Глава 19

Выходные пролетали с такой неумолимой скоростью, словно их и не было вовсе, и мне приходилось прилагать титанические усилия, чтобы заставить себя вернуться в академию. Все эти дни я проводила либо в тиши родного дома, либо в объятиях шелестящего леса. В деревушку, под личиной ведьмы, соваться пока не хотелось, а служанки меня, вроде как, лишили. Пока я обдумывала новую легенду, чтобы снова иметь возможность наведываться туда. Теплое дыхание осени уже выветрилось, и первые заморозки начали рисовать ледяные узоры на земле. Несмотря на то, что деревенские жители – народ крепкий, все равно то и дело приходилось подлечивать ребятишек, то чью-нибудь хандру успокоить. Так что пора выходить из своего уединения к людям, но как пока не знаю. Однако пока стоило позаботиться о теплых нарядах для столицы. Там заморозки ударят чуть позже, так что время еще есть. Климатический купол укрывал лишь академию, а в город все равно иногда приходилось выбираться. Поэтому сегодня же вечером я собиралась прогуляться по ателье, да по магазинам… Но моим мечтам не суждено было сбыться. После завтрака нас ждало очередное собрание преподавательского состава, где Райя должна была представить отчеты о собранных средствах и местах их распределения. Часть пожертвований передавалась деньгами, на другую же совершались различные бытовые покупки. Следовало решить, кто займется этими делами, а также привлечь к ним кого-нибудь из девушек. Но наше собрание было грубо прервано той самой девицей с танцев, что так и льнула к Джерарду. – Я вас люблю и жду от вас ребенка! – Девушка ворвалась в зал и выкрикнула свое заявление, адресуя его нашим мужчинам. Сидели они все вместе, но почему-то разом отпрянули именно от магистра Джерарда, ни капли не сомневаясь в виновнике этого внезапного события. Сначала воцарилась оглушительная тишина, а затем поднялся настоящий гвалт голосов. Только Истрид сидела бледная и молчала. Пришлось со всей силы ударить ладонью по столу, усиливая звук заклинанием. – Прошу внимания! Магистр Элен, займитесь пока девушкой, думаю, стоит как можно скорее пригласить ее родителей на разговор. Вы же, магистр Джерард, проследуйте в мой кабинет. Джерард тихо вышел под осуждающими взглядами коллег, и я последовала за ним. – Ты же этому не веришь, правда? Единственная женщина, от кого я пока готов завести детей, – это только ты. Я уже приготовила было гневную речь, но это нелепое заявление оглушило меня, словно гром. Мило. Очень мило. И это "пока"… – Что, прости? – вырвалось у меня, прежде чем я успела осмыслить услышанное. – Что слышала. Я не собираюсь обзаводиться спиногрызами с кем попало. Да и у нас вряд ли бы что-то получилось, даже если бы мы с тобой очень постарались. А уж у этой девчонки… Водоворот чувств захлестывал меня изнутри, но на первое место все же вышло возмущение. Я знала: законы инкубов и суккубов – не пустой звук, эхо древних клятв и неумолимых требований. Обязанность продолжения рода, да еще и в рамках собственной расы – тут они недалеко ушли от чопорных эльфов. Правда, в их случае причина крылась в разгильдяйстве и нежелании связывать себя какими-либо узами. Совет старейшин постановил: от каждого представителя клана по наследнику! И не просто отпрыска, а ребенка, наполненного силой предков клана. Однако инкубы и суккубы редко утруждали себя созданием семей, даже ради детей. Чтобы откреститься от навязанного долга, некоторые «отстреливались» по молодости и потом отдавали своих отпрысков на воспитание в специально созданные учреждения. Другие тянули до последнего, пока возрастная планка не начинала неумолимо давить. Зачать наследника силы от связи с человеком – задача архисложная. Ритуалы, заклинания, обмен силами, и даже тогда – никакой гарантии. А для их клана это – вопрос выживания. Поэтому заявление девицы прозвучало как сенсационное научное открытие. Инстинктивно бросив взгляд на ауру, я моментально раскусила ложь: беременности не было и в помине. А вот слова инкуба задели что-то внутри. Что, если ребенка и нет, но связь все-таки была? Раз уж дело дошло до подобного фарса… – Я знаю, что она не беремена, но мне необходимо знать у вас что-то было? – А какое это имеет значение, если девушка не беременна? – Джерард мигом утратил остатки спокойствия. – Я же не интересуюсь, что у тебя там с твоим… эльфом! Я уже было собралась обрушить на него гнев за нарушение договора, за его недопустимые отношения с ученицами, но слова про эльфа заставили меня застыть, словно громом пораженную. Какой еще «мой эльф»? Когда он успел появиться в моей жизни, и главное – откуда? – Какой еще эльф? – все же выдохнула я. – Ты даже не знаешь, с кем спишь? – Вот именно сейчас начинаю подозревать, что не знаю. Потому что последнее время мои ночи принадлежали лишь объятиям одиночества и верного одеяла! Какой еще, к разлому, эльф? – Извини, – пошел инкуб на попятную. – Я не должен вмешиваться в ваши отношения. – Джей, умоляю, прекрати испытывать мое терпение, с кем у меня отношения? – С тем, кто тебе так нравится. Я старался держать себя в руках, но из-за выходки этой девчонки оказался на пределе. Я ничего не понимала. Все это время я боялась сойти с ума, и вот, кажется, этот момент настал. Пришлось закрыть глаза и откинуться в кресле, пытаясь унять нарастающее раздражение. Эльф, да еще и который мне нравится? Может я не знаю каких-то последних слухов? – Не было у меня с ней ничего, – устало прозвучал голос Джея. – Как ни с кем другим, кроме тебя. От этих слов мои глаза распахнулись против воли, полные недоверия. – Что ты на меня так смотришь? Приходится жить на этих варговых амулетах-подпитках. Эффект есть, но разница колоссальная. К тому же, похоже, на эмоциональный фон влиет. Ты можешь мне честно ответить, насколько у вас все серьезно со Стефаном? Я не могла поверить своим ушам. Стефан? – У нас ничего нет, кроме деловых отношений. С чего ты вообще взял, что нас может что-то связывать? – Ты же сама сказала, что он тебе нравится! То есть Джерард все это время имел в виду именно его? Стефан – эльф? – Почему у тебя такой удивленный вид? Забыла, как обнимала подаренный им букет, утопая в его аромате, и совершенно спокойно сообщила мне о своих чувствах? Ах, вот оно что! Отлично, мы с Джеем вместе отправимся на отдых в лечебницу для душевнобольных после этой академии. Можем даже придумать собственный язык для перестукивания… – Букет мне подарил один из родителей, и я говорила о чувствах не к Стефану, а к цветам! Теперь я смотрела на застывшего в недоумении Джея. Вот и поговорили, вот и молодцы. – Даже жаль, что девушка не беременна, – не слишком удачно попыталась я сменить тему, но взгляд Джея лишь потемнел в ответ. В глубине его глаз мелькнула тень обиды. – Я настолько тебе надоел, что ты мечтаешь избавиться от моего присутствия? – Голос его звучал приглушенно, с едва уловимой горчинкой. – Буду честна, ты принес слишком много переживаний в мои и без того нелегкие будни. А насчет беременности… Тогда можно было бы зацепиться за факт отцовства, и, признаться, это было бы проще. А теперь придется как-то иначе опровергать вашу связь. Вы проводили вместе время? – Нет, но бывало, она меня поджидала после занятий с глупыми вопросами. Спрашивала, как она двигается, не стоит ли ей назначить индивидуальные занятия и так далее. Я старался сворачивать все эти разговоры и говорить, что у меня много дел. – Для слухов, думаю, этого было достаточно. Стоит узнать, что про вас говорили, а потом уже проводить беседу с родителями. В крайнем случае, придется идти к менталисту. Ты согласен? – Да. Джерард ответил без колебаний. После затянувшегося молчания он протянул: – Как же раньше все было просто, а теперь… – Ты сам все усложнил, последовав за мной. Вот объясни мне, зачем? Я бы вернулась, и все было бы по-прежнему. – Давай это обсудим потом, когда разберемся с возникшей проблемой. Нам многое стоит обсудить. Мне оставалось развести руками и погасить раздражение, рвущееся наружу. Я отпустила Джерарда и позвала Райю. – Позовите ко мне, пожалуйста, Эланиэль. – Хорошо. Девушка пришла сразу же. – Здравствуйте, магистр Александрия. – Доброго дня. Эланиэль, присядь, пожалуйста. Ты находишься в одной группе с Мистрис? Райя принесла мне документы девушки, и сейчас я их изучала. – Да. – Ты можешь мне что-нибудь рассказать об ее отношениях с магистром Джерардом? Девушка ответила, ни капли не смутившись: – Нет никаких отношений. Она его преследовала после занятий, на занятиях постоянно задавала вопросы, правильно ли она все делает, часто отвлекая и раздражая магистра, да и нас заодно. Ни с кем из группы она не дружна, поэтому за спиной девушки отмечали безрассудное и глупое поведение Мистрис. Конечно, всех сначала привело в восторг появление нового молодого учителя, да еще и инкуба, но со временем страсти поутихли. И многие поняли, что магистр Джерард – не тот мужчина, что женится на них, да и члены их семей его не одобрят, а для здешних девушек это имеет большое значение. Эланиэль была словоохотлива, держалась расслабленно, совершенно не создавая впечатления того, что я разговариваю с ученицей, скорее – с коллегой. Надеюсь, при девушках она больше соответствует внедренному образу. – Спасибо за информацию. А ты что-нибудь узнала про пропавших девушек? Стефан мне ничего не сообщал, и это раздражало. Ведь даже крупица информации могла бы подтолкнуть меня в нужном направлении. – Я кое-что узнала, но мастер Стефаний сказал, что эта информация им уже известна и в ней нет ничего полезного. – Все же сообщи ее мне, вдруг я что-то запамятовала. Как интересно, он уже является «мастером», а еще и представляется более сокращенным именем, к тому же эльф. Меня терзают подозрения, что он не так уж прост. Теперь мне еще приходится и перед Эланиэль изображать туповатую особу, вечно что-то забывающую, чтобы добыть хоть что-то. Неприятно, но ничего не поделаешь, иначе я могу многого не узнать. – В этом году в моей нынешней группе учится сестра одной из похищенных девушек, поэтому меня к ним и определили. Родители обыграли ее «побег» как перевод в другое учебное заведение, а потом сказали, что она не слишком удачно вышла замуж. Анила была не слишком общительной, подруг не имела, так что особо ее судьбой, кроме родственников, никто не интересовался. Однако сестра этой девушки не верит, что Анила могла с кем-либо сбежать. Она тяжело сходилась с людьми, но именно с ней общение поддерживала, и если бы девушка убежала, то сестра уверена, что обязательно бы ей хоть изредка писала. – И ни с кем за пределами академии Анила не общалась и в то время не делилась с сестрой информацией о новых знакомых? – Да, все верно. – У меня к тебе просьба: можешь поинтересоваться у ее сестры, не была ли Анила близка с кем-либо из академии? Я сейчас не говорю про подруг, но, может, ей, например, нравился больше всего кто-то из преподавателей, и они нашли общий язык? – Хорошо. Мне сообщить об этом мастеру Стефанию? – Не стоит нагружать мастера лишней информацией, вряд ли она куда-то ведет, ведь преподавателей в свое время проверили. Я просто хочу в неформальной обстановке поговорить с этими преподавателями, может, они мне сообщат что-то, что не вспомнили ранее. Эланиэль бросила на меня оценивающий взгляд. Пришлось принять наиболее дружелюбный и, я бы даже сказала, придурковатый вид. Может, взбалмошная дама будет вызывать меньше вопросов, так как сомневаться в степени компетентности магистров ордена я права не имела. – Хорошо. Девушка ушла, а мне предстоял следующий тяжелый разговор. Магистр Элен сообщила, что мать Мистрис уже в пути и в течение получаса посетит академию. Нужно собраться с мыслями и продумать, что я буду говорить.