Глава 9

— Госпожа Риева… — Я неуверенно мялась на пороге оранжереи. Устраиваться на работу в моей жизни ещё не приходилось, и я не знала, как вообще о таком спрашивать. Что о себе говорить и надо ли? Какая оплата нормальная? Но это точно надо сделать. Родители не пришлют ни копейки, а запас личных денег, которые я взяла из дома, был всего в пару сотен серебрушек. Надолго его не хватит. Надо было брать больше, но до воровства опускать не хотелось. Эти деньги были личные, то, что я скопила из карманных расходов. А родителям в кошелёк залезать — ну нет, это не для меня.

— Говори уже, — нетерпеливо поторопила меня преподавательница, поглядывая в сторону своего цветка.

— Хочу работать здесь! — Выпалила я на одном дыхании. — Если надо… — Уже неуверенно добавила, опустив глаза.

— Надо, конечно, надо! Рук не хватает, цветочкам нужен уход и внимание! Платить много не смогу, сама понимаешь. Не то финансирование у Академии. Десять серебрушек в месяц. Работать каждый день с рассвета и до начала занятий. Потом приходить за час до отбоя. Полить, прополоть, листики погладить, поговорить. Справишься?

— Конечно!

— Ну тогда сегодня и жду. Опоздаешь — можешь больше не приходить, — весело проговорила она и упорхнула. Я окинула взглядом оранжерею и тоже вышла. Объём работ великоват, но мне это даже к лучшему. Природа поделится силой. Для ведьминских сил это прямо мечта, а не работа! Надо же их развивать и отрабатывать.

Я медленно шла по дорожкам парка к общежитию, наслаждаясь тёплыми лучами солнца и лёгким ветерком. Уже совсем скоро ему на смену придут дожди и хмурость, деревья потеряют свою яркость, мир станет серым и спящим. Обычно осенью и зимой я хандрила вместе с природой. Напитаться силами и жизнью было негде, родители принципиально отказывались делать хоть маленький угол оранжереи, хотя все условия в нашем доме для этого были. Но в этот год у меня впервые есть шанс остаться активной и полной сил. Главное — не вылететь с работы за опоздания. Надо бы сходить в лавку и купить себе будильник. Заодно и Дире посмотрим обещанные украшения. Да и запас тетрадей, карандашей и прочего надо пополнить. Из дома я много не смогла бы забрать, банально метла бы меня не подняла с такой поклажей. А зря.

— Мне украшения?! — Пропищала Дира, радостно кружа вокруг моей головы. Я со смехом постучала по плечу, приглашая сесть.

— Тебе, кому же ещё. А ты как узнала? Я даже до общежития ещё не дошла.

— Мы же одно целое, — напомнила мне пташка, удобно устраиваясь на плече. — Я вижу твои мысли. А мы почему всё ещё не идём в лавку?

— Потому что сначала мне надо забрать деньги из комнаты.

— Ой, а они где? Давай я слетаю! — Предвкушающе вспорхнула Дира.

— Ну уж нет! Я хочу сделать покупки, а не остаться без денег!

— Ты мне не доверяешь?! — Возмущённо спросила она. Сложила крылья, шмыгнула клювом. По пёрышкам на лице скатилась грустная слезинка.

— Вот если серьги вернёшь, буду доверять, — честно призналась я, не обратив внимания на её роль обиженного фамильяра.

— Не верну, — пробубнила Дира, нахохлившись.

Я хмыкнула, но отвечать не стала. Найду способ их забрать. Это всё же память и единственный подарок.

Забрав в комнате деньги из тайного кармана в сумке и отметив, что Дира в это время подглядывала в окно, сделала себе пометку перепрятать их. А то вообще без монет останусь.

К воротам академии шла не спеша. Хотелось насладиться солнечным днём, хотя счастье слегка омрачал постоянный бубнёж Диры, которой не терпелось затариться «блестяшками». Насчёт затаривания я, конечно, сомневалась — не так уж много можно купить на двести серебрушек. Однако была надежда, что при академии с таким проклятием цены сильно гнуть не будут. Куда ещё издеваться над и так побитыми студентами?

Ворота со скрипом распахнулись, как только я к ним подошла. Вдоль дороги стояли небольшие яркие лавочки с огромными стёклами-витринами. Я останавливалась у каждой и зачарованно разглядывала полки с товаром. Выбраться за покупками одной у меня возможности никогда не было — родители боялись, что я сразу накуплю себе книг по ведьминскому искусству. Боялись не зря, надо сказать. Одежду так и вовсе шила приходящая на дом модистка, которую изредка я могла уговорить на штаны с рубашкой за кругленькую сумму. Поэтому сейчас это был первый опыт самостоятельных покупок, и мне хотелось рассмотреть и запомнить всё.

В лавках чего только не было! Готовая одежда и ткани, книги и пишущие принадлежности, сладости и готовая еда, бижутерия и шляпки, артефакты и зелья. И это только часть лавок!

Бижутерию я оставила на потом. Очень тянуло в книжную лавку, но я старалась себя уговорить пройти мимо. Всё же в моём доступе целая библиотека при академии, где я точно смогу найти всё, что мне нужно. Как только дочитаю бабушкин дневник и разберусь с этим проклятием.

Основательно закупилась тетрадями в ярких обложках, блокнотами и просто сшитыми листами серой бумаги для черновиков, магическими перьями и карандашами, вышитыми тканевыми закладками и обложками для учебников. Дира всё это время летала около двери, протяжно, тяжело вздыхая.

— Чего это она у вас? — тихо спросила меня девушка с синяками на руках, кивнув на пташку.

— Жалеет денег, которые потратятся не на блестящие украшения, — шёпотом ответила я. Девушка усмехнулась, отсчитала сдачу. Сложила всё купленное во взятый мною рюкзак.

Дира радостно пискнула и замельтешила ещё сильнее.

— Ну всё, всё, идём тебе за блестяшками, — улыбнулась я, распахнув дверь.

Лавка с бижутерией находилась сразу напротив, поэтому я избежала нового поторапливания прямо на ухо.

— Только не воровать! — Грозно велела ей перед тем, как открыть дверь. Дира нетерпеливо кивнула и залетела внутрь. Замерла в воздухе, восхищённо переводя взгляд с одних полок на другие.

Украшения из бисера, нитей, кожи, мелких недрагоценных камней переливались под попадающими лучами солнца. Моё внимание привлёк кулон. В переплетениях кожаных тонких шнурков прятались мелкие зелёные камни, а снизу висел кулон в виде веточки дерева, усыпанный словно росой мелкими прозрачными стёклышками.

Я покосилась на Диру. Красиво, конечно, но покупать опасно. Для ежедневной носки будет неудобен, а если сниму — тут-то ему и приделают крылышки.

Отошла от украшения, подошла к девушке у прилавка, перед которой вырастала стопка брошей, колец и серёжек. Судорожно попыталась посчитать стоимость. Девушка, увидев моё лицо, повернула ко мне лист бумаги, на котором складывала итог. Я тихо выдохнула. К счастью, цены здесь действительно не задирают. Однако были опасения, что Дира не успокоится, пока не скупит всё. Поэтому когда она подлетела и скинула из клюва в стопку очередную блестящую брошь-бабочку, пришлось её поймать.

— Пока хватит, — велела пташке, старательно сдерживая улыбку. Та жадным взглядом окинула горку украшений и послушно кивнула. Я ещё раз покосилась на понравившееся мне украшение. Попросила добавить и его. Была надежда найти такой тайник, который Дира не найдёт. Или всё же учиться договариваться со своим фамильяром. Бабушка же как-то умудрялась!