Глава 7

Паскаль встревоженно каркнул, глядя на крылья демона, очень похожие на вороньи по оперению и расцветке, но превосходящие в несколько раз в размахе:

— Святая инквизиция! — вырвалась человеческая речь. — Меч, у демона меч! — заметался ворон, перебирая лапами. — Ох, хозяюшка и вляпалась. — Щелкал клювом, не сводя черных глаз с пары. — За демоном легионы… Командующий? Маркиз или князь?! Да какая уж разница! Вляпалась моя хозяюшка. Ой, вляпалась! — Ворон поднялся в небо. — Просто так не сбежать, — разговаривал он сам с собой. — Надо помочь. Как помочь?! — Его взгляд метался от ведьмы к творящемуся хаосу. — Надеюсь, ты меня возродишь, хозяюшка.

Птица опустилась за отдельно стоявшим грузовым автомобилем. Его перегнали в дальний конец базы, опасаясь возгорания. Убедившись, что демон занят Мелиссой, ворон принял человеческий облик и юркнул в кузов.

— Ироды, — ругнулся, ползая на коленях среди пластиковых бочек. — Что за бочки без пробок? — В полуприседе подергал за металлический обод. — А закрыли-то как, будто там не отрава, а эль бельгийский, — дернул сильнее. — Вот я дурак старый. — Ухватил пальцами за металлическое кольцо и с силой потянул. Паскаль торопливо вскрыл все бочки, накренил ту, что стояла ближе к краю прицепа, и толкнул, разливая зловонное содержимое. Черная жижа закапала на землю тонкими вязкими струями. — Ай, была не была! На искорку-то моих сил хватит, — поднялся птицей, призывая стихию.

Книгу заклинаний он знал от корки до корки, выучил вместе с Мелиссой, но пользоваться не смел. Если Верховная прознает, развеет без суда и следствия. Подпитать свою ведьму, подсказать, когда нужно — это пожалуйста, но самому колдовать — смерть! Но тут выбор-то небольшой: или его смерть, или плен его ведьмы. Про помощь Верховная может и не узнать, а плена Мелиссе не избежать, вон как демон смотрит на нее, будто она уже его. Играет, красуется, мощь демонстрирует — утверждается в правах обладателя. 

Воздух наэлектризовался, крохотный разряд, практически незаметный, щелкнул, словно кто-то захотел выпить чая и воспользовался пьезозажигалкой. Ничего. Ворон спустился ниже, четко проговаривая слова, — новая искорка слетела с черных крыльев и погасла. А демон меч убрал, хрупкие плечи его хозяюшки накрыл своими ладонями, вцепившись коршуном в желанную добычу — времени совсем нет!

— Игнис дици! — ударил разряд, воспламеняя пары. — О-о-ох. — Ворон метнулся в сторону. —Фу, фу, фу, — вертелся на месте и бил крылом по тлеющим перьям на ногах. Огонь расстелился по дну прицепа, но емкости не тронул. — Что только не сделаешь! —Обернувшись снова человеком, ступая по огненному ковру, Паскаль опрокинул одну бочку, затем вторую.

Андрас заметил, дернулся всем телом, чуть было не разжав пальцы и не отпустив ведьму, но тут же спохватился:

—Твой помощник? — нехотя поинтересовался. —Верный, — сказал сквозь улыбку, мысленно подсчитывая убытки.

Фамильяр игнорировал жар и пламя и на глазах демона продолжал опрокидывать емкости. 

— Сгоришь же! — выкрикнула ведьма, но Паскаль ее не слышал. А сердце Мелиссы обливалось слезами. Одежда фамильяра полыхала, но он не отступал!

— Идиот, — констатировал Андрас, поворачиваясь спиной к горящему грузовику и теряя всякий интерес. Что ему половина суточной поставки, сгорит, да и черт с ней. А на судьбу помощника ведьмы ему вообще плевать. — Там, куда я тебя заберу, ему все равно хода нет. Так что оно и к лучшему. — Андрас не сомневался, что гибель ведьминого помощника только во благо — его благо. Иначе будет путаться под ногами и отвлекать его златовласку. Да и не пропустят фамильяра в Преисподнюю, ему там не место. 

Мелисса не слушала самодовольные речи. Грузовик тронулся и набирал скорость.

«Адская колесница», — окрестила горящий автомобиль ведьма. 

Многотонная пылающая машина неслась в спину демона. Увлеченный, Андрас любовно поглаживал женские скулы, провел подушечкой большого пальца по пухлой нижней губе, сомневаясь в своем желании. Уж очень хотелось демону попробовать манящие губы на вкус, но созданный его воображением образ безобразной старухи сдерживал, а ведьма, дразня, прильнула к его обнаженной груди, ласковыми прикосновения сняла опаленные клочки сорочки, ухватила мужское лицо двумя руками и потянула вниз, привставая на носочки. 

«Это было даже легче, чем отобрать у ребенка конфетку!» — возгордился демон, уворачиваясь от поцелуя. 

— Я предпочитаю женщин, рожденных в этом столетии, — снисходительно улыбнулся Андрас.

Ведьма не оскорбилась и не обиделась его словам, молча отняла прохладные ладошки от лица, спустилась ими по шее и, положив на грудь, улыбнулась. Уверенно, как-то злорадно, словно и не она попала в ловушку, а он. 

В грудь ударило волной воздуха, швыряя демона навстречу горящему автомобилю.

Андраса опрокинуло, лицом впечатывая в асфальт и накрывая огненным «одеялом», пролитым с прицепа пронесшегося над ним грузовика.

Жгучая боль столкновения сковала тело демона на несколько презренных секунд — что они в сравнении с десятками прожитых им столетий?! Пшик. Но и их хватило: ведьма золотым вихрем взвилась в воздух, издеваясь, изобразила реверанс и скрылась в непроглядном мраке, не забыв прихватить своего фамильяра. 

—Ведьма! — хрипел демон, поднимаясь с колен. — Моя ведьма!

Превозмогая боль, распахнул искалеченные крылья. Он мысленно клялся перед самим собой завтра же найти и поймать непокорную колдунью. А после спросить с нее за все, что пережил: за каждую потерянную копейку, каждое опаленное перо и поломанную кость и потрепанную гордость — в первую очередь!