Глава 14: Другая

— Если судить по границам на карте, это где-то здесь, — указала я рукой на темный смешанный лес, что находился под нами.

Зависнув на метле рядом со мной, Рейвар посветил ручным фонарем, пытаясь что-то разглядеть в темени ночи, но это ему не слишком помогло: лес по-прежнему оставался просто лесом.

— Граница условная, ты сама говорила.

— Говорила, но дальше пешком, так что снижаемся.

Лес был не просто густым. Казалось, что деревья плотно стояли одно к одному, чтобы никого не пропустить в святая святых. Отплевавшись еловыми иголками, залезшими в рот, я едва не чебурахнулась с метлы. Темень вокруг стояла непроглядная.

— Посвяти-ка вперед, — попросила я, всматриваясь в черные провалы между деревьями.

В это время суток лес жил своей жизнью. Сотни шорохов и звуков разносились по всей округе, но страшно в компании ведьмака мне не было совершенно. Наоборот, я, кажется, знала, кто поможет нам отыскать дорогу в бесконечный лес.

Коснувшись пальцами коры соседнего дерева, я провела ладонью по веткам, будто вросшим в ствол витиеватым рисунком. Мелодичный женский голос эхом звонко рассмеялся в ответ. Дриады считались душами леса — об этом мне рассказывал Аристотель, но еще зеленоволосые девушки были и его хранителями — это знание досталось мне от рода.

— Поможешь нам, красавица? — улыбнулась я, убирая руку. — Нам бы в “Бесконечный лес” попасть.

— Кому нужно, тот попадет. А если нет, так в болота придет, — произнесла дриада птичьей трелью.

— В болота не хотелось бы, — мрачно шепнул Рейвар.

Ему в принципе не очень нравилась идея ночных блужданий, но в том, что от артефакта необходимо избавиться, он был со мной согласен.

— Не попадем, — уверила я его. — Пойдем.

— Ты знаешь, куда идти?

— Не-а, — весело пожала я плечами. — Оттого и интереснее.

Конечно, моя легкомысленность была напускной. Ничего интересного в блуждании по темному лесу я не видела, но тем не менее шла. Шла впереди и потому первой ощутила это.

Легкую дрожь, что прошла по коже вибрацией. Остановившись, я прислушивалась к изменениям в себе, в то время как смотреть нужно было по сторонам.

— Лиля…

— Подожди, — шепотом отозвалась я, стараясь вновь поймать это ускользающее чувство.

— Лиля…

— Да… — Вскинувшись, я так и замерла с открытым ртом.

Деревья вокруг нас мерцали мелкими блестяшками. Они витали прямо в воздухе, садясь на листья, ветки и траву, словно светлячки, но букашками совершенно точно не были. Пылинками, быть может.

От дальнего дерева отлипла зеленоволосая красавица. Ее волосы были похожи на листву, а тело укрывала светлая паутинка. Кожа напоминала кору, а шаги отзывались шорохом, будто ветер шуршал листвой.

Пройдя мимо нас, она игриво улыбнулась и сбежала, в то время как под другим деревом обнаружился леший. Косматый, в длинной рубахе, он сидел и чистил грибы, доставая их из плетеного лукошка.

— Тут прятать не будем, — заключила я, оглядев с десяток любопытных свидетелей.

— Ты действительно хочешь пойти дальше? — Обняв меня со спины, на обитателей чащи ведьмак смотрел с подозрением.

— Ага. Нам же спрятать нужно, а не всем показать.

Глубже в лес мы отходили медленно, стараясь не делать резких движений. Мелкими блестяшками было усеяно все вокруг, и их света хватало, чтобы не уткнуться носом в корни деревьев. Но именно корни мы и искали. Только не каждое дерево нам подходило. Я искала могучий дуб или другое многовековое растение, чья корневая система давно расползлась.

— Вот это, — кивнул Рейвар, привлекая мое внимание.

Пройдясь вокруг ствола, который даже обнять не могла, я присмотрела в его корнях уютное место. Артефакт был завернут в кухонное полотенце, и вынимать его оттуда я не стала. Так и засунула, прикрывая сверху опавшей листвой.

— Схорони, пожалуйста, и никогда никому не отдавай, — шепотом попросила я дерево, прикасаясь к изогнутым мощным корням ладонями.

Не знаю, показалось ли мне, но дерево вроде бы потеплело после моих слов. Я посчитала это хорошим знаком и поднялась на ноги, отряхивая руки. Широкая улыбка окрасила мои губы.

— Эй, что это? — заглянула я мужчине за спину. — Как красиво. Это ты сделал?

— Точно не я, — обернулся ведьмак, чтобы рассмотреть горящую арку.

На этот раз это точно были светлячки. Они хаотично двигались, но основу экспозиции не нарушали. Впрочем, несколько штук все же подлетели к нам, но ненадолго. Коснувшись моей ладони, маленькая букашка улетела обратно.

— Думаю, лес хочет, чтобы мы прошли через эту арку, — с явным сомнением протянул Рейвар.

— А ты уверен, что это безопасно?

— Не уверен, но привык доверять своим чувствам. Здесь сосредоточена только светлая магия, да и мы светлые, иначе бы нас сюда не пустили. Мне кажется, стоит пойти. Если мы хотим выбраться отсюда.

Слова мужчины меня убедили. Взяв меня за руку, он первым шагнул по направлению к арке, но через нее мы уже проходили вместе. Крепко сжав его пальцы, я на мгновение испугалась. После столь яркого света смазанное движение в темноте вызвало страх, но это всего лишь оказалась дриада.

Отделившись от большого дерева, крона которого была извилистой, она вышла к нам. Ее одежда тоже состояла из паутины, но еще была украшена капельками росы и листьями. Зеленые волосы мягкими волнами струились по ее плечам.

Мы молчали, дриада тоже. Она лишь улыбалась, когда брала нас за руки. За сцепленные вместе руки. Вытянув их вперед, женщина коснулась склонившейся ветки, и та отдала часть себя. В следующее мгновение веточка плотно сковала наши руки в районе запястий. У меня пострадала левая рука, а у Рейвара правая.

— А… — начала было я, желая поинтересоваться, что вообще происходит.

Но мою речь оборвали вздернутым указательным пальцем. Дриада призвала меня к тишине.

Собрав ладонью блестяшки, что фактически были везде, женщина осыпала ими наши скованные руки. Внезапно шершавая ветка впиталась в кожу, становясь узором, повторяя рисунок коры.

Улыбнувшись нам еще раз, отпустив наши руки, дриада вернулась в дерево.

— Это что такое сейчас было? — спросила я шепотом, пока не решаясь двигаться.

— Кажется, нас только что поженили, — улыбнулся ведьмак, чувствуя себя на порядок свободнее, чем я. — И это лучшее, что могло произойти с нами этой ночью. Нас поженил лес.

— Но мы же не давали согласие. — Переварить случившееся у меня никак не получалось.

— Лесу не нужны слова. Дриады видят сердца, — пояснил Рейвар, продолжая довольно улыбаться.

— Видимо, она увидела в наших сердцах любовь.

Я смутилась. Ни за что на свете не собиралась произносить вслух эти главные слова. Понимала, что завтра я уйду, просто должна уйти, а потому не хотела усложнять все еще больше.

Но, наверное, обманывала себя. Уйти сложно будет в любом случае.

Притянув меня к себе, крепко обняв, ведьмак с нежностью поцеловал меня в кончик носа. А потом в лоб, и в подбородок, и даже в уголок губ. Играл, засранец, прекрасно осознавая, что дразнит.

— Поздравляю, теперь мы муж и жена. — Лукавая улыбка тронула его губы.

— Пожалуй, ничего страннее в моей жизни еще не происходило, — поделилась я, испытывая неловкость.

Но главные странности, как оказалось, ждали нас впереди. Те самые светлячки, из которых состояла арка, вдруг пронеслись мимо нас и застыли, подсвечивая тропинку. После пережитого идти куда-либо лично я откровенно опасалась, но Рейвар меня уговорил. Получив на руку узор брачного браслета, он словно успокоился, перестал тревожиться и даже повеселел.

Узкая извилистая тропинка привела нас к невероятной красоты озеру. Почти полная луна сияла потусторонним светом, отражаясь в смирной водной глади словно в зеркале. Высокая трава прятала песчаный берег, у которого плескались мелкие рыбешки.

Здесь царили умиротворение и тишина. Или почти тишина. В траве пели сверчки и квакали лягушки, а где-то с ветки на ветку перепорхнула большая птица.

— Искупаемся? — предложил мужчина, утягивая меня вслед за собой.

Вода оказалась как парное молоко. Я уже и не помнила, когда купалась в последний раз где-то на природе, а потому искренне наслаждалась моментом и этой ночью, разгребая озеро руками.

Только уплыть далеко мне не удалось. Услышав подозрительную тишину, я обернулась, поддерживая себя на плаву, но Рейвара на поверхности не нашла.

Пока меня самым подлым образом не схватили за ногу, я успела несколько раз испугаться и запаниковать. А потом отбивалась от этого ирода, но успехом это мероприятие не увенчалось. Я была поймана и обезврежена. Такой меня и вынесли на берег, занимая мое возмущение поцелуем.

Песок лип к мокрой коже, волосы разметались по сторонам. Насквозь вымокшее белье отправилось сушиться в соседние кусты, пока мы целовались, скромно завернувшись в плащ. Не так я себе представляла брачную ночь, но она была первой в моей жизни, и что-то очень глубинное во мне надеялось, что единственной.

Пожалуй, занятие любовью в лунном свете гораздо романтичнее, чем лепестки роз, разбросанные по кровати. Если бы не песок, эта ночь и вовсе была бы идеальной.

И если бы нам не пришлось возвращаться обратно в город.

Впрочем, возвращались мы, ощущая себя отдохнувшими. Поблагодарив лес за все дары, мы летели над зелеными верхушками деревьев. Казалось, что нас буквально распирало от нахлынувшей силы.

— Все-таки это озеро было каким-то непростым, — озвучил Рейвар то, о чем я думала.

— Нам же лучше. Завтра нам обоим понадобятся силы.

Я улыбалась мужчине, крепко придерживая черенок метлы, но на самом деле меня терзали безрадостные мысли. Не знаю, как давно это случилось, но я перестала воспринимать происходящее как сказку, как сон, который вот-вот прервется. Для меня все, что происходило в этом странном мире, стало слишком настоящим.

Как я могу оставить Рейвара одного? Оба наших ритуала будут проходить одновременно, когда настанет полнолуние. У каждого из нас будет лишь несколько минут. У него — чтобы победить дядю и получить его магию, его знания, его жизнь, а у меня — чтобы открыть портал и пройти через него, вернуться к себе.

Месяц назад я ждала этот день с нетерпением, а сегодня была готова на что угодно, чтобы продлить оставшееся время. Жаль только, что для всего мира время нельзя остановить.

Ночь я провела без сна. Смотрела в потолок до самого рассвета, терзаясь выбором, который сделать не могла. Сердце требовало одного, разум — другого, что совсем не способствовало покою. Да и день начался у нас не так, как обычно.

От завтрака мы оба отказались, хотя каждое утро не менее получаса сидели на кухне, обсуждая планы на день. Затем перемещались порталом в академию, в комнату ведьмака, и шли до моего домика, чтобы проверить фамильяров.

Сегодня все было не так.

До ворот из-за освободившегося времени шли пешком и преимущественно в молчании. Между нами остро ощущалось возникшее напряжение, но побороть его лично я была не в силах.

Поздоровавшись с Облином на воротах, я в одиночестве побрела по аллее к домику, в то время как Рейвар отправился к себе в общежитие.

Вот и расстались.

На подступах к дому я вдруг учуяла запах гари. Не поверив своему носу, подняла взгляд и в тот же миг опешила. На небольшом покосившемся крылечке, тесно прижавшись друг к другу, сидели Аристотель и Луиза. Их белая шерстка местами была измазана в саже, в то время как дом за ними превратился в настоящие руины. Стены сложились, крыша обвалилась, и все это добро уже догорало.

Огонь стихал, оставляя после себя пепелище.

— Что произошло? — произнесла я убито.

— Ректор вчера этот твой приходил, — вздохнула кошка, выглядя не менее ошалело, чем я.

— Он не мой, — отозвалась я привычно.

Глазам поверить не могла, что бабушкиного дома больше нет (от него фактически осталась лишь печка). Пусть он мне и не сильно нравился, но тем не менее был напоминанием о моем мире. Я в него вписывалась — в современную кухню, в привычный санузел, а теперь ничего не осталось.

А впрочем, все самое важное я давно перетаскала в наш дом в городе. Все остальное было просто историей. Даже не моей.

— Я же сказал, шо он разозлится, — не преминул заметить Аристотель. — Ну стала бы его любовницей. Шо, убыло бы от тебя? А теперь вот, жить негде. Все нажитое непосильным трудом погорело. Ничего не осталось.

— Оно и к лучшему, — проговорила твердо, заторможенно наблюдая за языками пламени. — Сжигать — так сразу все мосты, но обещаю, ректор за это поплатится. Пойдемте.

Внешний вид фамильяров я привела в порядок простейшими чарами. На занятия мы пришли вовремя, студенты появились в классе уже после нас, но занятия я вела отстраненно. Вроде бы и говорила что-то, объясняла, даже улыбалась, но при этом абсолютно не понимала, что несу.

В голове царила пустота, а на глаза то и дело попадался Рейвар. При взгляде на него сердце мое сжималось в болезненном спазме. Он выглядел так, как обычно. Будто ничего сверхъестественного не должно было случиться, словно я не собиралась сегодня вернуться в свой мир, а ему не предстояло одержать верх над сильным магом.

Подозвав его к себе после второй пары, я дождалась, пока студенты покинут аудиторию.

— Я отпрошу тебя сейчас с физподготовки, — заглянула я ему в глаза, не представляя, что могу еще для него сделать.

— Не нужно. Я хочу провести этот день как обычно, — отозвался мужчина, удерживая между нами расстояние.

— Но ведь сегодня необычный день.

— Ты ошибаешься, — возразил он, взяв меня за руку. Безвольной ладони был подарен короткий поцелуй. — Встретимся дома.

Дверь за ним закрылась, а я так и не рассказала ему о пожаре. Да и не до этого как-то было. Все студенты на перерывах обсуждали сегодняшнее затмение, намереваясь встречать его во всеоружии. Такое событие никто не хотел пропустить.

А я бы пропустила.

Из академии в город я возвращалась окольными путями, не желая встретить по дороге ректора. Фамильяров девать было некуда, поэтому после занятий я взяла их с собой. Луиза вела себя как обычно — восторженно-надменно, а вот взгляд Аристотеля мне не нравился, когда он осматривал мое новое временное жилище.

— Предупреждаю сразу: если твой длинный язык донесет информацию об этом доме до моей бабки, то это будет последнее, что ты произнесешь в своей жизни, — процедила я, впуская хвостатых в дом.

— Ты о чем? — удивился кот наигранно, судя по морде — ужасаясь тому, что услышал.

— Прекрати, — сбросила я книги на стол. — Я прекрасно знаю, что она жива. И я нашла украденный ею у братства артефакт.

— Так это ты украла метлу?! — Аристотель от возмущения аж подпрыгнул над полом.

— Не украла, а взяла. Ты сам сказал, что это мой дом, а значит, и все, что в нем, тоже мое.

— Не отдавай его братству! — воскликнул он в отчаянии.

Мне оставалось только вздохнуть. Вот какого они с бабушкой обо мне мнения. А впрочем, того и следовало ожидать. Я для них посторонний человек, всего лишь пешка с неясной судьбой в этой игре.

— Не отдам, но и бабушка его назад не получит, — заявила я, поднимаясь по лестнице в кабинет. — Я спрятала его там, где его даже я никогда не найду. А теперь помолчи. Сегодня мой последний день в этом мире, и я хочу подготовиться к ритуалу. У меня осталось не так много времени.

До возвращения Рейвара я занималась тем, что повторяла слова заклинания и разливала по флаконам зелье. Они отправились в корзину вместе со свечами, а больше я с собой ничего не брала. Кроме Луизы — ее в этом мире на произвол судьбы я оставить никак не могла.

Но на этом мои приготовления не закончились. Я варила рецепт за рецептом, выставляя на стол бутылочки. Здесь были не только боевые зелья, но и вообще на все случаи жизни. Отдельно стояла бутылка с живой водой — ее я давно набрала для ведьмака, но очень надеялась, что она ему сегодня не понадобится.

— Я пришел! — раздался голос Рейвара снизу, и я поспешила в холл.

Привычно повиснув у него на шее, обнимала чуть дольше, чем обычно, но мужчина сделал вид, будто не заметил этого. Не заметил моего напускного энтузиазма, когда я погнала его мыть руки и обедать, а потом тренироваться.

— Лиля, выдохни, — остановил меня он посреди гостиной.

— Но ты же сказал, что сегодня обычный день. А мы каждый день тренируемся, — произнесла я, чувствуя, как голос начал дрожать.

Слезы встали в глазах стеклом, и у меня никак не получалось от них избавиться. Как бы я ни храбрилась, ни улыбалась, они все равно потекли по моим щекам. Нервы не выдержали, и я разрыдалась.

А ведь я должна была сегодня поддерживать Рейвара. Должна была помочь ему настроиться на победу, но вместо этого ведьмак был вынужден утешать меня да вытирать мои слезы, пока я прижималась к нему, заливая слезами рубашку.

— Не хочу, чтобы наступала ночь. Не хочу, — шептала я доверительно.

— Рано или поздно это должно было случиться. У всего есть свой срок.

И я была согласна с его словами, но… Но не хотела, чтобы все было именно так.

— Ну хоть зелья посмотри? — предложила я, шмыгнув носом.

— Зелья?

— Я тебе там целую кучу наварила.

Показав бутыльки, я рассказала ведьмаку о свойствах каждого. Здесь и жидкий огонь был, и временная заморозка — секунды на две, не больше; и зелье для придания сил. Зачем-то к ним же я поставила то, которое залечивало небольшие раны и синяки. А еще порошок для эффектного исчезновения.

Глядя на стройный ряд флаконов, я и сама понимала, что приготовила все это, лишь бы отвлечься. Но от проблем не убежишь. Они все равно настигнут, догонят, ударяя еще сильнее.

Ужинали мы в своем любимом месте — на крыше, хотя ужином наше времяпровождение, конечно, было не назвать. Превосходная запеченная рыба не лезла в рот, десерт из воздушного крема не вдохновлял, а ягодный чай по цвету напоминал кровь.

Нехорошее предчувствие подползало ядовитой змеей, и я уже не понимала, придумала я его или и в самом деле ощущала нечто плохое.

— Все будет хорошо. — Взяв меня за руку, Рейвар тепло улыбнулся и сжал мои пальцы, но я просто не могла смотреть на него без слез. — Ты собрала свои вещи?

— Со мной идет только кошка, — произнесла я вслух.

И мысленно добавила: “И воспоминания о тебе”.

Только воспоминаний мне будет слишком мало.

Из дома мы выходили в напряженном молчании. В последний раз окинув взглядом гостиную, кухню и столовую, я закрыла дверь, а ведьмак активировал защитное плетение. Если никто из нас сегодня не вернется, для сохранности имущества его хватит лет на десять. Или до тех пор, пока кто-нибудь не снимет его.

Рейвар дважды открывал портал. В первый раз плетение слетело. Это говорило о том, что спокойствие мужчины было напускным и на самом деле он волновался не меньше моего.

Кольцо портала привычно привело нас в комнату в общежитии. Коридоры в этот час были оживленными, студенты сновали туда-сюда и при виде меня в ужасе прятали запрещенные напитки. Они готовились отмечать затмение и второе полнолуние — их первый ведьмовской праздник, в простонародье прозванный “Кровавой Луной”.

Почему кровавой, лично я так и не поняла. Полная луна в затмении мне представлялась серым кругом в желтом сиянии, но наши миры отличались, так что ни о чем привычном речи не шло.

Взять хотя бы то, что эта ночь приумножала ведьмовские силы. В своем мире я бы только посмеялась, услышав нечто подобное, а в этом с долей страха предвкушала усилившееся ощущение силы.

Рейвар проводил нас с фамильярами до кладбища. Крепко сжимая свой меч, он поцеловал меня на прощание в уголок губ и невесомо, как-то обманчиво легко погладил по щеке. В эмоциональном порыве я сама прижалась к нему, потому что отпускать мужчину на полигон для тренировок — место встречи с ректором — мне совсем не хотелось.

— Победи его ради меня, — попросила я, заглядывая в черные сейчас глаза.

— А ты, если ритуал не получится, возвращайся домой, ладно?

— И ты придешь? — Надежда во мне никак не желала сдаваться.

— Приду, если ты будешь меня ждать.

— О Всевышний! Какие вы идиоты! — воскликнула Луиза, запрыгивая на скамейку.

Но мы были слишком заняты этими последними мгновениями, чтобы обращать на нее внимание.

Как бы ни хотелось продлить этот миг, время расставаться пришло. С трудом заставив себя расцепить пальцы, я вошла на территорию кладбища.

Не оглядывалась. Слезы и так стояли в глазах стеклом. Теперь все зависело только от Рейвара и от того, как он использует свои силы.

Присев прямо на землю, я начертила палкой большой круг — основу портала в свой мир. В качестве проводника выступал давно разрядившийся мобильный телефон — он занял самый центр круга. Свечи были расставлены по кругу. Их фитильки вспыхнули от одного моего взгляда, пока я окропляла землю зельем.

Последнее, что я должна была сделать, — это прочесть заклинание. Этот пункт нужно было выполнить, когда затмение начнет набирать свою силу. В эти минуты полная луна — главное условие для проведения ритуала — зависнет в наивысшей точке.

— Ну, не реви. — Тяжко вздохнув, Луиза села рядом со мной. — Ты же можешь не уходить.

— Не могу, — возразила я и пояснила то, чего кошка не знала: — На меня завтра ведьмовское братство охоту откроет, потому что сегодня я должна была передать им найденный артефакт. И не сделала этого.

— Ну и отдай им артефакт, — фыркнула хвостатая. — Время еще есть.

— Нельзя ни в коем случае. Да и даже если отдам, они все равно убьют меня, потому что я нарушила ведьмовской кодекс. Только быстрее убьют. Им даже не придется меня искать.

— А если студента твоего сейчас там ректор убьет?

— Не убьет. Рейвар сильный, смелый, честный, добрый и…

— Наивный, — перебила меня Луиза. — Насколько я успела составить мнение о вашем ректоре, благородством он не отличается. Он не будет играть по правилам.

— Затмение уже началось, — заорал Аристотель, о котором я уже успела забыть. — Пора проводить ритуал!

— Молчи, пока по морде лапой не получил! — зашипела кошка, предупреждающе вздыбив шерсть.

— Открывай портал, ты же хотела уйти, — никак не унимался кот.

— Минутку, — обратилась ко мне Луиза и внезапно прыгнула прямо на Аристотеля.

Белый меховой комок покатился в кусты, оглашая округу разъяренным шипением. С осуждением покачав головой, я взглянула на луну. Круглый желтый шар преображался, постепенно наливаясь красным цветом, словно заполняясь кровью.

Глубоко вдохнув, я медленно выдохнула и собралась. Первые слова заклинания вышли не очень уверенными, но они разрезали тишину кладбища, словно оплетая его магией.

— Дура! — прокричала Луиза из кустов.

— Не отвлекайся! — проорал Аристотель, а я едва не сбилась.

Отрешившись от всего происходящего, я заговорила громче, четче, повторяя заклинание во второй раз. Всего его следовало произнести три раза, после чего портал должен был открыться в начерченном круге.

Второй раз я слова проговорила. А вот третий не смогла. Открывала рот, ощущая невиданный прилив магии, что буквально плавилась под кожей обжигающей лавой, но выдавить из себя не могла ни звука.

Потому что права Луиза. Я дура, и этим все сказано.

На то, чтобы рассеять ритуал, у меня времени уже не было. Достав из кармана платья метлу, я преобразила ее и оседлала.

— Да! Я знала, что ты не настолько глупая! — радостно вывалилась кошка из кустов и в два прыжка добежала до меня. — Я с тобой!

Над кладбищем мы взлетели стремительно. Луиза едва не свалилась с моей метлы, но вовремя вцепилась в меня когтями. До тренировочного поля было рукой подать, а потому мы начали быстро снижаться, высматривая сражение, которое в это время уже должно было набрать обороты.

Только сражение еще не началось. Мы успели как раз к началу. Словно дуэлянты, мужчины расходились по разным сторонам спиной друг к другу, но Артимус Прайвс неожиданно обернулся раньше и бросил в своего племянника заклинание огненной волны.

— Рейвар! — закричала я, пикируя.

Обернувшись на мой голос, мужчина увидел меня, но сделать ничего не успел. Заклинание поглотило его, не тронув только меч, на котором стояла защита. Прямо на моих глазах ведьмак превратился в пепел, а с того места, где он стоял, метнулась серая тень. Настигнув ректора, она впиталась в него, сшибая с ног.

— Нет, — потерянно прошептала я, скатываясь с метлы.

Не верила своим глазам, не верила тому, что увидела. Затмение спало, луна снова стала желтой, а бой закончился, даже не начавшись.

Рейвара больше нет, а я упустила свой шанс, чтобы вернуться. Теперь на меня откроет охоту ведьмовское братство, но они никогда не получат артефакт. Мне придется держать оборону до следующего полнолуния, только…

Ничего из этого меня не волновало. Отвлеченные мысли уступали место истерике, что только набирала обороты. Ноги ослабли, и я упала на колени, больше не сдерживая себя, рыдая в голос, оглушая округу диким, нечеловеческим воем.

Мне было больно. Мне было так больно, что я дышать не могла. Просто не могла сделать вдох, чувствуя, как сердце разрывает.

Чужие ноги остановились рядом со мной. Чужие пальцы с силой сжали подбородок, вынуждая поднять голову.

— Не трогай меня! — зло прошипела я, сжимая зубы.

— Имею полное право, — самодовольно усмехнулся Артимус и продемонстрировал рисунок браслета на своем запястье. — Теперь ты моя жена. Я всегда добиваюсь того, чего хочу.

Это было выше моих сил. Ненависть, вся та ненависть, что копилась во мне все это время, наконец-то вырвалась наружу. Земля вокруг задрожала, а широкая улыбка ядовитой змеей заползла на мои губы, в то время как улыбка на лице мужчины померкла.

Я была ведьмой из рода Булуар. Я сидела на своей земле, на земле своих предков, о чем знало каждое дерево, каждая травинка. И Артимус Прайвс это понимал.

Он ударил первым. Ветер невиданной силы наверняка смел бы меня как игрушку, если бы эта ночь не усиливала магию ведьм. Но она усиливала, а оттого и я лишь отмахнулась от чужого заклинания, сметая его, сминая.

На ноги поднималась медленно от тяжести, что давила на плечи. Весь род Булуар поднимался в этот момент вместе со мной. Отцы и матери, сыновья и дочери. Сестры, братья, бабушки, дедушки, дяди и тети. Они вставали стеной и метнулись к мужчине в едином порыве, желая разорвать тот замкнутый круг, что повторялся веками.

Однажды ведьма из рода Булуар прокляла род Прайвсов за их жестокость, за их черную, гнилую магию, за их жажду крови и власти, но ведьма была слишком молода, чтобы учесть все в своем проклятии. Она усложнила жизнь роду Прайвсов, она ослабила их род, почти изжила, наслав ответную кару и на свой род, но их чернота раз за разом одерживала верх в боях близнецов.

А одерживая победу, лишь усиливалась. И на это у нее были века.

Артимус Прайвс давно лежал на земле, придавленный моей силой, придавленный всей магией рода Булуар, но я не убивала его, совсем нет. Я минуту за минутой вытягивала из него его жизненную силу, наблюдая, как он корчится в агонии, как черная магия плещется в нем, бьется, словно в тюрьме, но не может выбраться наружу.

— Ты не ушла, моя вредная ведьмочка, — неожиданно произнес ректор голосом Рейвара.

Было видно, что каждое слово дается мужчине с трудом, но я не поэтому прекратила магическое воздействие. Выжигая в теле мага черный дар, я должна была успеть вовремя остановиться. Оставить лишь каплю для того, чтобы тело оставалось живым; для того, чтобы Артимус Прайвс не умер, хотя, видят боги, мне этого хотелось.

— Рейвар? — испуганно спросила я с сомнением. Огромное подозрение грызло меня в этот миг.

Этот голос… Он мог быть просто обманкой, чтобы я остановилась. — Скажи то, что знаем только ты и я.

— Это плохая идея, Лиля. Захватив мою силу, Артимус захватил и разум вместе с воспоминаниями, — пояснил мужчина, с трудом размыкая губы. — Но знаешь, я очень рад, что ты не ушла.

Голос разума оставил меня. Кинувшись к Рейвару, я помогла ему сесть. Обнимала крепко-крепко, а когда к нам прокралась Луиза, я и ее стиснула в объятиях. От переизбытка чувств.

Не верила, что у меня и в самом деле получится. Все то время, пока я стояла посреди поля, ведьмы моего рода шептали мне, что я верну его. Я без подсказок понимала, про кого они говорят, потому что только Рейваром и были заняты мои мысли. Но я думала, что они просто успокаивают меня, убеждают, чтобы я взяла себя в руки и наконец-то победила черную магию Прайвсов, выжгла ее из этого мира, как было суждено, а теперь…

Я снова не верила, но на этот раз ушам. Потому что при взгляде на мужчину я видела ректора — хоть незначительно, но они с Рейваром отличались внешне, а вот голос…

Голос точно принадлежал тому, кого я всем сердцем любила.

— Как? — выдохнула я то единственное слово, на которое у меня нашлись силы.

— Ты ослабила Артимуса настолько, что я смог захватить контроль над телом. Теперь в этом теле больше ведьмовского дара, чем магического. Ты выжгла почти всю черноту, ослабив его душу до состояния, когда подавлять меня он уже не в силах.

— А если он вернется? — Закинув руку мужчины себе на спину, я помогла ему подняться на ноги.

— Не вернется. У него для этого нет сил, а накопить их он не успеет. Моя связь с его телом установится в ближайшие часы. Лиля, ты спасла меня и… Ты не ушла.

— Я была дурой, когда думала, что могу тебя бросить. Знаешь, оказывается, этот мир стал для меня важнее спокойной и привычной жизни.

— Еще какой дурой! — поддакнула Луиза.

— Мир? — спросил Рейвар лукаво, прекрасно понимая, что дело совсем не в мире, а конкретно в нем.

И вот как после этого я не должна была его стукнуть? Не сильно, конечно. Все-таки он был еще слишком слаб, но… А вот нечего зазнаваться!

— Ай! — рассмеялся этот засранец, чуть не повалив обратно на землю нас обоих.

— И раз уж ты и я тут… — протянула я, чудом устояв на ногах. — Что будем делать дальше?

— С ведьмовским братством? — уточнил он.

Да, сейчас это была моя самая большая проблема, но не единственная.

— С братством, с академией и студентами. — Дотянув мужчину до лавочки, я помогла ему лечь.

— Можно я начну думать об этом через десять минут? — попросил он жалостливо.

— Тебе плохо? — забеспокоилась я. — Эй, не закрывай глаза! Ты что, умирать собрался?

— Не дождешься, — ответил этот засранец, пряча лукавую улыбку. — Я просто хотел тишины.

— Вот сейчас как отправлю тебя на кладбище!

— Ну уж нет. — Схватив меня за руку, Рейвар притянул меня к себе, заставив фактически упасть на себя сверху. Мягкий поцелуй печатью лег на мои губы. — К кладбищам ты больше не подходишь. Теперь ты от меня никогда не сбежишь.

Инициатором второго поцелуя стала я. Понимала, что сил у ведьмака совсем нет, но мне хотелось почувствовать, увериться, что он действительно здесь, со мной, что это не я сошла с ума, когда призывала род Булуар и не справилась с нагрузкой.

Мы действительно победили, хотя других проблем это не отменяло.

— Ну фу, ну хватит уже целоваться! — запрыгнула на грудь мужчины Луиза, просачиваясь между нами. — Вы забыли кое-что важное.

— Что? — спросили мы с Рейваром хором.

— А то, что в свой мир Лильке стопроцентно придется сходить, — произнесла хвостатая, но яснее не стало. — Вы что, совсем ничего не понимаете? Ой, деревня… В общем, так, я хочу дрянь из пакетиков — много, хрустелки эти ароматные, трехэтажный домик с игрушками и качелями и этот… как его… лоток! Чего? Ну чего вы ржете? Я на меньшее не согласна!