Глава 15 · Невеста без места

Я так глубоко ушла в свои мысли, что подпрыгнула, почувствовав прикосновение к своей руке и чуть не завизжала. Сердце колотилось, как сумасшедшее. И гладя в широко распахнутые глаза Феофана, я не могла определиться, чего я хочу больше — затискать его от радости или прибить со злости.

Радость всё же победила к вящему благу моего фамильяра. Он здесь! Он смог прийти со мной в этот мир! Значит, я смогу связаться с Виктором и родными. Я помню, Амалия говорила, что их фамильяры ходят теневыми тропами на встречу с фамильяром Флоранс. Да и с Флоранс смогу связаться! И я действительно затискала довольного Феофана. Вот только мы сейчас нечаянно можем наговорить лишнего, а в комнате могут быть прослушивающие артефакты. Поэтому я срочно поставила сразу два полога тишины: один — своей магией, а второй — артефактом Виктора.

Феофан не был бы собой, если бы не потребовал пропитания. Пришлось отговариваться тем, что в любой момент меня могут вызвать. И будет необъяснимо, если я появлюсь в портале, например, с куриной ногой в руке. Поэтому подпитала оголодавшего кота магией и предложила приходить, когда всё утрясётся и мне выделят свои покои.

Тяжело вздохнув, Феофан согласился. Он сказал, что моё исчезновение уже обнаружено и братья по маячкам установили, что я в мире Ильтар. Но пока не понимают, как это произошло и что с этим делать. Я прикинула, что время у меня ещё есть, и быстро наговорила на записывающий кристалл сообщение для Виктора. Говорила коротко — только самое основное. Кристалл отдала Феофану и, невзирая на его нытьё, отправила обратно в мир Лиран. Ну вот, время пошло!

Только я сняла пологи тишины, как появился вестник от Жерома, и я активировала артефакт переноса. Меня окружило разноцветное сияние, преобладающими оттенками которого были серебряный и фиолетовый. Когда сияние потухло, я оказалась в большом помещении — возможно, это отдельный зал для телепортации. Зал выглядел достаточно помпезно. Всё же важно произвести на прибывших первое впечатление.

Меня встречали. Неподалёку стоял Жером в окружении свиты. Там было несколько мужчин (по виду его ровесники, но одеты скромнее), один солидный мужчина явно старше по возрасту и несколько женщин разного возраста. Ближе всего к Жерому стояли: тот самый солидный мужчина (советник?) и женщина в дорогом наряде.

Это явно была светская дама. Высокая, статная с тонкими чертами лица и белыми, как снег, волосами. При этом, её брови и ресницы не были белёсыми (а может их цвет был изменён магией). Прозрачные глаза цвета морской волны смотрели холодно и неприветливо. Она выглядела прекрасно, но я уже научилась немного ориентироваться в возрасте долгожителей. Она была старше Жерома — взрослая женщина с богатым жизненным опытом и, очевидно, занимающая некую ступень в иерархии при Жероме. Это было видно по тому, как она себя держала и по оценивающему взгляду.

И вот от этого взгляда мне сделалось нехорошо. Я почти с нежностью вспомнила Соню и подосланных ей трепетных девиц. Это была настоящая акула. Остаётся надеяться, что у Жерома и его советника есть для неё крепкий намордник и короткий поводок.

И опять вопрос: она имеет свой интерес, связанный с Жеромом или на кого-то работает. Но явно не на его отца, иначе не было бы той ужасной ситуации с Флоранс. Надо держаться поближе к советнику. Может бог с ними — традициями и правилами? Пусть у меня будет первый в трёх мирах дуэний! Хотя Виктору это точно не понравится. А жаль.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове буквально за ту минуту, которая понадобилась мне, чтобы прийти в себя после перемещения. Краем глаза я увидела, что рядом со мной появились какие-то коробы и чемоданы — багаж. Ну вот, а сейчас к добру или к худу — мой выход.

Я сделала три шага вперёд и поприветствовала встречающих. Жером подошёл ко мне, поцеловал ручку и толкнул приветственную речь о том, как он рад, что я приняла приглашение его семьи посетить мир Ильтар, чем показала, что даже такие удалённые друг от друга миры могут взаимодействовать и быть связанными родственными узами. И он рад приветствовать меня во дворце повелителя королевства Наргай.

Он торжественно представил меня собравшимся, добавив, что мой визит согласован с королевской семьёй и в мою честь в ближайшее время будет устроен приём. Это послужит улучшению имиджа королевства Наргай и в целом мира Ильтар. Тот, кто писал ему речь, был крутым профессионалом в своём деле. Я заслушалась.

Но тут Жером стал представлять мне свою свиту. И первой он представил даму — ту самую блондинку. Он назвал её леди Ядвигой Гартнер — гофмейстериной его матери — принцессы Леопольдины. Интересно. Тут Хранитель не стал мелочится и взял себе титул принца. Или женился на принцессе? Впрочем, Жером представился мне принцем, что странно. Видимо, местный Хранитель позаботился о том, чтобы каждого члена своей семьи максимально возвысить. Интересно, а как называется тут сын короля? Королевич? И вообще, есть ли у него сын?

Леди Ядвиге во всеуслышание поручили все хлопоты, связанные с прибытием дорогой гостьи, то есть меня, отдельно оговорив, что это делается с согласия принцессы. Выражение её глаз не изменилось, она поприветствовала меня с вежливой, но неприятной улыбкой и сказала, что рада быть мне полезной. Ага, вижу, что от радости сейчас начнёт танцевать и петь в индийском кино.

Вторым мне был представлен мой несостоявшийся дуэний. Жером назвал его советником по международным и меж мировым коммуникациям графом Бальтазаром Кордес. Это был представительный шатен плотного телосложения с аристократическими чертами лица. Густые русые волосы его были собраны в хвост. Медового цвета глаза излучали благость и расположение. Судя по тому, на какую работе его нанял Жером на самом деле, господин Бальтазар должен иметь впечатляющий опыт в части построения отношений с женским полом. Возможно, в молодости он был знатным ловеласом, но сейчас производил вполне приятное впечатление. Он вроде бы ничего специально не делал, но при этом умело к себе располагал.

Жером сказал, что мы с графом будем часто встречаться при подготовке разного рода мероприятий. Кроме того, граф лично расскажет мне об особенностях этого мира и государства. Да, видимо женщинам королевский племянник больше не доверяет.

Потом он бегло представил мне остальных дам и кавалеров — свою свиту и фрейлин его матери. Не теряя времени, он предложил мне присмотреться к фрейлинам — ко мне будут приставлены несколько компаньонок из их числа.

Я поблагодарила Жерома за заботу и попросила проводить меня в выделенные мне апартаменты, чтобы отдохнуть с дороги.

Жером тут же передал меня в заботливые руги гофмейстерины своей матери и выделил двух фрейлин для сопровождения. Граф Бальтазар сам вызвался оказать посильную помощь. Он щёлкнул пальцами, и весь мой багаж взлетел в воздух, а затем поплыл за нами по воздуху. Что ж, от него уже есть ощутимая польза.

Так мы и вышли из портальной залы: впереди мы с леди Гартнер, за нами две фрейлины, а за ними — граф с чемоданами.

Я поражалась своему спокойствию в этой ситуации. Возможно, это заслуга лечебного артефакта. А может я уже привыкла кочевать из мира в мир. Это в прочитанных мной книгах попаданки обживались в одном конкретном мире, часто обустраивая его под себя. А я, как переезжая сваха, кочую по городам и весям. Вспомнить нашу с Маринкой эпопею с проверкой документов невест в мире Эмиранд — придумали же!

От самоанализа меня отвлекла госпожа гофмейстерина. Сладким голосом менеджера по продажам островов в Средиземном море, блондинка комментировала помещения, которые мы проходили. Она обращала моё внимание на различные детали (портреты, витражи, доспехи, гобелены), по которым можно узнать именно этот коридор, залу, лестницу, и которые прославляют их королевскую династию. Она такая патриотка?

В этот момент нас окликнул граф Кордес. Он извинился за то, вынужден нас оставить, сказал, что дела срочные дела требуют его вмешательства. Поэтому он отправит багаж порталом в мои покои — он знает, какие для меня приготовлены. Я не была уверена, но мне показалось, что выражение лица гофмейстерины стало слишком довольным.

Мы двинулись вперёд уже без доверенного лица Жерома и атмосфера в нашем коллективе неуловимо изменилась. Сладкий голос Ядвиги Гартнер звучал насмешливо — покровительственно, две барышни позади нас постоянно шушукались и хихикали. Я могла бы сказать, что спиной чувствовала их недобрые взгляды. Но это было не так — я использовала дар и видела их эмоции. Это было злорадство, предвкушение, превосходство, безнаказанность. Я поняла, что подвоха ждать осталось не долго.

Коридоры, которыми мы шли стали становились всё менее пафосными и богатыми. Мне даже показалось, что с какого-то момента у пола появился наклон вниз. Но я делала вид, что меня ничего не удивляет — мало ли какие традиции и правила действуют в другом мире.

На перекрёстке с достаточно просторным коридором гофмейстерина остановилась и, повернувшись ко мне, улыбнулась так сладко, что я сразу поняла — вот она — подстава. Медовым голосом она сообщила, что ей необходимо отдать распоряжение доверенному лицу своей госпожи, поэтому с моего позволения (тут сложно было не заметить сарказм) она оставит меня на пару минут в обществе фрейлин. Конечно, она постарается всё сделать максимально быстро. Вот и что тут скажешь — она на службе и выполняет прямые обязанности в интересах основного работодателя.

Леди Гартнер выразила надежду, что фрейлины скрасят ожидание своим обществом и окажут мне достойное гостеприимство. Смутило слово «достойное» в её исполнении. На нём как будто был сделан акцент. Интересно, они заранее определили? чего я достойна?

В ответ на слова гофмейстерины обе фрейлины присели в реверансе и заверили, что они готовы с честью выполнить такое важное поручение. Мы подождали пару минут. Потом — ещё и ещё. То, что Гартнер не появится в ближайшее время, я понимала отчётливо. Фрейлины меня откровенно игнорировали — перешёптывались между собой, хихикали, бросая на меня насмешливые взгляды. Что ж, ситуация затянулась, нужно ка-то её подтолкнуть к развитию.

С задумчивым видом я достала магофон.

— Видимо принцессе потребовались услуги леди Гартнер, — доверительно сообщила я фрейлинам. Как я помнила, одну из них звали леди Глория, а вторую — леди Эстер. — Похоже, нам понадобится новый провожатый, надо сказать об этом лорду Рикбуру.

У меня был новый магофон — мне предоставил его Жером для связи и в нём уже были внесены около десятка номеров. В том числе — контакты самого Жерома и его советника. Но на всякий случай я достала не телефон, а сотворённую иллюзию. А ещё активировала в одно касание записывающий кристалл, встроенный в один из перстней у меня на пальцах. Как хорошо, что я не успела раздеться и снять большую часть своего шпионского снаряжения, которое мне выдали как агенту Тайной Канцелярии.

Как и следовало ожидать, дамы тут же активизировались, и леди Глория попыталась «случайным неловким» движением выбить у меня телефон из рук. А потом со словами: «ну надо же, я такая неловкая» «нечаянно» подвернула каблук и, чтобы устоять, резко взмахнула руками, с силой ударив меня по руке с телефоном. Удара я не почувствовала — сработала защита, но «телефон» выпал на пол.

Я отскочила в сторону, но тут рядом со мной оказалась леди Эстер. Я увидела, как она активировала полог тишины, а потом она со всей силы толкнула меня дальше вглубь коридора. Глория встала рядом с ней, перекрывая мне дорогу назад. Леди выглядели настолько дружелюбно, насколько дружелюбно могут выглядеть гиены с поднятой дыбом шерстью и разинутыми клыкастыми пастями, из которых капает слюна. Я опять с нежностью вспомнила юных созданий, «напавших» на меня в коридоре летней резиденции короля Альверана.

— Ты что о себе возомнила? — прошипела между тем Глория. — Ты решила, что раз ты из другого мира, то тебе позволено беспокоить лорда Рикбура своими дурацкими капризами?

— Тебе сказано ждать — значит стой и жди хоть до рассвета! — поддержала подругу Эстер. — В какой конюшне тебя воспитывали, что ты не знаешь элементарных правил?

— Лорд волен таскать себе девок хоть из кабака, хоть из другого мира. Только здесь ты — никто! Он отдал твоё обустройство на милость госпожи гофмейстерины и тебе надо о-о-о-о-очень сильно постараться, чтобы заслужить её благосклонность. Потому что только от неё зависит где и как ты будешь жить.

— А если ты повелась на красивые обещания мужчины, хоть он — принц, и думаешь, что его будет заботить где ты и что с тобой, то ты — полная дурочка. Он о тебе не скоро вспомнит. Через неделю или две. А к тому времени ты успеешь оценить всю значимость покровительства леди Гартнер и своё место в иерархии.

— Вы так уверенно делаете заявления за принца! Не подумали, что я могу быть важной персоной и это не у меня, а у вашей покровительницы могут возникнуть проблемы?

Фрейлины переглянулись, фыркнули и громко рассмеялись. В этом смехе было их чувство собственного превосходства и насмешка надо мной. Что ж, ладно.

— Значимые персоны прибывают со свитой, а юные девушки — с родителями или дуэньями. Никто не отправит дочь одну даже в лавку напротив. Тем более — в другой мир. И то, что тебе назначат сопровождение здесь — не изменит этого позорного факта! — злорадно выплюнула Глория.

Во время разговора они продолжали наступать, оттесняя меня всё дальше.

Я сделала вид, что ничего не понимаю и, пропустив мимо ушей оскорбительные намёки, уточнила.

— Что, и ведьмы в вашем мире ходят только в сопровождении? А в свободное время, наверное, крестиком вышивают? Неужели свобода и независимость — это не про здешних ведьм?

Шпилька была в адрес Глории. Ведь я явственно чувствовала в ней ведьминский дар. А ещё, воротник её платья был украшен изящной вышивкой — похожим рукоделием занимались многие знатные дамы в Альверане.

Глория хотела сказать что-то резкое, но передумала, увидев знак Эстер. И вторая снисходительно пояснила мне, что у ведьм, в королевстве Наргай есть свои привилегии и свободы. Но для этого надо быть ведьмой! А ты — недоразумение — добавила она, указав на мои браслеты — ограничители, и неожиданно сильно толкнула меня в грудь. Я отступила на шаг назад, пытаясь поймать равновесие, запнулась за что-то и отлетела ещё дальше, оказавшись в каком-то помещении. А добрые фрейлины уже зарывали дверь.

— Что происходит? Вы с ума сошли? — воскликнула я на автомате.

Весёлый смех за дверью был мне ответом.

— Так будут выглядеть твои апартаменты, пока ты не попросишь покровительства у леди Гартнер. Посиди, подумай — на голодный желудок думается хорошо!

И они снова рассмеялись.

— А вы не боитесь, что о ваших проделках узнает принц и его семья?

— А кто им расскажет? Ты что ли? Мы скажем, что ждали госпожу гофмейстерину, а ты тихонько ушла, нас не предупредив. Мы искали тебя, но не нашли. Сама виновата.

— И что бы ты ни говорила, поверят, нам — фрейлинам принцессы, происходящим из уважаемых семей, а не какой-то авантюристке.

— Была тут одна — тоже из другого мира. Думала, что раз она — истинная принца Жерома, то к ней будет какое-то особое отношение. Как — же!

— Ага, только принцу на неё было всё равно, вот и жила она здесь. До-о-о-о-олго. А теперь ты поживёшь.

Что ж, они, похоже, не знают, что я прихожусь этой самой истинной дочерью. Знает ли об этом гофмейстерина? Ведь это явно не экспромт — всё было запланировано.

Голоса фрейлин становились всё тише, пока не смолкли вдали. Я огляделась и увидела, что нахожусь в просторной комнате с тяжелыми шторами на давно немытых окнах. Мне казалось, Сантар говорил, что Флоранс поселил чуть ли не со слугами. Но коридор не похож на часто используемый. Даже с учётом того, что у слуг сейчас рабочий день.

Увидев двери, я сначала обратилась к своему дару, он показывал, что помещения пусто. За дверями я последовательно обнаружила санузел, гардеробную и комнату побольше — видимо гостиную. Из гостиной коридор вёл в прихожую. Дверь была заперта, но в коридоре слышались шаги, голоса. А вот и коридор для слуг. Видимо апартаменты имеют два входа.

В целом, обстановка навевала мысли о доме небогатого — средней руки купца. Довольно просторно, есть всё необходимое, но всё недорогое. Как будто дизайнер взял за основу апартаменты богатого аристократа, а потом заменил все материалы на значительно более дешевые.

Тут давно никто не жил. Мебель была укрыта чехлами, шторы задёрнуты. Но ни пыли, ни затхлости не было — видимо работает артефакт или дворцовый дух (такое тоже бывает).

Я собралась достать настоящий телефон и позвонить Жерому. Делать мне здесь было нечего, а раскрывать свои секреты ради того, чтобы устроиться с удобствами в комнате для прислуги я не планировала. Но в этот момент почувствовала, что в комнате кто-то есть. И этот кто-то чувствует любопытство и расположение.

Я повернулась туда, куда указывал мой дар, и чуть не подпрыгнула от восторга. Домашняя нечисть! Я много читала про домовых, но пока не встречала. На подоконнике стоял, поставив руки в боки, мужичок в высоту чуть больше, чем длина моей ладони с пальцами. Одет он был в добротную одежду. Был не стар и не молод, имел бороду, румяные щёки и ярко-фиолетовые глаза. Никакой угрозы я не ощутила.

— Здравствуй, Хозяин! — поприветствовала я его.

— И тебе здравствовать, молодая ведьма, — ответствовал мужичок. Было видно, что вежливое обращение пришлось ему по душе.

— Зря они тебя сюда привели — вижу, не так ты проста. А ещё вижу, что родня ты той ведьме, что до тебя тут жила.

— Флорентиане?

— Да, ей.

— Я её дочь.

— А сюда как попала?

— Да так еж примерно, только пока истинной никто не объявляет. Говорят — гостья.

Мужичок фыркнул и что-то пробурчал себе поднос.

— Ну, объявили её истинной, а толку? Ничего хорошего ей это не принесло. Совсем тяжко ей тут пришлось бы, не будь меня рядом. А она — ведьма сильная, грамотная. Для нашего брата одно удовольствие с такой подружиться.

В общем, так: зови меня дядькой Евдокимом. А с размещением твоим сейчас что-нибудь придумаем.

— Дядька Евдоким, не нужно ничего придумывать. Я сейчас принцу сильно нужна, причём всем довольная и радостная. Так что я сейчас ему позвоню, и он лично меня проводит в приготовленные покои.

— Да, видел — готовили покои шикарные — три дня бегали без передыху. Так это для тебя? Интересно. Расскажешь?

— Не сейчас. Ты заходи вечерком — взвару попьём, пообщаемся.

— Взвару — это хорошо. Приду.

Тут я не удержалась и задала домовому вопрос про два коридора, в которые выходят двери комнаты.

Он засмущался, а потом сказал, что будет лучше, если я сразу от него всё узнаю. Оказалось, что таких апартаментов по коридору слуг несколько. Раньше в этом крыле проживал брат короля. Он не брезговал заводить любовниц из прислуги. Вот их-то он и селил в такие «господские» условия. Второй коридор — господский, он им пользовался, чтобы посещать свой гарем. Для служанок такие условия было роскошью. Потом мужчина рассорился с королём и съехал из дворца. А крыло сделали гостевым.

От услышанного мне стало совсем мерзко. Это же надо — поселить свою истинную в помещение для служанок — наложниц. Фу-у-у-у-у-у! Надеюсь, что Флоранс об этом не знала.

— Раньше не знала — не хотел её ещё больше расстраивать. А сейчас уже знает.

Оказывается, я произнесла это вслух. Ладно, пора двигаться дальше.