Глава 7

На кладбище я собиралась как на войну…

На кухне, среди привычной утвари, я нашла нож с загнутым лезвием и рукоятью из странного камня. Этот нож не был похож на обычные кухонные инструменты. Я заткнула его себе за импровизированный пояс из куска ткани, и даже через одежду кожу обдало холодом. Книгу положила в тряпичную сумку, туда же огарок свечи и спички.

Надела плащ, обмотала голову платком, чтобы никто не видел моего лица. Обула крепкие ботинки, которые казались тяжелыми и словно давили на ноги. Встала на пороге дома, оглядывая гостиную, как будто прощалась с чем-то важным.

– Лопату брать? – спросила у кошки, которая сидела на коврике возле ног, наблюдая за мной с нескрываемым любопытством.

– Нет, – ответила она, махнув лапой. – Мертвец сам все сделает. Откопается, ляжет, закроет крышку и закопает себя.

По спине пробежал странный холодок. Я чувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Кто-то, кто знает больше, чем я. Кто-то, кто уже ждет меня на кладбище.

Я вышла из дома, оставив за спиной тишину и мрак. Тропинка была пустынной, как и сам лес, через который я шла. Только слабый свет луны пробивался сквозь пелену облаков, да ветерок словно шептал мне на ухо какие-то загадочные слова.

Кладбище было старым и мрачным. Могильные плиты покрылись мхом, а деревья, растущие вокруг, казались живыми существами, наблюдающими за мной. Кошка все время бежала впереди. Я подошла к свежей могиле, где, как говорили в деревне, была закопана молодая умершая женщина. Так, по крайней мере, сказала Мотя…

Кошка удобно расположилась на могильной плите. Я зажгла рядом с ней огарок свечи и начала читать заклинания из книги. Я надеялась, что они помогут поднять мертвеца и справиться с ним.

Вдруг я услышала тихий шепот за спиной. Кто-то или что-то приближалось ко мне. Я обернулась, но вокруг стояла тьма.

– Кто здесь? – прошептала, чувствуя, как страх сковывает сердце.

– Я здесь… – отозвался голос, который, казалось, исходил отовсюду. – Ты пришла за мной?

Я замерла, не зная, что ответить. Голос был ледяным, безжизненным, но в нем слышалась какая-то странная сила. Что-то будто коснулось моей руки. Я вскрикнула и обернулась, но вновь никого не увидела.

Я почувствовала, как что-то холодное и тяжелое легло мне в ладонь. Это был медальон, который я никогда раньше не видела. Странный символ на нем я никак не могла распознать.

– Что это? – спросила с тревогой.

– Это ключ, – ответил голос. – Ключ к порталу, который надо закрыть навсегда…

Посмотрела на медальон, ощущая, как его холод проникает в мою душу. Я не знала, что делать с этим ключом, но понимала, что он может изменить мою жизнь навсегда.

Вдруг за моей спиной раздался шорох, словно кто-то невидимый затаился в темноте. Резко обернувшись, я увидела, как подрагивает земля, будто что-то огромное пыталось выбраться наружу.

Могильная плита начала медленно подниматься, обнажая истлевший скелет. Из-под земли появился бледный силуэт, окутанный тенями, словно призрак из кошмаров. Это был труп мужчины, одетый в старую рваную одежду, которая едва держалась на костях. Он медленно подошел ко мне, смотря прямо в душу пустыми глазницами. По спине побежали колючие мурашки.

– Видишь, – сказала кошка, наблюдая за происходящим, – теперь тебе осталось положить его в гроб и закрыть крышку.

Я испуганно таращилась на скелет с остатками плоти, не в силах поверить глазам. Его руки, покрытые грязью и мхом, тянулись ко мне.

– Но это не тот труп, который нам нужен… – прошептала я, дрожа от страха. – Это же мужчина!

– Да брось! – отмахнулась Мотя от моих слов, словно от назойливой мухи. – Какая разница, кто будет лежать в гробу? Мужчина или женщина – никто не станет разбираться. В него и заглянуть побоятся! Страх будет такой, что дверь в склеп кирпичами заложат. На всякий случай, чтоб больше никто не сбежал.

– Простите, что вмешиваюсь… – раздался тихий, но отчетливый голос, заставивший нас вздрогнуть. Мертвец вежливо кашлянул, привлекая наше внимание, и продолжил: – Как бывший лекарь скажу, что если кто-то заглянет в гроб, он должен хотя бы увидеть женскую одежду. Даже если тело истлело и его практически нельзя опознать.

– Не нужно было сжигать платье… – Кошка стукнула себя лапой по голове. – Надели бы на труп, и все! Никто бы не стал сомневаться!

Я чуть ли не задохнулась от гнева, не в силах сдержать эмоции.

– Я боялась, что крестьяне ворвутся в дом, увидят его и сожгут нас обеих! – выпалила в отчаянии. – Ты лучше скажи, почему поднялся именно этот труп, а не тот, который нам нужен?

Мотя прикрыла глаза и отвернулась, словно пыталась спрятаться от моего взгляда.

– Ну… – она нервно сглотнула. – Может, ты направила магию не туда куда нужно?

– Ты хоть раз поднимала тела на кладбище с прежней хозяйкой? – прищурилась я, подозревая ее в некомпетентности.

Мотя пригнулась, ее хвост заметался из стороны в сторону.

– Да! Нет… – призналась нехотя. – Аделина никогда этим не занималась, страшась наказания некроманта! Мои знания сугубо теоретические!

– Нам нужен женский труп! Сейчас мы вас упокоим, простите, что потревожили! – вздохнула я, посмотрев на мертвеца.

Я пыталась взять себя в руки, но внутри все кипело от раздражения.

– Да я, в общем-то, был рад увидеть живых, – ответил покойник со странной благодарностью в голосе.

Скелет, который только что восстал, вдруг улыбнулся, обнажив щербатые зубы. Я начала читать обратное заклинание, стараясь не смотреть на него. Когда труп улегся в гроб и крышка закрылась, тяжело выдохнула и принялась разравнивать землю руками. Грязь тут же забилась под ногти.

Подвинув могильную плиту, я огляделась. Надеюсь, нас никто не засек…

– Спрашивала же про лопату… – процедила сквозь зубы, глядя на Мотю, которая делала вид, что ничего не произошло.

– Я же не виновата, что ты не умеешь пользоваться магией! – наконец сказала она, но в ее голосе послышалась нотка сочувствия.

Кошка лишь фыркнула, но я заметила, как ее уши слегка прижались к голове.

За спиной снова раздался зловещий шорох.

И впереди…

– Ой! – пискнула кошь, и ее глаза расширились от ужаса. – Кажется, мы все кладбище разбудили! Бежим!

От услышанного кровь застыла в жилах. Не раздумывая ни секунды, я подхватила книгу, которая, казалось, весила тонну, и побежала между могил. Холодный ветер хлестал по лицу, а тени деревьев вытягивались, словно пытаясь схватить меня…