Глава 20

— Ты совсем из ума выжила? — встретил меня испытывающим взглядом янтарно-желтых глаз жаб.

Я прикусила губу, вспомнив, что Фердинанд был с нами в кабинете у Алвиса и наверняка все видел. Щеки покраснели от стыда. Даже фамильяр и тот благоразумней, чем я.

— Это случайность, которая абсолютно ничего не значит, — попыталась оправдаться я, вспомнив вкус губ некроманта.

Жаб отвернулся к окну, проигнорировав меня. Нет, однозначно пора браться за воспитание этого маленького земноводного. В конце концов, я болотная ведьма и могла уже давно пустить его на одно из зелий.

Опустившись на кровать, я почувствовала усталость. До свадьбы оставалось всего два дня, а я так и не смогла ничего предпринять, чтобы обезопасить себя. Скорее наоборот вырыла глубокую яму, на краю которой теперь балансирую, едва ли не срываясь вниз. Хоть Кроу и обещал помочь, но я не могла сидеть все это время, сложа руки и ждать. К тому же, несмотря на столь откровенные знаки внимания, я не была уверенна в некроманте. Быть может я часть его коварного плана, благодаря которому он поставит старшего брата на место, сорвав церемонию бракосочетания?

К сожалению, условия контракта по-прежнему оставались для меня загадкой. Зато я познакомилась с Сердцем Мертвого острова. При мысли о пульсирующем органе, перекачивающем живительную темную энергию по сосудам-лианам, я вздрогнула. Стены, потолок, черный мраморный пол — наверняка Сердце пустило везде свои корни, подпитывая каменные стены и не давая им рухнуть в одночасье.

Солнце уже взошло и осветило остров блеклыми лучами. Несмотря на бессонную ночь, спать мне совсем не хотелось. Поправив выбившиеся из прически темные пряди, я умылась холодной водой и разгладила складки на платье.

За стеной раздался приглушенный стук. Будто что-то уронили на пол. Неужели Лакрима не в настроении? Наверняка она уже в курсе, что претенденток на сердце ее старшего сына теперь две. Болотная ведьма, которую матушка считает невоспитанной особой и девушка-призрак, с которой при жизни отношения у них тоже не сложились. Из записей в дневнике было понятно, что поладить двум дамам не удалось. Для обоих проживание под одной крышей было в тягость.

Честно говоря, общество Лакримы тяготило и меня. Затея наладить с этой женщиной отношения оказалась глупой. Это было мне не под силу. Как бы я не старалась, матушка некромантов всегда найдет к чему придраться.

Я спустилась в сад, не в силах больше находиться в живом каменном монстре. Ощущение, что меня проглотили заживо, ни на минуту не отпускало, пока я находилась под сводами мрачного замка. На улице же все было по-другому. Иллюзия мнимого благополучия. Ярко-красные бутоны все так же радовали глаз, а листва деревьев зеленела в свете восходящего солнца. Главное не думать о том, что дарует этим растениям жизнь. Иначе радужные краски блекнут, искажая картинку до неузнаваемости.

Прогуливаясь между пышных кустов по каменным дорожкам, я погрузилась в собственные мысли и воспоминания. Разве несколько лет назад я могла подумать о том, к чему приведет меня собственная глупость? Оказывается да.

Я была еще юной девчушкой, которой по человеческим меркам можно было дать тринадцать лет. Живя с бабкой в Болотных топях в маленьком, но добротном и уютном домике я была по-своему счастлива. На рассвете я гуляла, вдыхая дурманящие разум ароматы, собирала травы, которые бабка ловким движением руки сворачивала в аккуратные пучки и сушила, подвесив к потолку. После обеда смеялась, прыгая с кочки на кочку. К вечеру я возвращалась с вымокшими насквозь башмаками, за что получала от бабки неизменную порцию нравоучений.

Так проходили годы. Но каждый день, как только лучи заходящего солнца скрывались за линией горизонта, из жизнерадостного ребенка я была вынуждена превращаться в ученицу болотной ведьмы. Каждодневно бабка старательно готовила меня к принятию того дара, что я обязалась хранить, пока не передам следующей избранной девочке.

Зельеваренье, заговоры и наговоры, плетение амулетов — это лишь малая часть того, что должен был вместить мой детский мозг. Ложилась спать я далеко за полночь, в то время как бабка продолжала что-то нашептывать, качая головой из стороны в сторону.

Однажды, она прервала свое бормотание и устремила взгляд глаз-бусин на меня.

— Сейчас, — сказала она, и, не дав мне опомниться, вытащила из под одеяла.

На улице было холодно. Луна освещала опушку перед домиком, но ее свет не мог согреть меня и защитить от пронизывающего ледяного ветра. В эту ночь погода менялась трижды, принося то дождь, безжалостно хлеставший по стеклам нашего домика, то сильный ветер, порывы которого завывали за дверью, требуя впустить их. Наутро наше жилище окутал туман, скрыв от моих любопытных глаз природную красоту Болотных топей.

Я стояла у крыльца, пока бабка в темноте, под вой ветра, чертила на истоптанной траве круг, с вписанными в него именами покойных болотниц. Историю каждой из них я знала наизусть. Разве что о двух сестрах бабка умалчивала. Но мне и без того хватало информации, поэтому я оставляла сей факт без внимания.

— Войди в круг, — скомандовала женщина, которая двигалась подобно дикой кошке. Несмотря на возраст, энергии в ней было хоть отбавляй.

Я послушно переступила черту, и бабка принялась прохаживаться вокруг линии, не переступая ее и не входя в круг. Она теребила в руках мешочек со сбором дурманящих трав и, опустив веки, нашептывала заклинание. По обрывкам слов, я догадалась, что это обряд определявший судьбу будущей болотницы. Через него прошла каждая из ведьм.

Мои длинные черные волосы развевались на ветру, полы ночной сорочки колыхались в такт. Я скрестила пальцы, моля богов о том, чтобы оказаться пустышкой и вернуться к матери. За все эти годы я так и не смогла привыкнуть к женщине, что называла бабкой. Я по-прежнему грезила о счастливом детстве и обычной мирской жизни.

Ветер едва ли не сбивал меня с ног. Перед глазами все мелькало. Женский силуэт то и дело проплывал мимо, продолжая начитывать слова, которые в скором времени определят мою судьбу.

Наконец все замерло. Я подняла глаза и встретилась с озадаченным взглядом бабки.

— Ты будешь сильной ведьмой, — сказала она. — За последнюю тысячу лет Междуземье не видывало такой силы.

Меня это вовсе не обрадовало. Скорее наоборот. Понурив голову, я поплелась обратно к домику. Моя судьба была предопределенна.

— Но будь осторожна, Моргана, — крикнула она мне в след. — Как бы твой источник силы не сжег тебя дотла.

Хлопнув дверью, я с головой залезла под одеяло и дала волю слезам. Быть болотной ведьмой я не хотела.

Интересно, что имела в виду моя покойная бабка, когда говорила о том, что источник силы меня погубит? Насколько мне известно, в разы увеличить мощь болотной ведьмы может только любовь. Увы, она же может и сгубить. Ведь только в том случае, если чувства искренние и взаимные можно надеяться на сохранение дара и небывалое могущество.

Размышляя об этом, я не сразу заметила, что дорожка стала уже, а аккуратно подстриженные розовые кусты сменились зарослями ежевики. Деревянный покосившийся крест отрезвил меня. Сама того не ведая, я ступила на тропу, которая вела через кладбище. Именно по ней не так давно мы шли вместе с Кроу.

Надгробия по-прежнему пугали меня. Ни жизнь в нескольких сотнях метров от захоронений, ни ритуал на погосте не смоги искоренить этот страх. По спине пробежали мурашки. Все вокруг потемнело. Я подняла глаза к небу. Всего лишь небольшая туча, не более того.

Тишина этого пустынного места одновременно и ужасала и манила. Здесь время текло иначе. Клочок земли, на котором все невзгоды казались пустяковыми и незначительными.

Я медленно шла по дорожке, рассматривая памятники и читая короткие надписи. Слова на сером камне не были преисполнены скорбью и чувством утраты. Такое ощущение, что хоронили на этом кладбище спешно, без лишних прощальных церемоний. На надгробиях лишь имя, возраст и дата смерти. Ничего более.

Слева от меня показалось знакомое дерево с раскидистой зеленой кроной. Его ветви едва ли не касались земли.

Тропинка уходила прямо, но мне хотелось взглянуть, кто покоится у разросшихся древесных корней. Прошлый раз мы с Кроу проходили мимо этого места, но разглядеть мне так ничего и не удалось.

Трава здесь едва ли не доходила до пояса. Каждый сантиметр давался с трудом. Но я была не намеренна, сдаться, преодолев всего пол пути. Перед тем как сделать очередной шаг, я внимательно всматривалась в зеленые заросли, боясь потревожить тех, кто покоится под толщей земли.

Через пару минут я была у цели. Высокий камень, который был чуть ниже меня, стоял прямо передо мной. Он был сплошь увит густыми зарослями плюща, скрывающими от меня информацию о том, кто покоился под тенью дерева. Интересно, это природа постаралась скрыть от назойливых глаз захоронение, или же это не ее рук дело?

Я несколько раз обогнула камень в поисках ответов на вопросы. Видимо, все они скрыты под буйной растительностью. Я попыталась очистить надгробие от разросшегося вьющегося растения, но упругие стебли вовсе не хотели поддаваться. Через несколько минут кропотливой работы я наконец-то смогла прочесть витиеватую надпись на каменном постаменте: "К. Х.".

Перечитав буквы несколько раз, я поняла, что мои старания были напрасными. Ни полного имени, ни даже даты смерти на памятнике не было. Видимо кто-то очень сильно постарался скрыть личность того, кто похоронен здесь на Мертвом острове под раскидистым деревом.

Под эти инициалы, не подходит ли Лакрима, ни Оливия, которую упоминала в своем дневнике светловолосая девушка-призрак. Кстати, а как ее имя? Нельзя исключать возможность того, что ее останки покоятся здесь, а могила на кладбище пророков лишь средство для достижения цели. Не факт что неприметный холмик последнее пристанище белокурой красавицы. Наверное, стоит попытаться выкрасть дневник. Наверняка на титульной странице есть подпись или хотя бы инициалы, которые при первом прочтении я попросту не заметила. В нем должна быть какая-то подсказка, которая поможет пролить свет.

Погода за это время окончательно испортилась. Начал накрапывать дождь. Небо потемнело, пряча солнце за серыми тучами. Ветер завывал между надгробий, заставляя вздрагивать от холода. Не мешкая, я направилась к замку, который с этого ракурса походил на огромного каменного великана. Мне кажется, я даже слышала, как он вздыхал от усталости. Несколько веков его башни пронзают небо, в то время как огромное Сердце неустанно бьется, обеспечивая жизненно важной темной энергией весь Мертвый остров. Кто знает, сколько еще времени простоят эти стены из серого камня. Быть может, им отведены считанные дни.

Я ускорила шаг, стараясь больше не смотреть на грозного каменного монстра. На данный момент его стены мой единственный приют. Идти на острове мне больше некуда.

Небо разверзлось громом и молнией и на землю хлынули нескончаемые потоки холодной воды, как только я захлопнула за собой дверь. Вздрагивая от холода, я поспешила подняться в Западную башню и укрыться от непогоды в своей комнате.