4

Аппетит после чаепития разыгрался не на шутку, и мы, перекусив пирожками с лотка уличной торговки, отправились искать место моей будущей работы.

Нужный дом нашелся в переулке недалеко от центральной площади. Серая каменная стена, крыльцо в три ступени. Над входом белела вывеска ‘Агентство магических услуг “Твоя радость”’. Название больше походило на усмешку — атмосфера в переулке царила мрачная. Однако, судя по истертым ступеням, посетители бывали здесь часто.

Внутри оказалось немноголюдно — в холле не было ни души, если не считать секретарши. Эффектная черноволосая красотка глянула на нас поверх журнала и, натянув любезную улыбку, спросила:

— Чем я могу вам помочь?

Судя по кисловатому выражению лица, клиенты из нас были так себе.

— Мы к господину Хрусту, — произнесла я. И видя сомнение, возникшее на ее лице, добавила: — С запиской, — продемонстрировав оную издалека.

— Могу я взглянуть?

— Лично в руки.

Секретарша еще раз окинула нас взглядом и, поднявшись, скрылась в кабинете с табличкой “Директор”.

Здесь вообще очень любили таблички. Одна, с надписью “напитки”, висела над маленьким столиком с чашками. Другая, гласящая “пресса”, венчала подставку с газетами. На третьей, висящей над дверью, размашистым почерком было выведено “Мы вам рады, приходите еще!” И даже коврик на полу у входа имел надпись — “ноги”. Рассмотреть больше я не успела, нас пригласили в кабинет.

При виде директора я напрочь забыла о табличках. Маленький лысый человечек, едва видимый из-за стола, выглядел сурово и решительно.

— Что у вас? — он протянул руку. Шагнув вперед, я вложила в нее послание Куртиньи.

Пробежав взглядом написанное, он также внимательно оглядел нас с котом, затем решительно произнес:

— Ладно, раз уж сестрица просит, помогу. Но только на многое не рассчитывай. Времена сейчас трудные, да и молода ты еще большую зарплату иметь. Со временем, если себя покажешь, будет тебе и жалованье высокое и клиенты хорошие. А пока будешь ведьмой на час.

— Что? — растерялась я.

— Ведьма на час. Будешь выполнять разовые поручения. Желательно быстро, потому как платить я тебе буду за количество. Но и качество должно быть на высоте. Не будешь справляться — уволю и на сестрицу не посмотрю. Согласна?

— Да, — без раздумий согласилась я, понимая, что ничего другого мне не светит.

— Тогда приступаешь завтра в восемь. Заказы возьмешь у Лидушки, это наша секретарша. Бланк заявления о приеме возьмешь у нее же. Оплата в конце недели. До встречи.

И, дав понять, что аудиенция окончена, господин Хруст углубился в изучение лежащих на столе бумаг.

Мы с котом поспешили покинуть кабинет. Стребовав с Лидушки заявление о приеме, я присела за чайный столик и посмотрела на кота. Тот пробежался взглядом по бланку и кивнул.

Как ни странно, выходя из “Твоей радости” я совершенно не чувствовала себя счастливой. Казалось бы, барьер взят — работа найдена, но радости не было ни на грош. Это говорило о том, что трудности не закончились, а как раз только начались.

И все-таки в этот вечер мытье посуды уже не вызывало прежнего чувства безнадежности.