2

Утро встретило меня запахом свежей выпечки.

— Подъем, Анфиса! — воскликнул кот. — Завтрак стынет!

Не веря глазам, я уставилась на столик, сервированный на две персоны: чашки, молочник, сахарница. Посередине тарелка с плюшками, в одной из чашек исходил паром чай, вторая оказалась пуста. — Добавить? — поинтересовался кот, беря в лапы молочник?

— Д-да, пожалуйста.

Кот плеснул мне в чай молока и вылил остальное содержимое молочника себе в чашку. Отпил и блаженно зажмурился.

— Кстати, я тебе там водички для умывания приготовил, — он указал на тазик, стоящий на подоконнике. — Какую предпочитаешь? Холодную или тепленькую?

— Тепленькую, — все ещё не веря в происходящее, произнесла я. — А тебе не сложно?

— Ерунда, — кот поставил чашку и подошёл к тазику. Опустил туда лапу и, вытащив, обдал меня брызгами. Капли оказались тёплые. — Готово.

После завтрака мы отправились искать работу по проложенному котом маршруту.

— Вот неплохое место, — произнес Макарий, приведя меня к магазинчику зелий. На витрине, заставленной пыльными склянками, белело объявление “требуется ведьма”.

— А если я не справлюсь? — меня внезапно обуял страх.

— А я на что? — фыркнул кот, открывая дверь и пропуская меня вовнутрь.

В лавке царил сумрак, пахло травами. Старичок-зельвар, выйдя на звон колокольчика, подслеповато прищурился.

— Чем могу служить?

— Я по объявлению, насчет ведьмы.

Старичок подошел ближе, вгляделся… и на его лице его произошла разительная перемена — дружелюбие испарилось, глазки забегали, кустистые брови сошлись на переносице.

— По какому такому объявлению? — спросил он глядя мимо меня.

— Да вон же висит.

— Ах, это… — он подскочил к витрине и, схватив бумажку, спрятал ее за спину. — Старое, забыл убрать. Не надо мне никакой ведьмы, уже нашел. А вы, если не будете покупать, то идите себе, идите.

Пожав плечами, мы поспешили покинуть магазинчик.

— Врет, — заявил кот. — Точно тебе говорю, врет. Хорошо, что тебе на него не работать, скользкий тип, — Мы отошли, и кот оглянулся, — Нет, ты погляди на него! — воскликнул он, всплеснув лапами. Я обернулась — на витрине снова белел листок.

Мы с котом переглянулись и молча зашагали прочь.

— Надеюсь, здесь еще из ума не выжили, — произнес Макарий, открывая передо мной дверь другой колдовской лавки. Внутри оказалось светлее и чище. Никакого объявления в витрине не было. Оно висело на двери, приколоченное гвоздиком — “требуется ведьма”.

— Добрый день, я ведьма. Хочу к вам устроиться, — я сразу взяла быка за рога. Сурового вида тетушка окинула нас с котом цепким взглядом.

— Уже не требуется, — припечатала она, даже не пытаясь казаться любезной.

В отличие от старичка, снять объявление она даже и не подумала.

— Странно, — произнесла я, уходя прочь. — Тебе не кажется, что все это очень подозрительно?

— Да ну, ерунда, — отмахнулся кот.

В следующих трех лавках нас постигла та же участь. Теперь даже кот был не в силах отрицать очевидное. Но несмотря на неудачи, боевого духа не утратил и потащил меня дальше.

Бабулька из магазинчика “Зелья и привороты”, отказывая мне, выглядела такой несчастной, словно это я не взяла ее на работу.

— Скажите, что со мной не так? — не выдержав, спросила я. — Почему никто не хочет меня нанять?

— Не в тебе дело, — вздохнула старушка. — Никому не с руки ссориться с верховной ведьмой. Но я тебе этого не говорила!

— Это из-за меня, — произнес кот, когда мы вновь оказались на улице. — У старой карги длинные руки. Ладно, не переживай, из любой ситуации можно найти выход.

И мы отправились дальше.

Остальная часть дня ничего нового не добавила. Кроме чувства голода — когда наступил вечер, я готова была съесть быка. Сунув руку в карман, вытащила монеты… и обнаружила, что их меньше, чем ожидалось.

— Завтрак, — развел лапами кот.

— Ладно, — я махнула рукой, — не умирать же с голоду. Идём ужинать.

— Нам не хватит.

— Хватит, — вздохнула я.

На этот раз в трактире оказалось многолюдно. А грязной посуды в мойке — больше, чем накануне.

Кот со страдающим видом предложил помыть её сам, но я отказалась. Тогда он вызвался подавать, и в четыре руки дело пошло быстрее.

Позже, уплетая заработанный ужин, я поняла, что никогда прежде не ела такой вкусной жареной картошки.

Домыв посуду за остатками посетителей и получив немного наличными, мы отправились домой.

— Приходите ещё, — произнес хозяин нам вслед.

Я чувствовала себя полнейшей неудачницей. Кот, судя по виду, тоже.

Проводив меня до комнаты, он отправился по делам, в которые меня не посвятил. Вид у него при этом был крайне решительный.