Глава 22

«Враги» и «соседи» — однозначные понятия во многих древних языках.

— Эль, ой, извини, Несси, как ты считаешь, мы вернёмся обратно? — обычно спокойный голос Уотрига звучал сейчас надтреснутым стеклом.

Я понимала принца. И ценила то, что весь путь тот держался молодцом, не задавая вопросов, на которые нет ответа, и не мотая себе и мне нервы напрасными переживаниями, хотя совсем не волноваться о том, что нас ждёт, было бы даже неестественно. Невозможно не думать о том, что нас несёт прямо в пасть льву. И не просто льву, а льву, предвкушающему трапезу. Но принц старается как может, так что поддержу доброе начинание и тоже не стану показывать слабость.

Наклонила голову и улыбнулась:

— Принц, вы снова оговорились. Будьте внимательнее, времени на раскачку больше не осталось. И — повторю — я постараюсь сделать всё для того, чтобы по завершении визита мы остались с правильной стороны травы.

— С правильной стороны травы? — принц озадаченно наморщил лоб. — А, понял! Ну и юмор у тебя…

Я состроила гримаску и пожала плечами. Ничего, прорвёмся.

— Риг, расскажи пока лучше что-нибудь про Вермелен? Наверняка ты знаешь больше меня.

— Ну, вообще-то, да… — приосанился парень. — Тебе известно, что когда мы были единой Гелейей, лежащий почти в середине страны Вермелен был столицей?

Естественно, после того, как мы год учили географию соседей, этот факт до меня донесли. Но прерывать речь принца я не собиралась — пусть распушится и отвлечётся. Так что снова улыбнулась и округлила глаза:

— Значит, если город такой древний, там есть на что посмотреть?

— Двумя самыми большими достопримечательностями считаются Висячие сады и Спираль Мира. Я бы хотел их увидеть, интересно.

— Спираль Мира? А это что? — уже абсолютно искренне заинтересовалась я.

— Башня, точнее, высоченная башня весьма необычного вида. Даже на картинках в книгах данное строение смотрится странновато и кривовато, чтобы крепче не сказать, — усмехнулся принц. — Если вкратце, история такова: эта башня приснилась одному из моих предков. Навскидку точно дату не назову, но случилось это примерно двадцать поколений назад. Непонятно с какой радости, но Венер Третий счёл сон божественным откровением и велел эту штуку соорудить. И назвать так, как слышал во сне, — Спиралью Мира. Созвал архитекторов с каменщиками и объяснил задачу, как мог. Архитекторы покачали головами, попереглядывались — и построили. Тоже как могли.

Не выдержав, захихикала. Но правильно я его переключила — настроение у принца переменилось, от хандры и страха следа не осталось.

Вообще говоря, продержаться в стане врага нам нужно было всего четыре или пять дней. На первый взгляд, не так уж долго. Но время времени рознь — допустим, пять минут в кресле у камина с книжкой промелькнут не успеешь глазом моргнуть, а попробуйте провести те же пять минут под водой без воздуха? Наши пять дней явно были смягчённым вторым вариантом, так что, не успев добраться до Вермелена, я уже истово начала мечтать о возвращении домой. Смешно, но особенно грело душу то, что обратно можно ехать в собственном, так сказать, натуральном виде. Кстати, сейчас мои волосы были тёмными, почти как у лорда Тиурры, — я нашла краску, которая сама слезала после десятка полосканий, и сочла, что это именно то что надо. Погуляю до середины лета брюнеткой, а к возвращению в Академию перелиняю и стану сама собой. И ведь никакой магии, просто косметика! Впрочем, любой девушке известно, что грим вполне успешно заменяет магию.

А пока, чтобы чем-то себя занять и отвлечься от тревожных мыслей, я таращилась из окошка кареты во все глаза на иностранный Феррант, но никакой особенной разницы по сравнению с Эрвинией не замечала: такие же поля, такие же дома. И одевался народ похоже. Наверное, привычки и традиции так просто не меняются, а мы всё же были когда-то единой страной. Даже язык остался общим.

Наконец дорога нырнула вниз, вползла на пригорок — и за очередным поворотом открылся Вермелен. Город с высокими старинными башнями опоясывали крепостные стены из светлого камня, к которым лепились домики предместий. К сожалению, из-за дымки на горизонте рассмотреть всё как следует не выходило. Хотя в первую очередь привлекло внимание другое — уже изрядно вытоптанные придорожные поля были уставлены полотняными шатрами, сотнями шатров. Похоже, на торжества съехалось полстраны, а за народом потянулись торговцы, бродячие актеры, гадалки и прочие шарлатаны всех мастей. Эх, погулять бы тут! Вот бы повеселилась!

С мыслей сбили послышавшиеся откуда-то спереди звуки рогов, ржанье лошадей, крики — и карета остановилась.

Оказалось, затормозили мы, потому что кортежу навстречу выехал мэр Вермелена в сопровождении пары высокопоставленных сановников Аригунда. Сам король, насколько я поняла, ожидал нас в городе. Наверное, если бы на празднование прибыл наш государь Легер, то встретил бы его Аригунд лично, но поскольку Уотриг всего лишь наследник, то и почести были соответствующими. Принцип «труба пониже, дым пожиже» работает и для монархов.

Я уже знала, что сейчас принц из кареты выходить не обязан — на приветственную речь ответит сопровождавший нас канцлер Эрвинии по иностранным делам лорд Кервер, за спиной которого будет стоять мой отец. Вообще было решено, что стоит воспользоваться оказией и попытаться заключить несколько долгосрочных торговых договоров. Если получится — будет выгода, а если нет — хотя бы продемонстрируем добрососедские намерения.

Естественно, произносимых речей и обмена любезностями в карете слышно не было. Поэтому сначала мы вздыхали, потом немножко потаращились в окошко, затем затеяли игру в «камень-ножницы-бумага» и, наконец, спохватились, что нельзя вести себя так легкомысленно, когда встреча на высшем уровне уже на носу, и стали вспоминать правила ферранского этикета. Замечу, что больше всего меня радовало то, что я не обязана никому кланяться, поскольку подданной Ферранта не являюсь. Ну, из разумных соображений вежливой быть стоило, но это не напрягало, поскольку ожидалось, что учтивость должна была быть взаимной.

Наконец снова затрубили рога, карета качнулась, и мы покатили дальше. С одной стороны, я была рада, что путь почти закончен, но с другой, будь моя воля, немедленно вскочила бы на Ясеня, закинула Рига за спину и галопом дунула в сторону родной Эрвинии… ибо предчувствия были нехорошими. Даже сны последние дни снились неспокойные, хотя обычно после дневной активности я дрыхла, как зимний сурок. А что? Кормят хорошо, тепло, мягко, комары не кусают и совесть не грызёт. А вот тревога — да.

— Риг, неважно как, но сделай так, чтобы я не отходила от тебя ни на шаг, — в сто первый раз повторила я принцу.

— Ну, я же уже распорядился, что ты будешь исполнять обязанности моего личного секретаря. А если кто-то сочтёт такое слабостью и прихотью, нам же это только на руку? — слегка кривовато усмехнулся Уотриг.

Кивнула в ответ, а потом, сдвинув шторку, уставилась в окошко, потому что как раз сейчас мы въезжали в ворота бывшей столицы Гелейи. Стены я уже успела оценить, ворота были соответствующими — массивными, окованными бронзой, с торчащими мощными шипами длиной в руку. И открывались-закрывались неподъёмные створки при помощи цепей, крепящихся к здоровенным барабанам. Понятно. Если придётся удирать, а ворота окажутся закрыты, проще перелететь через стену или спешно прогрызть подкоп, чем пытаться отворить эту махину.

Вообще, после того, как мы покрутили ситуацию так и эдак и рассмотрели под разными углами, самыми вероятными сочли два сценария: либо Уотриг должен погибнуть в результате несчастного случая — допустим, оступится на лестнице или цветочный горшок с карниза на голову упадёт, либо на принца нападёт ненавидящий Эрвинию, но не имеющий никакого отношения к королю Аригунду фанатик. Иначе непонятно, как потом Аригунд собирается подъезжать к Мирате. Фанатика можно заменить вспыльчивым ревнивым кавалером, которому покажется, что принц не так поглядел на какую-то леди. Правда, был и третий вариант, который не предполагал активных действий посторонних лиц: принца попытаются просто отравить — еда, напитки, даже свечи или дрова для камина могли таить опасность. Причём последствия, вероятнее всего, скажутся, когда мы будем на обратном пути или даже уже вернёмся… Бедный Уотриг!

Но только так можно было объяснить это странное приглашение. И, увы, ведь ответить: «Спасибо-спасибо, лучше вы к нам!» — никак не выходило…

Ну и, конечно, принца будут провоцировать всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

Так что буду бдить и следить, чтоб не позволить никому навредить миляге Ригу! И не я одна.

По городу мы ползли без малого час, пока от колыхавшихся на всех домах алых флагов с белыми и золотыми львами у меня не зарябило в глазах. Вообще, Уотриг уже объяснил мне, что изначально лев на красном поле был белым, но поскольку Эрвинии достался золотой орёл, Феррант решил не отставать — так что теперь у них есть львы и такие, и сякие, как кому больше нравится или что по средствам. Зато я умудрилась краем глаза взглянуть, пока кортеж пересекал широкую улицу, на силуэт покосившейся диковинной башни вдали… наверное, это и есть пресловутая Спираль Мира. Право слово, странные сны были у Венера Третьего. Что он ел на ужин? Если предложат осмотреть это кривобокое архитектурное диво — наверх ни за что не полезу и принца не пущу!

Оказалось, что разместиться нашей делегации предстоит в отдельно стоящей резиденции с говорящим названием «Дом принца». При этом сам Аригунд расположился, естественно, в бывшем королевском дворце, который занимал неподалёку целых два или три квартала. На месте Уотрига я бы обиделась. Уж если пригласили, даже с целью убить, то унижать не стоит — могли бы выделить одно из крыльев того самого дворца… Если только для их плана не принципиально, чтобы мы были поселены отдельно. Но тогда что это за план? Пожар, что ли, устроить собираются?

Ладно, хватит думать, похоже, пора вылезать из кареты…

Я была в вишнёвом платье, отлично подходившем к новой внешности — карим глазам и тёмным волосам. Кстати, фасоны нескольких туалетов, пошитых к этой поездке, по совету мамы я сделала абсолютно корректными — никаких слишком глубоких декольте или разрезов где не надо — но притом чуть кокетливыми. Пара лишних оборок или розетка кружев подходящего тона могут придать пикантности и лёгкой игривости, не переходя в вульгарность. Уж если ты изображаешь творческую личность, то просто обязана что-то вытворить. Или натворить.

Итак, где нам тут предстоит поселиться?

Расположиться я собиралась в комнате, соседней со спальней принца. Кто что об этом подумает, занимало меня мало. Тем более что давно было оговорено: принц из соображений безопасности в отведённой ему постели не ночует, а спит каждую ночь на новом месте. А что это будет за место, определимся по ходу дела. Мне, соответственно, придётся кемарить по соседству. Кстати, надо превентивно провести воспитательную беседу с Хаосом — пусть рыжая зараза проявит патриотизм и не бегает по местным кошкам-мышкам, а меня с принцем по ночам стережёт. Кстати, и мне за кота, если тот станет держаться рядом, будет спокойнее…

Выбравшись из кареты, начала озираться в поисках потенциальных угроз. Не зря же торопливо прошедший мимо и бросивший на меня короткий взгляд отец выглядел озабоченным. Даже встревоженным. Значит, что-то тут не так… А что?

Особняк — до дворца отведённое нам строение явно не дотягивало — был П-образным, со средних размеров двором посередине. Посередине оного как пупок торчал неработающий фонтан. Вокруг, отделяя нас от улицы и соседних владений, зеленела полоска сада. Забор был каменным и высоченным, только решётчатые кованые ворота позволяли видеть кусок проезжей части.

Но дом кажется откровенно мал… Куда тут запихнуть все кареты и гвардейцев? И несколько сот лошадей? Конюшня явно не вместит наших непарнокопытных. Может, так изначально и задумывалось, чтобы принц был вынужден начать визит с просьб? Или наши кони вытопчут их сад, а потом Эрвинию обвинят в варварстве и вандализме?

Жаль, что нельзя быстренько поздравить этого чёртового Аригунда, тут же развернуться и укатить восвояси… было бы заслуженно.

К слову об Аригунде, я уже узнала, что тот ждёт нас к началу вечернего пира. Так что сейчас поправлю причёску, проверю артефакты и обереги, приколю рубиновую брошь, которую дала мне в дорогу мама, — и вслед за принцем шагну ко льву в пасть. Нехай подавится!

«Мр-р, наверняка в доме полно тайных ходов, — неожиданно пришло чуть ленивое от Хаоса. — Попробую разведать, так что не волнуйся, что меня не видно».

«Осторожнее!» — забеспокоилась я.

«Не переживай. Коты не попадаются!»

Угу. А самое слабое место котов — их самоуверенность.

Вздохнула… Ну, долго нам с принцем ещё во дворе торчать? Тут ведь даже присесть в теньке у стенки нельзя, по статусу не положено…

Когда нас отвели в «покои принца» — несколько богато обставленных комнат, в которых обнаружилась, замечу, одна-единственная кровать, снова появился отец. Кивнул мне:

— Следи за мной, покажу, как надо защищать помещение.

— Порядок важен? — заинтересовалась я.

— Несомненно. Щиты от враждебной магии должны стать внутренним слоем, контуры, мешающие подслушивать и подглядывать, размещаешь в середине, а снаружи обязательно поставь сигнализацию — тогда в случае нападения у тебя будет немного времени на подготовку.

— Поняла. А контур от нежити сделаем?

— Вообще-то, — лорд Трент задумчиво огладил бородку, — обычно о таком и не вспоминают иначе как на границе с Га-Карраштом, до которой отсюда больше недели пути. Но если ты считаешь, что надо…

— Не я, — покачала головой. — Зато мой кот — а дурных советов он ещё ни разу не давал — несколько раз напоминал о «золотой клетке».

— Хорошо, сотворю, — кивнул отец. — Тогда и по периметру дома потом пройду, расставлю отпугивающие нежить обереги и нарисую защитные руны.

— Говорят, тут есть потайные ходы…

— О которых нас, естественно, предупредить забыли, — криво улыбнулся внимательно слушающий разговор Уотриг.

Кстати, кроме нас троих в комнатах никого не было, принц разумно всех выставил, «чтобы не мешать работать магу». Как косились уходящие придворные на оставшуюся меня, говорить не стану, словами такое не описать.

Следующий час я хвостом ходила за отцом, повторяя про себя и запоминая древнеферейскую абракадабру, которую лорд Трент произносил вслух. Под конец, в награду за старание, мне даже доверили поставить опору в одном из углов. Под присмотром и контролем, разумеется. Лорд Тиурра возник в дверях на минуту, непонятно чему кивнул и снова исчез.

Не успели закончить и облегчённо вздохнуть, как из-под кровати раздалось знакомое шипение:

«Тут ход! А ещё два — в стенах комнаты. И в других несколько…»

Молодец, Хаос! Но что за тесный безобразный дом с дырявыми стенами?

«А куда они ведут?» — наморщила я лоб, уставившись в пространство.

«Один в винный погреб, один кружит по дому, позволяя подглядывать в разных местах через глазки, а ещё один куда-то далеко, за пределы усадьбы…»

Вот же! Кстати, интересно, во дворце, где Уотриг живёт, стены тоже похожи на хорошо вызревший дырявый сыр?

— Эль? — тронул впавшую в ступор меня за рукав принц.

— Несси! Зови меня Несси! — огрызнулась я. И злорадно добавила: — У тебя дыра в тартарары прямо под кроватью!

— Как дыра?

— Подземный ход.

— Кстати о ходах, — вмешался лорд Трент. — Только что прибыл посланец от короля Аригунда, который передал письмо, где выражается надежда, что особняк вам, ваше высочество, понравился, и говорится, что поселили вас тут для вашего удобства и безопасности, потому что в случае надобности добраться до дворца можно даже не выходя на улицу, по старинному, но отлично сохранившемуся широкому подземному ходу.

Я заскрежетала зубами — угу, щаз! Ставлю новое платье против половой тряпки, что как только принц пойдёт по туннелю, своды не выдержат давления времени и рухнут, погребя и Уотрига, и свиту. Мало нам было земляного мага — безвременно покинувшего мир лорда Венземира — с его инициативами! А свалят несчастье на какую-нибудь гружёную камнями подводу, которая не вовремя проехала по улице между «Домом принца» и королевским дворцом. И объявят совмещённый с днём рождения праздничный траур.

Думы принца, судя по выражению лица, шли в том же направлении.

Отец поглядел на меня, на Уотрига, хмыкнул:

— Нужен вежливый предлог, чтобы отказаться.

— Дамский каприз, — скорчила гримаску я. — Скажите, что не мы успели туда зайти, как я увидела мышь, шлёпнулась в обморок, а придя в себя, наотрез отказалась идти по подземному ходу, потому что до смерти боюсь мышей, крыс и даже пауков.

Уотриг зафыркал в кулак. Отец задумался, а потом кивнул:

— Отличный предлог. Невозможно ни проверить, ни опровергнуть. И нет повода для обиды.

Я довольно улыбнулась, уже не зря поехала… Но что с потайными ходами в доме будем делать?

— Что-что? — вздохнул лорд Трент. — Простучим все стены и понаставим щитов, перекрыв всё, что только можно. Благо у нас с собой запас накопителей на три года мирной жизни. И, кстати, в любом случае сегодня никакими туннелями не пользуемся — мы всё же прибывшие почётные гости, а не тати, крадущиеся в ночи, чтобы поклониться тёмному повелителю.

Ну, резонно…

Только всё равно нервно.

Между прочим, в первый раз слышу, как на людях шутит отец. Своеобразно, но мне нравится.

Значит, приводим себя в порядок с дороги — и трогаемся во дворец, на торжественный приём и ужин. Ехать придётся, вероятно, опять в каретах, всё равно подарки такие, что в руках не донесёшь. Чего стоит один скромный сервиз на двести персон с символикой Ферранта, изготовленный из знаменитого эривесского костяного фарфора, объекта чёрной зависти наших соседей. Полторы тысячи хрупких вещиц, бережно упакованных в ящики с благовонной кедровой стружкой, занимали три подводы. И ведь это не всё — ещё мы привезли меч с густо усаженными самоцветами ножнами, отрезы дорогих тканей, вино и свору гончих легерской породы для охоты, которую, по слухам, обожал Аригунд.

Кстати, ужин, ужин… а, вот, сообразила! Раз нас ждёт торжественный ужин, на котором вряд ли наешься, перекусить нужно прямо сейчас! И поплотнее! А потом уж буду губы подкрашивать…

Я в последний раз придирчиво оглядывала себя перед зеркалом, когда в дверь влетел запыхавшийся гвардеец с выпученными глазами:

— Ваше высочество, там лестница!

— Какая лестница? — дёрнулся Уотриг.

— Я по поручению капитана проверял дорогу от нашего дома к дворцу. Так там посередине речка с крутыми берегами, а через неё мост. И он не пологий, а со ступенями! Карете не проехать никак!

Кажется, я нехорошо выругалась. Но поскольку эмоций не сдержала не только я, мой всплеск добрых слов в адрес заботливого Аригунда проскочил незамеченным — здоровья и процветания имениннику желали все, включая обычно вежливого принца.

— А не плюнуть ли нам на этот дом и не разбить ли шатры в чистом поле? — подытожил принц.

Кстати, это мысль. Дом тесен, проезд неудобен, даже фонтан во дворе не работает. Разве мы обязаны такое терпеть? А в поле гарантированно нет никаких тайных ходов и поместятся все лошади.

Только что делать сейчас?

Пришлось ехать в обход. А что оставалось? Ходить пешком принцам просто неприлично, статус не дозволяет. Да и подарки в руках не потащишь, хотя я б этому Аригунду не сервиз, а дохлую крысу в тарелке супа преподнесла бы. Заслужил, гад.

Выяснили, где находится ближайший нормальный пологий мост — и двинулись.

Уже на подъезде ко дворцу нас встретили. Пышно и громко. Трубы трубили, рога дудели, барабаны били — наверное, принц должен быть польщён. Так почему же у Уотрига такой вид, словно бедняге пришлось проглотить еловую шишку и теперь он ждёт последствий?

— Если доживу до тридцати — ни за что не стану устраивать никаких праздников! — наклонился принц ко мне.

— Не забывай, это не праздник, а игра. Ну или охота, как посмотреть, — повела я плечом.

— Знаю, знаю, я — олень, уже было, — фыркнул принц.

А я тогда кто? Полагаю, что скунс… Который сделает всё, чтобы испортить эту охоту.

Откуда-то сзади послышался вой — легерские гончие подпевали «музыке» короля Аригунда.