Эпилог

Кто-то явно влил в меня пару литров зелья неудержимой энергии, а я и не заметила. Накануне мы снова устроили шашлыки, причем такие веселые, что не расходились почти до рассвета. Умбря опять достала Тигру, и тот загнал ее на дерево. Когда Уилл возмутился, что мой питомец обижает его тень, и попытался ее достать, они внезапно образовали коалицию и войной пошли на Уилла. За противостоянием наблюдали все.

Потом, когда разошлись (меня даже освободили от почетной обязанности наводить порядок после посиделок), Уилла вдруг потянуло на эротические подвиги, и еще несколько часов мы занимались исключительно друг другом, не обращая внимания на такие мелочи, как сон и дела.

После всего я думала, что просплю до самого обеда, но… открыла глаза чуть ли не раньше всех. Только Эрл гремел кастрюлями на кухне, соображал завтрак. Все остальные еще спали, это я поняла по отсутствию очереди в душ.

Уилл тоже спал, причем во сне он как-то исхитрился снова взять мою руку в свою и сжать кристалл, что стоял на тумбочке, опять вливая в меня магию. Вставая, я уложила его в удобную позу и с трудом удержалась от того, чтобы разбудить. Есть и пить хотелось больше, чем развлекаться в постели с будущим мужем.

В общем, лениво зевая, потягиваясь, разминая затекшую спину и всячески демонстрируя свое отношение к раннему утру, я пересекла холл, чтобы выйти к кухне и стребовать себе что-то съестное.

Как вдруг остановилась и медленно обернулась.

Интуиция уже работала безо всяких сбоев. Что-то было не так. Я внимательно осмотрела холл. Двери – заперты, значит, никто не выходил и не заходил. Окна закрыты, никакая нечисть не проберется. Все целое, ничего не сгорело, потопа не было. Что не так?

Потом я поняла: принесли почту! Именно почтовые конверты и свертки так привлекли мое внимание. Обычно горнякам приходили только письма. Отправка в такие края посылок стоила баснословных денег, и ничего тяжелее открытки никому не приходило. Но в этот раз на полу лежали три внушительного размера посылки.

Нехорошо читать чужую почту… нехорошо интересоваться чужими посылками. Но разве можно удержаться? Я не могла не выяснить, кому это у нас такое счастье принесли с первым утренним драконом.

И каково же было мое удивление, когда я прочитала на обертке собственное имя!

«Для леди Хейлин ди Амос от Рикки Карамель».

– Рикки? – вслух удивилась я. – Что она могла мне прислать?

Из ниоткуда вылезла Умбря, и я вздрогнула.

– Хоть свисти, когда появляешься. Смотри, как думаешь, что там?

Тень пожала плечами и навернула вокруг коробок пару кругов, всем своим видом демонстрируя: ну открывай уже скорее, открывай!

Что я и сделала после недолгих колебаний. Раз посылки для меня, имею право. Вот все-таки кто мой настоящий друг: Рикки. Наверняка прислала мне кучу приятных…

– Книг?! – ахнула я.

Во всех коробках обнаружились книги, причем совершенно одинаковые. Я насчитала ровно тридцать один экземпляр, ряды ядовито-розовых корешков смотрелись неуместно и странно.

– Ничего не понимаю.

Умбря не выдержала и достала из коробки одну. С обложки на нас смотрела… я.

Мой портрет, если уж быть занудой. Художник рисовал меня с другого портрета, который папа заказал на восемнадцатилетие. Но зачем-то на книге Рикки мне пририсовали меховое манто.

– Кулинарная книга стервы?! – ахнула я в следующий момент. – Правдивая история о том, как городская красотка покоряла неприветливый север?! О, Светлейшая… или Темнейший… блин, только бы Уилл не узнал!

Я листала книгу, и чем дольше это делала, тем сильнее накрывало паникой.

– Умбря, она все мои письма оформила в книгу! Все, до единого! Здесь есть, как меня наказали, как я приехала сюда, как мы воевали с Уиллом, травили глаза! Только про бога нет, потому что дальше мне уже некогда было писать, но… но Рикки сделала из моей истории книгу!

Вдобавок к посылке шла открытка.

«Дорогая Хейлин!

Прежде всего выражаю сожаление, что давно не получала от тебя новых писем. Надеюсь, у тебя все хорошо, скоро снимут наказание, и мы сможем увидеться. Ну а если нет, то мой сюрприз наверняка придется тебе по вкусу. Я написала книгу, Хейлин! О тебе и твоих приключениях. Поверь, эта история достойна того, чтобы ее увековечили!

Конечно, тебя ждут проценты с продаж, и будь уверена, они впечатляют! Ты сможешь начать собственную, не зависящую от отца жизнь. Я уверена, у тебя будет миллион предложений об интервью и куча приглашений на светские тусовки, потому что «Кулинарная книга стервы» расходится очень хорошо! Кстати, с твоего позволения, я включила в книгу парочку рецептов от спонсоров. Твои роялти, разумеется, ждут тебя в целости и сохранности.

Я прислала тебе тридцать экземпляров, чтобы каждый герой моего романа получил возможность поставить томик на полочку. Твоему отцу выслала на домашний адрес. С нетерпением жду твоего отзыва, но нескромно замечу, что получилось просто отпадно!

Целую, твоя Рикки».

– Катастрофа! Если папа это увидит… он в любом случае это увидит, или здесь, или когда приедет домой… но в этот момент я хочу быть как можно дальше!

Но я подозревала, что не только папа от такого народного творчества придет в ярость. Некоторым горнякам, может, и придется по вкусу быть героями Карамелькиного опуса, но Кейн совершенно точно покрошит меня в салат, а Эрл живьем сожрет и гарниром не заморочится.

– Еще и стервой назвала… стерва! – в сердцах буркнула я.

Потом пришлось взять себя в руки, с минуты на минуту должны были проснуться остальные. Нельзя было дать им увидеть это.

– В подвал! – решила я.

В доме было два подвала. Один, под кухней, использовался как хранилище, туда Эрл спускался регулярно. А вот вход во второй вел из холла, и там Кейн хранил в основном всякие полезные мелочи, кристаллы, моющие средства, а еще несколько бутылок с алкоголем на случай больших праздников. В подвал редко захаживал народ, а уж порядок там наводили чуть чаще, чем никогда. Если замаскировать книги, никто и не найдет… до поры до времени.

Но когда эта пора наступит, я уже буду далеко, в безопасности и недосягаемости.

Кряхтя и ругаясь, мы с Умбрей с трудом стащили три коробки вниз по лестнице.

– Да что тут можно было написать на четыреста страниц?! – возмущалась я. – Рикки! Убью!

В подвале вдруг стало понятно, что книги спрятать некуда: все шкафы оказались заперты, а помимо них были только голые стены. В отличие от разгильдяя Эрла, Кейн не терпел беспорядка.

– Хейлин! – раздалось откуда-то издалека. – Хейлин, Котлетка, мы опаздываем! Я хотел открыть портал пораньше, чтобы успеть на завтрак в годморстенской смотровой башне, там просто нереальные виды!

Хейли!

– Блин, это Уилл. И сейчас он перебудит весь дом.

Я в отчаянии посмотрела на розовые стопки книг, но в итоге махнула рукой.

– Пусть лежат. Сегодня сюда вряд ли кто-то сунется, а потом мы будем далеко. Идем, пока нас не спалили.

Мы успели буквально в последнюю минуту. Я только-только села в кресло в ближайшей гостиной, как в нее вошел заспанный Уилл.

– Ты чего раньше всех? – спросил он.

– Да так, не спалось.

Обмануть темного бога, пусть и не проснувшегося – дело весьма сложное. По моему виноватому виду Уилл совершенно точно определил, что я что-то натворила. Оглядел комнату, смерил суровым взглядом Умбрю. Но тень давно научилась делать честные-пречестные глаза и, надеюсь, скоро научит тому же меня.

– Все в порядке? – наконец с сомнением спросил Уилл, не найдя видимых подтверждений катастрофы.

– Ага, – поспешила его заверить. – Хочешь улететь перед завтраком? Мои сумки собраны, переоденусь и буду готова.

Бежать! Спешить переодеваться и вперед, к новым местам и новым приключениям. Годморстенский храм Уилла должен был оказаться местом удивительной красоты. А еще там есть кристаллы, которые помогут мне оставаться рядом с Уиллом, пока мы сами не решим расстаться (если вообще решим), а детям – на случай, если моя болезнь передастся и им.

– Хейлин, – настиг меня его голос у самых дверей, – я чувствую подвох, но не вижу. Точно все в порядке?

– В полном! – улыбнулась я.

И даже не соврала: подумаешь, какая-то книга. Мне-то что?

Спустя час мы были готовы. Немного странно было стоять в коротком легком платьице и плетенках посреди гостиной, когда за окном бушевала метель, а все провожающие кутались в теплые свитера. На островах сейчас жарко, а на одном вообще проснулся вулкан и затопил все раскаленной лавой. Морская экскурсия к лавовому острову стоила баснословных денег, но папа пообещал мне ее подарить.

Вообще, стоит все-таки забрать у Рикки свои отчисления. И заодно отчихвостить пронырливую писательницу, чтобы впредь неповадно было использовать личную переписку для выгоды! Я и не вспомнила, что в один момент, в самом начале, сама думала о том, что Рикки может написать книгу.

Папа мрачно смотрел то на меня, то на Уилла, ему не нравилась идея путешествовать по миру в поисках древних храмов, да еще и в компании темного бога. Наверное, знай он, что в итоге будет с любимой дочуркой, никогда в жизни не отправил бы меня в наказание. Хоть он и делал вид, что рад и вообще негоже вмешиваться в судьбу повзрослевшей дочери…

Хотя кто знает, если мою судьбу вела сама Светлейшая, то какой у папы был выбор?

– Заезжайте хоть, – буркнул он. – По праздникам.

«Конечно, папа. Только после того, как ты вернешься, увидишь книгу, пообещаешь меня убить и отойдешь немного. Через годик заглянем», – подумала я.

А вслух сказала:

– Ладно, нам пора. Я голодная, и вообще, как-то мне… м-м-м… нехорошо.

– Хейлин, ты здорова? – спросил отец с подозрением.

– Да, да, поехали уже, быстрее!

– Котлетка, что с тобой? Ты же еще вчера грустила, что уезжаешь, – шепотом спросил Уилл.

– Потом расскажу, надо сматываться!

– Опять что-то натворила? – усмехнулся он.

Но, к счастью, подхватил сумку с Тигрой, рюкзак с Умбрей и пожал на прощание руку всем присутствующим. Папа хмуро взирал на нас, не то не одобряя всю эту затею с путешествием, не то скрывая скупые отеческие слезы.

– Все будет нормально. – Я погладила его по руке. – Уилл хороший, он мне помогает. И любит.

– Он не человек, Хейли…

– Вот именно! Я еду путешествовать с богом!

– С темным, – напомнил папа.

– Так и я не святая.

– Это да. Будь осторожна, и, если что, я всегда тебя жду, а господин Бол снова сделает для нас лекарство.

– Хорошо. – Я улыбнулась.

Папа все-таки смахнул набежавшие слезы и, чтобы скрыть неловкий момент, к моему ужасу произнес:

– А не выпить ли нам напоследок? Я видел в подвале отличный образец годморстенского бренди, и…

– Ой, папа, мы опаздываем! Я м-м-м… хочу успеть на показ мод одного известного дизайнера.

Но папа, когда чего-то хотел, пер вперед как дракон и не обращал внимания на то, что там пищат над ухом жалкие комарики.

– Папа, я серьезно, мы уезжаем! – И уже Уиллу: – Открывай портал, быстро!

Паника в моем голосе заставила его поторопиться. Прямо в холле возникла сияющая расщелина, такая яркая, что хотелось зажмуриться.

– Всем пока! – Я послала ребятам воздушный поцелуй.

Взявшись за руки, мы шагнули в портал и, уже когда он практически закрылся, услышали:

– ХЕЙЛИН ДИ АМОС!

Хорошо, что через секунду мы были уже за тысячи километров от папы. Правда. Очень-очень хорошо. А еще просто замечательно то, что второй раз меня не накажут.

Повзрослевших дочерей ведь не наказывают, да?

Несколько лет спустя

Какой-то умник написал о том, что Градд неумолимо превращается в тропики, и, словно по заказу, весь день ливень сменяло солнце. Десять минут стены дождя, полчаса ласкового летнего солнышка. И так с самого утра. Если сначала народ еще хоть как-то надеялся на то, что распогодится, то к обеду оставил всякие чаяния и засел по домам.

Владелица шоколадной лавки, ведьма Дейзи Фолкрит, уныло мешала зелье в огромном, видавшем виды котелке. И зачем она его столько наварила?

Нет, назавтра зелье станет только вкуснее, но эти три часа, раз уж никому из жителей не нужен сегодня шоколад, можно было потратить на что-нибудь более полезное. Перешить на шляпе брошку – старая надоела, закончить аппликацию в садик для дочери или просто подумать о новом меню. Народ давно просил что-то прохладительное, и, если такая погода будет стоять и дальше, им определенно понадобится расширенное летнее меню.

Холодный шоколад? Нет, мороженое уже придумали. Холодный кофе? Как-то они с мужем летали в отпуск и там пробовали этот хваленый освещающий кофейный напиток. Большей гадости Дейзи в жизни не пила.

Шляпа, скучавшая рядом с котелком, допрыгалась и свалилась на пол. Вздохнув, Дейзи полезла под стол, и в этот же момент звякнул колокольчик. Отлично, просто отлично! Как только она залезает на стремянку, чтобы протереть верхние полки, прыгает под стол, чтобы достать вредную шляпу или вся измазалась в шоколаде, приходят посетители. А потом по городу идет слава о сумасбродной темной ведьме.

Хотя Дейзи уже давно перестала пакостить направо и налево. Теперь пакостит исключительно прямо.

– Если в этом городе и есть гастрономическое извращение, то только здесь, Котлетка, – услышала ведьма мужской голос.

– Пахнет вкусно, – вслед за ним женский.

Пришлось вылезать из-под стола, оставив несчастную шляпу в темном углу. Жарко ей было, бедной.

– Доброго дня! – Дейзи выскочила и широко улыбнулась.

Мужчина подскочил и выругался, а симпатичная девушка с огромным беременным животом лишь рассеянно кивнула, рассматривая витрину. О, Дейзи отлично понимала это состояние «чего бы такого съесть, но не этого».

– Давайте я помогу с выбором, у нас есть…

Она осеклась, встретившись взглядом с мужчиной.

– Э-э-э! – Тот поднял руки. – Кексы не надо! Я просто зашел поесть!

– А стражу?!

– А стражу, – передразнил ее Уилл. – Я смоюсь раньше, чем они сюда прибегут. А так мы поедим и пойдем дальше, у нас еще по плану какой-то там музей. – Затем он добавил еще более миролюбиво: – Да я серьезно, Хейли хочет есть, но есть что-то необычное. И только у тебя тут всякое… странное.

– И почему я должна верить человеку… то есть даже не человеку, – Дейзи скрестила руки на груди, – который меня обманывал, который меня запер вместе с умбринами в доме, который пытался убить наследника престола…

– Что ты пытался сделать?! – Та, которую он назвал Хейли, отвлеклась от витрины.

Уиллторн с раздражением пробурчал:

– Блин, ведьма, если из-за тебя меня жена бросит, я буду бомжевать у твоих дверей и распугивать посетителей!

Они упрямо смотрели друг на друга, никто не хотел сдаваться первым. Но чутье Дейзи еще не подводило, а в этот раз оно спало. Хотя какое чутье? В прошлый раз оно совершенно спокойно отнеслось к Уиллторну и позволило трижды себя обмануть.

Но в этот раз с ним была беременная девушка… уловка? Или действительно за прошедшие годы многое изменилось?

– Ой, хочу молочный коктейль! – вдруг выдала Хейлин. – Или корзинку с беконом…

Все же любовь к работе была в Дейзи сильнее всего. Она мгновенно поняла, что порадует Хейли, и едва на месте не подскочила от гордости за собственную идею.

– Я знаю, что вам нужно! Садитесь за столик, сейчас принесу.

В меню было всего несколько молочных коктейлей, их подавали в обычных стеклянных бокалах. Но Дейзи давно хотела попробовать что-то новенькое и даже испекла для этих нужд новые песочные формы.

Густой прохладный молочный коктейль идеально заполнил до краев стакан из песочного хрустящего теста. Сверху отлично лег ореховый крамбл, затем Дейзи щедро выложила розочку из густых сливок. Обмазала краешки стакана соленой карамелью и выложила замысловатый узор из жевательных фруктовых конфет.

Это определенно нужно ввести в меню, дети за такой коктейль будут готовы сделать все что угодно! Родителям совершенно точно придется раскошелиться.

– Ух ты-ы-ы, – протянула Хейли, когда Дейзи принесла ей произведение сладкого искусства.

Украдкой ведьма рассматривала избранницу Уиллторна. Красивая, молодая, не старше ее самой, темноволосая, с полными яркими губами и очень пушистыми ресницами. Ей шла беременность, она словно сияла изнутри. Невольно Дейзи подумалось, что наверняка девушка влюблена, но есть ли там ответные чувства? Или темный бог использует ее для реализации нового плана?

– Ай! – вдруг возмутился Уилл. – Меня шляпа укусила!

Пока все были заняты заказом, возмущенная шляпа тихонько подползла к незваному гостю и цапнула его за лодыжку.

– Молодец, маленькая моя защитница. – Дейзи ласково потрепала шляпу по полям.

– Не признала, зараза.

– Сам ты зараза, – огрызнулась ведьма. – Я до сих пор тебе не верю.

– Вы знакомы? – Хейли оторвалась от коктейля.

– Да, – нехотя признался Уиллторн. – Я тебе как-то говорил, что пару лет назад навел шороха в столице.

– Он пытался убить наследника престола! Едва родившегося! – Дейзи вновь окунулась в воспоминания и разозлилась.

– Ну боролся за власть, подумаешь. Котлетка, ты знаешь, я ни-ни. Меня интересуешь только ты и… э-э-э… возрождение древнего культа темного бога. Хочу, чтобы мне поклонялись не только психи.

– Хорошо.

Дейзи сложила руки на груди. Сдаваться она не собиралась. Всегда ведь можно вызвать стражу, в случае чего. Если Уиллторн действительно не занимался развитием своей мощи, то как-то они с ним справятся.

– Допустим, ты изменился, во что лично я не верю. Тогда принеси извинения королевской семье.

– А иначе что? Испачкаешь меня сырным кремом? – Уилл взял с подоконника рекламу сырной лавки, с которой Дейзи недавно заключила договор о поставках, и помахал перед ее носом.

– Натравлю на тебя всю стражу Градда. А еще ходят слухи, что принц Бернон изрядно прибавил в могуществе и сейчас вернулся в столицу.

– Ай! Ведьма, твоя шляпа снова меня укусила!

– По-моему, она тебя скорее поцеловала.

– Котлетка, ты поняла? Это не от любовницы засос, это все шляпа!

– Самая тупая отмазка, которую я в своей жизни слышала, – мрачно прокомментировала Хейлин.

Потом вдруг схватилась за живот, вздрогнула и отставила стаканчик с коктейлем.

– Ой! Ой-ой-ой!

– Мне не нравится это «ой», – прокомментировал Уилл. – Котлетка, что с тобой?

Котлетка? Он и вправду называл жену Котлеткой? Дейзи разрывало от желания узнать историю этого прозвища, но не будешь же спрашивать, когда девушке плохо.

– Позвать лекаря?

Срок, судя по животу, был уже большой. Не хватало еще, если она родит прямо в лавке! Хотя с другой стороны, рождение детей темного бога – неплохая реклама для семейного бизнеса.

– Больно, – поморщилась девушка. – Схватки, кажется.

– Надо в лекарский дом, – заключил Уилл.

Дейзи внимательно всматривалась в лицо бывшего врага. Нет, не лжет. Невозможно так играть на публику, невозможно убедительно имитировать беспокойство. Он любил эту Хейли и ее ребенка, а сейчас боялся за них так же, как Дрэв боялся за нее, когда она рожала Элизу.

– Ладно, сейчас пошлю им сообщение, и отправимся.

– Открою портал рядом с ним, – кивнул Уилл.

Дейзи отошла к кристаллу, чтобы направить сообщение, и Уиллторн, улучив момент, подошел к ней.

– Ведьма, у тебя есть котелки удачи?

– Ну да, вон, целый котелище стоит, можно все лотереи выиграть. А тебе зачем?

– Дам Хейлин на всякий случай. Никто еще не рожал ребенка от бога. Я не знаю, как она справится и что будут делать лекари.

Дейзи тяжело вздохнула.

– Ты не можешь жить, не создавая проблем влюбленным в тебя девушкам, да?

Он даже виновато вздохнул, честное слово!

Сияющая расщелина в пространстве появилась прямо посреди лавки. Дейзи едва успела запереть засов изнутри, как обнаружила себя шагающей в этот свет, недоумевая: и зачем она тащится за ними? Дрэвис, когда придет, знатно обалдеет от того, что дверь закрыта изнутри…

– Вот сырный бли-и-ин, – протянула она, едва оказавшись во дворе лекарского дома.

– Что такое? – слабым голосом спросила Хейлин.

– Дверь в лавку изнутри заперла. А ключи в лавке и оставила.

Что-то не меняется, и в данном случае не менялась способность Дейзи влипать в неприятности.

А Хейлин оказалась богатой девицей: для нее в лучшем столичном родильно-лекарском доме уже давно была приготовлена отдельная палата. Дейзи тоже здесь рожала, только не в пентхаусе с личным зимним садом. Они с Дрэвом решили, что тратить такие деньги на бессмысленную роскошь не стоит. А вот леди ди Амос – так ее назвал дежурный лекарь – такие мелочи не интересовали.

А еще Уиллторна не пустили в палату, и пришлось Дейзи отправляться следом за Хейли, чтобы помочь ей расшнуровать ботинки и переодеться в легкую сорочку.

– Больно?

– Пока нет. Но страшно, – призналась она.

– О, это нормально. У меня есть дочка. Когда я рожала, я кричала, что передумала и хочу домой. Насилу убедили дождаться все-таки.

Хейлин слабо улыбнулась.

– Не сдавай Уилла никому. Он хороший.

– Не буду, – вздохнула Дейзи. – Не зверь же я, лишать детей отца. Правда, интуиция говорит, я еще пожалею.

– Их там двое, – поделилась Хейли. – Близнецы. Я до сих пор не могу придумать созвучные имена, представляешь?

– Ой, это тоже не ко мне. Дочь называл муж, если родим еще, пусть тоже он мучается.

Хейлин снова поморщилась и прижала руки к животу.

– Добро пожаловать в удивительный мир материнства. Только когда твой ребенок со смаком облизывает дверную ручку твоего магазина, начинаешь понимать, как тебе повезло.

– Хейлин… – В апартаменты (у Дейзи язык бы не повернулся назвать это место палатой) вошла лекарка удивительной красоты и грации.

На самом деле момент, когда рядом с тобой кто-то рожает, не самый подходящий для того, чтобы восхищаться красотой какой-то женщины, но Дейзи в прямом смысле не могла отвести от нее глаз. Золотистые кудри, рассыпавшиеся по плечам, даже поблескивали от солнечных лучей.

– Все будет хорошо, – улыбнулась она. – Дейзи, ступай, спасибо тебе за поддержку. Дальше я сама. Хейлин нужна особая помощь.

– А откуда вы…

«Знаете мое имя», – хотелось спросить Дейзи. Но вместо этого она почему-то кивнула, улыбнулась на прощание Хейли и вышла, мягко притворив за собой дверь.

Дейзи Фолкрит видела много интересного, странного и волшебного с тех пор, как стала ведьмой. Но сейчас ей не хотелось думать ни о чем, кроме того, как же все-таки попасть обратно в лавку, не прося помощи у мужа, который потребует объяснений. А что она скажет в ответ?

А еще ей совершенно точно показалось, что на бейдже лекарки было написано «Азара». И это уже совсем-совсем не ведьмино дело.