Глава 10

К себе в комнату я не пошла, на губах все еще ощущался поцелуй Ревенера, а мой растрепанный вид случившееся подтверждал.

Ну какая же дура!

Как я ему теперь в глаза посмотрю? Хотя……. Его то точно все устраивает. Как я невестам в глаза посмотрю?

Побродив одна по замку застыла у портрета императора где-то в служебном крыле.

— О, хвала Мире, я тебя нашла, — положив руку на грудь, ко мне подходила Кора.

— Как сказать, — не отрываясь пялилась на нашего монарха.

— Что случилось, Лисси? — обеспокоенно начала подружка.

— Да так, — махнула я рукой, и стараясь оставаться невозмутимой добавила, — Его Величество меня чуть не отдраконил.

— Что ты имеешь ввиду? — возмутилась та.

Я с вызовом посмотрела на нее, намекая, чтобы она присмотрелась. Все еще алеющие губы, спутанные волосы и сбившийся ворот моей рубашки указывали по моему мнение на что-то очень очевидное.

— Даже так, Лисси? — улыбнулась Кора, — А что же убежала? Постаралась бы расслабиться. Ты вроде как тоже неравнодушна.

Если даже ближайшая подруга не поняла моего уныния, это удручает.

— Постаралась бы заткнуться, — зло ответила оборотнице, а потом с извиняющимся видом пояснила, — не хочу быть в любовницах. Неважно, кто это — обычный человек без магии или великий император Аридии. Своих мужчин я не делю.

— Ты так серьезно к этому относишься?

— Да, — грустно кивнула я, — в этом случае серьезно.

Мы обе добрели уже до ее комнаты, как раз на этом этаже. Ей принесли обед, потому что Кора уже привыкла, что я непонятно где провожу дневное время. Самой бы вспомнить, где я вчера трапезничала.

Кто-то сказал, что женщины заедают боль. Но только не я. Я ее зажирала.

Через тридцать минут активного поедания сладкого, я уже держалась за живот, еле дыша.

— Лучше? — вопросительно глядела подруга.

— Неа, — помотала я головой, — теперь мне плохо, что меня рассматривают любовницей, и плюсом, жуткая изжога.

— Да почему же ты так относишься к этому? — продолжала удивляться девушка, — Я понимаю, у него штат из девиц большой, но и ты никогда серьезных связей не заводила.

Я помрачнела. В голову закралась очень шальная мысль. Ужасающая, я бы сказала.

И не мне одной закралась.

— Нет! — прижала руку ко рту пантера, — только не это.

Я посмотрела на нее, оценивая выражение лица. Кажется мы думали одинаково. Это!

— Влюблена? — напирала Кора.

Я сосредоточилась на своих мыслях, цепляясь за любое отрицание, но……….

Да, влюблена. Зачем избегать очевидного. За короткое время Ревенер из пугающего императора превратился в недосягаемого любимого мужчину. И даже разные аристократы, дознаватели и прочие не помешали рассмотреть его в таком амплуа.

Я молча кивнула.

Говорить и озвучивать такое была не готова. Дайте мне с этой мыслью еще пару дней переспать.

Коралина больше не выступала, а подсела ко мне вплотную и обняла.

— Девочка моя, — она гладила меня по голове, — не знаю, как мы справимся, но всегда вместе, — она чуть отодвинула меня, чтобы взглянуть мне в глаза.

— Да, — обиженно засопела я, — справимся, — и опять прильнула к оборотнице, чтобы зарывшись в ее волосы, пропустить пару слезинок.

Кора не замечая этого, продолжала.

— Лисси, с другой стороны, он же всегда избегал невест, и даже в гарем не ходит.

— В гарем не ходит? — всхлипнула я.

Вся конспирация в попытках тихо поплакать прошла бесполезно. Ведьмы любят широкие жесты. Если пускать слезу, то тоже с музыкой, точнее с воем.

— Да, хорошая моя, — не прекращала поглаживающие движения подруга, — все уши мне прожжужали, как его туда загнать.

— Не загоняй, — вертела я головой.

— Не буду, конечно, — улыбнулась Коралина. — Но к делу, может не стоит так нервничать? К невестам он полностью равнодушен, а к тебе нет. И это заметила не я одна.

Если меня и интересовало, кто еще это заметил, то тут я решила промолчать.

— И что ты предлагаешь? — еще раз всхлипнула.

— Готова стать императрицей? — подмигнула мне пантера.

Все! Посыпалась!

Я в шоке отодвинулась от нее.

— Ты в своем уме? — удивилась я.

— А чего же ты хочешь тогда? — развела она руками. — Он ищет императрицу, ты ему нравишься, если поставишь условия, наверняка согласится.

Я почесала голову.

Императрица из меня никакая. Я не смогу молча сносить гарем, любовниц и флиртующих дам. А еще мое вечное желание вершить справедливость. Мы и так в состоянии войны, ни с кем-нибудь, а с целым богом, а я еще пару сопутствующих могу развязать. И этикет, и церемонии, платья еще носить……………………., а дети?

Я вся сжалась.

Нет, к такому я тоже не готова. Мне станет лучше, когда закончится этот клятый отбор и я вернусь в наш модный дом и магазин. Даже если с разбитым сердцем.

Коралина все поняла, просто взглянув на меня.

— Тебе обо многом надо подумать, — припечатала она.

— Да, — я кивнула, — о многом.

— Тогда до завтра, — вздохнула подружка.

— Да, — двинулась я к двери.

Выйдя из покоев Коры, я прижалась к стене очередного коридора.

Дар, миленький, пожалуйста, покажи, есть ли у меня самой шанс на любовь.

В голове растеклась золотая нить, которая привела к портрету Ревенера.

Да танцующий тролль, за что? Лучше бы ты и дальше про меня ничего не показывал.

* * *

На ватных ногах двигалась дальше, когда успокоила свое непривычно громко стучащееся сердце.

Значит мой истинный — Ревенер. Тогда почему я себя не видела, когда его просматривала? Совсем ведь не видела.

В критичный момент ведьма черпает решительность из бездонного колодца отчаяния. И я тому не исключение. Я Его Величество сама уговаривала с даром повременить, объясняла что все изменчиво, невесты могут разные мелькать. Значит у меня так будет. На такой безрадостной ноте побрела к себе. У меня там еще ужин намечается, и проклятия скорее всего.

Проходя мимо комнат покойной императрицы, так как она раньше проживала в одном со мной крыле, услышала внутри какое-то копошение.

Ведьма я или не ведьма.

Сразу приложила ухо к двери. Надо бы хоть какую-нибудь иллюзию наколдовать.

Раздались странные мерные постукивания, похожие на движения кровати. Фу! Какая гадость! Даже подслушивать противно. Кто же в комнату залез?

Дверь внезапно отворилась, и я упала прямо в руки Омера де Гринберга.

— Деса де Риверс? — Удивился тот, отодвигая меня от стены.

— Дес де Гринберг? Вы один? — в тон ему удивилась я.

Пока он соображал, что ответить на мою явно женскую уловку отвечать вопросом на вопрос, осматривалась.

Большая красивая комната, видимо личная гостиная. Посреди всей комнаты привлекал взгляд огромный рояль, стоявший напротив выхода на террасу.

Пока я ходила и жалом водила, Омер защелкнул заклинанием дверь. А вот это очень нехорошо.

Какая же ты невнимательная, Лисси!

— Что же Вы, деса ведьма, — вкрадчиво начал мой пленитель, — без сопровождения по замку ходите? Говорят Его Величество просил за всеми женщинами в замке следить по строже. Вас почему оставил без внимания?

— Довела, — развела я руками. — Вы со мной достаточно знакомы. Знаете, что могу.

Де Гринберг прикрыл глаза.

Интересно, что же он здесь делал? Вся комната раскурочена.

— Слышал, наш император разогнал всех неугодных невест и оставил только троих. Близится финал?

— Вы правы, — елейным голоском провозгласила я и мысленно плела заклинание левитации.

Не знаю, что здесь намечается, но кажется я сейчас блистательно и броско удивлю этого мужчину. Или он меня.

— Что же Вы здесь делали? — поинтересовалась я, заходя за огромный музыкальный инструмент.

— Вы так от меня отошли, будто боитесь Лисси, — начал двигаться ко мне де Гринберг, но за рояль заходить не стал. По ощущениям, сторожил дверь.

— Так вроде это очевидно, — устала я ломать комедию. — Почему Вы здесь?

— Я ищу одну вещь, давно потерянную. По слухам она хранится именно в покоях Сериды.

Я выгнула бровь.

— А Вам то она зачем? Это же имущество императорской семьи.

Де Гринберг махнул рукой, явно готовясь произнести какое-нибудь сложно-магическое плетение. Знать бы еще какое.

По странным ощущениям в голове, поняла, что мой фамильяр слышит весь разговор и спешит мне на помощь.

— Не хотел я, чтобы до такого дошло, — вздохнул Омер, — Вы мне искренне нравились.

— Не самый полезный опыт, — съязвила я, — общение с ведьмой до добра не доводит.

Де Гринберг внезапно со мной согласился.

— Я это уже понял, как и то, что самый полезный опыт, это познать характер своего врага, его слабости, чаяния, — посмотрел с вызовом на меня, — и вовремя сделать выводы.

— Или ноги.

— Или ноги, — кивнул тот.

Так, кажется к чему ведет весь разговор, я начала понимать.

— Без обид, деса де Риверс, — выпалил вдруг мужчина, — вы просто застали меня в не самом удачном месте, в не самое удачное время.

Он выкрикнул смертельное заклятие.

Я впрыгнула за крышку пианино и пользуясь секундной заминкой и уже сплетенным заклинанием левитации, вылетела на рояле на террасу, с оглушительным треском разбивая полностью все остекление в комнате, а с нее в кусты под окнами.

Вот, а говорят, что рояли в кустах не валяются.

А еще говорят, что ведьмы исключительно на метлах летают. Нет, не только! Правда крышкой меня придавило знатно.

Я пыталась выбраться и осознать, что вообще сейчас происходит и увидела, как де Гринберг с разрушенной террасы целится в меня еще одним заклятием.

Ладно, я конечно не врач, но этого деса я объявляю мертвым. Мне бы только выбраться.

Сдвинуть хоть на миллиметр крышку у меня не получилось. А Омер уже запустил свое плетение в меня.

Пакуй чемоданы, Лисси! Пора навестить богиню Морту.

Из угла бросился мой ощетинившийся фамильяр и сильно раздуваясь в размерах, принял весь удар на себя.

Я уже теряла сознание, осознавая, что мой верный друг скорее всего погиб.

К нам сбегались люди, стражи, ведьмы. Мелькнуло лицо Милира.

Пусть мой друг останется жив, богиня Мира. Иначе, зачем нужна Вселенная, в которой нету чуда?

* * *

Ревенер Миртеорон

— Ваше Величество! Ревенер! — Забежал с криком ко мне запыхавшийся гном.

— Что случилось? — я вопросительно взглянул на него, оторвав взгляд от документов и снимая полог тишины, чтобы никто не мешал сосредоточится.

Никто и не мешал. Но в голову лезли разные непристойные мысли насчет одной несговорчивой ведьмы.

— Деса Ведьма! — Все еще тяжело дышал Карганс.

— Да что случилось? — Не на шутку обеспокоился я.

Своего секретаря я никогда в таком виде не видел. Потный, вздыхающий. Вся одежда съехала на бок. Сразу видно, что взлетал по ступеням, чтобы прибежать ко мне.

— Распорядительницу пытались убить! — наконец выпалил он.

— Что? — Взревел я, прорывая драконий рык. — Кто? Как она?

— Плохо, — не глядел на меня Карганс, — она в саду, выпала с террасы покойной императрицы……. на рояле.

— Что? — Я опять ничего не понял, но быстрым и тяжелым шагом двинулся вниз.

— Де Гринберг, — еле поспевал за мной гном, — выпустил в нее смертельное заклинание, а она, увернувшись, левитировала, на рояле.

В ее духе. Узнаю стиль своей ведьмы.

— Ты сказал плохо? — отбросил я мысли о де Гринберге.

Сначала надо узнать, как девушка.

— Он попытался еще раз, пока она выбиралась, но его перехватил ее фамильяр.

— Значит она жива? — возгласил я вопросительным тоном.

— При смерти, Ваше Величество, — виновато заключил секретарь, — и ее ласка совсем плох.

— Зови скорей Улиссу и вторую, — пощелкал я пальцами, — как ее, Блэр.

— Они уже там, Ваше Величество.

Мы подошли к месту происшествия.

Милир наклонился над головой Лисси и что-то шептал. Ведьмы занимались фамильяром.

— Как она? — спросил я дознавателя, тоже опустившись на колени и склонившись над ней.

Но мне ответила Улисса.

— Ваше Величество, — она присела, — Лисси надо переместить в покои и следить, чтобы не вставала. С ней все будет в порядке.

— Ты уверенна? — мрачно спросил я, смотря в ее белое лицо. Ни кровинки.

— Она истощена магически, — вздохнула главная ведьма. — Герман перехватил основной удар, но они оба очень сильно связаны.

— Что это значит?

— Герман почувствовал неладное и связался с нашими фамильярами, — Улисса указала на себя и вторую ведьму, — они сплели свои магические потоки, так что заклятье било по всем троим. И немного ударило по нам с Блэр.

— И? Продолжай дальше, не останавливайся! — подгонял я свою главную проклятийницу.

— Это спасло им жизнь. В особенности ее фамильяра, — она повернулась к лежащей ласке. — Надо, чтобы их никто не тревожил и не нарушал мои указания, чтобы магия вернулась.

— А может не вернуться? — дернул я бровью.

— Да, — виновато вздохнула та, — заклятие их полностью иссушило.

Это плохо. Она без своей сущности зачахнет. Я уже не плохо изучил ее характер.

— Будет ей полный покой, — со злостью выговорил я.

Аккуратно взяв Лисси на руки, медленно с ней встал.

— Положи к ней фамильяра, — велел я Улиссе. — И следуйте за мной. Все! — Обвел грозным взглядом всех присутствующих.

Девушку нес как свое главное сокровище, стараясь не дергать во время поднятия по лестнице.

Огромной толпой мы дошли до моего личного коридора. Милир предупредительно отворил дверь в ее спальню.

— Нет! — Отрезал я и двинулся в свои покои, — Временно она разместится у меня!

— Может разразится скандал, — тихо заметил дознаватель.

— Мне плевать! — ответил я угрожающим тоном. — А с тобой я еще поговорю! — выплескивал злость на дракона.

Положив в свою постель, немного успокоился. Над ней тут же начали колдовать ведьмы. Я дал распоряжения о том, чтобы известили ее подругу Коралину Мартинс. А также заставил Карганса оббегать весь дворец и принять клятвы о неразглашении этого инцидента. До поры, до времени пусть это останется в тайне.

Зайди ко мне вечером, Милир, — кивнул я другу, — надо разобраться с де Гринбергом, все расскажешь.

— Хорошо, Ваше Величество, — ответил тот и покинул мои комнаты.

Ведьмы тоже двинулись на выход, написав мне целый список того, что нужно делать, пока она не пришла в себя и ее нет рядом.

— Улисса, Блэр, — подозвал обоих, — очень прошу, выходите и Лисси, и ее фамильяра, — взглянул на них, лежащих неподвижно, — и верните магию. Выполню любое ваше желание.

— Конечно, — поклонилась главная ведьма.

— Хорошо, — ответила вторая, — мы будем очень стараться.

И вышли за дверь.

Радует, что никто не задавал лишних вопросов о том, почему я сам решил ухаживать за распорядительницей.

Сев рядом с пострадавшей, откинул ее волосы и долго всматривался в лицо, подмечая все царапинки и ссадины.

Плохая была мысль позвать Лисси распорядительницей. Не мудрая. Теперь девушка меня боится, не воспринимает в серьез. А еще и так сильно пострадала.

Омер де Гринберг, ты мне за все ответишь!

* * *

Через некоторое время я оторвался от созерцания ведьмочки и направился в свой кабинет для встречи с дознавателем. Последнее время он меня сильно злил и разочаровывал. Но скорее всего во мне говорила ревность. Такое это склизкое, мерзкое, но выворачивающее всю душу, чувство.

— Не нашли де Гринберга? — с ходу спросил я, когда передо мной предстал Милир.

— Нет, Ревенер, — покачал тот головой.

— А дочь? — я вскинул брови.

Будет очень жаль, если вся семья оказалась гнилой. Род де Гринбергов древний, не старший конечно, но тоже с богатой историей.

— Вряд ли она что-то знала, — уверенно ответил чиновник, и на мой немой вопрос сразу ответил, — менталисты незаметно проверили всех девушек. Никто не замечен в связях с хаосом.

— Мне теперь всех придворных и слуг проверять? — спросил горьким тоном.

— Нет, конечно, я думаю это не повторится.

— Ты так после смерти садовника говорил, а теперь пострадала и твоя бывшая невеста! — повысил я голос

— Я виноват! За кого, за кого, а за Лисси я чувствую свою ответственность.

— Ты должен чувствовать ответственность за каждого члена империи, а не за одну ведьму, — наставительным тоном заметил я.

Про Лисси и его вину — фраза мне совсем не понравилась.

Дознаватель решил перевести тему в конструктивное русло.

— Хорошо бы понять, что он искал. Я предполагаю, что выпавшая из окна девушка и несчастный мужчина тоже его жертвы.

— Предполагаешь? — сверкнул я глазами

— Уверен, — тут же поправился Милир. — Что-то хранится в комнатах покойной императрицы?

— Много чего. Ричард привязан к ее вещам. Там много артефактов.

— Нужен список, — заинтересованно начал дознаватель, — сможешь составить? Могу слетать в академию.

— Нет, Милир, — покачал я головой. — Усиль меры по охране сына, оповести Бастиана, но сам из замка ни ногой.

— Почему?

— Ищи де Гринберга. Список составлю я, и сыну тоже напишу.

— И возможных сообщников, — выдохнул дознаватель.

— Думаешь они есть?

— Вот здесь не знаю, не похоже, но, — развел он широко руками, — я привык подозревать худшее.

— Найди его, Милир, — заключил я. — И больше, чтобы никто не пострадал.

— Я понял, — кивнул дознаватель. — Могу я спросить на правах друга? — он наклонился ко мне.

— Спрашивай, — я тоже склонился над столом.

— Каковы твои намерения насчет Лисси?

И этот туда же. Такое ощущение, что приближенные забывают о том, что я император.

— Я должен отчитываться? — надменным тоном проговорил.

— Я же сказал, — чуть скривился дракон, — на правах друга.

— На правах друга, Милир, отвечу тебе так. Мои отношения с ведьмой касаются только нас двоих!

— О ней пойдут слухи.

— Они о ней и так ходили. Как и о ее подруге. Почему ты так переживаешь за ее репутацию? Опять рассматриваешь в свои невесты? — практически прорычал я.

Дознаватель рассмеялся.

— Нет, Ревенер, я понимаю твои эмоции, но, — он никак не мог успокоится, — мы с Лисси друзья. Нас помолвили родители. Я просто не спорил. А она………… сам видишь, какая она. Ко мне можешь не ревновать. Просто я хорошо знаю, как она влипает в неприятности, вот и присматривал за ней. А тебе по началу решил ничего не говорить, ты же быстро меняешь свое мнение насчет дам.

— С чего ты решил, что я ревную? — возмутился я.

— Об этом весь дворец уже шепчется. Все знают. Даже сама Лисси, — посмеивался мой друг.

* * *

Лисси.

Очнулась я внезапно.

Медленно открыв глаза увидела незнакомый потолок. А хотя нет, знакомый. Я вчера его рассматривала, когда глаза закатывала. Утром.

Спальная значит, императорская.

Чуть повернула голову влево, так как любое движение давалось тяжело, и увидела мирно сопящую ласку на соседней подушке.

Перед глазами промелькнули последние события, которые я запомнила: рояль, окно, заклятье, Герман.

Значит выжил? Слава Мире.

Я расплылась в счастливой улыбке, а глаза заслезились. Мой вредный, саркастичный мальчик спас мне жизнь, не жалея себя. Как мне теперь отвечать на его колкости, зная, насколько он верный и преданный друг? Теперь я буду тискать его до изнеможения. Пусть только пожалуется.

Надо еще разобраться, что со мной. Медленно повернула голову вправо.

Все! Финиш! Такого я точно не ожидала.

По соседству со мной расположился Ревенер, который спал крепким сном.

Я чуть приподняла одеяло, пытаясь оценить свое состояние на нижнем этаже. Хвала богам, я в пижаме.

Тут меня накрыла тяжелая мужская рука, а я сразу взметнула взгляд к лицу Его Величества. От его довольной улыбки, захотелось спрятаться под одеяло. Что я и попыталась сделать.

— Куда? — вкрадчивым тоном запросил мужчина.

— В страну стыда и покаяния, — под покрывалом бухтела я.

— Да, дело хорошее, — подтвердил он, — тем более, что я предупреждал, чтобы ты одна по дворцу не бегала.

Все еще скрываясь под надежными слоями тканей, выговорила.

— А я и не бегала. Я по твоему личному крылу носилась. У меня, между прочим, причин целая тележка.

Ревенер рывком скинул с меня одеяло до пояса.

— Хватит кривляться, Лисси, — вздохнул он, — надо поговорить.

А где я кривлялась? У меня вот обратное мнение.

Я поднялась на локтях, а он поправил мне подушки. Ну точно сестра милосердия.

— Выкладывай, — надменно велела я, погладив все еще спящего Германа, — только сначала скажи, как он? — указала я на своего любимца.

— Твой фамильяр в порядке, как и ты, — довольно заключил дракон, — И он спас тебе жизнь, как и другие фамильяры, так что перестань носится здесь, как у себя дома, и будь более осмотрительной. Цени их жертву.

Отчитал, так отчитал.

Я поникла.

— А де Гринберг? Его поймали? Вы же знаете, что это де Гринберг? — завалила я вопросами Ревенера.

— Нет, не поймали, — покачал он головой, — а ты спугнула его, когда он что-то разыскивал в комнате Сериды.

— А известно что? — я наклонилась к Его Величеству.

— Пока нет, — поджал тот губы.

С минуту мы смотрели друг на друга.

— Лисси! — начал он.

— Ревенер! — выпалила я, одновременно с ним.

— Сначала ты, — уступил он мне очередь.

— Хотела поблагодарить за себя и Германа, — я проникновенно посмотрела на мужчину.

Я правда была очень ему признательна.

— Я только ухаживал, — отнекивался мужчина, — чудо совершили твои со-шабашницы.

— Улисса и Блэр?

— Да, — кивнул он, — обещал им любую услугу.

— Ну, — протянула я, — сделай так, чтобы Блэр стала самостоятельной и не зависела от родственников.

— Зачем ей это?

Я скорчила рожицу. Злую.

— Понял, — примирительно поднял он руки, — будет ей независимость.

— А желание Улиссы скорее всего отравить Юэна, но ты ж не разрешишь?

Ревенер во внезапном порыве обнял меня и зарылся носом в мои волосы. Вот ужас! Как неудобно. Сколько я в душе не была.

— Не разрешу, Лисси, — смеялся тот, дыханием задевая мою шею и не понимая, что в этот момент со мной творится.

Я отстранилась, переживая за свой внешний вид, но положила свою руку на его.

— Расскажи, что было.

Ревенер начал:

— Обнаружили тебя сами ведьмы и Милир, а потом уже подошел я. Улисса сообщила, что ваши помощники взяли основной удар на себя.

— Он совсем плох? — испугалась я, опять погладив белую шерстку.

— Нет, не переживай. Но еще пару дней она подержит его в магическом сне — император положил вторую руку на уже сплетенные.

— А сколько мы провалялись? — обернулась я вокруг.

— Около пяти дней. — Сощурился мужчина.

— Ничего себе, — присвистнула я. — А дальше? — вернула я его в разговор, пытаясь отвлечься от такого теплого жеста.

— Дальше, де Гринберг скрылся порталом в неизвестном направлении, я забрал тебя к себе в комнату, оповестил Коралину, которая тоже ухаживала за тобой, поговорил с дознавателем, запретил все портальные помещения в замке, и выполнял все распоряжения ведьм.

— Ты? Сам? Все делал сам? — не могла я поверить в происходящее. А если поверить, то хотелось бы знать, какие точно манипуляции по ускорению моего выздоровления он проводил.

— Да, — согласился Ревенер, — ты же по моей вине попала во дворец и пострадала. Да и причины у меня были.

— Какие? — завороженно спросила я.

* * *

— Ведьма будет много знать, ведьма будет плохо спать, — щелкнул он меня по носу.

Ну я так не играю.

— Совсем не скажешь? — умилительно-взмолительным тоном вопрошала я.

Ревенер встал с кровати, взъерошил волосы совсем как мальчишка и смущенно произнес:

— Ну ты же сама понимаешь к чему все идет.

Я покачала головой. Я то понимала, но услышать мне хотелось.

— Хотел предложить тебе стать моей императрицей, — он посмотрел в мои глаза. — Я понимаю, что ты изначально такого не ожидала, и к этому не готовилась, но по крови ты аристократка. Широкие обязанности не должны тебя пугать.

Обязанностей я не боялась. Больше смущали другие проблемы. Самая главная, что заветных трех слов я не услышала.

— А невесты? — вспомнила я еще об одной.

— Отправлю по домам с большим вознаграждением, — ответил он.

Заманчиво.

— А гарем?

Он виновато вздохнул.

— Лисси, вот здесь не могу ничего сделать. — Отвел взгляд от меня мужчина. — Некоторые с юности здесь. Кто-то приехал в подарок, такие традиции в их странах. Они не смогут жить вдали от меня.

А вот и подводный камень. То есть ты будь императрицей, благотворительностью там занимайся, или семья, дети и их воспитание, а я пока в гарем заверну, стресс снять.

Увидев мой ни разу не радостный взгляд, он начал оправдываться.

— Я не собираюсь навещать их как раньше, просто буду заходить, интересоваться как дела, разговаривать с ними.

— Серьезно? — мрачным тоном спросила, — А можно мне тогда тоже гарем? Эльфов позовем? Буду только общаться.

Я даже представила себя сидя в гостиной в окружении накачанных эльфов с длинными белыми, словно снег, волосами

— У моей жены гаремов не будет! — отрезал Ревенер.

Вот тут у меня нашлись силы и встать, и возможно съездить по наглой роже.

— Нет! — громко сказала я.

— Нет твоему гарему? — с надеждой спросил дракон.

— Нет твоему предложению, — я разозлилась, — считай, что ты меня оскорбил.

— Оскорбил? — взревел Его Величество, — Напоминаю тебе, что я император. Глава страны, а ты моя подданная!

— И задница.

— Что? — он открывал и закрывал рот, как рыба на суше.

Я могу ошарашить. Да. Считай, что это мой третий дар.

— Ты! — кричала я, — Предлагаешь стать твоей женой! Мне! Ведьме! Зная, какие мы свободолюбивые. А сам не собираешься отказываться от гарема!

— Я же сказал! — он тоже кричал на меня, — Гарем не будет в том смысле, который все подразумевают.

Я наткнулась глазами на висящий на стуле женский халат и с гневными вздохами одела его, завязав на поясе, пытаясь как-то устаканить свои злые мысли.

— Простите, Ваше Величество, — посмотрела на дракона, — Ваше предложение лестно, но принять его не могу.

— Это твое последнее слово? — он с силой сжал мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

— При таких условиях, да, — отвела я взгляд, вывернувшись из захвата.

— Хорошо, деса де Риверс, — прищурился он, отпуская меня. — Тогда закончите отбор. На все про все — три дня. На испытания не зовите. Пусть Ваш треклятый дар все скажет! Я для этого Вас и позвал!

— Как Вам будет угодно! — выпалила я, и подхватив все еще спящего фамильяра унеслась прочь из его комнат.

Уже в своих покоях я дала волю слезам.

Как только покину дворец, отправлюсь в другой город, или в путешествие. Неважно куда, лишь бы подальше.

С этой мыслью проспала остаток дня и всю ночь — слишком расстроенная, чтобы бодрствовать.