Эпилог

— Тук-тук-тук, — сказала я, постукивая по деревянной жерди, исполняющей роль забора, — а вот и я.

Ирен, копающаяся на грядке с морковью, тихо охнув, подскочила.

— Аська! Ты, что ли! Испугала-то как!

— Прости.

— Иди-ка сюда! Покажись! Похорошела-то как! Зарумянилась. Жениха, что ли, нашла?

Я смутилась, покраснела, как девица нецелованнная, потом махнула рукой и призналась:

— Нашла.

— Хороший хоть? Ты смотри, если обижать будет — только скажи. Семен ему мигом вилы в одно место воткнет.

Я представила дракона с вилами, торчащими из-под хвоста, и невольно рассмеялась.

— Не думаю, что ему это понравится.

— А ему и не должно нравиться. Это в воспитательных целях, чтобы жену берег. Вы ведь жениться собираетесь? — Она грозно свела брови в одну линию.

— Конечно, — ответила я без запинки и почувствовала, как на душе стало легко и радостно.

Никуда я этого дракона не отпущу. Выйду за него замуж, рожу ему троих детей и буду пугать очередным заклятием, если станет себя плохо вести.

— Вот и славно. Скажешь, когда свадьба, — я такой каравай вам испеку, что все соседи обзавидуются.

— Спасибо, — я тепло ее поблагодарила, а потом встрепенулась, вспомнив о цели своего визита, — я ведь тоже не с пустыми руками пожаловала.

И показала походный мешок, в котором кое-что бодро позвякивало.

— Идем в дом, покажешь, что принесла, а заодно чаю попьем.

— Можжевелового? С яблочным пирогом?

Она самодовольно кивнула, а я, как маленькая, захлопала в ладоши. Вкуснее ее пирогов я в жизни ничего не пробовала.

Через десять минут мы уже сидели за столом. Перед каждой стояла кружка с ароматным напитком, на глиняной тарелке посреди стола красовались румяные пироги, а я рассказывала ей о «подарочках».

— Вот это поможет, если у Семена снова начнется аллергия. Вот это надо принимать от головной боли, это от расстройства живота. Если вдруг заломит сердце, то глоточек вот этого снадобья поможет справиться с недугом, — я потрясла маленьким серым пузыречком, — вот это добавить в горячий чай, если нападет простуда. Это можно капнуть в нос, если дышать не будет…

Я выставила перед ней целый ряд склянок, на каждую из которых была приклеена бумажка с четким указанием, когда и от чего применять.

— Да тут же целое состояние! — она всплеснула руками. — Мы не расплатимся.

— Не надо расплачиваться, — я ободряюще сжала руку разволновавшейся женщине, — это подарок, от чистого сердца.

— Но как же…

— Кое-что я все-таки попрошу тебя сделать. Самую малость.

— Напечь пирогов? — с надеждой спросила она.

— Пироги — это прекрасно. Но мне нужна реклама. — И, видя, что она не понимает, о чем речь, я дотошно пояснила: — Подругам расскажи про то, что лекарства такие есть. Знакомым, друзьям, родственникам, тем, кто проезжает через вашу деревню.

— Ах, это, — просияла она, — это я запросто. Так нахвалю, что к тебе очередь будет на всю деревню.

— То, что надо! Скажи им, что лавка приедет через неделю.

Начну свой фармацевтически-виноградный бизнес с малого, а там, глядишь, и в рост пойду. Организую поставки по всей стране, открою сеть лавок, расширю ассортимент – и как заживу.

Конечно, все получилось не так гладко, как хотелось.

Через семь дней, когда я снова наведалась к Ирен, никакой очереди во всю деревню не было и в помине.

Подошли только пяток сомневающихся, которые взяли по одной бутылочке самого дешевого средства от простуды.

Я сначала было расстроилась, а потом напомнила себе, что быстро только кошки родятся. Любое дело развивать надо, и тогда все будет.

Спустя год

— Скорее! Лавка «Асины снадобья» приехала! — раздался клич на всю деревню.

Неровная очередь вереницей петляла между домов, и жители очень волновались, что им не хватит нужного зелья.

То тут, то там вспыхивали разногласия. Люди выясняли, кто за кем стоял, кого тут вообще не было и кто пытается проскочить без очереди.

Ряды склянок, выставленные на прилавке, стремительно редели, но в сумке у меня было припрятано еще, так что хватит всем.

Бизнес пошел.

Да. Было непросто. Сначала брали по пять бутылочек за раз, и я возвращалась домой с несколькими жалкими медяками в кармане. Потом молва о чудодейственных лекарствах начала распространяться, и с каждым разом все больше желающих ждали моего товара.

Стали брать десять бутылочек, пятнадцать, двадцать…

Постепенно объемы росли, и мне пришлось искать стеклодува, который будет делать для меня по сотне фиолетовых пузырьков в неделю.

Дальше – больше.

Кристиан, который очень ревниво относился к тому, что его жена пропадала днями напролет в далеких городах и селах, прыгая между ними с помощью портала, подарил мне в городе помещение и велел сделать в нем большую лавку.

На ярко подсвеченных витринах стояли снадобья на все случаи жизни, а покупателей встречали симпатичные девушки-консультантки.

По деревням я продолжила скакать сама, потому что мой портал не пропускал никого другого, но делала это уже гораздо реже. Тяжело совмещать активный бизнес и семейную жизнь, особенно когда замужем за ревнивым драконом с замашками собственника.

Не обходилось и без досадных казусов. Например, весной меня попытались ограбить. Только не учли, что с ведьмой шутки плохи, и все украденное тут же прекратило работать, теряя свои уникальные свойства.

Пытались украсть сырье — результат тот же. Виноград был просто виноградом, если кто-то брался за него, кроме меня.

Конкуренты, которым на меня указал тот самый противный толстый монах, затаивший злобу после проклятия Асселины, даже попытались сжечь мои виноградники. Но остров сам справился с этой напастью. В небе появились грозовые облака, и на землю обрушился такой поток воды, что смыл и огонь, и недоброжелателей.

После этого разгневанный Кристиан издал указ, что мой остров находится под его непосредственной защитой и что каждый, кто посмеет туда сунуться или причинить вред, будет иметь дело с ним.

Связываться с драконом, защищающим свою истинную, никто не хотел, поэтому нападения закончились, и я смогла спокойно работать.

Делала лекарства, помогала страждущим, а заодно думала о том, как расширить бизнес.

Что, если принести духи? Наверняка модницам этого мира очень придутся по душе бестселлеры из моего. По-моему, отличная идея.

— Буся! — позвала я свою дорогую и горячо любимую драксу. — У нас новое дело!

— Снова отправляемся за лекарствами?

— Лучше, — сказала я, потирая лапки, — ты не представляешь, сколько у меня идей. Но это все завтра. А сейчас мне надо вернуться в город…

Вырвать своего обожаемого дракона из вечного водоворота государственных дел, завести в какой-нибудь укромный уголок и зацеловать так, чтобы он начал урчать от удовольствия.

— Опять, — дракса обреченно закатила глаза, — когда же вы друг другом насытитесь?

— Никогда. Чем дольше вместе, тем больше тянет.

— Ладно, иди уже, — она царственно махнула лапкой, — Кристиану привет.

Через три минуты я уже юркнула через портал и перенеслась с острова в город. Не успела сделать и пары шагов, как сзади незаметной тенью скользнул дракон, обнял, прижав к своей груди, носом уткнулся в мои волосы и, жадно втянув воздух, сказал:

— Я скучал.

— Мы не виделись всего пару часов.

— Неважно. Скучал. А ты?

— Ну не знаю, — протянула я, — мне такой хорошенький ведьмак в одном городишке попался. Просто загляденье.

— Так! — Он развернул меня к себе лицом. — Издеваешься?

— Нет, нет, просто делюсь сокровенным. У него волосы белые-белые, волевой подбородок, а на щеках ямочки…

— Я тебе сейчас устрою ямочки, — пророкотал Крис, а в синих глазах заполыхало, — на ведьмаков она, видите ли, любуется.

— Кто-то ревнует?

— Нет.

— Ну тогда ты не возражаешь, если я…

— Возражаю! И вообще, ведьма, хватит меня провоцировать! — ревниво возмутился дракон, а я, глядя на него, подумала, что даже если всех ведьмаков мира перевяжут пышным бантиком и подарят мне, я откажусь не глядя.

— Зачем мне ведьмаки, когда у меня есть синеглазый дракон, от которого я без ума и которого так приятно иногда дергать за усы?

— Доиграешься, — прошептал он, притягивая ближе, — накажу.

— Я только этого жду, — улыбнулась я и, встав на цыпочки, потянулась за поцелуем.