Глава 1

Занятия сегодня только для галочки — все темы рассказаны, контрольные написаны, экзамены сданы, оценки выставлены. Преподаватели подводят итоги, поздравляют с началом новой главы нашей жизни, ностальгируют, отвечают на вопросы «о жизни» и прощаются. У одногруппников какое-то восторженно-торжественное настроение, а вот у меня — нет. Я чувствую, словно поставила мысленную галочку в графе «восполнить пробелы домашнего обучения и подготовиться к поступлению» и больше ничего. Когда задумываюсь о прожитом годе, перед мысленным взором предстают бессонные ночи, которыми я зубрила или писала очередной доклад, так что смело могу назвать этот год самым сложным в моей жизни.

Невольно перевожу взгляд на Лусана, мы встречаемся с ним глазами и обмениваемся легкими улыбками. Хорошее за это время тоже было. Так получилось, что в нашей группе всего пять парней на пятнадцать девчонок, и самый красивый из них — Лусан с его огромными голубыми глазами, светлыми волосами, обрамляющими лицо, и полными губами, будто созданными для поцелуев. Заглядывались на него многие, но он выбрал меня, и мне это очень льстило. Не прошло и месяца с начала занятий, как мы начали встречаться.

Как только заканчивается последний урок, наша староста встает со своего места и громко произносит:

— Стойте! У меня объявление! Сегодня я у себя устраиваю вечеринку в честь окончания учебного года. Родителей дома не будет. Адрес: улица Кряжистых дубов, дом десять. Начало в шесть вечера. Приносите еду с собой!

Со всех сторон раздаются одобрительные возгласы. Моя соседка по парте и по совместительству лучшая подруга Юма с подозрением спрашивает:

— Ты ведь пойдешь? Учеба закончилась, и ты больше не можешь ею отмазываться!

— Пойду, — улыбаюсь я.

— Хорошо! Тогда зайди за мной к пяти — тебе все равно по пути.

— Договорились.

Юма убегает, а я подхожу к Лусану:

— Ты пойдешь?

— Да, — улыбается он. — Прости, проводить тебя сегодня не смогу — пообещал парням пойти с ними. Увидимся на вечеринке!

— Хорошо.

Разворачиваюсь и ухожу. Я, конечно, понимаю, что у Лусана есть жизнь и помимо наших отношений, но последние несколько дней нам так и не удалось поговорить. Нет, мы оставались наедине, и домой он меня провожал, вот только мы либо целовались, либо он безостановочно болтал, и просто не получалось перевести разговор на волнующую меня тему — он так и не рассказал, останется ли в столице или поедет домой.

Конечно, мне бы хотелось, чтобы он остался, и мы провели это время вдвоем. Могли бы гулять в парке, побывать наконец-то в театре, побродить по кофейням или просто читать вечером у камина — в общем, сделать все то, что из-за учебы не успели в течение года. Но прямо попросить о таком кажется неуместным, не хочу, чтобы он подумал, что я навязываюсь.

А может, он ничего не рассказывает, потому что готовит сюрприз? Например, поездку куда-нибудь вместе… Или, возможно, он готовится сделать мне предложение? Мы, конечно, слишком молоды для такого серьезного шага, но я бы, пожалуй, согласилась… Что-то я слишком размечталась! Лучше не придумывать себе лишнего, чтобы потом не расстраиваться. Я буду рада, даже если он просто останется в городе, и мы проведем этот месяц вместе.

По дороге домой заглядываю в продуктовую лавку и закупаюсь продуктами. Чтобы отпраздновать окончание сложного периода моей жизни, балую себя плиткой шоколада и красивым кремовым пирожным.

Стоит переступить порог дома, навстречу выбегает мой питомец и подельник — крыс Спиритус. Есть мнение, что как питомца назовешь, таким и будет его характер. Я посчитала, что если это правда, пусть питомец будет мистическим существом — призраком, которого сложно обнаружить. Дело ли в том, что помогла кличка, или в том, что Спиритус был потомственным ведьминым помощником, но умения быстро бегать и скрываться, развиты у него феноменально.

Крыс, шустро цепляясь за штанину, а затем и за рубаху, взбирается мне на плечо и начинает радостно пищать. Снимаю обувь и подхватываю его под пухлое брюшко:

— Скучал? Я тоже. Впереди целый месяц ничегонеделания, так что сможем проводить больше времени вместе.

На кухне пересаживаю Спиритуса на стул и перекладываю покупки в холодильный шкаф. Крыс с любопытством провожает весь путь продуктов от сумки до холодильника, но стоит ему увидеть семечки, сразу же начинает верещать. Смеюсь:

— Вот же, глазастый какой! Сейчас!

Отсыпаю горсть в мисочку и ставлю ее перед питомцем. Он радостно что-то пищит и приступает к трапезе.

Хочется полакомиться шоколадом прямо сейчас, но на голодный желудок не правильно. Хоть сегодня вечеринка и слишком наедаться не стоит, чтобы не выпирало ничего лишнего, но и заменять обед сладким неправильно. Останавливаю свой выбор на макаронах с сыром — и быстро, и вкусно. Пообедав, делаю себе чашку душистого травяного чая и выпиваю его вприкуску с кусочком шоколада. Остальные сладости собираюсь доесть позже, после того, как вернусь с вечеринки.

Погладив мягкую пепельно-серую шерстку крыса, отправляюсь в ванную комнату. Включаю воду и выливаю в нее половину бутылочки фирменного состава, который смягчает и увлажняет кожу. Пока ванна набирается, умываю лицо и наношу маску — если уж собралась сегодня на вечеринку, просто обязана выглядеть лучше всех.

Для создания расслабляющей атмосферы зажигаю ароматическую свечу, отчего помещение наполняется хвойным запахом.

Нежась в ванне, ловлю себя на мысли, что я не испытываю радости из-за окончания учебного года и в очередной раз чувствую недоумение. Такое отношение кажется странным, так что пытаюсь докопаться до причины.

Я сожалею о том, что учеба закончилась? Определенно нет! Под конец стало уже почти нормально, но меня устраивает, что курсы закончились, и я могу поступить в Академию Магии.

Возможно, я буду скучать по одногруппникам? Да не особо — наша группа готовится к поступлению в столичную Академию Магии, так что обязательно встретимся в следующем году, а Лусан вообще собирается учиться, так же как и я, на целителя. Юма идет на факультет боевой магии, но мы уже узнавали — в общежитии нет разделения по факультетам и можно попроситься в одну комнату. А если нам не понравится в общежитии, вполне сможем снять домик и переехать в него. Это в этом году Юма не могла бросить соседку, которая самостоятельно не потянула бы аренду, но в следующем году она будет жить в общежитии.

Я боюсь того, что не приживусь в Академии Магии? Не боюсь! Ведьма я или кто? В чем же дело?..

Так и не придя ни к какому выводу, смываю маску, мою волосы и, укутавшись в полотенце, отправляюсь в спальню, где усаживаюсь перед зеркалом. Закрыв глаза, настраиваюсь на воспоминание о жарком летнем ветре и вожу ладонями по волосам до тех пор, пока они окончательно не высыхают. Следующие двадцать минут аккуратно расчесываюсь, шепча заговоры на здоровье, крепкость и объем, а затем удовлетворенно любуюсь результатом. Нанеся немного туши, румян и алую помаду, решаю, что на этом макияж можно завершить, и перемещаюсь в спальню к огромному шкафу. Собственно, этот шкаф и небольшая веранда и стали причиной, по которой я выбрала именно этот дом.

Задумчиво перебираю вещи. На учебу я привыкла одеваться неброско, чтобы не привлекать излишнего внимания, но сегодня мне хочется выделяться. Посомневавшись, останавливаю выбор на приталенном темно-красном платье, длиной чуть ниже колен. С тревогой примеряю, но оно садится именно так, как и было задумано. Значит, то что я успела набрать пару лишних килограммов — всего лишь плод моего воображения.

Последний раз посмотревшись в зеркало, убеждаюсь, что помада не размазалась и прическа в полном порядке, перекладываю вещи в сумочку, подходящую к платью, беру ее и выхожу из дома.

За несколько часов мостовая успела покрыться лужами, но о дожде напоминает лишь упоительно чистый и свежий воздух, а вот туча уже ушла дальше и темнеет на горизонте. Судя по всему, за зонтом возвращаться необходимости нет, так что сворачиваю направо и спешу к дому подруги.

Задумавшись, экипаж, который несется мне навстречу, замечаю слишком поздно. Лужа на дороге настолько огромна, что нет смысла ускоряться, пытаясь ее миновать, а глухая стена, мимо которой я иду, лишает последней надежды остаться сухой. Отворачиваюсь и прячу лицо в ладонях. Слышу характерный плеск, но по какой-то причине мокрые брызги до меня не долетают.

Как только топот копыт стихает, осторожно поворачиваюсь, и мой взгляд натыкается на золотистые глаза с вертикальным зрачком, в которых словно сияют искорки. Все мысли из головы улетучиваются. Все, что я могу — зачарованно тонуть без возможности отвести взгляд. Незнакомец наклоняет голову, и наваждение проходит. Чувствую, словно откуда-то вынырнула. Ежусь от странного ощущения, а парень поднимает голову и обворожительно усмехается:

— Давайте поскорее пройдем эту лужу, иначе, боюсь, вновь возникнет надобность в магическом щите. Предполагал ли мой учитель, что именно так я буду использовать его знания?! Не думаю.

Вглядываюсь в его глаза и вижу, что они светло-орехового цвета, хоть зрачок по-прежнему вертикальный. Это свет так странно отразился? Или мне показалось? Спохватываюсь:

— Спасибо, что помогли мне.

— Всегда к вашим услугам, — загадочно улыбается незнакомец и, доведя меня до края лужи, разворачивается и уходит в противоположную сторону.

Сама не понимаю, почему оглядываюсь. Отмечаю широкие плечи, обтянутые черной шелковой рубашкой и аппетитную задницу. Судя по походке и экономным движениям — он воин. Пожимаю плечами и продолжаю путь.

Подойдя к дому Юмы, вижу, как она закрывает дверь на замок, так что встречаемся как раз возле калитки. Выглядит она сегодня шикарно — платье с короткой пышной юбкой подчеркивает ее тонкую талию и открывает вид на красивые ноги. Рыжие кучеряшки собраны в хвост на затылке и не скрывают слегка оттопыренные ушки. Из косметики на ней только помада, но, учитывая, что она оборотень, это не удивительно.

Подруга подходит ко мне и с беспокойством спрашивает:

— Что с тобой?

— Что со мной? — удивленно переспрашиваю я.

— Ты выглядишь как-то странно. Самое близкое слово — «пришибленной».

— Пришибленной?

— Немного дезориентированной.

— А!.. Да этот парень все из головы не идет…

— Какой парень? — с любопытством спрашивает Юма.

— Только что шла мимо лужи, а тут экипаж несется. Уже боялась, что обольет, и смирилась, что придется вернуться домой и переодеться, а тут этот парень щитом прикрыл.

— Как романтично! Красивый?

Пожимаю плечами:

— Нормальный… Но я все равно люблю Лусана.

— Как скажешь, — кривится подруга.

По дороге на вечеринку запоздало вспоминаем, что туда нужно принести свою еду, и быстренько забегаем в продуктовый магазин, где покупаем круг сыра, хлеб и палку колбасы, а затем продолжаем путь, благо до улицы Кряжистых дубов идти всего двадцать минут.

Оказавшись возле нужного дома, озадаченно переглядываемся — все тихо, спокойно и ничего не говорит о том, что кто-то здесь веселится. И сам дом тоже заставляет насторожиться — не думала, что родители Нараны настолько богаты, чтобы позволить себе роскошный двухэтажный особняк.

Юма с опаской нажимает на дверной звонок. Через минуту появляется радостная Нарана:

— Вы здесь! Отлично! Проходите! Разуваться не нужно.

Стоит нам миновать прихожую, на нас обрушивается музыка. Так громко, что в первое мгновение хочется закрыть уши руками.

— Пойдемте, — поторапливает нас староста, — покажу вам, где оставить продукты.

В кухне суетятся две наших одногруппницы, которым мы оставляем все, что купили, и отправляемся в гостиную.

Там оказывается многолюдно. Похоже, Нарана пригласила весь поток, а не только нашу группу. Здороваемся со знакомыми, а затем я сажусь в углу и наблюдаю за теми, кто танцует. Юма, с которой мы в какой-то момент потерялись, выныривает ко мне из толпы и тянет за руку:

— Пойдем потанцуем! Это весело!

— Пойдем, — покорно встаю, зная, что если уж она вбила себе в голову, что нужно меня вытащить, не отступит, пока этого не добьется.

Станцевав несколько композиций, отправляюсь на поиски туалета. Возвращаясь и заметив в одной из комнат Лусана, сворачиваю туда. Кроме него там три наших одногруппника и две неизвестные мне девушки, с одной из которых он беседует. Радостно улыбаюсь:

— Вот ты где! Пойдем потанцуем!

— Пойдем, — улыбается он в ответ.

Спустя три танца, он говорит мне на ухо:

— Я устал. Пойду посижу.

— Пойдем вместе — у меня уже тоже ноги неприятно гудят.

Он отводит меня в ту же гостиную, откуда я его вытащила. Девушек в ней уже нет, а из парней остался только его сосед по комнате Сандр. Какое-то время обсуждаем экзамены, а затем Сандр спрашивает:

— Лусан, а когда ты думаешь собирать чемоданы? Твой дилижанс рано утром, а ты их еще даже не достал.

— Успеется, — отмахивается тот, — я в прошлый раз почти все перевез, и осталась совсем ерунда.

Разговор сворачивает на другую тему, а в моей голове крутится только один вопрос: «А он собирался мне об этом рассказать»?

Когда Сандр наконец-то уходит, сразу же озвучиваю вопрос Лусану. Он недоуменно разводит руками:

— Я думал, что рассказал. Прости, родная! Я очень виноват.

— Получается, до поступления ты уже не вернешься?

— Ага. Матушка приболела, и отец очень просил, чтобы я за ней присмотрел. Ты же знаешь — ей становится легче, когда я рядом.

— Понятно, — произношу я, а самой ничего непонятно.

Получается, если бы не его сосед, он бы мне и не рассказал? Серьезно?

Лусан переводит тему на то, как сложно будет поступить, и что нужно выдержать серьезную конкуренцию, а я злюсь. Наконец понимаю, что или сейчас уйду, или мы поссоримся, и произношу:

— Я устала от шума. Пожалуй, пойду домой.

— Еще же рано! Оставайся — сходим еще потанцевать.

— Не могу, голова начинает болеть, — вру я.

Стоит мне подняться и направиться к двери, он подхватывается с места:

— Давай я хотя бы тебя провожу!

— Не нужно, — чтобы произнести это спокойно, приходится постараться.

— Хотя бы до калитки!

Чувствую себя упрямым ребенком, поэтому со вздохом соглашаюсь:

— Ладно.

Возле калитки он берет мои ладони в свои и произносит:

— Прости меня, пожалуйста! Я не хотел, чтобы так получилось. Ты же знаешь, что я люблю тебя и меньше всего хочу обидеть. Я совершил ужасную ошибку! Извини меня! Но ведь мы не навсегда расстаемся — всего месяц, и снова будем вместе. Обещаешь меня дождаться?

Вздыхаю:

— Обещаю.

— Вот и хорошо.

Он легонько целует меня в губы, и я ухожу. Уже и сама начинаю думать, что слишком к нему сурова. В последние недели была огромная нагрузка, да еще и экзамены — неудивительно, что он мог забыть мне рассказать.

Завернув за угол, внезапно вспоминаю, что оставила в доме на кресле свою сумочку. Возвращаться не хочется, но там кошелек. Разворачиваюсь и нехотя иду обратно. Уже подходя к дому, слышу голос Лусана:

— Да, я собирался ее бросить! Месяцы ухаживаний и весь результат — удалось разочек потрогать за грудь. Но сегодня она была такой красивой, что я передумал. Дам нам еще несколько месяцев.

Резко останавливаюсь и замираю на месте. Еще не совсем понимаю, что означают его слова, но уже есть желание услышать этот разговор полностью.

— Смотри сам! Но мне показалось, что та блондиночка посговорчивее будет, — узнаю голос его друга.

— Тебе не показалось — я уже оприходовал ее в ванной. У нее сиськи маловаты, да и болтает слишком много — на постоянку не очень.

Становится так больно, что перехватывает дыхание. Осторожно выглядываю из-за куста, чтобы убедиться, что не перепутала голос. Не перепутала — все эти мерзости говорит тот, кто утверждал, что любит и что я единственная, кто его интересует. Чувствую, как мне становится дурно. А если бы я согласилась с ним переспать, он бы и обо мне так же говорил? Хочется развернуться и убежать, но в то же время хочется остаться и дослушать, что еще они скажут. Последнее желание побеждает.

Между тем друг Лусана интересуется:

— А твоя Риша как в постели?

— Бревно бревном. Но ее папка мэр — если стану его зятем, он деньжат немерено отвалит. На следующей неделе собираюсь сделать ей предложение — уже и колечко прикупил с камешком. Пришлось у матушки денег просить, но тут пока ничего не поделать — пока нет лицензии, заработать сложно. Когда закончу Академию Магии, Ришин папка меня главным лекарем в городскую больницу назначит, а зарплаты там ого-го. И медсестричек много — не заскучаю… Да и оправдание хорошее будет, почему я дома редко появляюсь. А как там с твоей рыжей? Уже раскрутил ее?

Их похабный смех становится для меня сигналом, после которого я резко разворачиваюсь и быстро ухожу. Всю дорогу домой не могу перестать размышлять о том, как же я могла так ошибиться. Как могла не заметить лжи? Почему я была такой доверчивой дурой?

Держусь до дома, но стоит переступить порог и закрыть дверь, сажусь прямо на пол и начинаю реветь.

Когда поток слез утихает, обращаю внимание на крыса, который бегает вокруг меня и встревоженно верещит. Подняв питомца за пузико, прижимаю к себе:

— Извини, Спиритус, что напугала. Не переживай — ничего страшного. Все проходит — пройдет и это.

Всхлипываю в последний раз, опускаю крыса на пол и отправляюсь в ванную. Глянув на себя в зеркало, невольно улыбаюсь — хорошо, что до дома продержалась, и никто не увидел меня с тушью, размазанной по лицу.

Завариваю себе успокаивающий отвар и набираю воду в ванну — нужно смыть с себя всю ту грязь, которая налипла во время разговора. Как же меня угораздило влезть в такое? Юма оказалась права, когда говорила, что он какой-то мутный. Хотя она наверняка не представляла насколько. А ведь я сперва подумала, что Лусан мне изменил, а оказалось, все гораздо сложнее — той, с кем изменяли, была я. А каково будет девушке, на которой он решил жениться, если она узнает о его похождениях? Наверное, ей он тоже наплел, что любит и она единственная. Хм… Ведьма я или не ведьма?

Решительно встаю и вытираюсь — нельзя это так просто оставлять! Помнится, в Книге был любопытный ритуальчик, подходящий к случаю…

Открыв свою ведьминскую Книгу, пробегаю глазами оглавление и нахожу нужную страницу. Ритуал называется незатейливо — «Правдивость». Изучаю необходимые для него ингредиенты и торжествующе улыбаюсь — даже докупать ничего не придется.

Надеваю простую полотняную рубаху и снимаю украшения. В шкафу отыскиваю рубаху Лусана — один раз, когда он был у меня в гостях, пролил на себя сок. Я пообещала постирать, благо у него еще кофта была, и голым уходить не пришлось, но все забывала отдать. Теперь эта вещь мне очень пригодится. Может, Лусан так пытался меня соблазнить? Думал, что увижу его тощий голый торс и воспылаю страстью? Хм… Вполне вероятно.

В кладовке собираю остальные ингредиенты и приношу их на кухню. В центр стола помещаю медный поднос, в него почтительно опускаю ритуальную чашу, по бокам от которой расставляю три черных свечи.

Еще раз пробегаюсь по описанию ритуала и спохватываюсь — а ритуальный нож-то и забыла! Исправляю свою оплошность и кладу его рядом с чашей. Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, очищая сознание, и зажигаю свечи.

В ритуальную чашу отправляю: клочок рубашки, осиновую щепу, полынь, цветы зверобоя и волос мертвеца, который при жизни прослыл честным и справедливым человеком. Еще раз сверяюсь со списком и, убедившись, что все сделала правильно, надрезаю ладонь ритуальным ножом. Глядя, как в чашу стекает кровь, произношу:

— Духи земные и небесные! Заклинаю вас услышать слова обиженной ведьмы! Этот человек обманул не только меня, но и с другими девушками поступал плохо. Прошу для него справедливой кары — пусть с этого момента он больше не сможет соврать ни одной особе женского пола, а вместо вранья у него изо рта будет вырываться кваканье. Прошу, если моя просьбы справедлива, помогите свершить месть.

Содержимое чаши вспыхивает и исчезает в белом огне — значит, духи согласились со справедливостью моего обвинения.

Удовлетворенно улыбаюсь — больше он не сможет никого обманывать! Даже соврать о том, почему квакает, не сможет. Маги мое проклятье снять не смогут, а если обратится к ведьме, та сразу увидит причину проклятия и помогать не станет — у нас все друг за друга горой. Если обидел одну, считай, обидел всех. Только верховная имеет право отменять заклинания сестер и то лишь в случае, если проклятый наказан действительно несправедливо. Но, с другой стороны, если проклясть того, кто этого не заслужил, могут и из ковена выгнать, а в самых крайних случаях и доступ к силе закрыть — репутация в наше время очень важна, и нужно ее поддерживать.

Залечив порез и вернув ритуальные принадлежности на место, завариваю себе чай, достаю из холодильника сладости и отношу на веранду. С удобством устраиваюсь в кресле, укрываю ноги пледом и глажу взобравшегося мне на колени Спиритуса. Привычные действия помогают окончательно прийти в себя. Да, я совершила ошибку — доверилась не тому. Почему так случилось?.. Из-за того, что очень хотелось любви, а внимание такого красавца, как Лусан, вскружило мне голову? Или он слишком хорошо играл свою роль, и я бы и не смогла заметить? А ведь были же тревожные звоночки — он всегда уезжал на выходные домой, никогда не приглашал меня к себе, не строил совместные планы на будущее… В любом случае, хорошо что это вскрылось сейчас, а не позже. Все, что мне теперь остается, это постараться извлечь из ситуации урок и в следующий раз быть осторожнее в выборе в того, кому вверяю свое сердце.