Глава 11

— Лисси! Лисси! — тыкал меня холодный нос.

— Герман, — я сразу очнулась, — ты пришел в себя!

Я схватила ласку и прижала со всей силы к своей груди.

— Задушишь же! Аккуратно! — шипел он на меня.

— Прости, — выпустила его обратно погулять по кровати.

— А чего это ты такая заплаканная, — заинтересованно крутился он вокруг меня.

Вспоминать вчерашнее не хотелось, а обсуждать это тем более.

— За тебя переживала, — поджала я губы, — Герман, спасибо, — серьезно посмотрела на него.

— Лисси, ты же моя хозяйка, — смутился зверек, — я ради тебя сам кого-нибудь убью.

Я заулыбалась. Это очень ценно, тем более что кандидаты имелись. Но вообще, я понимала, что часть мыслей Герман прочитал, так как был обеспокоен моими опухшими глазами. К его чести, развивать эту тему не стал.

В дверь без стука вошла Кора.

— Привет, болезные, — радостно возвестила она.

— И тебе не хворать, — пробурчала я.

Нет, ну кто так встречает.

— Как дела, — села она ко мне на кровать, — почему ты здесь? Мне никто не сказал, я к Его Величеству вломилась, хорошо что его не было.

— Мы немного поспорили, — отвела я глаза.

— И о чем? — тут же начала меня пытать подруга, подхватив фамильяра и усаживая к себе на колени.

— Да, Лисси, о чем? — включился он тоже.

Это что за саботаж? Игра — хороший дознаватель, плохой дознаватель?

— О завершении отбора, — скрывала я свои мысли, — он видел финал чуть иначе.

— Ну-ну, — хмыкнула Коралина, — не хочешь, не говори. Все равно все потом узнаем. Его Величество по дворцу злющий ходит, невест пугает. Чувствую, что будет скандал.

— Да говори уже! Не тяни! Все равно мысли прочитаю! Потом. Сил пока мало. — Взревел еще полу-здоровый Герман.

Так, с ролями, кто плохой, а кто хороший дознаватель мы определились.

— Мне была предложена честь стать его императрицей, — потупила глазки я.

— А ты? — хором спросили девушка и хищник.

— А где кольцо? Знакомство с родителями? — издевалась и жеманничала я.

— Лисси, ну скажи серьезно, — уже взмолилась Кора.

— В любви мне не признавались, и от гарема он отказываться не собирался, — на печальной ноте закончила я.

— На клочки порвем, — мстительно сверкнули глаза оборотницы.

— И в саду упокоим, — завершил ее мысль Герман.

Вот как? На фоне общей ненависти к Его Величеству объединились?

— Нет, ребята, — покачала я головой, — завершаем отбор, а потом может уедем отсюда? Ненадолго? — взглянула на подружку.

— Я не против, — сразу согласилась она, понимая, как мне плохо.

Не повезло с возлюбленным, повезло с друзьями.

— Ой, — приложила руку к губам Кора, — тебя очень просил зайти Милир, как только ты позавтракаешь.

Я с воем откинулась на подушки. Не хочу я сейчас к невестам.

— Не ной, чахоточная, — похлопала меня подруга, — завтрак сейчас принесут.

— Ну хоть одна хорошая новость за утро.

— Эй! — Возмутилась ласка. — А мое выздоровление какая новость?

Я только погладила его. Сам знает, что замечательная.

* * *

После плотного завтрака и косметических процедур, грустная, но не сломленная, отправилась к главному дознавателю, надеясь, что застану его у себя. За мной повсюду следовал кто-то из стражников.

Неприятное нововведение для меня, но не скажу, что неожиданное.

— А всем десам во дворце полагается охрана? — спросила я свое молчаливое сопровождение.

— Да, деса де Риверс. — Отрапортовал тот, вытянувшись по струнке. — Меняемся каждые два часа. Во дворце усилили бдительность.

Я без разговоров с мерами согласилась.

Дойдя до дверей кабинета Милира, на секунду замешкалась, а потом меня чуть не сшиб с ног выходящий от дознавателя император.

— Ваше Величество, — старалась я сохранить равновесие.

— Деса де Риверс, — хмуро и не смотря мне в глаза, подхватил меня и не дал упасть.

Господа! Позорище!

Дня не прошло с моего дерзкого и грубого ответа, а я уже обратно в руки Его Драконичества падаю.

— Держите себя в руках, — поставил он меня.

— С руками все в порядке, тут ноги подвели! — огрызнулась я.

Он разжал ладони, отпустил меня и, больше ничего не добавляя, ушел.

Я пожала плечами и зашла к Милиру. Иди с миром, змея клыкастая.

— Лисси! — Бросился ко мне друг, как только я зашла.

— Милир! — в тон ему прокричала и ответила на его объятия. — А что происходит?

Он отступил на шаг, но схватил меня за обе руки.

— Живая, здоровая, с магией и такая же ехидная, — осматривал меня как бабка свои выращенные помидоры.

Я на всякий случай себя осмотрела. И мышцы еще потянула.

Ну да, живая. Вроде бы с магией. Про здоровую спорно — у меня в грудной клетке словно кочергой выжигали, но люди и без ног живут.

— Я такая, — отцепилась от друга и села на стул перед его рабочим местом, — ты же меня ждал?

— Да, — опомнился он, — извини за эмоции, я очень волновался за тебя.

Кстати, о волновался.

— Мир, — я вся напряглась, — а семья знает? Про меня? — Озабоченно смотрела на мужчину.

Он покачал головой.

— Нет, император до поры до времени пожелал оставить это в тайне. Тебе выплатят преференции.

Услышанное немного оскорбило, на разбираться с этим сейчас я не буду. Не нужны мне деньги от Ревенера, тем более, что в той ситуации косвенно я сама виновата, вечно лезу на рожон.

— Даже Себастьян? — я удивилась.

— Да, я в первую очередь государственный служащий, а только потом друг.

— А что надо сделать, — вкрадчивым тоном защебетала я, — чтобы это малюсенькое происшествие и дальше оставалось в тайне?

— Малюсенькое? — сверкнул глазами друг. — Ты при смерти была. Герман еще хуже. Некромантов в замке нет.

Я скорчила рожицу.

— Ну ты же сам понимаешь, что Себ такое просто так не простит. Не поймет. Он же наверняка просил за мной присматривать.

Дознаватель откинулся на стуле и скрестил руки на груди.

— Ты хочешь, чтобы я обо всем молчал, лгал лучшему другу и покрывал тебя?

Я с шальным взглядом закивала.

Да, вот именно этого и хочу.

Он, ни слова не говоря, кивнул.

Люблю я наше молчаливое взаимопонимание.

— Лисси, — опять начал разговор Милир, — а что произошло между тобой и императором? Я думал, что Вы, мягко говоря, дружны.

— А он тебе сам ничего не рассказал? — ответила вопросом на вопрос и добавила еще, — А то я думала Вы, мягко говоря, дружны.

Дракон, конечно, друг. А еще он мужчина. Ему мои метания не понять.

— Нет, — сощурился чиновник, — но раз говорить не хочешь, то попытаюсь узнать сам, как умею.

Да пожалуйста. Я решила закончить нашу разыгравшуюся драму-детектив.

— Так что звал то? Не здоровья же пожелать.

— Ну и это тоже, — улыбнулся он, — но вообще, Его Величество ясно дал понять, что отбор заканчивается через три дня. Завтра утром последняя проверка девушек на невинность, вечером бал, а на следующий день Ревенер сообщит о своем решении.

Да что же такое. Вспомнила, как при нашей беседе Кора что-то протараторила про бал, но слушала ее невнимательно. А надо было наоборот.

— Да, отбор закончится, я после проверки поговорю с каждой девушкой, посмотрю с использованием дара, и дам знать Его Величеству, — грустно улыбнулась.

— Кстати, а Ольнея? — вспомнила я о де Гринбергах.

— А что она?

— Ну давай я не буду из тебя клещами ответы вытаскивать. Я ведьма. Я как и ты, знаю толк в пытках.

— И не поспоришь, — отодвинулся от меня немного Милир. — Она ни при чем. Ее проверяли менталисты. А еще ее матушку и всех домашних. Они не причастны к этой кровавой истории.

Меня аж передернуло. Интересно, сколько по факту жертв у де Гринберга?

— Значит она все еще участвует?

— Да, — вздохнул Милир, — и если не включать твой дар, то она явный фаворит, так как сейчас еще никто не знает о злодеяниях отца, а она наследница очень родовитого дома и богатого.

— И предателей, — добавила мстительно.

— Лисси, — укоризненно посмотрел дознаватель, — ты ревнуешь?

Я не только ревную, я еще и беснуюсь. Но больше из-за самого Ревенера. К девушке у меня почти нет претензий. Ну подумаешь, характер немного мерзковат.

А хотя…………….совет да любовь. Вот пусть на такой и женится, ящерица крылатая.

Мы обговорили все детали завтрашнего дня. Милир обещал, что будет поблизости и не упустит девиц из виду.

Я зашла к своим ведьмам-спасительницам, и долго и горячо благодарила за себя и Германа. Они пытались было расспрашивать про Ревенера, но я только печально мотала головой. Как-нибудь им расскажу, но не сейчас.

Мы договорились о прощальном ужине на следующий день после бала, а также, что не потеряем друг друга.

* * *

На следующий день я уже завтракала в женском крыле в нашей, заметно поредевшей компании. Не знаю, что сказали невестам, но слухи о моем пребывании в комнатах императора им точно донесли, так как барышни встретили меня унылыми и злобными взглядами. А вот Арлинда, я по ней даже немного соскучилась, и Кора сияли. И чего такие довольные?

— Девушки, — обратилась я к трем оставшимся, — как Вы знаете, сегодня состоится бал, а на следующий день Его Величество определится и объявит о своем решении.

— А это он определится? Или Вы? — сощурилась Ольнея, немного расхрабрившись.

Я сжала губы.

— Решение примет наш монарх, но я, как распорядительница, буду использовать свой дар и о результате сообщу.

— То есть Вы можете погубить нас? Просто так. Никто же не проверит, что Вам дар показал, — вклинилась вампирша Евгения де Робер.

Я скептично на нее посмотрела.

Дневной свет тебя погубит, а не ведьма-распорядительница.

— В замке достаточно менталистов, — ответила я, — думаю, что Его Величество озаботился тем, чтобы информация была правдивая.

— Он может и озаботился, а может уже и с императрицей определился? — вскинула брови Жизель.

Да что же Вы мне все язвите и язвите. Я же и супа Вам на головы ливануть могу. Поискала я глазами супницу. Но, к сожалению сейчас не обед.

Так, казнь горячей смолой, то есть жидкостью, отменяется.

— Девушки, — призвала к порядку статс-дама, — деса де Риверс явно хочет что-то Вам сказать, а Вы ее перебиваете.

Дипломатия не твой конек, Арлинда. Потому что шесть еще более злых глаз снова уставились на меня, но теперь внимательно.

— Для объективного, — я подчеркнула слово объективный, — решения мне будет необходимо с Вами, с каждой по отдельности, побеседовать, — взглянула на де Гринберг.

— Когда? — сразу надменно спросила та.

Стерва тощая.

— После завтрака у Вас проверка на невинность, — вспомнила я, — а потом Вам необходимо подготовиться к балу.

— Мы так ничего не успеем, — захныкала Евгения.

— Не переживайте, — успокоила истерику вампирши, — пообщаемся на балу, он будет идти всю ночь, у нас точно будет на это время.

— Если Вы вообще дадите нам хоть слово сказать, — опять кольнула меня главная фаворитка отбора.

Кора удержала меня за руку, когда увидела вспыхнувший огонечек. Ольнея его тоже увидела, и побледнела.

— Пойдемте, девушки, — решила разрядить обстановку Арлинда, — нам еще необходимо пройти к главной ведьме.

Финалистки встали и молча прошли за женщиной на унизительную, по моему мнению, процедуру. Что эту проверку они пройдут, я не сомневалась.

Вспомнила не к месту предложение Ревенера. А я ведь проверку бы не прошла. Даже забавно. Значит не так уж и важна невинность для драконов.

Кора, после наблюдения за всей беседой с разъяренными курицами, ой простите, лебедями, поинтересовалась, подливая себе чая.

— Что предпочитаешь в это время дня? — намекая мне на кофе или другой напиток.

— Винишко, — мрачно ответила я.

Как говорила моя бабуля: «От выпивки еще ни одна ведьма не умерла».

— Нам до ужина нельзя, — погрозила мне пальцем подружка, — но я знаю, как поднять тебе настроение.

— Как?

А как мне можно поднять настроение? Я невесту выбираю любимому мужчине. Мне поможет только стрельба из лука по драконам.

Я даже немного улыбнулась, представляя себе цель.

— Платьем, — просто ответила она.

— Платьем? — я хитренько улыбнулась, вспоминая одно ее изделие очень провокационного характера.

— Да, да, Лисси, я о нем и говорю, — сразу прочитала мои мысли оборотница.

Иногда я ее боюсь. Она злой-гений женской мести. Живи она на стороне злого бога, он бы там и дня не протянул.

Платье, о котором мы так удачно вспомнили, шилось именно для меня, но я никак не могла найти повода его одеть, уж слишком дерзким оно было.

Розовый, ближе к телесному, цвет мог бы сливаться с моей кожей, но, благодаря тому, что я была смугловата, выгодно подчеркивал. Не пышное, из атласа, оно струилось по моей фигуре, подчеркивая все формы. Открытая спина и откровенный лиф подразумевали, что платье я надену, не обременяя себя корсетом или бюстье. Но, чтобы оно не смотрелось вульгарно, юбка до пола с небольшим шлейфом и без разрезов уравновешивали образ (Если интересно, какое платье имела ввиду, наберите в поисковике «Дакота Джонсон в прада, розовое платье»). Прической я особо не озаботилась, а просто рассыпала волосы по спине.

Уже когда мы собрались, и я критически осматривала себя в зеркале, немного испугалась. Все таки страшновато выходить и злить ревнивого, властолюбивого и упрямого мужчину.

Но Кора отбросила все мои трусливые мысли.

— Сегодня у нас торжество мести и прощание со здравым смыслом, — возвестила она поправляя свое платье: полностью кружевное, черное, с вырезом сердечком и спущенными с плеч лямками.

Это она видимо предыдущий прием вспомнила, когда убежала платье поправлять, а нашла двух настойчивых ухажеров.

Мы обе вышли за дверь моих покоев, а стражники, которые были приставлены к нам, восхищенно присвистнули.

Один из них даже не выдержал.

— Может Вам накидку какую одеть, деса де Риверс?

— Вот еще! — Возмутилась Кора, — Мои платья носят гордо и ничем не дополняя!

Тот смущенно отступил.

Держись, дракон!

* * *

Через несколько минут мы достигли бального зала.

Хотя я и периодически забегала в него, полюбоваться фресками и изящным потолком с лепниной, сегодня он был просто ослепителен.

— Как красиво, — присвистнула подруга.

— Не то слово, — во все глаза продолжала рассматривать обстановку.

По стенам развешаны магические огни, освещавшие всю площадь красивым теплым светом. Каждый угол богато украшен цветами, лентами, гирляндами. По потолку от люстры шли нитки с хрусталиками, давая характерные отблески от свечей. Ближе к окнам расположились столы с напитками и легкими закусками, и распахнуты огромные двери на террасу, чтобы все приглашенные гости могли насладиться теплым вечером и ночью, а может и уединиться в саду.

Гостей тоже было немало. Целый отряд из прессы присутствовал, беря интервью у семей аристократов. Естественно были родственники и друзья финалисток. И многие другие представители родовитых фамилий. Его Величество пока видно не было. А вот количество стражи заметно увеличилось. А еще я не видела Улиссы. Скорее всего она, как и Милир, тоже на посту нашей безопасности.

А еще здесь была моя семья. И меня это ни чуть не расстроило. Даже не смотря на их скептицизм, когда я рассказала об участии в данном мероприятии.

— Элисабет! — Прокричала мне моя матушка и помахала рукой.

— Я на пару минуток, — отпустила я руку Коры

— Конечно иди, — улыбнулась она и тут же скрылась в толпе. Она, как раз, свою семью избегала.

— Ага, — вдруг выпалил Герман, — сейчас ты подойдешь, а они тебя схватят и в поместье отвезут. Дальнее, — прикрыл он один глаз.

— Нет, — покачала я головой, — давай сегодня не искать в их поступках скрытого смысла.

— Ну вот ты и не ищи, а я присмотрюсь, — спрыгнул он с рук и убежал в неизвестном направлении.

— Дочка, — поклонился мне отец, когда я подошла, — рад был услышать, что ты снова обрела титул. Только почему не вернула обратно свою фамилию?

— Здравствуй, папа, — скромно поздоровалась я, осматривая наш семейный круг и игнорируя вопрос.

Отец, мать, тетя Саломея и даже брат — все собрались во дворце. Надо будет себя прилично вести, а то мы так с моего выпуска с академии не собирались. Боюсь, с новыми нотками моего характера они еще не знакомы.

— Лисси! — Вдруг выпалил брат. — А ты шикарно выглядишь!

Я хищно улыбнулась. Ну если Себастьян, дамский угодник, оценил, то представляю как локти покусает одна ящерица.

— И ничего не шикарно, — пробурчала мать.

— Что за вид? — Обратилась ко мне, — Ты почти голая.

Вдруг Саломея с усилием хлопнула меня по открытой спине.

— Ай! — Вскрикнула я и с удивлением посмотрела на нее.

— Не сутулься! Если одела такое платье, неси его гордо! — подмигнула она мне.

Ну я же говорю, она странная. Опять я голову оборотня вспомнила.

— Сэл! — возмущенно вскликнула мать, — Чему ты учишь девушку?

— Да какая она девочка? — прошлась по мне взглядом Саломея.

И все тоже взглядом прошлись. Я картинно почиркала пол ножкой.

Не девочка, я не девочка, а очень даже, уверенная в себе женщина.

Была.

В зал вошел Ревенер Первый вместе с братом и сыном. Вот причина моей неуверенности.

Все присутствующие рассыпались в поклонах, в том числе и я.

Он прошелся глазами по всем присутствующим, и как мне показалось, чуть задержался на мне. Но, возможно, я принимала желаемое за действительное.

— Да начнется бал! — отсалютовал он бокалом, дойдя до столов с закусками.

Все замерли в еще большем ожидании. С кем откроет Его Величество танцы? Это фаворитка? Будущая императрица?

Я слышала все шушуканья среди гостей. Но дракон всех удивил.

— Лисси де Риверс, — подал он мне руку, — не окажете честь?

Я исподлобья посмотрела на него. Отказать не могу — так я оскорблю монарха на глазах у всей знати столицы и ближайших провинций. А я хоть и чокнутая, но чувство самосохранения во мне еще жило.

— Конечно, Ваше Величество, — присела я в книксене.

И он повел меня в танце. В вальсе. Вот же подстава-подстав.

Стоять с недосягаемым мужчиной, на предложение которого я сама ответила отказом, и чувствовать, как рукой он касается моей оголенной спины, ощущать дыхание, вызывающее мурашки и вложить свою маленькую ладошку в уверенные сильные руки. Богиня Мира, твое чувство юмора очень специфическое.

— Как Вам бал? — спросил он меня на ухо.

Через несколько мгновений, после трех шагов к нам присоединились пары его сына и его брата.

— Как несварение, — не изменяла я своему стилю.

— Все так плохо? — проницательно посмотрел он на меня.

— Нет, — помотала я головой, — просто хочется, чтобы все быстрее закончилось. Почему ты пригласил меня? — храбро перешла на ты.

— Ну, пока ты не выполнила своей задачи. А давать надежду какой-то девице, не имея всех данных, я не собирался.

Вот значит как? Было ощущение, что я лечу с высоты и разбиваюсь на кусочки.

— Ольнея, — выпалила я. — Не жди любви. Среди всех невест истинную ты не обретешь. Но с Ольнеей у тебя сложится самый гармоничный брак. Она будет терпеть все, что ты ей предложишь. Будет истинной императрицей и хорошей матерью для будущих детей.

— Ты уверена? — прищурил он глаза. — Милир говорил, что тебе еще надо провести беседы с ними.

— Нет, — отрезала я. — Я видела это с первого дня. Просто, как и ты, не хочу давать пустых надежд. Вдруг ты поменяешь свое мнение в сторону симпатии. Но в течение ночи побеседую с каждой.

— Хорошо, — кивнул он и закрутил меня в танце. — Сообщи потом.

Когда я чуть запыхавшись развернулась, опять спросил меня.

— А истинную любовь для меня ты не видишь?

Я вспомнила, что показывал дар в отношении меня.

Вижу. Только на твои условия не соглашусь. А если ты не был готов безоговорочно принадлежать мне, то дальнейшие дискуссии бессмысленны.

— Нет, Ваше Величество, — потупила я взгляд, не в силах врать прямо в глаза, — пока не вижу.

— Хорошо, Лисси, — согласился тот, продолжая вести. — Завтра объявлю о своем решении. Ты покинешь дворец послезавтра, когда Карганс утрясет с тобой все финансовые вопросы.

Я пожала плечами. Я покину дворец сразу после последнего шабаша с обретенными подругами. От императора мне деньги больше не нужны. И условия по поставкам не нужны. Ничего не должно нас связывать, чтобы было легче забыть эти несколько недель в замке.

Музыка закончилась и Ревенер подвел меня к отцу.

— Ваша дочь прекрасна, — вложил мою руку папеньке.

— Я знаю, Ваше Величество, — согласился тот опять склонившись в поклоне.

Император развернулся и ушел. И по возгласам я поняла, что следующей он пригласил на танец Жизель.

— Лисси, — вдруг вцепился в меня брат, — а ты ничего не хочешь рассказать?

Я оглянулась и поймала крайне заинтересованные выражения лиц моей семейки.

Честно? Вообще ничего не хочу рассказывать.

* * *

От семьи я сбежала, сверкая пятками. Но их тут же заняли разговорами их друзья и знакомые, так что никто из них меня не преследовал.

Не много побродив по залу, я встревожилась, не найдя Коралину. Но она иногда так поступала на различных приемах, где мы присутствовали. Так что я постаралась выбросить тяжелые мысли из головы. Возможно, где-то в саду она зажимается со старшим Дугласом.

Надо приступить к обязанностям распорядительницы. Хоть и совсем не хочется.

Я медленно шла, приближаясь к невестам. Ревенер только выпустил из своих рук Жизель, и я тут же перехватила девушку, чтобы побеседовать с ней.

Арлинда прикрыла глаза, понимая, что сейчас я работаю. Девица в безопасности.

С Жизель мы проговорили минут десять, стоя на террасе и ловя свежие ветерки. Она с надеждой смотрела на меня, но в душе ее глодал червь разочарования. Она понимала, что ее вряд-ли выберут. Невозмутимая, умная, прекрасная молодая драконица.

Мы распрощались с ней и я пожелала ей хорошего времяпровождения. Сегодня я просто была в ударе, сразу завидев ее истинную пару, и буквально бросив девушку в объятия одного аристократа.

Еще через двадцать минут, вдоль пообщавшись с братом, но не отвечая на его подколы и прямые вопросы о монархе, вводя его в полное замешательство, увела за собой Евгению.

— Скажите сразу, деса де Риверс, — начала она, — меня же не выберут?

— Этого я знать не могу, — печально вздохнула я. — Расскажи, чего ты ждала от отбора?

— Не знаю, — повела она головой, — но я не верила, что даже дойду до финала. А теперь я здесь, — поправила она платье, смущаясь смотреть мне в глаза.

Мы поговорили еще минут пять. Я узнавала, чего бы девушка желала от брака, чего хотела бы сама. Нет. Это не будущая императрица.

Отведя ее до статс-дамы, которая сдала де Робер ее семье, я сразу попросила пройти со мной Ольнею.

— Деса де Гринберг, — вежливо проговорила я, — А Вы что ожидаете от отбора?

А вот эта аристократка этикету следовать не желала, являя свой характер во всей красе.

— Слышишь, ведьма, — злобно выплюнула она, — ты думаешь мы не знаем о твоих шашнях с Его Величеством?

И вот эту дамочку судьба пророчит императору Аридии в жены?

У каждого, конечно, свой вкус, как говорил однажды встреченный мною людоед, но Ревенер же адекватный мужчина.

— Слышите! — не сдавалась в вежливости я, — А высказываться в таком тоне Вы мне не боитесь?

— Лисси, — перешла на ты моя собеседница, — я уверенна в своей победе.

— Да? — я искренне удивилась, — Даже не смотря на ошибки отца?

— Тем более, — усмехнулась она, — Его Величество не упустит прибрать к рукам богатства де Гринбергов, а кроме меня наследников нет. Если у нас будет сын, то он и станет будущим графом. В любом случае, я в выигрышном положении.

— Если тебя выберут, — напомнила я ей.

— Выберут, — уверенно выпятила грудь девушка, — ты, конечно, владеешь даром, и все такое, но перед отбором я тоже ходила к провидице.

— И что?

— Она сказала, что из всех девиц, я — наилучший вариант.

Я задумалась. Надо к этой провидице тоже сходить. В правду ведь, из всех девиц, Ольнея — лучший вариант.

— Судьба не постоянная константа, — заметила я, вспомнив ненавистную математику. — А тебя саму устроит участь императрицы? У Его Величества огромный гарем и слава повесы.

— Брось, ведьма, — сказала она мне, — я аристократка. Что муж не будет верен, я знала и так. Зато я приобрету вес в обществе. Ты сама как быстро вылетела из постели монарха? — Язвительно посмотрела она на меня.

Ну положим я туда и не залетела. Пока. Хотя поползновения были. Тут я соглашусь.

Девица продолжала.

— Я знаю, что не нравлюсь тебе. Я эмпат, — гордо била себя в грудь, — но мне, как будущей императрице, понадобится верная ведьма. И я закрою глаза на связь между тобой и Ревенером. И готова зарыть топор войны между нами.

Я выкатила максимально свои глазные яблоки. Ничего себе предложение.

Вот еще! Только хороший топор потрачу!

А вообще становится ясно, почему она хорошая пара. Она же будет тонко чувствовать настроение и Ревенера, и народа, и сейчас превосходно чувствует мое.

А от этой мысли я немного помрачнела.

— Значит не договоримся, — прищурилась она.

— Нет, Ольнея, — уверенно сказала я. — Но если ты станешь императрицей, то поверь, я на твоем пути не встану. После отбора я собираюсь покинуть столицу.

— Слабачка, — мстительно возвестила молодая особа.

Эх, если бы не семья, возможно бал бы закончился куда прозаичнее — мордобоем. В своем ударе левой рукой, а я левша, я была полностью уверенна. Но тут любимый папенька бродит. Того и гляди заберет, увезет и замуж за какого-нибудь дракона выдаст.

— Сумасшедшая, — ответила я на выпад.

Бить то нельзя. А я тут, давеча, аристократкой стала.

— Помни, ведьма, — пригрозила она мне, — императрицей стану я. Мне все равно, где ты будешь. Я думала найти в тебе верную подданную, но если нет………………… — она взмахнула рукой.

Не знаю, что означал этот жест. Но пантомима — это слабое место девицы де Гринберг.

Я отошла от девушки и направилась в свои покои. К Ваоху этот отбор, императора, невест и все, что может быть связано. По глазам стекали слезы.

Меня не обидели злые слова неуравновешенной девушки. Но расстраивало, что именно ее я пророчу в жены человеку, которого люблю.

А еще ее мелочные угрозы, сволочной рационализм и точное понимание, что ее ждет.

Ну почему я не такая меркантильно-расчетливая особь?

Не дойдя до своих покоев, я во весь голос зарыдала.

Хорошо, что стражник меня потерял. Я сбежала от него, как только распрощалась с этой стервой.

— И что происходит? — услышала я знакомый голос, когда села в нише у окна, не дойдя до общего коридора.

— Ничего, — бросилась я вытирать непрошенные слезы, завидев императора.

— Ты даже разговаривать со мной не хочешь? — выгнул он бровь.

— У тебя там три невесты, гарем и туча поклонниц. Уйди, — взмолилась я, — пожалуйста.

— Нет, Лисси! — не внял мольбам Ревенер, — Нам точно стоит поговорить.

— Может завтра? — шмыгнула я носом.

— Сегодня! — отрезал дракон.

— Неа, — все еще отнекивалась я, не готовая вообще хоть как-то сближаться с этим мужчиной. Он мне вообще-то сердце разбил.

— Да кто тебя спрашивает! — выговорил он, в один шаг приблизившись ко мне.

Дальше разворачивалась картина, как заставить что-то делать ведьму против ее воли.

Набросив магический кляп и обездвиживание, потому что от него я этого не ожидала, а я умелая магисса, сама кого хочешь в пещеру за ножки отнесу, перебросил меня через плечо и понес к себе в покои.

— ММММММММ! — мычала я во весь голос.

Он только похлопал меня по моей филейной части тела и подбросил в воздухе, располагая удобнее.

— Слово императора — закон, Лисси! — заключил этот смертник. — А то никакого чинопочитания в тебе.

Карачун тебе, чешуйчатый. Ну кто так девушку несет?