Эпилог. Фирменное блюдо Чи Фана

Через несколько месяцев Гарт всё-таки приготовил фирменное блюдо.

Точнее, сначала он приготовил жаркое с овощами, пряными травами и густым соусом. Потом Чи Фан потребовал внести в рецепт «дыхание небес». Гарт предложил ему подышать над котлом. После короткой ссоры в жаркое добавили копчёный перец, а в меню появилось «Божественное насыщение».

— Название слишком общее, — возмущался Чи Фан в день первой подачи. — Где упоминание моего имени, происхождения и несравненной силы?

— На одной странице с ценами всё не поместилось, — объяснила я.

В качестве утешения я назвала маленькие пирожки с мясом и зеленью «Чифаниными радостями». Это оскорбило его ещё сильнее.

— Звучит так, будто мои радости маленькие и продаются по три медяка!

— По четыре, — поправила Риана. — После обеда подорожали. Их разбирают быстрее жаркого.

Чи Фан немедленно потребовал долю с продаж.

Вечер только начинался, а свободных столов уже не осталось. Мы с Гартом как раз закончили спор о ягодах в соусе: он приготовил половину жаркого по своему рецепту, вторую — по моему, а теперь сердился, потому что гости одинаково охотно заказывали оба варианта. У входа сушили плащи, во дворе Веста разливала ведьмин глинтвейн из большой жаровни, хотя до зимы было ещё далеко. Гости утверждали, что наш глинтвейн помогает от холода, плохого настроения и неудачных свиданий. Я предупреждала только об одном: после третьей кружки свидание могло показаться удачным.

Риана управляла залом одним поднятым пальцем. Помощницы видели знак даже через толпу. Нолли выпускала продукты из кладовой по счёту и научила этому ещё одну девушку, но связку главных ключей никому не доверяла. Тибер работал во дворе. Он уже выбрал место для двух дополнительных стойл и копил деньги на первую собственную лошадь.

— Весной можно пристроить навес, — рассказывал он Орейну, раскладывая на стойке неровный чертёж. — Тогда постояльцам не придётся искать конюшню на соседней улице. А за корм я буду отвечать сам.

— Смету сначала покажи Мирай, — посоветовал Орейн. — И не прячь половину расходов под словами «прочая нужная древесина». Она всё равно найдёт.

— Уже нашла, — отозвалась я из-за его плеча.

Тибер вздохнул и забрал чертёж на исправление.

Орейн проводил его, затем обнял меня со спины и упёрся подбородком в макушку. За последние месяцы возле моей кровати появились его запасная рубашка и сапоги. На ферме для моих трав выделили отдельный шкаф, а его родные перестали собираться всем семейством каждый раз, когда я приезжала к ужину. Теперь приходила только половина.

Иногда я ночевала там. Иногда Орейн оставался в комнате над залом и утром спускался помогать Гарту, пока я готовила настойки. О свадьбе мы пока не говорили серьёзно. Чи Фан делал это за нас и уже составил перечень блюд, которые требовал подать на торжестве.

— Ты опять не обедала, — произнёс Орейн мне в волосы.

— Пробовала жаркое.

— Три ложки не считаются.

— Этот пункт я вычеркнула из договора.

— А я продолжаю исполнять его добровольно.

Он поставил передо мной тарелку. Спорить не хотелось, тем более Гарт наконец довёл соус до нужной густоты.

Вместе с тарелкой на стойке оказался конверт. Его принёс городской посыльный и сразу ушёл, не требуя ответа.

Письмо от Валентора занимало половину страницы. Он писал, что остался в родовом имении, отказался от места в семейном совете и помогает привести в порядок управление землями, которыми раньше почти не интересовался. О прошлом не спрашивал и возвращения не обещал.

К письму прилагалась редкая книга о драконьих травах с подробными рисунками корней и описанием их действия на оборотней.

«Для твоей работы. Без скрытых условий», — значилось на внутренней стороне обложки.

Я убрала письмо в ящик, а книгу оставила возле весов. В ней уже нашлись два растения, которые стоило заказать к весне. Валентор наконец научился дарить помощь так, чтобы она не требовала ничего взамен.

— Хорошая книга? — поинтересовался Орейн.

— Очень. Здесь есть глава о зимних простудах у оборотней.

— Тогда придётся чаще болеть. Нельзя позволять редким знаниям пропадать.

— Попробуй — получишь самый горький отвар.

— Угроза принята.

Он украл кусок мяса из моей тарелки и отправился помогать Тиберу с фонарём во дворе.

Чи Фан тем временем доел шестую «Чифанину радость» и подвинул ко мне пустое блюдо.

— Небесному покровителю требуется седьмая радость. Для обеспечения успеха.

— Сначала небесный покровитель вытрет со стойки крошки.

Чи Фан возмущённо зашевелил усами. Через минуту он уже старательно сметал крошки хвостом и уверял гостей, что проводит древний обряд очищения. Я подбросила полено в очаг и чаг и поняла: вот она, моя счастливая жизнь — шумная, тёплая и пахнущая пирожками.