ГЛАВА 33. Вареники для аристократов

Честно говоря, предложение помощи от лорда Даниэля повергло меня в замешательство.

Искушение довериться было еще сильнее, чем раньше, в нашу задушевную новогоднюю ночь. Вспомнив реакцию лорда Даниэля на костюмчик из моего мира, я невольно улыбнулась. А ему очень шло, да. Куда больше, чем его белые накрахмаленные рубашки, смокинги и прочие атрибуты аристократического гардероба.

Я даже начала прикидывать, что ему можно поведать из моих проблем. Конечно, следует рассказать про Рауля, потому что с родителями я уж как-нибудь договорюсь, помирюсь… Но даже если не помирюсь, я от них как-то не сильно завишу, могу не общаться. Просто во мне сидит какое-то странное чувство: мои родители потеряли меня, и мне бы не хотелось, чтобы родители Таниты тоже потеряли свою дочь.

Но меня ужасно смущало внешнее сходство Рауля с подонком Портлейном. Внешнее скотство, я бы даже сказала… Хотя, может, моя неприязнь к жениху необъективна: он вроде бы не загнал в гроб жену и не портил жизнь собственным детям.

Вернее, я этого не знаю. Я знаю только, что он развелся, и жена отзывалась о нем плохо. Он ведь может столько всякого скрывать от меня, как-то не хотелось мне неприятных сюрпризов, когда уже свяжешься с человеком узами брака… Но родители всегда говорили, что они-то почти друг друга не знали, когда женились, однако прожили вместе уже почти тридцать лет…

А я так не хочу!

Только сейчас я начала понимать, что мои страхи перед отношениями стали исчезать, словно по волшебству. Глядя на лорда Даниэля, мне хотелось верить, что я найду свое счастье. Что мужчины бывают ответственными, заботливыми, приятными не только на словах. Конечно, мне немного нравился хозяин дома, но мешало то, что я от него завишу как наемная работница. И то, что между нами нехилая разница в происхождении. Все-таки, насколько я успела разобраться в местных традициях, аристократы, вопреки сказочным историям, не связывали жизнь с простыми людьми, блюдя традицию сохранения сильной магической крови.

Поэтому, оставив подальше пустые мечты, я занималась своими прямыми обязанностями – наводила порядок и уют в комнатах. В детской бушевал скандал, и на этот раз даже не по поводу проснувшихся магических способностей Лорины. Все было проще: детей снова не устроила еда, и они капризничали.

– Помощь нужна? – шепотом осведомилась я у Алланы, осторожно заглянув в детскую.

– Да как им поможешь, – устало закатила глаза Летисия. – Не голодали с детства, вот и ничем их не накормишь! Если б они, как я, с детских лет себе на хлеб зарабатывали…

Я вспомнила, как, желая самостоятельности, в студенческие годы ушла жить на съемную комнату. Там мы с удовольствием поглощали даже дешевые пельмени, неизвестно чем начиненные, и макароны.

– Тетушка Амира вообще говорит, что самая вкусная еда приготовлена своими руками, – тихонько фыркнула Аллана, уже отчаявшаяся успокоить двух капризуль. – Поэтому, говорит, у аристократов такой аппетит слабенький…

– Я не слабенький, – заревел Мартин, до которого долетело последнее слово. – Я вот какой сильный!

– Сильный тот, кто ест много, – проворчала Летисия.

– Я сильный! Я конфет во-от столько съесть могу! – все еще хныча, заявил лорд Мартин.

– А пельменей? – спросила я и поправилась, потому что словом “пельмени” тут еще не пользовались. То ли попаданцы не “подсказали”, то ли не прижилось. – То есть вареников?

– А что это? – спросила недоверчиво Лорина.

– А вы что, никогда вареников не ели? – спросила я.

Оба дружно покачали головой.

– Какие уж им вареники, – шепнула Летисия мне на ухо. – Неаристократическая еда считается, для бедных.

– Зато вкусно, – прошептала я в ответ и хлопнула в ладоши. – Ну что, кто со мной на кухню? Сделаем волшебную еду.

Лорина недоверчиво воззрилась на меня:

– Нам же нельзя на кухню!

– А я не хочу ничего делать, ты сама сделай, а я съем, – вздернул носишко Мартин.

– Ну уж нет, надо только самому, иначе магия не сработает, – сказала я. – А если нельзя на кухню, то устроимся в столовой, а я потом все уберу.

Лорина немедленно проявила энтузиазм: видно, очень ее заинтересовала магическая еда. А Мартин некоторое время посопел носом и сказал, что ничем таким заниматься не будет.

– Ну, как хочешь, – сказала я, пожимая плечами. – А мы начнем!

Даже не знаю, с чего мне так вдруг самой захотелось вареников. Все равно бы пришлось что-то готовить детям, конечно, – тетушка Амира сегодня ушла в свой танцевальный клуб, где они с подругами готовили какое-то оригинальное выступление. Мы все надеялись его увидеть, хотя шансы, что нас отпустят вместе, были невелики.

Я принесла в столовую все необходимое для приготовления теста. А что, с бытовой-то магией его сделать – пара пустяков. А уж лепить и защипывать будем вручную. И детей займу, надеюсь, им понравится. Пластилин здесь не в ходу, и глина тоже. Вернее, лепка – занятие или для детей из простых семей, или для будущих скульпторов.

Лорина сначала тоже немного надменно следила за моими приготовлениями, но все же ее заинтересовала ловко крутящаяся по пласту теста скалка. Она даже попыталась ей магически управлять, но ничего не вышло: ее дар был далек от бытовых заклинаний.

Скрипнула дверь. Я поначалу подумала, что это наши кошки, но это пришел Мартин, а за ним Аллана.

– Надоело одному сидеть и дуться, – тихо сказала она мне.

Мартин поначалу попытался делать вид, что его не интересует вся эта возня с тестом, но когда Лорина под моим руководством усердно давила стаканчиком кружочки, он не выдержал:

– Я тоже хочу!

Я не стала его дразнить и выдала ему отдельный пласт теста и стаканчик.

– Милорд-то гневаться не будет? – тихонько спросила Аллана, намекая на неаристократичность занятия.

– Ну, мы же один разок всего, – пожала плечами я, уверенная, что лорд Даниэль поймет все правильно. – Понятно, что в их положении готовить им никогда не придется… Это просто игра!

– Ладно, если ты думаешь… – Аллана все-таки немножко побаивалась лорда Гарингема – почти как мне поначалу, он казался ей суровым и неспособным оценить то, что выбивалось из правил.

Чтобы сделать нашу игру интереснее, я принесла несколько разных начинок – сладких и несладких, благо ножик, повинуясь бытовому заклинанию, крошил сам, не хуже кухонного комбайна.

– А почему тесто всегда белое? – наморщил припудренный мукой нос Мартин.

– Можем сделать и цветное, – пожала плечами я.

На кухне нашлась морковь, свекла и шпинат, поэтому я, быстро выжав из них сок, добавила его в новые порции теста.

– Ну-у, красками и то было б красивее, – остался недоволен мальчишка.

– Краски зато нельзя есть, – ответила я.

В общем, мы наделали целую гору вареников, причем Лорина с видимым удовольствием плела аккуратные косички, защипывая края. Мартин же пытался сделать какие-нибудь еще фигуры, кроме кругов, а потом и вовсе принялся, пыхтя от усердия, лепить что-то абстрактное.

Я не стала ему мешать – мне, в конце концов, не идеальные вареники нужны, а чтоб дети были заняты, никто не ругался и не ссорился. Уборка тоже не представляла особого труда, ведь с магией она происходила куда быстрее, чем оттирать это все вручную. Я уже заметила размазавшийся по ковру кусочек теста, запачканные мукой штанишки Мартина и прилипшие к обивке стула капельки варенья.

Аллана все же вздохнула с облегчением, когда мы закончили лепить, а лорд Гарингем нас так и не застукал. Мартину пришлось выдать еще кусочек теста для экспериментов, и он унес его в детскую. Здесь же я собиралась вскоре накрыть на стол, ведь вареники варятся быстро, а дети уже успели проголодаться.

Думая о том, не сделать ли в следующий раз соленое тесто специально для лепки, я разложила цветные вареники по красивым тарелочкам и понесла поднос в столовую.

– Ого, никогда не видела, чтобы они ели с таким аппетитом, – сказала Летисия, улыбаясь.

– Да чего такого? Сначала от еды отказались, потом проголодались, пока лепили, – ответила Аллана. – Но все равно, Танита, спасибо тебе! Отлично придумано! Жалко, что лорд Гарингем такое вряд ли одобрит…

– Может, и одобрит, – сказала я. – В конце концов, делить вкусную еду по социальному положению как-то глупо. Еда должна быть для всех!

Честно говоря, я немножко гордилась тем, что улучшила свои навыки по кулинарной магии. Раньше бы я нипочем не справилась. Поэтому решила снова наведаться в библиотеку за какой-нибудь еще кулинарной книгой и хорошенько поработать с бытовыми заклинаниями. Должны же там быть еще, кроме тех двух, что я уже брала почитать.

В библиотеке было довольно чисто, если не считать стопки нерассортированных книг, принесенных недавно с чердака. А еще на столе лежало то, к чему немедленно притянулся мой взгляд.

Та самая папка с записями леди Портлейн, которую мы с Даниэлем… То есть лордом Даниэлем обнаружили на чердаке.

Искушение было слишком велико, и я развязала тесемки.

Я перелистала записи из папки леди Портлейн. Как же хорошо, что у нее такой аккуратный почерк. Прислушиваясь, не идет ли кто, я пробегала глазами лист за листом, пока не нашла то, что мне было нужно.

И меня настигло озарение.

Это же дневник!

Нет, в смысле не листы в папке, а зеркальце.

Оказывается, оно не просто могло запоминать события, но и показывать их. Правда, чтобы открыть записи, нужен был кровный родственник – в этом была причина моих неудач. Значит, она все же не настолько злилась на брата, раз именно он смог найти папку. Возможно, что Гарингем-старший бы не смог увидеть ни ее, ни тем более воспользоваться артефактом-зеркальцем. Так что придется мне обратиться к лорду Даниэлю.

Я понимала, что, возможно, там будет то, что леди Портлейн не решалась открыть никому. Тот самый компромат на ее муженька. А это значит, что переезд из тихого Миллбурга в столицу может стать гораздо ближе. Но я не могла сохранить это в тайне от лорда Даниэля. Желание помочь ему и восстановить справедливость было сильнее. Ну, если вдруг все так закрутится, что лорд Даниэль решит переехать в ближайшие дни, тетушка Амира говорила мне, что Милисейны еще не нашли себе фею-экономку, так что можно будет пока попробовать устроиться к ним. После удачного благотворительного вечера они явно мне не откажут…

Отмахнувшись от собственных мрачных мыслей, я собралась с духом и приняла решение: вечером обязательно покажу свою находку лорду Даниэлю, и будь что будет!

Едва дождавшись, когда дома все притихнет, погружаясь в вечерний сон, я подошла к кабинету, из-под двери которого виднелась полоска света.

– Милорд? – произнесла я, постучав. – Это я.

– Заходите, Танита, – раздался его голос. – Присаживайтесь.

– Спасибо, – поблагодарила я, садясь на краешек стула.

– Что это у вас в руках? – спросил он, глядя на мешочек.

– Эту вещицу я нашла на чердаке, – призналась я. – В вещах леди Портлейн. Это… Это ее дневник.

– Дневник? – удивился лорд Даниэль. – Дайте сюда.

– Минуточку, милорд… Я хотела вас предупредить кое о чем, – не выпуская из рук мешочка, сказала я. – Артефакт явно зачарован на кровного родственника, то есть ваше прикосновение может активировать его сразу. Я не смогла определить, сможет ли запись событий быть показана снова. А вдруг это… эти записи компрометируют лорда Портлейна? Вдруг ваша сестра жаловалась хотя бы дневнику на то, какой никчемный муж ей достался? Надо как-то проверить, одноразовый ли артефакт, или обеспечить запись на кристалл. Нет, может быть, там ничего важного для суда нет, но…

– Я понял вас, Танита. – Лорд Даниэль вдруг широко улыбнулся, и в его глазах загорелась надежда. – Очень предусмотрительно с вашей стороны. И если там даже ничего не найдется, чтобы ускорить процесс установления опекунства, это все равно бесценная находка. Пейна я озадачу с утра. Мы найдем и специалиста, и возможность сделать запись – на всякий случай.

– Тогда оставлю это вам, – я аккуратно положила бархатный мешочек на его стол, – только не трогайте случайно.

– Тогда упакуйте его так, чтобы я не мог его случайно активировать, – предложил мне лорд Даниэль. – И, когда мы найдем специалиста, вы поедете вместе со мной.

– Но, милорд, – я была в замешательстве, – а вдруг там что-то совсем личное? Вы точно хотите, чтобы я это увидела?

– Будете свидетельницей, – веско сказал лорд Даниэль. – Мало ли что. Лучше вы, чем кто-то другой. Вам я доверяю полностью.

– Спасибо… – Кажется, мои щеки порозовели.

– Я, кажется, теперь уснуть не смогу до утра, – признался лорд Даниэль. – Если бы не ваше предположение, что артефакт может быть одноразовым, я бы прямо сейчас его активировал и посмотрел. Пойду пройдусь… Не хотите составить мне компанию? Завтра можете бросить все дела.

– Ну… почему бы и нет? – сказала я.

Ночная прогулка с лордом Даниэлем отчего-то казалась привлекательной.

Выйдя в сумерки в своем плаще, вывернутом на серенькую сторону, я увидела стоящего у крыльца лорда Даниэля, который поджидал меня. Было прохладно, но в воздухе уже неуловимо чувствовалось скорое приближение весны.

– Вы позволите? – Он подставил локоть, и я, преодолев нерешительность, обвила его своей рукой.

Мы молча прошли по хрустящим от ледка дорожкам, вышли за ворота особняка и направились…

– А куда мы, собственно, идем? – спросила я.

– Можем прогуляться в парке, например. Или на набережную, если вы не устанете столько идти. Если для вас это далеко, можем поймать экипаж, – предложил лорд Даниэль.

– Пойдемте, – согласилась я. – Пожалуй, это не слишком далеко для меня.

В самом деле, на мне были удобные сапожки, так что прогулка не представлялась чем-то некомфортным.

Но, кажется, я немножко сглазила, потому что, едва мы достигли уютно подсвеченного фонарями бульвара, ведущего к парку, лорд Даниэль принялся задавать неудобные вопросы:

– Скажите, Танита, а вам нравится ваша жизнь сейчас?

Ну и вопросик, если честно.

– Вполне, – ответила я, преодолев замешательство.

– И вам не хотелось бы чего-то в ней изменить?

– Конечно, всегда есть, к чему стремиться и о чем мечтать, – сказала я. – Но пока что у меня есть неплохая работа, кров, еда, небольшие средства к существованию, подруги…

– Подруги? – удивился лорд Гарингем. – Мне казалось, что вы все силы отдаете работе, вам развлечься некогда.

– Конечно, работа непростая, но домашнее хозяйство всегда было делом непростым, – пожала плечом я. – Но мы очень сдружились с Летисией, Алланой и тетушкой Амирой. Кстати, вы знаете, что тетушка Амира выступит в танцевальном клубе примерно через неделю? – подняла я беспокоящий нас вопрос, раз уж речь удачно зашла. – Мы бы хотели поддержать ее, если вы согласитесь отпустить нас втроем, милорд.

– Танцевальный клуб? – удивился лорд Даниэль. Видимо, он не мог представить кого-то в возрасте тетушки Амиры танцующим.

– Почему бы и нет, милорд?

Лорд Даниэль остановился, я вопросительно посмотрела на него.

– Знаете, вы правы, в этом что-то есть… Конечно, вы можете пойти, детей развлечет почасовая няня. Кроме того, я бы хотел, чтобы вы снова наложили иллюзии на наши костюмы.

– Вы опасаетесь сплетен, если кто-то из поздних прохожих увидит нас гуляющими вместе? – спросила я, обрадованная тем, что вопрос с концертом удачно решен.

– Нет, я просто хочу, чтобы вы и сегодня не называли меня милордом. Пусть пока неизвестно, что там покажет ваша находка, но мне почему-то кажется, что она очень, очень важна. Хотя бы для меня лично.

– Ну… если вы так хотите, – смутилась я.

– Очень хочу. Удивите меня опять, Танита, если вам нетрудно.

– Та-ак, – протянула я, собираясь с мыслями.

Повторить тот самый наряд, как в прошлый раз? Но все равно, сейчас надо маскировать верхнюю одежду, какая-нибудь косуха или пуховик привлечет внимание своей чуждостью… Надо что-то из этого мира, но более привлекательное, более неформальное, что ли…

Подумав, я “переодела” лорда Даниэля в стильное темно-серое пальто с блестящими пуговицами, нараспашку. Под ним виднелся уютный свитер крупной вязки и воротничок голубой рубашки. Сапоги удлинились и дополнились рельефной подошвой и шнуровкой. Сама же я превратила свой неприметный плащ в приталенное пальто с широким кожаным ремнем, добавила объемный шарф, а перчатки дополнила белым искристым вышитым узором.

– Ого. – Лорд Даниэль с оттенком восхищения рассматривал наши обновленные наряды. – У вас очень смелый и оригинальный вкус, Танита.

– Просто… мне показалось, что так будет красиво, – снова смутилась я. Даже вовремя “проглотила” подвернувшееся на язык слово “милорд”.

– Если вы вздумаете открыть свой модный магазин, я готов одеваться только у вас, – сделал он мне комплимент и снова подставил локоть. – Идем дальше?

– Хорошо. – Я снова ухватилась за локоть своего спутника.

– Как вас занесло в Академию расхламления? – спросил лорд Даниэль. – Вы действительно хотели там учиться?

– Почему бы и нет? – Я слегка вздрогнула, надеясь, что лорд Даниэль не обратит на это внимания. – Академия хорошая, навыки полезные…

– Но это то, чем вы хотите заниматься всю жизнь?

– Жизнь длинная, – пожала плечами я. – Если мне захочется чего-то другого, я думаю, что смогу этому научиться. И вообще, мало кто может после школы точно знать, чего он хочет и кем стать…

– Может быть, вы и правы, – задумчиво протянул лорд Даниэль. – Осторожнее, здесь лед…

Лед был самой настоящей ледяной дорожкой, намерзшей после оттепели на вытянутой лужице.

– Можно я прокачусь? – сказала я.

– Вы не упадете? – шевельнул бровями он.

Вот уж аристократическое воспитание…

– А вы что, никогда так не делали? – И я пролетела через всю лужу, радуясь, что подошва сапожек скользит как надо.

Лорд Даниэль смотрел на это с каким-то странным выражением лица.

– Если я сейчас признаюсь, что не делал?..

– Значит, попробуйте, – усмехнулась я. – Это весело!

– Ну что ж, доверюсь вашей рекомендации, – с этими словами лорд Даниэль подошел к краю льдистой кромки и попытался повторить за мной. Нет, у него даже получилось, но на последних сантиметрах подошва сапог слишком сильно уехала вперед, и он звучно шлепнулся на пятую точку.

– Даниэль! – испуганно вскрикнула я.

Лорд сидел, почему-то тщетно стараясь сдержать улыбку, которая так и расползалась по его лицу.

– Опасное же это развлечение, оказывается, – пошутил он.

– Вы не ушиблись? – спросила я.

– Не думаю. – Он поднялся, опираясь рукой о резную скамейку. – Я бы попробовал еще разок.

Прокатившись так еще по нескольку раз, мы оставили ледовую дорожку в покое и ушли дальше, в сторону ночной набережной. Идти было легко и приятно, потому что неудобных вопросов мне больше не задавали. Наоборот, я расспрашивала своего спутника о его детстве, и он поведал мне несколько забавных баек. Хотя, подозреваю, его детство было отнюдь не безоблачным, но я была благодарна, что ради меня он постарался выбрать какие-то приятные и смешные моменты.

– Вот и набережная, – сказал он, когда мы наконец дошли.

– Безумно красиво, – всплеснула руками я. – Днем она и вполовину не такая…

Строго говоря, я была на набережной один раз, еще осенью, и она уже тогда показалась мне красивой. Однако сейчас, когда над ней красовались подсвеченные арки и зимние украшения, она казалась поистине волшебным местом.

Правда, с реки довольно ощутимо тянуло холодом, и я быстро начала мерзнуть.

– Здесь есть кофейня, работающая ночью. Собственно говоря, единственная, выбирать не приходится, – заметив мое состояние, предложил лорд Даниэль.

– Да уж, – улыбнулась я, вспоминая, что в столице-то таким никого не удивишь. В центре там сколько угодно кафе и ресторанчиков, которые никогда не закрываются.

Удивительно, но в кофейне мы оказались единственными посетителями, хотя, впрочем, и на набережной людей было не густо. Я посмотрела на большие настенные часы – стрелки едва перевалили за два часа ночи.

Официантка, немного сонная, но старающаяся быть приветливой, принесла нам два стакана теплого шоколада с пряностями, украшенных апельсиновой стружкой. Я пригубила напиток, и блаженное сладкое тепло разлилось по моему телу.

– Танита…

Я подняла глаза, и встретилась с внимательным взглядом лорда Даниэля. Проницательнейшим взглядом, я бы сказала.

– Что? – спросила я, пытаясь скрыть подкатившую тревогу.

Но мужчина удивил меня. Я так и не поняла, собирался ли он сказать что-то такое про меня и мое прошлое, а заметив мою реакцию, сменил тему или изначально и собирался это предложить:

– Танита, вы не устали? Если хотите, можем поехать домой.

– Я думаю, да, устала, – благодарно откликнулась я, чувствуя, что после резкого захода в теплое помещение и вкусного напитка меня и в самом деле начало клонить в сон.

– Тогда я сейчас попрошу найти нам экипаж, – ответил лорд Даниэль.

– Отлично, – просияла я. В самом деле, мысль о том, чтобы пешком вернуться обратно, меня не вдохновляла.

Один из работников кафе вышел и через минут десять вернулся обратно, сказав, что экипаж нас ждет у входа. Мы встали, лорд Даниэль расплатился, галантно подал мне мое “иллюзорное” пальто, и мы вышли в ночную свежесть.

Рядом с кафе действительно стоял экипаж. Сообщив, куда ехать, лорд Даниэль открыл передо мной дверцу экипажа, словно я была знатной дамой, а не просто экономкой.

Оказавшись в полутемном пространстве экипажа, я ощутила смущение: слишком уж близко мы были. Я старалась не соприкасаться со своим спутником, но в середине поездки меня разморило, и я, видимо, задремала на теплом мужском плече.

– Мы приехали, Танита, – разбудил меня его настойчивый шепот.

– А… Ой! – Я невольно отдернулась от него. – Простите…

– Не за что извиняться, – сказал он безапелляционным тоном, помог мне выбраться из экипажа и повел к дому.

Дом был совершенно темный и спящий, что и неудивительно в такой поздний час.

– Спокойной ночи, Танита! – Наши глаза снова встретились. – И спасибо вам за чудесную прогулку.

– И вам… спасибо, и спокойной… ночи, – пробормотала я, так и не решив, употребить ли слово “милорд” или назвать его по имени.

Поднявшись к себе, я еле стащила с себя одежду и завалилась спать. Снились мне какие-то бесконечно добрые и теплые сны, но запомнить их не получилось.