ГЛАВА 25

Взяла себя в руки, мандраж отставила в сторону до худших времён, которые обязательно наступят с моим «везением». Мысленно дала волшебного пендаля своим тараканам, чтобы с удвоенной силой придумали план дальнейших действий. Метались они с невероятной скоростью, ища выход из патовой ситуации, а затем, видать, столкнулись друг с другом, да так, что искра вспыхнула, и на меня снизошло озарение.

Я вспомнила поведение одной саранчи, которая как-то обвивала Адимиса, словно лиана, в его кабинете. Как же он тогда был шокирован… загляденье просто! Так что решено, присоединюсь к группе «заполучи ректора». А что? Нормальный выход, между прочим, он-то рассчитывает, что я буду держаться от него подальше, и уж точно не ожидает преследования с моей стороны. Кстати, девчонкам тоже бы не мешало так же поступить: ввести наших мужчин в заблуждение. Окрылённая очередным гениальным планом, я принялась воплощать его в жизнь, мысленно представляя, как божественный будет от меня шифроваться, но тут главное – не перегнуть палку, а то может и загоны единорогов заставить чистить, с него станется.

– Адептка, Вы слышали мой вопрос? – раздражённо спросила будущая жертва моих притязаний.

– Конечно, слышала, просто пыталась сформулировать ответ как можно мягче, ведь Вы меня только что почти оскорбили! – изобразила я возмущение и несусветную обиду. От моего ответа у моего драгоценного глаза вылезли из орбит, и челюсть порядком отвисла, посмотрела на вишенку, тот тоже стоял с открытым ртом и, кажется, забыл, как дышать. Наконец, мой взял себя в руки, изображая крайнюю степень неудовольствия, строго спросил:

– Интересно, чем я Вас, адептка, оскорбил, если не секрет?

– Как, чем? Своим вопросом, конечно, из него можно сделать вывод, что я, как девушка, не могу никого заинтересовать, а это, между прочим, дискриминация по внешнему виду! Также моя бабушка говорила, – про бабушку я, конечно, загнула, но пойдёт, пусть Фуга побудет бабушкой, – что и на таких, как я, тоже есть любители! Вон один из них, – показала глазами на оторопевшего адепта, – а также Вы, кажется, забыли о моих способностях. – при слове «способности», я стрельнула своими глазками в беззащитного ректора. Тот не ожидал такого поворота событий и пропустил удар высокоточного оружия каждой женщины – «стрельба глазами». Удар достиг цели и нанёс, как я и планировала, повреждения его нервной системе. От моего «невинного» действия он дёрнулся, как от удара, а его глаза опасно сузились, сразу видно – разозлился несчастный.

– Адептка, это что сейчас было? – процедил он сквозь зубы.

– А что сейчас было? – изобразила я недоумение, а у самой перед глазами всплыл загон единорогов. «Этого мне ещё для счастья не хватало!» – мысленно ругнула я себя за рвение по завоеванию ректора, тут осторожность нужна, а не напор.

– Вы мне глазки строили! – рявкнул он.

– Я? Вам? Глазки? – изобразила крайнею степень изумления, переходящую в возмущение. – Не было такого, это был нервный тик!

– Тик, значит, нервный, – стал закипать нервный.

– Конечно, а что тут удивительного? Иду кушать, никого не трогаю, а тут – бац, это решил надругаться над моей честью! А потом ещё и Вы присоединились к оскорблению меня, маленькой и беззащитной! – шмыгнула я носом для пущей убедительности.

– С Вами, адептка, я разберусь позже, – и тут вновь замаячили на горизонте конюшни единорогов, а тем временем муженёк продолжал лютовать. – Адепт, что Вы делаете на территории академии младших богов средь бела дня? – зло посмотрел он на вишенку. Сразу понятно, что божественный решил перевести стрелки, временно. – Соскучились по работам на конюшнях? Или…

А вот что «или», я не успела услышать, так как несостоявшийся губитель моей чести выпалил на одном дыхании:

– Я к брату пришёл, а она его соседка, вот и подошёл спросить, знает ли она, где он, или нет, наверное, напугал бедную девочку случайно. – изобразил саму невинность он, ну а я же поняла, что сейчас лучшее для нас с вражиной – объединить усилия, чтобы избежать исправительных работ.

– Так ты о Карииме спрашивал? Фуф… – с облегчением вздохнула я, – прости, ты просто так неожиданно вынырнул из-за угла и тут же с вопросами, что я перепугалась и не поняла, о чём речь. – хватая его под руку, стала тянуть в противоположную от ректора сторону.

– Ну да, ты тоже меня прости, что напугал тебя, – решил подыграть мой временный союзник.

– Адептка, Вы куда? – спросил всё ещё злющий супружник.

– Как, куда, кушать, конечно, да и его к брату провожу, а что? – состроила моську самой невинности.

– А как же Ваши способности? – ехидненько спросил он.

– Вы мне хотите помочь их развить? – изобразила невероятное восхищение, а сама про себя: «вот мой шанс пощекотать ему нервы без опасения быть наказанной!» – и, не дав ему ни слова вставить, поспешила закрепить наше соглашение. – Я Вам так благодарна! Это такая честь для меня! Я всё сделаю, чтобы Вы, как учитель, мной гордились! А когда начнём? – преданно посмотрела ему в глаза. Смотрю, мой стоит и борется с желанием прикопать меня на месте, и тут он вспомнил, что я всё-таки интересный случай, сквозь зубы процедил.

– Я дам знать, – и только он собрался уйти, я решила напоследок порадовать себя.

– Только, это, просьба на мою честь не покушаться, а то знаю я вас, мужчин! – после мох слов мой дорогой страдальчески закатил глаза, но снизошёл до ответа.

– За свою честь, – это слово он особо выделил, – не беспокойтесь, Вы меня в этом плане не интересуете. – резко развернувшись, он направился в противоположную от нас сторону.

– Уф, – одновременно с вишенкой мы смогли, наконец, выдохнуть.

– Кажется, отделались лёгким испугом, – покачал он чему-то головой.

– Слушай, а чего вы так боитесь попасть на эти конюшни? – решила прояснить интересующий меня вопрос.

– Кэтис, ну ты даёшь! Эти сволочи однорогие, представляешь, пасутся на пастбище, но гадить ходят исключительно в конюшню! Только представь, сколько там этого добра! И всё из-за одного мстительного чёрного единорога, раньше такого не было! – после волшебного слова «мстительного» я прониклась симпатией к животному.

– Аревил, а почему он чёрный? – удивилась я, ведь все знают, что единороги белые.

– Да так, – ушёл он от ответа. Понятно, обидели животинку, теперь все студенты черпают лопатами по полной, нужно как-то помочь соратнику по мести.

– Слушай, – спохватился он, когда мы подошли к столовой, – ты что, реально решила Тёмного бога захомутать?

– Возможно да, а возможно и нет, – изобразила таинственность я. – И вообще, если грабить, так банки, а спать, так с королём! – намекнула ему, что он как бы не в фаворе, и вообще, с перемирием нужно завязывать, а то мы с ним как-то непростительно забылись.

– Я тебя умоляю, с твоими данными только ворон пугать! – ответно нахамил он мне. К нашей с ним радости, всё встало на свои места.

– Не ревнуй, на тебя Адимис вообще не обратит внимание, – вернула я шпильку ему.

– Ты ещё об этом пожалеешь, лисичка! – испепелил он меня взглядом, развернулся и направился в сторону своей академии, строя планы отмщения мне за свою поруганную честь.

Ну а я, радуясь, что всё встало на свои места, отыскала в столовой своих подруг.

– Кэтис, чтоб тебя черти слопали, ты куда пропала? – возмутилась Герта.

– Ну… связи налаживала, с вражиной встречались, и, кстати, с бубликом договорилась, чтобы он дополнительно со мной занимался.

–ЧЁ?! – первой не выдержала Лира, взвилась как ошпаренная, и чуть не поперхнулась обедом.

– Не чокай, нервная, что разоралась, как ненормальная, не понимаешь, что ли, ты этим привлекаешь к нам ненужное внимание! – осадила взбудораженную подругу. Лира прониклась, села на место, но продолжала смотреть на меня как на врага народа. – Лир, не пыхти, на меня твой грозный взгляд не действует.

– Да на тебя вообще ничего не действует, вот точно про таких, как ты, говорят: «хоть наплюй в глаза, всё одно как божья роса!» 1439f7c

– Лир, сдаётся мне, что у тебя борзометр зашкаливает! Я ведь и отомстить могу, – предупредила я её о последствиях. Та хотела что-то сказать в ответ, но тут же передумала, осознала, что она в шаге от мести с моей стороны, посему решила заткнуться. И чтобы не было соблазна огрызнуться, она тут же откусила большой кусок хлеба, да такой большой, что ей с трудом удавалось его жевать, давясь, она не переставала убивать меня взглядом.

– Лир, ты жуй-жуй, глотай, и не трать силы, пытаясь испепелить меня взглядом, так и подавиться от натуги не долго, а это нехорошо. Прикинь на своей надгробной плите эпитафию: «Покинула мир сей, подавившись от злости!» – продолжала глумиться я над ней.

– Кэт, прекрати, – одёрнула меня Мира, – мы, межу прочим, переживали за тебя.

– Ладно, забыли, – согласилась прекратить донимать подругу. – После занятия, как домой придём, я поделюсь своим новым планом действий, и, кстати, вам задание – придумайте погоняла, ну, сами знаете кому.

– А что тут думать, если твой бублик, то мой будет крендель, – подала голос, Лира.

– Ага, а у Миры пирожок? – хохотнула я.

– Я что-то не догоняю, вы сейчас о чём? – поинтересовалась Мира.

– Пусть они тебя в курс дела введут, а мне нужно в одно место сгонять, – вставая из-за стола, протараторила я и рванула на всех парусах налаживать контакт с единорогами, чует моя пятая точка, что нас сия участь не минует. Вышла из главного корпуса академии, спросила мимо проходящих адептов, где должны будут вечером отбывать наказания несчастные, что впали в немилость проректора. Ребята тут же мне объяснили, как туда пройти, как оказалось, не очень-то далеко загоны находились от главного корпуса.