Глава 17

– Ваше Высочество, – сквозь тонкую пелену сна прорывается мужской голос.

Правое плечо награждают скользящим, мягким поцелуем, потом ещё одним и ещё, перемещаясь на шею. Напористые прикосновения горячих губ прокладывают влажные дорожки языком, на которые тело тут же отзывается дрожью.

Сладкая дрёма не отпускает расслабленное тело, удерживая его на тонкой грани сна и яви, когда понимаешь, что уже наступила действительность, но совершенно не хочется открыть глаза.

Понимаю, что кое-кто пытается настойчиво меня разбудить. Открываю глаза, надо мной стоит Ремар, нагло и довольно улыбаясь.

– Не называй меня так, – недовольно бурчу, наиграно надув губы.

– Ты же меня специально называла «господин главный инквизитор», – передразнивает, тут же сгребает в охапку, поднимает на руки и несёт в ванную комнату.

– Куда?

– Утренние процедуры, вместе, всегда.

Устраиваемся в ванной, откидываюсь спиной на широкую грудь мужа, расслабленно нежась в воде в кольце сильных рук.

– Ты теперь герцогиня Оматор, но к тебе всё равно будут обращаться Ваше Высочество – привыкай, это неизбежно. Чем раньше ты примешь сей факт, тем лучше.

– Мне теперь ко многому нужно привыкнуть. Но сейчас мне нравится просто быть твоей женой, – закрываю глаза, наслаждаясь нашими с Ремаром минутами счастья. – Скажи, почему барон Камарт так настойчиво желал на мне жениться?

– Его мать, баронесса Ларита Камарт, знала вашу мать лично, часто бывая при дворе и поддерживая с королевой довольно тесные отношения. Я думаю, увидев тебя на балу в честь дня рождения Его Величества, она сразу поняла, кто ты на самом деле и кем приходишься королю. Поделилась предположениями с сыном, а он в свою очередь пошёл сразу просить твоей руки к Гаринавальдину, решив, что всё будет просто, он ведь первый претендент на трон, а значит, выгодная партия для любой леди. Я уверен, что они связаны: барон, его мать и Лилия Авле. Пока непонятно по каким причинам Лилия пыталась отравить короля и тебя, но как только магия оттает, я сразу её подробно допрошу.

– Ну если барон так хотел стать королём, женился бы, например, на Илии или принцессе Валона.

– В королевстве Валон, так же, как и в Крафте, передача власти происходит исключительно по мужской линии, Илия никогда бы не стала королевой. Я много раз говорил Валарию, отцу Илии о повторном браке, но он категорически против. Хотя, он лишь немногим старше меня, и вполне успел бы вырастить наследника.

– Почему он против, неужели не нашлось достойной леди для короля?

– Дело не в этом. У Валария особый дар – он эмпат, чувствует эмоции других людей, в первую очередь по отношению к себе. Предполагаю, что все леди, желающие стать королевой Крафта, гонятся лишь за короной и статусом, не испытывая к нему самому никаких чувств, а он желает искренности.

– А Илия? Тоже эмпат? Я так и не спросила, какой у неё дар.

– Нет, она заклинательница растений: управляет всем живым, подпитывая и помогая расти. Редкий дар, но совершенно безобидный. Ты обязательно увидишь отца Илии на свадьбе, несмотря на войну четырёхлетней давности, мы сохранили вполне тёплые отношения, а теперь, когда принцесса станет королевой Антарея, союз между нашими королевствами станет нерушимым.

– Почему ты сделал последнее испытание таким жутким и противным? – до сих пор поражаюсь фантазии мужа.

– Король выбрал Илию в качестве будущей королевы сразу после четвёртого испытания, о чём поспешил мне сообщить сразу же. С помощью пятого испытания я избавился от значительного количества претенденток, а шестое должно было стать решающим, и победить обязана была именно Илия.

– Знаешь, даже я, зная, что всё увиденное нами было иллюзией, не решилась бы войти куб, кишащий противными и гадкими тварями, – вспомнила всю живность, созданную мужем и скривилась. – Илия нежная и нерешительная, откуда тебе было знать, что именно она спасёт короля?

– Все претендентки отбора желали стать королевой исключительно ради короны и статуса, и лишь принцесса Крафта стремилась стать королевой ради самого Гаринавальдина, испытывая к Его Величеству самые нежные и искренние чувства. Я понял это на втором испытании, когда проверял участниц своей тьмой. Чувства настолько переполняли девушку, вырываясь наружу, что она была неспособна их скрыть от меня. Был совершенно уверен – она войдёт в куб с гадкими тварями и непременно спасёт короля. Я тебе уже говорил: любовь делает людей глупцами, но в случае с Илией придаёт решимости.

– Что ты увидел, когда проверял меня?

– Всё, – руки Ремара сомкнулись, заключив меня в тесный капкан. – Как тебе было страшно, когда мы встретились впервые, как я бессовестно врывался в твои сны и ты четыре года просыпалась в холодном поту по ночам, какую боль ты испытала, когда тебя предали, как перестала верить абсолютно всем, не желая испытать подобное вновь. Но среди всех этих эмоций, ощущений и чувств не было одного – ненависти ко мне. Глубоко внутри я почувствовал твоё желание узнать меня как человека, как мужчину. Это придало мне уверенности в желании завоевать твоё доверие, чтобы ты стала моей ведьмой, но даже если бы этого не случилось сейчас, поверь, я бы боролся за тебя до конца, чего бы мне это не стоило.

Разворачиваюсь к Ремару и сажусь на него сверху, вода выплёскивается из ванны и скрытого жидкостью тела становится значительно меньше.

– Откуда у тебя эти шрамы? – провожу пальцами по неровным, белёсым дорожкам на плече, груди и животе. Муж перехватывает мою ладонь, тут же поднося к губам.

– Когда королевство вступает в войну, король призывает на помощь всех мужчин, способных держать в руках меч. Я не исключение, несмотря на титул, должность и положение в обществе. Ты спрашивала, что стало с ведьмами, которых забрали? Они мирно существуют, только в других местах королевства, но некоторые оставались в столице, принимая участие в войне и получая значительное жалование. Вы управляете стихиями: способны вызвать разрушающий ураган, обрушить на противника бурю, и даже призвать ветер, который развернёт стрелы врага. Раньше мы не понимали насколько вы полезны.

– Значит, если вдруг будет объявлена война, я отправлюсь с тобой, – обнимаю мужчину, прижимаясь к нему всем телом, намекая на продолжение сладкой ночи, и тут же получаю ответную реакцию в виде прикосновений в самых чувствительных местах.

– Ваше Вы… – дверь резко отворяется, являя Соню, которая ошарашенно палится на нас с мужем. Девушка резко отворачивается, но продолжает стоять в дверях. – Ваше Высочество, Его Величество просил передать, что через час будет ожидать вас в королевской портретной галерее, – дверь тихонько закрывается, а мы с мужем взрываемся смехом.

– Позволишь мне взять с собой Соню, как личную служанку? Она мне очень нравится.

– Всё что угодно для моей ведьмы! Нас бесцеремонно прервали, но мы обязательно вернёмся к нашему приятному занятию вечером, уже в нашей спальне, – оставляет поцелуй на губах, как обещание продолжения. – Поторопись, король желает объяснится и уверен, невероятно переживает.

– Да, вчера он бессовестно покинул тронный зал, оставив меня наедине с сотней вопросов, а тебе пришлось испытать на себе мой гнев в виде пары хрупких ваз, от которых ты так ловко увернулся, – прикасаюсь к желанным губам, извиняясь.

– Я прекрасно понимал на ком женился, мой рыжий бесёнок! Если пожелаешь, я весь дом заставлю вазами и кувшинами, чтобы тебе было чем бросаться!

– Не искушай!

Поднимаюсь, тяну Ремара за собой. Пора собираться и отправляться на встречу с Гари, которому я планирую устроить знатную взбучку за то, что скрывал правду, хотя понял кто я ещё там, в лесу.

– Я отправлюсь в министерство допросить Лилию, уверен, разговор будет долгим и насыщенным. Жамара пока не нашли, в поместье его нет, в городе тоже не появлялся. Вечером вернусь за тобой, чтобы отправиться в наш дом, где уже с завтрашнего дня ты станешь полноправной хозяйкой, – короткий поцелуй на губах, и муж спешно покидает мои покои.

***

Королевская портретная галерея занимает половину третьего этажа: широкий, просторный коридор с портретами и картинами на стене с одной стороны, и высокими окнами в пол с другой. Везде благоухающие цветы и маленькие банкетки, предназначенные для одного человека.

Гари стоит почти в самом конце, в ожидании переминаясь с ноги на ногу.

Замечает моё приближение и вытягивается по стойке смирно – в глазах паника и стыд. Он не дождался моей реакции вчера, не поговорил, не объяснил, а теперь не знает, чего от меня ожидать.

– Ты на меня злишься? – сразу вопрос от короля.

– Вчера злилась, невероятно. Благодари Ремара за то, что сейчас ты видишь перед собой спокойную и счастливую женщину, – улыбаюсь Гари, хотя хорошая порка ему не помешала бы.

– Это наша мать – Ливея Альсия.

Гари указывает на портрет прямо перед нами. На нём изображена королевская семья: высокий, худощавый мужчина с длинными светлыми волосами – Гари просто его копия; рыжая женщина, в глазах которой застыла грусть и, кажется, обречённость; на коленях у неё мальчик лет четырёх с искрящейся улыбкой и задорными глазами.

Я несомненно похожа на маму, словно портрет рисовали с меня – огненная рыжина и большие зелёные глаза.

– А это отец? – указываю на мужчину.

– Мой – Каранториан Жестокий, хотя, я считаю, это прозвище он получил совершенно незаслуженно. А это твой, – Гари указывает на соседний портрет

На нём изображён высокий, широкоплечий брюнет с овальным лицом и острым, орлиным взглядом. Сходство с отцом Гари разительное, кажется, между мужчинами нет общих черт.

– Маривардин – мой дядя, родной брат моего отца. По матери мы с тобой родные, по отцу – кузены.

– Не совсем понимаю, Гари… – смотрю на соседние портреты, недоумевая, как такое возможно, тем более в королевской семье.

Гари берёт меня за руку и уводит прочь, как оказалось, в свой рабочий кабинет, усаживает в кресло, садясь напротив, видимо, рассказ будет долгим.

– Наша мать была принцессой южного королевства Лефлей, ведьмой в седьмом поколении. Король Лефлея прибыл в Антарей для укрепления связей и привёз с собой младшую дочь. Отец влюбился в неё без памяти с первого взгляда, как потом рассказывал. Союз был выгодным обеим сторонам, и правители, не раздумывая заключили выгодный союз, подкреплённый браком. Буквально сразу родился я и отец прибывал вне себя от счастья, получив наследника трона. Я плохо помню маму, лишь повзрослев расспросил у тех, кто её знал, какой она была: замкнутая, сдержанная, всегда с грустными глазами. Когда мне было пять, отцу донесли, что королева уже пару лет состоит в любовной связи с его родным братом и носит под сердцем его дочь: как оказалось, она влюбилась в брата короля с первого взгляда, и чувства были взаимны. Отец был в гневе, пригрозив, что казнит обоих на главной площади столицы. Дядя, как последний трус, подло сбежал в северные земли под защиту их владыки, оставив любимую женщину одну без поддержки и защиты. Королева испугалась – за себя, за жизнь своего ребёнка…

– И сбежала, правильно? – я начинала понимать, как оказалась в Орманском лесу.

– Глубокой ночью, усыпив стражу и взяв с собой лишь немного вещей и свою преданную служанку Фраю, которая была с ней с самого детства. Отец любил жену до безумия, до беспамятства и никогда не воплотил бы свои угрозы в жизнь, но было уже поздно – королева исчезла, как сквозь землю провались. Первый год он искал её сам с небольшим отрядом инквизитором, объезжая окрестные города и опрашивая людей, а потом издал свой манифест, призывая искать, отлавливать и сдавать ведьм инквизиторам.

– Но зачем?

– За небольшое вознаграждение люди были готовы рассказать, где находится ведьма или указать на неё. Отец встретился с каждой лично, каждую проверил придворный маг на наличие магии изменений или зелья, меняющего внешность. Он не терял надежду найти свою «рыжую бестию», как он её называл, забыть всё, принять ребёнка как своего и ползать у неё в ногах, чтобы она простила его за жестокие угрозы.

– Если бы он только знал, что её давно нет в живых… – сейчас я подумала о том, что незнание лучше, Каранториан хотя бы жил надеждой.

– Если бы… – Гари встал и отошёл к окну, повернувшись спиной. – Знаешь, он любил её всю жизнь, и даже умирая говорил только о ней, думал только о ней, видел только её. Отец всю жизнь рассказывал мне о маме только хорошее: какой она была, что ей нравилось и как она меня любила. Всю правду он рассказал мне лишь умирая, взяв с меня обещание, что я обязательно найду свою сестру-ведьму, если мамы уже нет в живых.

– Ты искал?

– Сначала совсем не понимал с чего начать, манифест стал бессмысленным, теперь не требовались все без исключения ведьмы, лишь молодые, до двадцати лет. Первый год поисков не дал результатов, а потом…

– Герцог встретил меня в доме пекаря четыре года назад, – заключила я.

– Да, рассказал мне, описал твоё полное сходство с мамой, дав мне надежду на обретение сестры, на то, что в этом мире я больше никогда не буду один. По моему приказу Ремар искал тебя по всему королевству, в каждом городе, можно сказать, в каждом доме. Я только два дня назад понял, почему он сутками не спал, преодолевая на своём грифоне сотни миль без остановки – он искал тебя для себя, потому любил всё это время и думал лишь о тебе. Даже представить не мог, что главный инквизитор, которого боятся все без исключения и считают бездушным чудовищем, сходил с ума от безумной любви к ведьме.

– Поэтому ты разозлился, когда узнал, что мы с Ремаром дали брачные клятвы?

– Когда он мне рассказал, я сначала был уверен, что герцог тебя заставил, запугал, воспользовавшись своей тёмной магией, но Ремар всё объяснил, рассказал какие глубокие чувства испытывает к тебе. Знаешь, – Гари усмехнулся, – я слушал его и отчётливо видел в нём своего отца, так же сходившего с ума от своей «рыжей бестии».

– Да, мы ведьмы такие – от нас невозможно уйти! – Гари заливисто рассмеялся.

– Согласен, даже самый ужасный маг королевства не устоял перед чарами ведьмы. Ты подтвердила, что дала согласие на союз добровольно, и я успокоился.

– Не совсем добровольно, – прищурилась, вспоминания нюансы заключения союза, – но поверь – я не жалею. Гари, почему ты не рассказал кто я тогда, когда оказался раненым в моём доме?

– Отчасти я благодарен охоте, которую ненавижу, и покушению, которое привело меня к в твой дом. Когда открыл глаза и увидел тебя, сначала не поверил тому, что вижу, считая, что нахожусь в бреду. Рассматривал твоё лицо и вспоминал портрет матери – абсолютное сходство: рыжая ведьма нужного возраста, которая выросла в лесу с бабушкой. Не стал говорить сразу, боясь, что ты испугаешься, обвинишь меня во лжи, решил пригласить на отбор, чтобы ты привыкла к жизни при дворе, ко мне, пожелала остаться здесь, в столице. Но Ремар всё решил за меня, и за это я ему несказанно благодарен.

– За что Его Величество благодарен мне? – в дверях появился мой муж, неспешно подошёл, целуя меня в макушку и вдыхая запах волос.

– За твою жену.

Ремар молча взял меня за руку и перетянул на диван, усаживая рядом и привлекая меня к себе.

В высшем обществе не принято выставлять чувства напоказ, лишь наедине супруги проявляли нежность друг к другу, но герцогу было совершенно всё равно, казалось, он не упускает ни одной возможности прикоснуться ко мне, поцеловать или просто взять за руку.

– Удалось допросить Лилию Авле? – устраиваюсь поудобнее, ёрзая рядом с ним, чтобы быть ещё ближе.

– Да. Она оттаяла, и растаявший лёд затопил весь первый этаж министерства, – Ремар закатил глаза, видимо, потоп устраняли дольше, чем длился допрос. – Сколько воды ты на неё вылила?

– Полную ванну.

– Сказано ведьма – создаёшь проблемы, даже не присутствуя при создании этой проблемы!!! – тут же получил кулачком в плечо, а я в ответ нежный поцелуй. – А теперь серьёзно. Лилия рассказа много интересного.

Мы с Гари выжидательного смотрели на главного инквизитора.

– Итак, с самого начала, – Ремар перевёл дыхание. – У Лилии и Жамара Авле есть бабушка Ангелика, тёмная ведьмы и живёт она именно в том крыле родового поместья, которое защищено ото всех магией. Как выяснилось, множество высокородных леди обращалось к ведьме с «просьбами»: изготовить «камень подмены» или «зелье приворотных чар», чтобы удачно выдать замуж дочь, «эликсир молодости» для выгодного союза, или, к примеру, яд. За значительную плату Ангелика могла сделать всё, что пожелает клиент, именно на эти средства Авле и отстроили поместье заново. Ведьма столько лет промышляла в пригороде столицы, а я ничего не почувствовал.

– Это говорит о том, что она очень хорошо пряталась, – глажу мужа по руке, давая понять, что это не его вина.

– Нет, мой рыжий бесёнок, это говорит о том, что я и моё министерство плохо выполнили свою работу, допустив такое, – Ремар сжал мою ладонь. – Уверен, попытка устранить короля на охоте, была организована бароном Камартом, но, к сожалению, доказать это не представляется возможным, если он, конечно, сам не сознается в содеянном. Король вернулся в столицу живым и здоровым, предварительно объявив отбор невест, чем несказанно огорчил барона, так отчаянно желающего получить трон. Тогда барон и его мать решают подобраться к королю уже во дворце, но это практически невозможно: повсюду стража, и к тому же вот-вот начнётся отбор со множеством претенденток. Изначально барон решил подговорить сестру, но быстро от этой идеи отказался.

– Да, Ирма рассказывала, что с матерью и братом отношения натянуты, она никогда не желала участвовать в их интригах, и даже предупредила меня о предложении Дармара, дала совет ни в коем случае не давать согласие на брак с ним, прямо говоря о его непорядочности.

– Правда? – муж с удивлением смотрел на меня. – Что ж, сейчас я стал уважать Ирму ещё больше. Баронесса обращается к Ангелике с просьбой изготовить яд Лоци и узнаёт, что внучка ведьмы тоже приглашена на отбор. Вот он шанс: барон быстро сближается с Лилией, вступая с ней в романтические отношения, клянётся в любви и обещает жениться, но для этого он должен стать королём, устранив Гаринавальдина. Влюблённая Лилия соглашается помочь, и подсыпает яд в соль для ванны, незаметно подменив бутылочки, когда прислуга убирала покои короля. Заговорщики ликуют, но Его Величество снова остаётся в живых и благополучно празднует свой день рождения. На королевском балу баронесса Ларита видит тебя, – муж нежно гладит меня по щеке, – и тут же понимает, кто перед ней – не дальняя родственница короля, а что ни на есть сестра по матери. Новый план: не удаётся убить короля, значит, нужно стать к нему ближе и разделить власть.

– Теперь понятно почему барон требовал жениться на Кассандре, устраивая истерики и топая предо мной ножками, – ухмыляется Гари. – Для всех он благородно женится на девушке без приданого и богатого рода, изображая чувства, но на самом деле прекрасно понимает ради чего всё это затеяно.

– А Лилия? Зачем она меня отравила?

– Лилия узнаёт, что Дармар просил у Его Величества твоей руки, в случае если ты не станешь королевой. Для неё ты соперница, которая желает разлучить влюблённых, забрать у неё мужчину, которому она безоговорочно верит. Она подсыпает яд в чай и спокойно ждёт твоей смерти. Но и тут неудача: я вовремя связываю нас узами брака и успеваю применить дар воскрешения. Твоё появление на шестом испытании шокирует Лилию и она, отчаявшись, решает просто применить свою магию, чтобы избавиться от тебя раз и навсегда, даже не подозревая, что ты ведьма.

– Ремар, но она ведь могла пройти испытание и стать королевой? – только сейчас понимаю, что Лилия, решившись, могла на самом деле стать королевой.

– Её это не интересовало, она желала быть исключительно с бароном Камартом и с самого начала отбора королевой быть не планировала.

– А Жамар и Цилия? – вспоминаю про эту «влюблённую» парочку.

– О, тут всё достаточно прозаично, – усмехается Ремар, – Цилия желала знать об условиях испытаний заранее и воспользовалась своими женскими чарами, чтобы завлечь Жамара, а он в свою очередь просил принцессу помочь Лилии удачно проходить испытания, делиться нарядами и знаниями. К тому же, Цилия принцесса, которая могла рекомендовать салон Жамара знатным леди для получения дохода. В последнее время дела у него шли не очень хорошо.

– Знаешь, они друг друга стоят, – улыбаюсь, представляя эту парочку вместе. – Что теперь будет с Лилией Авле, баронессой и её сыном? Их казнят?

– Ангелику уже забрали в министерство, послезавтра состоится казнь. Инквизиторы с трудом взломали магическую защиту, чтобы добраться до неё – она защищалась до последнего. По поводу остальных решение примет Его Величество.

Мы с Ремаром в ожидании уставились на Гари, который задумчиво подпёр подборок рукой.

– Лилия Авле будет отправлена в дикие земли к владыке севера на каторгу, оттуда ещё никто и никогда не возвращался. Жамар, как соучастник, будет вместе с сестрой лишён титула и поместья, и выдворен за пределы столицы, не имея права возвращения. Камарты будут лишены титула и положения, и сосланы вслед за Лилией на север.

– Гари, а Ирма? Она совершенно непричастна к планам матери и брата! – я даже с дивана подскочила, чтобы защитить девушку.

– Успокойся, Кассандра. Ирма так же лишится титула, но, чтобы в дальнейшем девушка смогла составить выгодную партию, я оставлю за ней родовое поместье и часть состояния Камартов. К тому же, Илия просила Ирму в качестве фрейлины королевы, а отказать будущей супруге я не могу, – Гари приложил ладонь к груди, слегка склоняя голову – Илия умеет хорошо просить.

– И самый главный вопрос, Гари – когда состоится королевская свадьба?

– Через пять дней и вы, конечно же, приглашены.