Глава 26. Неожиданности из-за угла

Эйсма Вртраш-ха

Никогда еще я не испытывала столько стыда, как по пути от целительского корпуса к общежитию ведьм. А все потому, что эта вредная гномиха отказалась выпускать меня из палаты, пока я не заберу с собой все цветы. И вот теперь я с тележкой бреду окольными путями через коряги и ухабы, лишь бы никого не встретить по пути. Засмеют ведь — орчанка и с рубитонами. Да еще в тележке. А что делать? В руки они не поместились, а выкинуть жалко. Тем более что я так и не узнала, от кого они. Целитель, который меня осматривал, только смеялся, а гномиха в очередной раз треснула меня ложкой и сказала, чтобы я не брала дурного в голову — это всего лишь трава, а не сырец с золотоносной жилы. Зато теперь я понимала, что Ветер была права. Тот цветок под дверью нашей комнаты, скорее всего, предназначался мне. Но от кого? Хоть бы записку, хоть бы намек оставил. Ладно один цветок. Но полную тележку? Это же сколько денег надо было выкинуть. И все ради меня?

Вопрос, заданный самой себе, стал ведром холодной воды на голову.

А вдруг это ошибка и кто-то перепутал палаты?

Отчаянно хотелось верить, что цветы были все же для меня. Ну и что, что я орчанка? Я ведь еще и наполовину ведьма!

До общежития ведьм мне удалось добраться практически незаметно. А вот дальше встал вопрос — как так же незаметно пробраться в комнату? Идти через центральный холл? Лучше сразу удавиться. Я еще ни разу ни видела его пустым. Даже во время занятий. Притвориться, будто цветы не мне и меня только попросили их отнести? Обзовут посыльным орком. Через окно? Сама я легко заберусь, а как цветы поднять?

Все же не стоило раздумывать, как незаметно пронести цветы, стоя у порога общежития. Двери распахнулись внезапно, как и вылетевшие из них чемоданы. Следом за чемоданами выскочила и их владелица — ненавистная Лайза Станрод.

— Лайза! — окликнула ее Силина Фордо, ее лучшая подруга и соседка по комнате. Насколько я знала, отец девушки находился в прямом подчинении у отца Лайзы. Что ж, это объясняло, почему Силина всегда бегала за Лайзой хвостиком и во всем старалась ей угождать. — Мы не можем так просто уйти.

— Это еще почему? — зло фыркнула Лайза, разворачиваясь. Вместе с ней остановились и ее чемоданы, зависнув буквально в паре сантиметров от моего носа. Пришлось аккуратно отъезжать назад и огибать внезапное препятствие.

— Потому что декан сказала, что если мы покинем академию сейчас, то будем отчислены и уже не сможем сюда вернуться.

— Это мы еще посмотрим, — гордо вскинула свой точеный нос Лайза. — Это сейчас она такая умная, а посмотрим, что она запоет, когда я расскажу отцу, что здесь творится.

— Лайза, — снова заревела Силина, вцепившись в косяк двери, — меня отец убьет, если меня отчислят.

— Не выдумывай, — фыркнула Лайза, разворачиваясь и натыкаясь на меня. — А ты куда прешь, зелень безмозглая? И разве тебя не съели вчера?

— Вот! — не дав мне и рта раскрыть, снова завыла Силина, хватая Лайзу за руку. — Видишь, она живая, никто на нее не нападал. И никаких тварей в академии нет, мы можем спокойно здесь оставаться. Правда же, Эйсма?

— Каких тварей? — спросила я, окончательно перестав понимать, что здесь происходит. — На полигоне же иллюзии были.

— И я так говорю, — отчаянно закивала Силина. — Лайза, ну давай вернемся. Я не хочу, чтобы нас отчисляли.

— Да? — стряхнув цепляющуюся за нее подругу, зло усмехнулась мерзавка. — А где же она была все это время? И подружка твоя рыжая до сих пор не вернулась. Где ты шлялась? Отвечай, когда с тобой ведьма разговаривает!

В глазах потемнело. Если я сейчас не сдержусь и стукну ее, она же не выживет, а орков в очередной раз обвинят в неумении вести себя в обществе. Отец предупреждал — если будет хоть одна жалоба со стороны не орка, то он забирает меня назад в Стан. А эта глиста высокородная как будто знает, что мне нельзя ее бить, и специально провоцирует. А я, как Ветер, не умею словами отвечать. В Стане словами даром не бросаются, а вот кулаком ответить — орчью суть не обидеть.

Пока я пыталась сдержаться, Лайза опустила взгляд ниже и увидела тележку с моими цветами.

— Фи! — снова дернула она своим носиком. Так бы и расквасила его. — Кто так дарит рубитоны? Иди передай тому невеже, что послал тебя с ними, что рубитоны следует преподносить в корзинках из роновой лозы, обвязанными лентами из венийского шелка. Я в таком виде цветы не принимаю.

— Эти цветы мои! — прорычала я, чувствуя, как дерево ручек тележки начало крошиться под моими пальцами. — И подарили их мне.

— Тебе? — противным смехом расхохоталась Лайза. — Да кто мог до такого додуматься? Ни за что не поверю.

— Студентка Станрод, — неожиданно послышался знакомый голос и из-за угла общежития ведьм вышел магистр Карватраш, орк без Стана. — Вы, кажется, куда-то собирались? Если не поторопитесь, можете опоздать.

— А ты еще кто такой? — тут же переключилась Лайза на новую жертву.

— На вашем месте, студентка Станрод, — нарочито широко улыбнулся магистр, демонстрируя довольно крупные клыки, — я бы не стал обращаться к магистру на «ты». Все же пока что вы еще студентка.

— На твоей мантии, — так же демонстративно широко улыбнулась Лайза и не менее демонстративно сделала ударение на «твоей», — нашивки не нашей академии, так что ты здесь никто. В крайнем случае обслуживающий персонал.

— Действительно, пока что на моей мантии нашивки Коршаранской академии. Я нахожусь здесь по программе обмена опытом и мне настолько понравилась ваша академия, что я решил остаться. Более того, спешу вас обрадовать, пока еще студентка Станрод, бумаги по моему переводу уже готовы.

— Все равно, — чуть растерявшись, продолжила упираться Лайза, — вы не имеете к нашему факультету никакого отношения, вы с боевого.

— И снова меня радует ваша наблюдательность, — подошел еще ближе к нам орк и грозно навис над Лайзой. — Как вам известно, в связи с нападением тварей на студентов в академии введен чрезвычайный режим, и пока куратор вашей группы отсутствует, именно я отвечаю за безопасность ведьм-первокурсников.

— А… а почему это вы? — окончательно растерялась Лайза. — У нас что, своих магистров не хватает?

— Хватает, — снова улыбнулся орк, только весело от этой улыбки совсем никому не было, — вот только далеко не все они сталкивались с тварями и владеют боевыми техниками. Поэтому я бы на вашем месте поторопился с чемоданчиками-то. Мало ли где сейчас по академии твари бродят.

Я стояла, открыв рот и хлопая глазами. Впервые я видела, чтобы орк так владел словом. Я не хочу сказать, что мы, орки, глупые, но чтобы вот так лихо по-человечески крутить словами… Я в Стане считалась чересчур болтливой, но это всегда списывали на мамочкину ведьмовскую натуру, а тут…

— Эйсма, вы в порядке? — повернулся ко мне магистр, когда Лайза с Силиной скрылись за деревьями. — В целительском корпусе мне сказали, что вас уже выписали.

— Эм, — растерянно промычала я, — наверное.

— Вам помочь? — кивнул магистр на цветы. — Сами вы вряд ли сможете их донести.

Йохский шаман! Как же стыдно-то! Что он обо мне подумает?

— Так вы же не ведьмак, вас охранное заклинание не пропустит.

Что я несу?

— Ну, во-первых, — улыбнулся магистр Карватраш, выгребая из тележки почти две трети цветов, — я магистр. А во-вторых, я сказал чистую правду — я действительно отвечаю за безопасность вашей группы, а соответственно, имею право доступа в ваше общежитие.

Магистр направился к входной двери, а я так и осталась стоять столбом. Это что же получается? То, что он говорил про нападение тварей, тогда тоже правда? А еще он что-то говорил про нашего куратора.

Я мотнула головой, стараясь откинуть лишние мысли. Надо срочно найти Ветер, она наверняка уже все разузнала и сможет мне объяснить, что происходит.

Решив, что делать дальше, я подхватила охапку оставшихся цветов и поспешила за магистром Карватрашем.

Магистр без каких-либо препятствий прошел через дверь и, не обращая внимания на снующих вокруг будущих ведьм и ведьмаков, направился к лестнице, как будто знал, где моя комната. Значит, не врал и действительно имеет доступ. А про все остальное? Отец учил меня никому не доверять, даже преподавателям и друзьям. Любое существо имеет слабость, на которую при необходимости можно надавить, а потому даже себе полностью верить нельзя.

Магистр поднимался, ведьмы удивленно перешептывались, а я плелась сзади, стараясь быть незаметной настолько, насколько это возможно при моем росте и цвете кожи.

Перед дверью моей комнаты магистр остановился настолько резко, что я чуть не впечаталась в его спину.

Чего это он?

Обойдя орка, я тоже замерла. В ручку двери нашей с Ветер комнаты был воткнут рубитон. Цветок находился тут явно с ночи — об этом говорили уже успевшие подвянуть нежнейшие персиковые с темной канвой лепестки. А вот рубитоны, которые я держала сейчас в своих руках, были совершенно другого цвета. И сорт другой.

Магистр Карватраш стоял, не шевелясь, пока я аккуратно вытаскивала подвядший цветок и открывала дверь. Вообще-то мне стоило задуматься о его странном поведении, особенно в свете целой кучи высунувшихся из-за угла любопытных голов ведьм. Как будто мало мне было тележки рубитонов неизвестно от кого, так теперь еще и орк-магистр стоял под моей дверью. Опять же, с этими рубитонами.

— Куда? — коротко спросил орк, когда наконец смог войти в комнату.

Я растерянно кивнула на свой стол, поспешив и сама положить туда цветы, которые все еще держала в руках. Мысли о несуразности моего собственного положения мгновенно вылетели из головы, потому что теперь там поселилось кое-что поважнее. Бегло осмотрев комнату, я задалась вопросом: где моя соседка Ветер?

Все было таким, как мы оставили, собираясь вчера утром на занятия по измененному расписанию.

— А что случилось? — загородила я проход к двери магистру Карватрашу после того, как он положи остальные цветы на стол и направился на выход. Если этот орк думает, что я буду заискивать перед ним как перед магистром, то он сильно ошибается. Я у него секиру отобрала. И каким бы магистром он ни был, в первую очередь он мой соплеменник, а потому должен понимать, что так, как Лайзу, ему меня напугать не получится.

Магистр, словно почувствовав мой настрой, как-то резко поник и присел на край моей кровати.

— Что именно тебя интересует?

— Все, — решительно встала я перед магистром Карватрашем. — Почему я оказалась у целителей? Почему Лайза решила уехать из академии? Почему вы сказали, что куратор нашей группы отсутствует? Где он? И самое главное — где моя соседка Ветер?

Карватраш выжидательно на меня посмотрел, затем кивнул на стул:

— Сядь.

Я послушно села. Магистр же, продолжая странно сверлить меня взглядом, начал говорить:

— Что последнее ты помнишь из вчерашнего?

— Помню, как на меня побежала иллюзия того непонятного существа после того, как кто-то из боевиков брови ей выщипал.

От воспоминания этой сцены мне стало смешно и я не смогла удержаться от улыбки, а вот магистр, похоже, моего веселья совсем не разделял, потому как еще больше насупился и продолжил:

— Эйсма, это была не иллюзия, на нас напали настоящие твари.

— Но мы же были на полигоне, — растерянно пробормотала я, — там же иллюзии.

— Студентам не говорят всего, — магистр взял меня за руку, но я была настолько ошарашена услышанным, что даже не сразу заметила это, — позавчера тоже было нападение. А вчера твари нападали по всей стране. Сейчас многие родители захотят забрать своих детей домой. Я уже сообщил твоему отцу о произошедшем.

— Зачем? — дернулась я, даже в мыслях боясь представить реакцию своего отца. Папа у меня очень умный орк, но вот терпением и сдержанностью не сильно отличается. Да и потом, он сам меня предупредил, что раз я пошла на ведьмовской факультет, то мои проблемы его не касаются. — Я не собираюсь возвращаться в Стан! Мне там делать нечего.

— Хорошо, — неожиданно улыбнулся во все клыки магистр. — Твой отец ответил примерно то же самое.

— А почему я ничего не помню после того, как это чудовище, то есть эта тварь, на меня прыгнуло? — поспешила я задать следующий вопрос, боясь, что магистр решит, что сказал мне уже достаточно и прямо сейчас уйдет.

— Тебя зацепило заклинанием заморозки, — я почувствовала, как рука магистра напряглась. — Прости, я боялся не успеть.

Вот точно он какой-то неправильный орк. Нормальный орк никогда не будет сомневаться в своих действиях и уж точно никогда не будет за них извиняться. Тем более перед какой-то там студенткой.

— А Ветер? — снова поспешила я прервать неожиданно затянувшуюся паузу. — Что с моей подругой?

— Насколько мне известно, она пропала вместе с магистром Далоросом во время утреннего занятия. Он сильный боевой ведьмак, не думаю, что тебе следует за нее беспокоиться.

Не думает он! Да что он знает о Ветер? Она же шагу не может ступить, чтобы чего-нибудь не натворить. Из отработок не вылезает, элементарных вещей не знает, заклинаниями не владеет. Драться совсем не умеет, а вот спровоцировать кого-либо может легко. Как она вообще выжила с таким-то характером?

То ли увидев мой боевой настрой, то ли просто решив, что и так много мне сказал, магистр наконец отпустил мою руку и начал подниматься.

— Думаю, мне пора. Эйсма, я знаю, что ты довольно сильная орчанка, но все же постарайся не нарушать новый режим, затемно не выходить из общежития и вообще не ходить одна. А еще потренируйся в заклинании заморозки, и если почувствуешь хоть малейшую опасность — бей, не раздумывая.

Магистр направился к двери, а я так и осталась сидеть на стуле напротив своей кровати.

Что же мне теперь делать? Как найти Ветер? Без меня же она совсем пропадет.

— Эйсма, — позвал меня магистр и я, подняв голову, увидела, что он все еще стоит в дверях моей комнаты. — Скажи, а ты меня совсем не помнишь?

— Э?

— Значит, совсем, — тихо пробормотал магистр, прикрывая дверь со стороны коридора.

Мысли разлетелись, а потом вернулись назад. Все вместе и одновременно. Я совершенно не знала, за какую ухватиться первой. Что имел в виду магистр, спрашивая, помню я его или нет? Почему я должна его помнить? Разве мы с ним раньше были знакомы? Я в Стане столько орков перевидала, всех разве упомнишь. Особенно учитывая, сколько народу ежедневно к папе приходит. Тем более магистр не принадлежит ни одному из Станов. О таких в степи принято даже не вспоминать. К тому же у меня есть вопросы поважнее. Например, вот эти сиреневые рубитоны и те бежевые от одного дарителя или нет? Сорта разные, значит, и цветники, их продающие, тоже разные. Святые степи, их же срочно в воду надо ставить, а то завянут.

Подскочив, я кинулась на поиски емкости для воды. Потому что, если даже все наши с Ветер колбы задействовать, все равно все цветы не поместятся.

Завхоз на мою просьбу выдать мне пять ведер отреагировал ожидаемой гномьей руганью и криком. Неудивительно, что орки и гномы на дух не переносят друг друга. Как же мне хотелось одним ударом кулака заткнуть такого громкого недорослика. Особенно когда этот гад все же выдал мне пять ведер. Вот только сами ведра при этом были доверху заполнены мусором.

— Ты же не уточняла, что ведра должны быть пустыми, — довольный своей выходкой хохотнул гном. — А так хоть польза какая от такой громилы безмозглой будет. И даже не думай! — подскочил как ужаленный завхоз, когда я подняла первое ведро. — Высыпешь мусор прямо здесь — сама же будешь убирать. Порядок в общежитии — обязанность студентов.

Вот же коротышка бородатый! Да чтобы тебя Степные Девы три дня путали.

Злая как стая свох я подхватила два ведра и поспешила к выходу.

Утилизационный колодец находился в ста пятидесяти метрах от общежития. В общем, не так уж и далеко и вынести мусор мне было несложно. Но! Одно дело, когда тебя просят, другое дело, когда, насмехаясь, выставляют этот самый мусор в ведрах, в которые я собираюсь цветы поставить.

Высыпав мусор, я решила немного срезать путь назад, ведра-то уже пустые. Заметив знакомые примятые кусты, направилась к ним. Помнится, именно здесь я первый раз поймала Равидана. И отсюда же через еще одни кусты можно выйти прямо к дереву под нашими окнами. Конечно, забираться на дерево с ведрами не совсем удобно, но, во всяком случае, не нужно будет опять обходить вокруг все общежитие. Да и через холл на виду у всех ведьм не нужно будет ими греметь.

— Эйсма, — услышала я, как только подошла к кустам, за которыми росло так облюбованное мною дерево. — Эйсма! Выгляни, я знаю, что ты там.

Выгляни откуда? И там — это где?

Поставив ведра на землю, я осторожно выглянула из кустов. Спину Равидана я узнала сразу, как и его мантию. Этот смертник стоял, задрав голову по направлению к моему окну, и опять кидал в него мелкие камушки.

— Эйсма! — чуть громче крикнул он. — Нам надо поговорить.

Руки сами потянулись к стоящему на земле ведру. Ничего, впихну рубитоны в четыре ведра — влезут.

— И о чем же вы, студент Руторат, собрались говорить со студенткой ведьмовского факультета во время чрезвычайного режима?

От неожиданно раздавшегося рядом голоса магистра Карватраша я буквально нырнула назад в кусты, только чудом не зацепив стоящие рядом ведра.

— Что? — возмутился Равидан. — Я свой участок по дежурству не покидал.

— Это мне известно. И меня очень интересует вопрос, с какой целью вы поменялись участком с другим студентом.

— А это не запрещено, — с большой неуверенностью в голосе ответил Равидан.

Я замерла, боясь пошевелиться и выдать себя. Чем дальше, тем больше я не понимала этого странного орка.

— Просто мне здесь удобней, — продолжил Равидан.

— Под окнами студентки, которая вас уже один раз избила?

Откуда он все знает? Даже если он в нашей академии с начала учебного года, он магистр боевиков и, насколько я поняла, преподает у первокурсников.

— Да я бы рад не торчать здесь, да не могу! — взвился Равидан.

А что это он такой взвинченный? Я не смогла сдержать любопытства и осторожно снова полезла через кусты, но увидеть так ничего и не смогла, наткнувшись на спину магистра. Точнее, то, что пониже спины. Вот демоны. Не думала, что он так близко. Начну опять шевелиться, услышит ведь. У нас, у орков, слух еще тот — мышь под землей, если надо, услышим.

— А ну-ка, поподробней. Что случилось?

— Меня клятва давит, — признался наконец Равидан. — Метла той рыжей су… ведьмы с меня магическую клятву взяла. Мне нужно усадить эту дурынду на свои колени и еще три дня ее на руках носить.

— Понятно, — вздохнул магистр Карватраш. — Эйсма, выходи. Я знаю, что ты за моей спиной.