Глава 19. Вакантное место невесты

Выйдя из белого тумана портала, точнее, вытянувшись из него силой, я тут же по колено провалилась в снег.

Ой! А ведь совсем забыла, что в Истаране сейчас середина зимы.

– Пусти, – зло крикнула я отпрыску.

Севейнел сразу отпустил мою многострадальную руку, но когда обернулась, чтобы заскочить назад в портал, я увидела, что сделать это невозможно. Его просто-напросто не было.

– Что ты натворил?! – взвыла я, чуть не прыгнув на Севейнела с кулаками.

– Избавил тебя от проблемы? – зло ухмыльнулся Куран, вместо того чтобы начать оправдываться.

Я замерла.

А ведь в какой-то степени он был прав.

– Но отец же в любой момент может вернуться за мной, – растерянно пробормотала я, начиная чувствовать, что пальцы на ногах подмерзают. Сапоги-то на мне были летние.

– Вот когда вернется, тогда и отправишься назад, – снова совершенно спокойно продолжил Севейнел, словно не он еще пару минут назад шипел на меня змеей и, казалось, готов был разорвать.– А сейчас лучше подумай, что нам делать и как отсюда выбираться.

– А где мы? – оглянулась я, но в какую бы сторону ни поворачивалась, ничего, кроме снега, не видела. Да и сам снег был каким-то странным, словно застывшим в воздухе.

– Смотри, – сказал Севейнел, и, протянув руку, загреб в нее горсть снежинок прямо из воздуха. На их месте осталось пустое пространство, а стоило магу разжать пальцы, как собранные снежинки медленно поплыли назад, возвращаясь на место. – Слышала, в какой части Истарана встречается такой эффект?

– Пенечки трухлявинькие, – ахнула я, потому как действительно знала о такой вещи.

– Призрачные земли, – ровным голосом произнес Севейнел. – Твой демон выбрал для портала самое гиблое место во всем Илорое.

– Нет, – мотнула я головой, – просто здесь легче всего откликается демоническая магия.

– Тогда, может быть, призовешь ее и вытащишь нас отсюда, пока мы окончательно не окоченели? Не знаю, как ты, а я не совсем комфортно себя чувствую в летней одежде посреди зимы.

Ох ты ж, как Рузи любит говорить, демоновы портянки. А ведь действительно, еще чуть-чуть – и мы окончательно закоченеем. И почему Севейнел вдруг стал таким спокойным? На его месте я бы себя уже давно прибила, закопала трупик, притащила за шиворот некроманта, подняла и снова прибила.

Шагнув к Севейнелу, я быстро взяла его за руку, сосредотачиваясь на своей комнате в общежитии академии. Грани я видела и здесь, правда, не так четко, как на Дараре, но все же они были. Вот только больше, чем просто увидеть, я ничего не смогла. Они не отзывались и вообще никак не реагировали на мои попытки мысленно коснуться. Отпустив руку отпрыска, я попробовала перенестись самостоятельно, но меня снова постигла неудача.

– А порталы, как я понимаю, ты делать еще не научилась, – заметив мою растерянность, продолжил Севейнел.

– Для порталов мне сил пока еще не хватает, – честно призналась я, начиная пинать подымающее голову чувство вины за то, что не подумала о разнице во времени года между мирами. Если бы я рассказала Севейнелу о том, что собираюсь сделать, он, возможно, и вспомнил бы о зиме, но я, во-первых, слишком поспешила, а во-вторых, рассказав отпрыску о своих планах, вряд ли смогла бы его уговорить.

– Понятно, – все так же ровно, словно ничего страшного не произошло, кивнул Севейнел. А мне в голову начали закрадываться новые странные мысли.

Севейнел Куран – человек довольно эмоциональный и на любое мое движение в его сторону всегда реагировал чересчур буйно. А вот когда попадал в действительно сложную ситуацию, взять хотя бы историю с куратором нашей практики, проявлял недюжую выдержку и спокойствие. Вот и сейчас мы оказались в самом странном месте Истарана, посреди зимы в летней одежде, а он спокоен, как дуб посреди поля. Так, может быть, он только на меня так реагирует? Но почему?

– Вестник отсюда не отправить, – продолжил просвещать меня отпрыск. – Можешь сказать, в какой стороне ближайшее жилье?

– Там, – махнула я в ту сторону, откуда ощущала тепло, а увидев, что Сев собрался идти в указанном направлении, тут же спохватилась: – Нам что, придется пешком выбираться отсюда?

– Что ты знаешь о Призрачных землях? – вместо ответа спросил Куран, подходя ко мне практически вплотную и обхватывая за плечи. – Не дергайся, – предупреждающе насупился он. – Так нам обоим будет теплее.

Я приняла довод отпрыска и, даже расстегнув свой плащ, попробовала накинуть его так, чтобы укрыть нас вместе. Ткань хоть и была тонкой, но в любом случае это лучше, чем ничего.

– Подожди, – через секунду опомнившись, встрепенулась я. – У меня же согревающее зелье есть.

– Боюсь, здесь оно бесполезно, – странно поджав губы, усомнился в моей идее Севейнел, но я все равно достала из пояса нужную колбочку.

Лучше всего обработать зельем плащ и сапоги, рассуждала я, вытряхивая содержимое склянки на ладошку. Вот только сделать это у меня не получилось. Жидкость намертво застряла. Как я ни трясла ее, что только ни пыталась сделать, у меня ничего не получалось. Я уже собиралась просто раздавить колбу, но Сев быстро остановил меня, перехватив руку.

– Не поможет. Здесь ничего не действует. Это аномальная магическая зона.

– Но, – удивленно хлопнула я глазами, – демоническая магия.

– Демоническая, может, и действует, но ты ведь уже пробовала, правда?

Это далось мне нелегко, но я вынуждена была признать правоту отпрыска. Здесь действительно все казалось каким-то странным и неправильным. Я чувствовала свою ведьмовскую силу, но при этом она откликалась с большим трудом. Я видела грани пространства, но не могла с ними взаимодействовать. Зелья  были со мной, но оказались бесполезными.

– Призрачные земли, – начал объяснять мне Севейнел, одновременно легонько подталкивая в указанном мною же направлении, – самая загадочная территория Истарана. Говорят, раньше это была обычная долина, такой она стала после того, как демоны провели здесь какой-то свой ритуал. С этого и началась Великая демоническая война. Тебе отец ничего не рассказывал?

– Нет, – мотнула я головой, стараясь попадать в такт шагов Севейнела. – Только Рузи говорила, что здесь легче всего открывать межмировые порталы. А еще, что это место дает какое-то искажение пространства, из-за чего вокруг этих земель появляются спонтанные разрывы, через которые лезет нечисть из-за Заграни и низшие демоны, когда пытаются укрыться от пылевых бурь на Дараре. Кстати, на Дарар тоже иногда попадают животные из Илороя. Только в момент переноса с ними, видимо, что-то происходит, они как с ума сходят. Даже самый обычный, вечно трясущийся от страха зирек становится опасным хищником, стремящимся убивать все живое. Высшие демоны внимательно следят за тем, чтобы подобные «попаданцы» сразу уничтожались.

– Тогда получается, что из-за этого места страдают оба мира, – задумчиво заключил Севейнел.

– Да, –  кивнула я, соглашаясь. – А что еще ты знаешь про эти земли?

– Здесь не действует наша магия. Она вроде бы и есть, но словно застывает. Как вот эти снежинки. Они как бы нормальные, обычные, но при этом некоторые из них не падают на землю, а останавливаются в воздухе. Еще это место обходят стороной все животные. И здесь ничего не растет. Это мертвая земля.

– А про войну и демонов, что-нибудь слышал? – полюбопытствовала я.

– До войны демоны иногда появлялись в нашем мире. Говорят, с ними даже были заключены дипломатические отношения. А потом они создали это, – Севейнел указал на застывший в воздухе снег, – и наш король объявил им войну. Правда, чтобы победить, нам пришлось заключить союзы с соседями. Когда демонов загнали назад в эти земли, они просто исчезли. Видимо, вернулись в свой мир.

– Этого я не знаю, – честно призналась я. Пока бегала от папочкиных слуг, посланных за мной, как-то не до истории было. А в Дараре меня больше беспокоил вопрос женихов, чем исторических хроник.

Мы все шил и шли, а белой долине, казалось, не было конца. Пальцы на ногах и на руках немели от холода, а дрожью всего тела я запросто могла посоревноваться с оркскими шаманами в трансе. Тепло было только там, где меня согревал Злюка. Куран, судя по его виду, чувствовал себя не лучше. Несколько раз мы с ним вместе падали и поднимались, прикладывая просто нечеловеческие усилия. Когда начало темнеть, и мы опять плюхнулись в снег, я поняла – не поднимусь. Севейнел пытался мне что-то сказать, но его голос был таким тихим, что я не расслышала. Чувствуя, что глаза сами собой слипаются и раскрыть их у меня нет сил, я вспомнила, что маги, в отличие от ведьм, вполне могут замерзнуть насмерть. Из последних сил вытащила из-за пазухи горячего Злюку и плюхнула его на грудь Курана. Придет весна, и я, как любая ведьма, оттаю, а вот маг вряд ли.

– Да иди ты со своей некромантией, – донеся до меня приглушенный шепот. – Живые они. Уж эта гадостная ведьма точно. Такую су… Я тебе сейчас как покривлюсь тут, мало не покажется. Лучше отвар принеси, этот уже остывает.

Следом донесся шорох, а потом по моему телу побежали волны тепла. Правда, всю кожу стало покалывать неприятными иголками, и кости заломило, но меня больше волновало не это, а раздавшийся следом шепот:

– Так, все, вали отсюда, хватит пялиться. И что значит, не надо было их вместе класть? А где я тебе отваров на две ванны наберу? Хорошо хоть, они вдвоем поместились. Быстрее очухаются.

Снова послышалось шуршание, а затем наступила тишина.

– Кх, трр, – внезапно раздалось у меня над самым ухом, и что-то маленькое и горячее погладило меня по щеке.

Злюка, догадалась я. Мой маленький теплый друг меня не бросил.

Стоп! Я же его на Севейнела перекладывала.

В ужасе я распахнула глаза и тут же встретилась с прищуренным взглядом наглой ящерицы.

– Кх, трр, – снова повторил тарпул, перебираясь ко мне на шею теплым шарфиком.

После того как Злюка исчез из поля зрения, я смогла рассмотреть помещение, в котором неизвестно как оказалась. Потолок был не очень высокий, а близость стен подсказывала, что комната не очень-то и большая. Опустив глаза, я обнаружила себя лежащей в ванной в странном отваре неприятного цвета. Отпрыск тоже нашелся здесь.

Непрозрачность отвара не позволяла точно рассмотреть, как именно он лежал в воде, но то, что ни на мне, ни на нем не было одежды, я поняла быстро. А еще мне очень захотелось узнать, кто додумался уложить его голову мне прямо на грудь.

Через секунду пальцы Севейнела дрогнули и принялись медленно изучать мой бок.

Пора выбираться, поняла я, попытавшись аккуратно выползти из-под мага.

– Ведьмочка, вот сколько раз тебе можно говорить, не дергайся. Тебе же хуже будет, – пробурчал Севейнел, не поднимая головы.

То, что действительно будет, я уже поняла, как и то, что у мага ожили далеко не только руки. И от осознания глупости ситуации запаниковала еще больше.

– Отпусти, – прошипела я, оглядываясь в поисках того, чем можно было бы стукнуть наглого мага.

– С какой это стати? – пробурчал отпрыск, совершенно беспардонно поудобней укладывая голову на моей груди.

– Севейнел, – рыкнула я, так и не найдя ничего подходящего для защиты. – Я хоть и ведьма, но есть же нормы приличий.

– Не понимаю, о чем ты, – притягивая меня к себе еще ближе с весьма коварными нотками в голосе произнес отпрыск. – Будучи твоим женихом, я еще ничего не успел нарушить.

– Севейнел, – с отчаяньем откинула я голову на бортик ванны. Да что это с ним? – Мы не на Дараре, можешь уже не притворяться.

– А с чего ты решила, что я притворяюсь? – поднял маг голову. В его глазах не было и намека на игривость, зато злость плясала в полной мере.

– С того, дорогой будущий герцог Оширанский, – не менее зло ответила я, предприняв новую попытку выбраться, – что я не наивная дурочка и достаточно хорошо осведомлена о правилах, принятых в обществе высокородных магов. И в сказки о внезапной и великой любви ну никак не намерена верить.

Особенно когда твоя прапра уже успела допустить такую ошибку и поплатиться за это проклятием, добавила я про себя.

– А если не о внезапной? – став еще серьезней, продолжил Севейнел, чем окончательно выбил меня из колеи. Ну точно на него Дарар как-то неправильно повлиял.

– А если не о внезапной, – рыкнула я, наконец сумев выскользнуть из цепких рук, – тем более. За «не внезапной» отправляйся к своей невесте.

– Хм, – в очередной раз неожиданно усмехнулся Севейнел, окончательно отпуская меня и даже позволяя вылезти из ванны. – Тебе напомнить, чьими стараниями я оказался свободен от обязательств?

От неожиданности я замерла посреди комнаты, так и не найдя, чем прикрыться. А ведь Севейнел был прав. Как бы там ни было, именно я, находясь под влиянием пробуждающейся демонической силы, лишила его невесты. И он меня за это даже не прибил.

– Так что, ведьма, теперь ты не отвертишься, – со смехом продолжил Севейнел, неожиданно подмигивая мне и откидываясь на бортик ванны. – Раз уж лишила меня невесты, придется занять ее место.

Так это он мне так мстит, вскипела я, сжимая кулаки. Ну погоди же, отпрыск великого рода, ты еще узнаешь, что такое ведьмовская месть. Особенно когда в крови бурлит сила высшей демоницы.

С трудом сдержав рык, я все же нашла полотенце, обернулась им и поспешила покинуть ванную комнату.

Убью скотину высокородную. В особо извращенной форме.

Хлопнув дверью, я сразу наткнулась на всю нашу практикантскую группу. Даже сирена была здесь. Правда, только физически. Мысленно она, как всегда, витала где-то очень далеко.

– Очухалась? – пробасила медведица, встречая меня совсем не радостным взором.

Ник, увидев меня, сразу подскочил, накидывая мне на плечи чей-то большой, но теплый халат. И грах его побери, принюхавшись, я сразу поняла, что тот принадлежал Севейнелу.

– Сев очнулся? – вместе с некромантом кинулся ко мне Ласвильд, а, дождавшись моего кивка, побежал в ванную комнату.

– Как вы нас нашли? – не особо мудрствуя с вступлением и приветствием, спросила я Ника, падая в глубокое, но основательно потертое кресло. Все же сил у меня было немного, и почти все я потратила на моральные танцы с отпрыском.

– Вас волки приволокли, – хмуро ответила вместо Ника оборотница. – Целая стая прямо под ворота пришла. Никогда такого не видела. Еще и вожак – волчица, а не волк. А белого волчонка еле отогнали от тебя. Он даже в дом рвался и скулил все время.

Мать стаи, облегченно выдохнула я. Все же нет существ преданней четвероногих властителей лесов. Старая волчица знала, что взяла у меня слишком много, и, не задумываясь, вернула долг. Что ж, спасибо тебе.

Я внутренне коснулась своей ведьмовской силы и потянулась к матери стаи, тут же ощутив, как где-то далеко довольно рыкнула старая волчица, подгоняя маленького белого волчонка. Стая готовилась к охоте и пожелание легкой добычи приняла с благодарностью. А маленький альбинос с гордостью попытался донести, что это именно он почувствовал, что я замерзаю, и настоял на том, чтобы стая пошла в призрачные земли. Уже в таком возрасте он заставил взрослых волков слушаться себя и был невероятно горд этим. Еще раз пожелав удачи, я окончательно разорвала связь.

– Помоги мне дойти до комнаты, – попросила я Ника, подозревая, что Севейнел с минуты на минуту тоже покинет ванную. Видеть сейчас отпрыска у меня не было ни малейшего желания. Да и поскорее нормально лечь очень уж хотелось.

Ник проявил чудеса такта и предупредительности, довел меня до комнаты, не надоедая вопросами и не спеша рассказывать, что произошло, пока нас с Севейнелом не было. Лишь усадив меня на кровать, уточнил, нужна ли еще его помощь, и, дождавшись твердого «нет», оставил меня в одну.

Вот только такими предусмотрительными и заботливыми оказались не все. Не знаю, сколько прошло времени, за окном было еще темно, когда меня разбудил стук в дверь. А открыв ее, я обнаружила Ласвильда.

– Заходи, – ничего не спрашивая, пропустила я гостя в комнату, поскольку вид тот имел слишком решительный, в то время как пререкаться на пороге мне совершенно не хотелось.

Ласвильд, быстро сориентировавшись, достал из-под стола единственный в этой комнате табурет и уселся. Я же вернулась на кровать, без всякого стеснения заворачиваясь в свое любимое одеялко. С этим магом мы уже достаточно много вместе пережили, и, в отличие от Севейнела, он мне нисколько не мешал своим присутствием.

– Что у вас произошло? – без всякого вступления огорошил меня маг.

– А твой милый друг что, тебе не рассказал? – удивилась я, располагаясь на кровати поудобнее. – Или у него язык не размерзся до сих пор? Так вроде бы уже говорил и даже нахамить, как всегда, успел.

– Очень смешно, – скривился Ласвильд. – А насчет нахамить, так он и меня послал к демонам в призрачные земли.

Я удивленно уставилась на друга отпрыска, не веря собственным ушам. Эти двое всегда были заодно, и вдруг такие разногласия. Почему?

Но если, с одной стороны, я удивилась, то с другой – не могла не порадоваться. Все же я не хотела, чтобы кто-нибудь знал, что мой отец демон, да еще и высший. Это на Дараре, благодаря такому родству, местное население чуть ли не боготворило меня, а здесь и глазом моргнуть не успею, как меня закинут в самый темный подвал и в лучшем случае забудут. А если Севейнел решит проболтаться и ему поверят… Ох ты ж, лишай стригущий у русалки.

От осознания неприятностей, в которые мне в очередной раз  грозило влипнуть, я почувствовала, как и без того нерадостное настроение скатилось в самую бездну проклятого болота. Получается, теперь отпрыск может меня шантажировать, а я даже ответить ничем не смогу?

Ну уж нет, решительно мотнула я сама себе головой, не было еще ситуации, из которой я бы не выкрутилась. Да и в то, что папочка не догадается, куда я подевалась, никогда не поверю. А вот когда он за мной явится, тогда и поговорим и с демоническим отцом, и с неожиданным женихом под номером четыре. Главное, дожить до этого момента

Окончательно все для себя решив, я успокоилась и посмотрела на своего гостя совершенно другими глазами. Вот только сделать очередную пакость не успела. Дверь моей комнаты безо всякого предупреждения распахнулась, с жутким грохотом ударившись о стену, а на пороге нарисовался очередной гость.

– Ты что здесь делаешь? – не хуже василиска прошипел Куран, глядя на Ласвильда.

А меня словно и не заметил. Обидно.

– Да так, поболтать к Ринде зашел, – не меньше меня растерялся Ласвильд от столь эпичного явления.

– Вон отсюда, – продолжил отпрыск метать молнии глазами. – Нечего тебе с моей невестой наедине болтать.

Что?

Мы с Ласвильдом вдвоем открыли рты и уставились друг на друга.

– Я жду, – прорычал Севейнел, отступая с прохода, словно дополнительно приглашая Ласвильда покинуть комнату.

Тот, все еще с отпавшей челюстью, пожал плечами и, поднявшись с табурета, направился к выходу.

– Ну ты, ведьма, и натворила делов, – шепнул он, поравнявшись с кроватью, и сразу же скрылся в проеме двери.

– А с тобой мы еще поговорим, – рыкнул Севейнел уже мне и, закрыв дверь, оставил меня в одиночестве. И полном недоумении.

Утро началось совсем не с разговора, которого я откровенно боялась. Такой странный, с чудовищными перепадами настроения Севейнел очень сильно меня пугал. Я не понимала причин его поступка и, соответственно, не знала, как себя вести. Одно дело, когда он наедине, словно в насмешку, объявил меня своей невестой, другое – когда назвал меня так при Ласвильде. Неужели папочка настолько сильно что-то внушил ему? От высшего демона можно ожидать чего угодно, а в том, что мой отец по интригам любой ведьме сто очков вперед даст, я уже убедилась. Но в тоже время была уверена, что папаша не причинит мне зла. Все же я действительно была ему дорога. Но ведь и желанием сделать добро можно такого нагородить, что весь ведьмовской ковен за сто лет не разгребет. Я откровенно запуталась, и от этого мне было еще хуже.

С утра же меня разбудил шум и очередная беготня в коридоре. Выглянув, я увидела оборотницу, пытающуюся силой вытянуть из комнаты сирену.40393c

– А что происходит? – спросила я уже успевшую от злости местами покрыться шерстью целительницу.

– О! – всплеснула руками оборотница, отчего сирена сразу выскользнула из ее медвежьих объятий и юркнула в свою комнату. – Еще одна. Сегодня мы возвращаемся в академию. Нам до нее добираться три дня, а мы должны вернуться строго в день окончания практики. Через полчаса выезжаем.

Мухоморчики немытые! Это что же получается? Мы выезжаем, а моя Мотька-то на Дараре осталась! И на чем мне ехать? Зельеварское оборудование я не оставлю, это точно. И одеялко не отдам, оно до сих пор теплое. На него зелий вылито больше, чем хранится в моем поясе. Мешки, в которых мои пожитки приехали, хоть и были все еще под действием обновленного зелья левитации, сами по себе летать не умели.

Быстро одевшись и спешно побросав вещи в сумки, я поволокла их на первый этаж. Куран, увидев меня, нахмурился и шагнул было навстречу, но я перепуганной лягушкой шарахнулась от него, бешеной метлой выскочив на улицу. Раздумывать было некогда, поэтому, не глядя на свежий снег, я кинулась к болоту.

– Прамамочка, миленькая, – заскулила я, подскочив к самой кромке незамерзающей воды. – Помоги, мне лететь не на чем. Метла моя, Мотечка, у демонов осталась, а мне в академию возвращаться срочно надо.

Болото глухо ухнуло, а затем булькнуло. В том, что проклятая ведьма меня услышала, я не сомневалась, но вот в том, чем решила мне помочь, уверена не была.

Болото продолжало ритмично ухать, и в такт ему у меня под ногами вздрагивала земля. Вскоре над водой показались два рога, за ними горб, а после и вся спина. Прямо из болотной жижи на меня надвигался огромный бык. Весь в грязи, ошметках водорослей и тины. А еще он был с прогнившими боками, из которых торчали ребра, и без нижней челюсти. Воняло от быка так, что даже мой пустой желудок попросился наружу в надежде отбежать подальше.

– Чем могла, – шепнула в моей голове проклятая ведьма. – Береги себя.

– Спасибо, – все еще ошарашено глядя на здоровенное мертвое чудище перед собой, прошептала я.

– Ты на этом не поедешь, – как всегда неожиданно подобрался ко мне Севейнел. – Я найду тебе лошадь.

– Да? – хмыкнула я, тут же решив, что мое новое средство передвижения очень даже ничего, нужно только достать из шкатулки то зелье, которое я использую, когда на свалку за пылевыми шариками хожу. В любом случае я лучше поеду на нем, чем хоть чем-то буду обязана отпрыску. – А ты попробуй мне запретить.

Больше не раздумывая, я подскочила к болотному умертвию и, цепляясь за выглядывающие ребра, забралась на его спину.

– Вперед! – приказала я, и бывший бык послушно двинулся к дожидающимся нас практикантам, чуть не затоптав не желающего сходить с дороги мага.

Все равно будет по-моему.

– Он же не подчиненный, – с ужасом прошептал Ник, спеша протянуть мне мешки, пока Севейнел не успел нас с быком догнать. – Ринда, ты хоть понимаешь, что творишь? И воняет от него…

– Зато по дороге никто не нападет, – улыбнулась я некроманту, за что тут же получила гневный взгляд отпрыска. – И кормить его не нужно.

Ник лишь покачал головой и, махнув на меня рукой, пошел к своей лошади. Я же, достав свою заветную шкатулочку, занялась поиском зелья, защищающего от запахов.

Странным образом обратный путь для нас прошел гладко и без происшествий. Всю дорогу я старательно избегала Севейнела, и в этом подарок прамамочки оказался просто незаменимой вещью. Из-за запаха, идущего от мертвого быка, мне приходилось ехать далеко позади, а когда мы останавливались, отпрыску было не до разговоров.

К счастью, у ворот академии мы столкнулись с целой толпой народа, ведь все группы возвращались одновременно. В образовавшейся давке мне удалось быстро затеряться. Правда, для этого пришлось отдать быка на растерзание вмиг заинтересовавшимся им некромантам. Собственно, только благодаря им мне удалось скрыться раньше, чем до меня добрался отпрыск. Даже мешки с вещами не смогли помешать мне в побеге.

Добравшись до своей комнаты, я облегченно выдохнула и, кинув котомки прямо на пороге, помчалась в ванную, уже из-за двери крикнув Тихоне, что сейчас вернусь. Как и в случае с походом на свалку, зелье не полностью убирало запах, и одежда постепенно напитывалась вонью, идущей от умертвия. Это на виду у всех я старалась выглядеть так, будто мне дела ни до чего нет, а сама за время пути даже есть ничего не могла. Вот поэтому и поставила посещение ванны превыше всего, даже выше заждавшегося меня сашмита.

Но на выходе ждал сюрприз. Мотька, потеряшка, снесла меня, чуть не опрокинув назад в ванную. Ее пытался отодрать от меня Тихоня, но метла была неумолима в своих попытках обнять хозяйку. Пришлось плотно прижать ее к себе, чтобы та хоть чуть-чуть успокоилась в проявлении своей безудержной радости от встречи. Вот только откуда она здесь взялась?

Ответ нашелся быстро. Кучерявое чудо, оседлав мою танцующую кровать, пыталось раскачать ее так, чтобы та перевернулась.

– Ты что здесь делаешь? – ошарашено спросила я голубоволоску.

– Даррион прислал, – как ни в чем не бывало ответила демоница. Как и в прошлое пребывание в этом мире ее рога прикрывала иллюзия, и, если бы я не знала, кто она, запросто приняла бы демоницу за какую-нибудь нимфу.

– Зачем? – буркнула я, закидывая мешки со своими пожитками в ванну. Зелье чистоты сварю, тогда и почищу.

– Ну, должен же кто-то следить за тем, чтобы твои женишки не натворили чего непотребного в этом мире.

– Что? – ахнула я, мигом забывая про все на свете. – Они здесь?

– Конечно, – довольно кивнула Рузи и, достав небольшое зеркало, показала мне в нем отражение демонов. Все трое были с прикрытыми иллюзией рогами и в одежде этого мира. – О! – важно заметила демоница, тоже заглядывая в зеркало. – Поздравляю! Только что ваша академия пополнилась тремя новыми студентами. И надо же, всех сразу приняли на третий курс. Здорово, правда?

– Здорово, – пробормотала я, растерянно садясь прямо на пол.

Кикиморовы бородавки, это что же теперь будет-то, а?