я. – Ну, хотя бы наметить, что завтра разбирать. Тут ведь есть вещи вашей сестры, вы знаете?

– Покажите, – попросил он.

– Вот они, милорд. – Я подвела его к нужному углу. Из-за сундучка на мгновение высунулся Король чердака, но тут же уполз куда-то в тень. – Вот ее украшения… Наряды… Вот портреты… Смотрите, – вытащила я тот, где покойная леди была изображена за туалетным столиком.

Лорд Даниэль так и впился в нее взглядом. Он стоял молча, разглядывая картину, и мне оставалось только гадать, какие чувства он сейчас испытывает. Сожаление? Обиду? Ненависть к ее вдовцу?

– Давайте я его заберу, незачем ему пылиться на чердаке, – сказал лорд Даниэль, наконец прервав паузу. – Хорошо, что вы ее нашли. Давайте посмотрим, что тут еще есть. Можете сделать свет немного поярче?

– Могу, – ответила я, сделав еще один светлячок.

Мы принялись перебирать вещи, и я все время не могла удержаться от того, чтобы взглянуть украдкой на непрошеного помощника. За дверь некоторое время скреблась и настырно мяукала изгнанная с чердака киса, но мы были неумолимы.

Лорд Даниэль отобрал несколько украшений, сказав мне, что они точно использовались сестрой как магические артефакты. Я попыталась почувствовать магию, но, видимо, чары давно рассеялись без подзарядки. А еще лорд Даниэль смог обнаружить то, чего не нашла я в прошлый раз – толстую папку, которая стала видимой лишь от его прикосновения – скорее всего, она была зачарована на кровное родство, поэтому я бы не обнаружила ее при всем желании.

– Это часть ее занятий по магии, – сообщил мне лорд Даниэль, развязав тесемки и перебирая белые плотные листы, исписанные аккуратным, необычайно разборчивым почерком, несмотря на обилие затейливых хвостиков и завитушек. – Надо отнести это в библиотеку. Там, кстати, давно пора навести порядок в бумагах… Нет-нет, Танита, с этим справится Пейн. У вас и так забот хватает.

– Хорошо, – ответила я, подавив вздох. А любопытно было бы заглянуть в эту папку, может быть, там бы что-то нашлось про то таинственное зеркальце!

– Тогда, наверное, на сегодня хватит? – предложил лорд Даниэль, снова завязывая тесемки на папке. – Уже поздно. Танита, вас не затруднит сделать мне горячего ягодного чаю?

– Нисколько, милорд, – ответила я. Поскольку руки лорда Даниэля были заняты картиной, папкой и еще некоторыми вещицами, я осторожно приотворила дверь. К счастью для хранителя дома, кошка все-таки убралась восвояси, не получив второго шанса проявить свои охотничьи инстинкты.

Я сделала чай, положила на блюдечки тонкие сладкие сухарики, несколько ломтиков пирога и конфеты и отнесла поднос в гостиную. Лорд Гарингем тем временем примеривался к одной из стен.

– Вот этот пейзаж можно убрать, – сказал он. – А портрет – повесить.

– Как вы думаете, дети на это нормально отреагируют? – спросила я, хотя в глубине души была согласна с его решением.

Лорд Даниэль пожал плечами, словно ему было все равно.

– Может быть, тоже выпьете со мной чаю? – предложил он.

– Пожалуй, – согласилась я. Честно говоря, соблазнял меня даже не чай, а пирог и отчасти – возможность душевной беседы. Я принесла себе чашку и расположилась на одном из кресел.

Некоторое время мы пили чай молча, а потом я решилась спросить:

– Как прошла ваша поездка, милорд?

– Я бы сказал, что неплохо, – ответит тот. – Дело продвигается, только слишком уж медленно. Я предъявил уже столько документов и доказательств, что Портлейн не слишком-то участвует в жизни своих детей, но он утверждает, что это я ему запрещаю с ними общаться, а до того, как они стали жить у меня, он был прямо-таки образцовым папашей. Если бы маги с даром определения лжи не были так редки, я бы приставил таких к каждому суду. А так… от штатного мага, что есть там сейчас, пользы немного: если человек искренне верит в свою невиновность, то его слова нельзя распознать как откровенное вранье.

– Жаль, – посочувствовала я.

– Ну что ж, я все равно не сдамся. Думаю, к лету это дело все же будет решено в мою пользу. Хотя, конечно, дорого мне обойдется во всех смыслах. Зато осенью Лорину можно будет отправить в хороший частный пансион, где обучают сильных магов…

К осени…

– Это значит, что вы вернетесь в столицу, милорд? – уточнила я на всякий случай.

– Да, я думаю, что больше меня ничего не будет удерживать в Миллбурге, – сказал он, слегка улыбнувшись. – Честно говоря, здесь немного… чересчур, я бы даже сказал, уединенно. Это хорошо, когда есть настроение побыть одному. Но я чувствую, что во мне пробуждаются совсем другие желания…

– Да, понимаю, милорд… – пробормотала я.

Надо же, а лорд Даниэль-то начал выходить из депрессии, как сказали бы психологи. И, если честно, я была за него рада. Активным и деятельным ему, пожалуй, будет лучше, чем нелюдимым и словно завернутым в тугой плотный кокон проблем. Но вот я-то пока как раз не горю желанием возвращаться! Придется разбираться с женихом, скандалить с родителями… чего совсем не хотелось. Их можно было понять, они столько сил в дочь вложили и желали ей только добра, пусть и понятия об этом самом добре у них с нею расходились. Может быть, все еще можно будет уладить относительно миром… но наивно будет надеяться только на оптимистичный сценарий. Ладно, в любом случае до осени еще все может измениться. Я наберусь сил или… Или устроюсь куда-нибудь еще подальше.

При мысли о новом месте работы у меня отчего-то царапнуло на сердце.

– Вы же согласны будете на переезд, Танита? – тем временем спросил лорд Даниэль, заглядывая мне в глаза. – Я помню, вы, наоборот, хотели пожить в небольшом городке, поближе к природе, но я готов обеспечить вам нужный комфорт. Меньше обязанностей, больше выходных, поездки… Мой особняк находится возле красивого лесопарка, там довольно уютно, вам должно понравиться…

– Я… наверное, да, милорд, – сказала я, не желая сейчас спорить и вдаваться в подробности. – До осени ведь еще далеко! – добавила я, напустив на себя беззаботный вид.

– Может быть, и раньше, если судебный процесс ускорится. Найти бы что-нибудь, что даст мне доказательства явного неисполнения Портлейном своих обязанностей как отца и мужа… Жаль, что Дария не вела никаких дневников, записей. Даже подругам не жаловалась, никогда. Они могли только догадываться. Я много говорил с Линой – с леди Даннейл, – уточнил он для меня, – они ведь близко общались с Дарией, но и она в основном только догадывается. Дария не делилась подробностями своей семейной жизни даже с ней, кроме каких-то совсем пустяков, а вымученные улыбки и ответы вроде “все нормально” к делу не пришьешь… У Лины сохранилась переписка, и она даже любезно разрешила мне взглянуть на письма… Но ничего подходящего, чтобы прижать Портлейна, я не обнаружил. Дария больше писала о детях, о том, как она их любит, чем занимается с ними, но это все очень косвенно свидетельствует, что занималась ими, в сущности, она одна.

– Жаль, – снова посочувствовала я.

– Бедняжка Дария была воспитана так, что жаловаться стыдно, – вздохнул он. – К тому же отец к нашим жалобам все равно бы не прислушался. А может, ей вбили в голову, что нельзя рушить семью, что женщина отвечает за крепость брака… Лучше бы она развелась, лучше бы был скандал… Была бы жива, в конце концов, – с чувством сказал он.

Мне стало жалко бедную леди Портлейн, которая старалась по каким-то своим причинам казаться счастливой в браке и пыталась наладить отношения с не желающим идти навстречу супругом. Она ведь даже лучшей подруге не открылась, не пожаловалась ни разочка! Ладно лорду Даниэлю – все же они с ним крепко поссорились. А с другой стороны, ссора вышла из-за того, что Даниэль не одобрял ее брак, а значит, скорее всего, не отказал бы в помощи…

– Впрочем, если вы не захотите возвращаться, я пойму, – неожиданно вернулся к совсем другой теме лорд Даниэль. – Танита, скажите, у вас какие-то особые причины, по которым вы поехали в эту глушь из столицы?

Его глаза смотрели на меня так внимательно, я бы даже сказала – пронзительно. Мне стало чуть-чуть не по себе.

– Да нет, милорд, – я через силу улыбнулась, – ничего такого. Сами знаете, какими феи могут быть… непостоянными. Иногда захочется чего-нибудь, и вот… Например, я захотела пожить в маленьком городке и приехала сюда.

– Ваша мама – фея? – спросил лорд Даниэль.

– Нет, милорд, бабушка была феей, – в кои-то веки не соврала о себе я.

– Вот как… Знаете, Танита, я, конечно, сейчас жутко занят, но если у вас есть какие-то свои проблемы, то я бы с радостью вам помог, – огорошил меня лорд Даниэль.

– С чего вы взяли? – улыбнулась я. – У меня нет особых проблем… Ну, таких серьезных, как ваши. Все это мелочи.

– Тем не менее я знаю, что даже некрупные проблемы могут здорово попортить жизнь, Танита. Просто знайте: вы можете не стесняться обратиться ко мне, если вам понадобится помощь, – сказал он, доверительно глядя мне в глаза.

Я отчего-то смутилась.

– Благодарю, милорд, – ответила я. – Это очень щедро с вашей стороны. Я… я подумаю об этом.

И в самом деле, кажется, мне пора набраться смелости и попросить помощи… Или все-таки не стоит?

– Главное, не исчезайте, Танита, – неожиданно сказал лорд Даниэль. – Если вдруг вы не захотите возвращаться в столицу, предупредите меня заранее.

– Ну, конечно, предупрежу, милорд! – сказала я почти веселым тоном. – В конце концов, это указано в нашем контракте!