Глава 20

– Да, господин, – с этими словами Катя опустила голову, не в силах смотреть в глаза Чернобога.

Каин ощутил тепло, разливающееся внутри. От ее покорности в нем просыпалось желание. Маленький, своенравный щеночек, потихоньку осознающий свое место. Ее кожа словно хрусталь, блестела в свете луны. До этого момента ничего прекраснее он не видел. Похоть становилась все сильнее, мужчина боялся не совладать с собой. Сделал шаг к ведьме, но она в страхе отступила назад.

– Ты замерзнешь, – Каин повторил ранее произнесенные слова.

– Все в порядке, – бросила девушка.

В порядке? Он видел, как Катя дрожит, пытается согреться, обнимая себя хрупкими руками. Еще секунду назад хотел разбить ее, словно фарфоровую куклу, задушить и уничтожить всякое упоминание о том, что сам Чернобог был клеймен таким гадким образом. Но теперь Каину становилось стыдно. Ему – богу славянского Пантеона, стыдно? Мужчина сжал челюсти от накатывающей ярости, затем оказался за спиной девушки, взял за плечи и прошептал:

– Спи, маленький щеночек.

Она мгновенно начала оседать, и мужчина поймал хрупкое тело руками. Такая маленькая и такая боевая. Он аккуратно взял Катю на руки, стараясь укутать в собственных объятиях, как сквозь тьму прорезался холодный знакомый голос:

– Сколько будешь бегать от себя, брат? Твое царство погрязло в хаосе. Голодные тени атакуют остальные миры, Чернобог.

Хару, сверкая горящими глазами, стоял напротив него.

– Теперь тебе есть, что защищать. Возьми правление в собственные руки. Хватит бегать, бог-изгнанник.

– Ты в психологи заделался? – уточнил Каин, укладывая замерзшую ведьму на траву, затем стягивая с себя рубашку, – моя позиция с появлением Кати не поменялась. Пантеон пусть сам разбирается со своими мирами. Они меня сюда отправили в жалком человеческом теле, они пусть и решают проблемы.

Вуд укутал спящую ведьму в мягкую, но тонкую ткань, затем снова взял на руки и отнес в комнату. Причитания о́ни уже порядком надоели. Сладкий запах девушки, ее вещи сводили с ума. Ни одна женщина за тысячи лет не имела над ним столь сильной власти. Положив Катю на матрас, Каин закрыл окна, затем присел на колени рядом с футоном. Руки сами потянулись к ее лицу, убирая пряди волос с щек и губ. Боковым зрением мужчина заметил пару глаз, наблюдающих за его действиями. Небольшая круглая тень жалась к стене, всеми силами пытаясь не показываться.

– Не бойся, – устало произнес он, – я не в том настроении, чтобы вредить вам. Почему ее защищаете?

– Договор, – пискнул клубок и еще сильнее сжался, – хозяин теней.

– Почему не рассказали обо мне? – ему было даже любопытно.

– Слишком слабая, – огромное дерево всунуло морщинистую морду, толкая и открывая балкон, – не выдержала бы.

– Закрой дверь! – рявкнул изгнанник, затем смягчился, – я не помню вас в Нави. Вы умны, имеете стабильную форму и связаны с моей ведьмой. Почему? Откуда взялись?

Тени промолчали. Катя безмятежно спала, грудь слегка вздымалась и опускалась, завораживая изгнанника. Как же он хотел ведьму, прямо сейчас. Разорвать одежду, проникнуть в нее и сделать своей. Но лишь ему одному во всем мире это было запрещено. Она могла возненавидеть своего бога за такой поступок, Каин бы не оставил выбора, приковал к себе силой, которую нельзя обмануть. Малышка не знала этого и яростно стремилась к нему. Выдохнув, Вуд снял с нее свою рубашку и натянул на себя. Огляделся в поисках одежды для сна, залез в шкаф, затем поднял глаза на все еще дрожащую тень.

– В чем она спит? – резко уточнил изгнанник.

Клубок осторожно подобрался к краю, затем захлопал глазами.

– Без одежды, – пискнула тень и снова забилась, на этот раз в угол.

– Да не бойтесь, – вздохнул Каин, – не до вас сейчас.

Он снова внимательно глянул на безмятежно спящую Катю. Сам не понял, как опять присел рядом и провел пальцами по порозовевшим в тепле губам. Что же с тобой творится, Чернобог?

– Каин… – прошептала она, окончательно доводя Вуда до безумия.

Он резким движением расстегнул ее джинсы, затем стянул их, оголяя побледневшие от прохлады бедра.

– Позволю себе совсем немного, – шепнул Каин, грозно глядя на клубка, но тот лишь дрожал от страха.

Кончики пальцев скользнули по мягкой коже, вызывая новый приступ похоти. Нельзя переходить границу и поддаваться зову тела. Он играл сам с собой, понимая, что заходит слишком далеко. От ее лона исходил восхитительный аромат, который так хотелось вкусить. Стянув с Кати спортивные трусики, изгнанник поймал себя на мысли, что даже эта часть тела ведьмы аккуратна и красива. Замечал ли он раньше? Размышления прервал томный девичий вздох. Девушка немного раздвинула ноги, показывая Вуду все больше. А он ведь всего лишь хотел уложить ее спать.

Блузка оказалась легкой и воздушной, большой вырез позволял изгнаннику наслаждаться очертаниями круглой и мягкой груди, не открывая ее полностью. Но ему было нужно больше. Не совладав с собой, Каин рванул ткань, которая мгновенно разошлась по швам, затем снял с нее утягивающий бюстгальтер.

– Почему ты вечно все прячешь, щеночек? – прошептал он, едва касаясь пальцем розового соска.

Мягкий, но упругий, он демонстрировал, что даже во сне ведьма полностью починена изгнаннику. Ее тело давно принадлежит ему, стоит лишь протянуть руку и сорвать этот цветок. Каин почувствовал, как разум затуманивается, подчиняется ее манящей красоте. Со звериным рыком он одернул руку, застегнул свою рубашку и отодвинулся. Оставалось последнее, чего изгнаннику хотелось все эти долгие месяцы. Один штрих, завершающий страстный этюд. Мужчина нагнулся и коснулся ее губ своими, раскрывая и так приоткрытый ротик ведьмы. Наслаждение ударило в голову ярким потоком, но смог Каин взять себя в руки и резко оторвался от Кати. Пальцы в последний раз очертили контуры ее тела, затем Вуд укутал ведьму одеялом. Глядя на ее сбивчивое дыхание, порозовевшие щеки, изгнанник хищно улыбнулся.

– Осталось совсем немного, щеночек, – сказал он, – совсем немного…

С этими словами Каин Вуд вышел из спальни ведьмы. Мухорт по определенным причинам расположился в местной гостинице. Добравшись до номера соратника, Вуд устало ввалился в его комнату, проходя в ванную и обрызгивая лицо ледяной водой. Внутри все горело пламенем, не давая сосредоточиться на деле.

– Ты припозднился, – сказал колдун, – как там Катюшка?

– Спит, – отрезал Каин, выгоняя из головы пьянящие картины голого женского тела, – слишком многое на нее свалилось за сегодня.

– Она чуть не проиграла, – усмехнулся Мухорт, – уверен, это был непростой поединок.

Вуд лишь кивнул. Не хотелось даже думать о том, что сводный брат попросил у девушки в случае ее проигрыша. Наверняка что-то такое, за что стоило бы оторвать ему голову. Но щеночек победил. Каин вспоминал яростный и сосредоточенный взгляд ведьмы, невольно улыбаясь. Он что, гордится?

– Ее врагам не поздоровится, – усмехнулся изгнанник, плюхаясь в кресло, – ты как? Уверен, что хочешь здесь жить?

– Люблю аутентичные гостиницы, – усмехнулся колдун, стряхивая с руки тонкую корку льда, – тут я хоть никому навредить не смогу.

– Нужна помощь? – уточнил Вуд.

– Нет, – Мухорт с горечью глянул на окно, за которым тьма пеленала спящий двор, – что с ним сделаешь?

– Не знаю, – отозвался изгнанник, – норд может оказаться ей полезен.

– И ты так просто это говоришь? Глянь на себя, тебя ж трясет от гнева.

Вуд улыбнулся едкому замечанию колдуна.

– В первую очередь я должен защитить ведьму. Обиды или ревность здесь роли не играют. Поехали в клуб.

Ночной Токио каждый раз поражал Каина, хоть он и видел его тысячи раз. Неоновые огни, множество людей, туда-сюда снующие машины, улыбающиеся лица. Жизнь вокруг себя изгнанник снова стал замечать лишь после знакомства с Катей. Маленькая девушка, несмотря на скованность и полную неуверенность разжигала в нем желание жить. Чернобог, которого он прятал внутри, стал чувствовать, ощущать потоки и энергии, текущие в окружающем мире. Даже ненависть к Пантеону отошла на задний план, жажда мести трансформировалась в стремление защитить хрупкое существо с изумрудными глазами.

«Venefica» была заполнена людьми, нынешний управляющий прекрасно справлялся со своими обязанностями. Каин с соратником прошли внутрь, стараясь не попадаться на глаза персоналу. Но это удавалось с трудом, каждый официант или хостесс вежливо кланялись владельцу заведения. Никогда еще изгнанник так не желал слиться с толпой. Но в Токио это было невозможно. Пройдя через бушующий танцпол, они с Мухортом проскользнули в гримерку. Длинный коридор, усыпанный приватными комнатками, заканчивался одним залом среднего размера, где обычно группы собирались целиком после концерта или для обсуждения чего-то важного. Из-за полупрозрачной двери раздавались недвусмысленные звуки.

Взглядом Вуд вышиб дверь. На него и колдуна уставились несколько пар удивленных глаз.

– Пошли вон, – прорычал Каин.

Два члена «Берсерков» и три полуголые японки, прижимая к груди свои вещи, рванули из помещения. Норд при этом не пошевелился, поскольку сам лишь курил, даже не прикасаясь к обнаженным женским телам. Голубой дым распространялся по обитой алым бархатом комнате.

– Какие люди, – протянул мужчина.

– Здравствуй, Хъёрд, -сурово ответил изгнанник.

Мухорт закрыл дверь на ключ.

– Мы сегодня под настоящими именами, Чернобог? – в желтых глазах некроманта промелькнуло пламя вызова.

– Как быстро ты переключился с ведьмы на своих шлюх, – улыбнулся Каин.

Кристиан медленно поднялся и подошел вплотную к Вуду. Тот смерил его презрительным взглядом. Колдун напрягся, не зная, чего можно ожидать от своего господина.

– Ты ошибаешься, – улыбнулся норд, – я бы вообще руки не мыл, чтобы оставить на них аромат ее кожи.

С этими словами некромант развернулся и… не смог сделать и шага.

– Зря ты повернулся ко мне спиной, – улыбнулся изгнанник.

Тело Кристиана словно парализовало, внутри разливалась боль. Такая знакомая, но от этого еще более жуткая.

– Как банально, Чернобог, – прохрипел он.

Однако горло стягивали невидимые нити, и мужчина упал на колени.

– Так ты мне больше нравишься, Хъёрд, – произнес изгнанник, не отпуская некроманта.

Каин прошел мимо задыхающегося норда и сел на диванчик, затем слегка отпустил тени. Кристиан глянул на него исподлобья.

– Можешь убить меня, покалечить, да что угодно, – его губы тронула хитрая улыбка, – но что толку?

– У меня предложение, – сказал изгнанник, игнорируя сарказм, – от которого ты не сможешь отказаться.

– Может, отпустишь его? – отозвался колдун, – он сейчас концы отдаст.

– Черта с два, – выплюнул Кристиан.

Тем не менее Каин отпустил норда. Гнев внутри начал отступать при воспоминаниях о Кате. Что за ерунда?

– От тебя требуется немного, – сказал изгнанник, – защищай ведьму и будь рядом, если понадобишься. Ты ведь тоже чуешь волнения в мире мертвых?

– Да, – сказал норд, – с удовольствием буду рядом с ведьмочкой. Мог даже и не предлагать.

– Пальцем ее коснешься, убью, – спокойно уточнил Каин.

– Попробуй, – рассмеялся Кристиан, – если сама меня позовет, ты будешь бессилен.

Вуд смерил норда суровым взглядом.

– Заткнись, Хъёрд, – изгнанник с огромным трудом держал себя в руках.

В голову то и дело лезли нелицеприятные картины. Как же тяжело контролировать это жалкое тело. Ревность сжирала его заживо, как голодная химера.

– Перейдем к делу, – нужно было возвращать разговор в нужное русло, – за ведьмой охотятся те, кто поставил этот шрам на твоем лице. Или ты не спрашивал, что славянская ведьма забыла в Японии?

– Не успел, – отрезал Кристиан.

– Облапать ее успел, а уточнить причины нахождения здесь – нет? Похоже на тебя, – отозвался Мухорт.

– О, а ты и своего питомца сюда притащил? – огрызнулся некромант, – я и не заметил.

– Тихо, – сказал Вуд, – хватит. Если ты не готов снова столкнуться со старым врагом, то я просто уйду. И Катю ты больше не увидишь. Ты ей поведал историю Кристины?

В глазах некроманта мелькнула боль. Ну конечно, Чернобог не мог не надавить на старую рану.

– Наши отношения с ведьмочкой – не твоего ума дело. Или без лжи и манипуляций диалог вести не умеешь?

– Я никогда не вру, норд. Но думаю, ей было бы интересно узнать, что одну свою возлюбленную ты уже погубил. Это честно, не находишь? – гадкая улыбка не сползала с лица Каина.

Кристиан вскочил на ноги, в желтых глазах проявилась ужасающая энергия разложения, окрашивающая их в густой зеленый цвет, которая начала стремительно расползаться по телу. Но Вуд не двигался. Некромант понимал, что смертный не может соперничать с богом. Но как же ему хотелось снова прикоснуться к маленькой ведьме, утащить ее из зловещих лап Чернобога.

– Я сделаю, что нужно, – прорычал Кристиан, – но не из-за твоих угроз, а ради ее безопасности. Если выберет меня, ты ничего не сможешь сделать, Чернобог. А я сделаю все, чтобы она выбрала нормальную человеческую жизнь. Посмотри, до чего ты довел бедную девочку.

– О чем ты? – Вуд начинал терять терпение.

Каждое слово норда било по его равнодушию, вынуждая бороться с собственной яростью.

– Бедняжка ничего о себе не знала. Думаешь, защищаешь ее, да? – некромант с вызовом глянул на Каина, – или щекочешь собственное эго за счет юной девушки, которая тебе верит? Ничего не говоришь, манипулируешь. Но я знаю почему. Ты боишься, что, узнав правду, она бросит тебя.

– Осторожнее, Хъёрд, – предупредил Каин, – мое терпение не безгранично. Поверь, многие отдали бы жизнь за честь защищать мою ведьму. Хотя она и сама может постоять за себя, с моей-то силой. А что можешь ей дать ты?

– Нормальную жизнь простого человека. То, что вы – боги никогда с вершины собственного самомнения давать не желали. Ведьма Сварога погибла из-за него. Почему никто не думает, как тяжело быть особенной, отмеченной? А ты ведешь Катю прямиком к краю пропасти. Что будет, если устранить угрозу, защитить Правь и Явь от крылатых паразитов? Уйдешь в Навь и будешь править? А ей оставишь разбитое сердце, сожаления и, в самом плохом случае, ребенка?

Изгнанник устал это выслушивать. Тень рванула некроманта вверх, подвешивая над полом. Но тот смотрел на Каина без тени страха. Кристиан верил в собственную правоту. Мухорт коснулся плеча господина.

– Я думаю, он все понял. В любом случае очевидно, что норд влюблен в твою ведьму, так что никуда не денется. Отпусти его.

Массивное тело Кристиана рухнуло на мягкий пол к ногам Каина.

– Твое дело – защищать ее. Большего не прошу. Подведешь ведьму – умрешь.

Перешагнув через некроманта, Каин Вуд открыл дверь и вышел. Ему поскорее хотелось оказаться на воздухе, поскольку норд был прав. Боги обрекали своих ведьм на одиночество в ожидании смерти и возможности оказаться в священном тереме. Но что он сам мог дать Кате? Страдания ради посмертия в мире Теней? Мухорт не успевал за своим господином. Оказавшись у машины, Вуд облокотился на нее, прислонившись к холодному металлу лбом, пытаясь унять гнев.

– А я говорил, – сказал колдун, – некромант всегда был острым на язык. Ты сейчас уязвим, пока не…

– Выбора нет, – Вуд глубоко вздохнул и сел за руль, – отвезу тебя в гостиницу, потом поеду к Юи.

– Ты же вроде хотел завязать, – сказа Мухорт.

– Это я и сделаю.

Каин набрал номер, который знал наизусть и назначил встречу с Юи Араи. Безумный день отразился на всем теле. Внимание рассеивалось, руки и ноги сильно ныли. Норд и правда вывел изгнанника из себя.

– Какие твои планы? – спросил колдун, когда они уже въезжали в плохо освещенный двор гостиницы, – расскажешь ей о кандалах?

Вуд вздохнул.

– Да. Перед тем, как принять решение, Катя должна узнать все.

– Если откажется?

– На то ее воля, – сказал изгнанник, – выметайся, у меня еще встреча.