Глава 7

Лисси де Риверс

Хотела утопить свои проблемы в алкоголе? Нет, сволочи, плавают.

Просыпалась с отвратительнейшим настроением, а еще с полным осознанием того, что произошло. Вот нет бы память отшибло, а я все помню. Ну что за ведьма с винной зависимостью?

Герман притворялся мертвым опоссумом. Ему скорее всего еще хуже чем мне. Лакал то он как заправский старый боцман — усиленно и со вкусом.

К своему стыду, мне никогда не стыдно, так что я очень бодренько, насколько это позволяло мое похмелье, собралась на завтрак.

А там цвет аристократии в цвете лиц, точнее, девочки боролись с такой же проблемой. Видимо тоже отмечали первый этап отбора.

Все опухшие и кислые еле возили вилками по тарелкам, производя отвратительные звуки, режущие по ушам.

Коралина выглядела………….мммммм…………., короче она присутствовала и подпирала рукой щеку, приоткрыв один глаз. Единственный кто не потерял лица в этот день — Арлинда. Подпоить ее что-ли? Бесит.

— Доброе утро всем, — я вяло кивала моим невестам.

— Доброе утро, деса ведьма, — они примерно также, но заученно и хором, отвечали мне.

Ни дать, ни взять — ансамбль. Не срастется на отборе, поедем на гастроли по провинциям. Надо только конкурс талантов провести.

— И как понимать такое вопиющее поведение? — держалась за голову статс-дама, — Вы же пол-крыла разнесли.

— А что произошло? — Я удивилась.

Кто-то погулял круче нас? Снимаю шляпу (или что там снимают), юные десы.

— Где-то раздобыли спиртное и устроили пьяный дебош.

— А что за дебош? — заинтересованно засияла Кора.

Арлинда только зло махнула рукой.

— Подрались, верещали, пришлось всех по комнатам разогнать.

Из всего сказанного, я поняла, что девочки хорошо провели время, а про наш маленький инцидентик, увиденный императором, в этом крыле еще не в курсе. Может оно и к лучшему? Как я моим лебедушкам объясню, что метнула нагрудие в люстру при монархе?

Арлинда, не чувствуя поддержки от нас, только распалялась:

— Я напишу Вашим родителям, пусть знают, какое воспитание.

Девочки выпустили слезы и обеспокоенно начали переглядываться.

— Тихо, деса де Лантимор, — успокоила я свою помощницу. — Во-первых, Ваша обязанность — присматривать за ними, — я внимательно следила за статс-дамой, — и Вы не уследили. А во-вторых, — я вздохнула, — у аристократок и так нет разгульной жизни. Никто не узнал, значит и обсуждать нечего. Девочки выводы сделали. Так? — Я посмотрела на свой выводок.

Ответом мне было усиленное кивание.

— Значит они больше не будут.

— Да и это не дебош, — разочарованно вздохнула моя подруга.

— Вы, как хотите, но это поведение не приличествует будущей императрице и просто благородной десе.

— Вы, как хотите, — передразнила я, — но благородные десы — скучные, — и подмигнула невестам.

Арлинда зло выдохнула и уставилась на меня.

Я скорее всего позволила себе лишнее, но, в мою смену кляуз не будет. Кому-кому, но мне не их судить, я возможно оригинальнее отличилась.

— Девочки, — я обратилась опять к невестам, игнорируя статс-даму, — скоро второй этап отбора и новое испытание.

— Какое?

— Сложное?

— Сколько опять вылетит?

Ото всюду слышались взволнованные голоса. Хриплые, помятые, но все равно взволнованные. От этого было презабавно наблюдать за лицами.

Лисси, помни, ты выглядишь не лучше. Тебя и Кору вообще рой пчел покусал.

— Цыц! — свистнула я. — Второй этап будет послезавтра. Вы должны предоставить какой-нибудь благотворительный проект, который хотели бы курировать. Задача императрицы — нести вечное и доброе в массы. Продумайте, что Вы хотели бы сделать и каким образом воплотить задуманное.

— Фи! Благотворительность! — кто-то начал кривиться.

Я строго посмотрела на эту вредину.

— Да, она самая. Или Вы думали, императрица только примерки принимает и украшения выбирает?

— Было бы неплохо, — присвистнула Коралина.

Я уставилась на нее.

— Вот когда будешь распорядительницей, тогда сама испытания будешь выбирать.

* * *

Кора скорчила рожицу. Ей этот отбор уже как троллю лампочка — особенно не нужен, но что-то интересное не пропустит. У нее завелся роман. Да, да! Вы не ослышались, роман завелся, как мыши в кладовой и так же резко, в присутствии кота он может прекратиться. С одной стороны, я потеряла единомышленницу и подругу, с другой — я была очень рада за нее. Моя Коралина стоит всех дракониц и аристократок. И ведь тоже стала самостоятельной десой. А внимание на нее обратил дракон Эллиот Дуглас, про которого, по рассказам брата, никаких плохих слухов не ходило, и он был остроумен, дружелюбен и находчив.

Так мы и разошлись, каждая в свою сторону. Арлинда, на правах воспитательницы увела наш неусмиримый выводок лебедей. Коралина с улыбкой выскользнула на свидание, а я осталась за столом одна, так как мой фамильяр все еще пребывал в состоянии трупа.

— Вот я и нашел тебя, — услышала я возглас за спиной.

— О, да меня так сложно искать, каждое утро я здесь, — я устало вздохнула, глядя на своего бывшего жениха.

— Я не помешал? — Вздернул он бровь.

— Помешал.

— Я старался, — сел он рядом со мной.

Отставить шутки и сарказмы, Лисси. Сарказм — удел победителей, а ты вчера вечером была не в состоянии праздновать победу.

— Ты же для чего-то меня искал? — Вопросительно взглянула я на друга.

Он положил свою ладонь на мою руку.

— Да, хотел поговорить до выхода императора.

— Я понимаю, — заметила я мрачно.

— Правда?

— Я хоть и дурашка, — картинно осмотрела себя, — но и не дура. Он ревнует.

— Ты права, — смиренно ответил мой друг, — ревнует. И ему очень не нравится, что я рядом с тобой.

— А зачем ты рядом? — Храбро решила расставить все точки над и.

— Я твой друг, — пожал плечами дознаватель, — и друг твоего брата.

— Только друг? — С недоверием спросила я.

— Только друг, — улыбнулся мне дракон. — Лисси, мы не могли стать супругами. В первые пару лет я еще бесился, но познакомившись поближе радуюсь твоему выбору. Он лишил возможности выбора для меня, а я почти уверен, что пришел бы не к тому решению, а во-вторых, я тебя с трудом терплю ради твоего брата и тренировки характера. На твою свободу я не претендую.

— Точно? — Хорошо бы письменное утверждение получить. Папенька может выдать меня толька за Ойлистрея, для остальных я дно. А вот если он от меня откажется, то семья либо отречется, что вряд-ли, либо смириться с моим неугомонным характером.

Они, кстати, за все мое пребывание, даже строчки не написали, а ведь моя матушка и тетя — придворные дамы. Что за заговор в семье?

— Такие как ты, вечно живут в наших сердцах! — Пафосно начал Милир, вводя меня в уныние, — но и еще в печенках.

Ааааааа, ну тогда ладно.

— Так и быть, старый друг, — обняла я дознавателя, — буду жить в твоих печенках.

— И почему я не удивлен? — услышали мы голос Ревенера Первого.

Твою мать! Я на него колокольчик повешу.

* * *

— А мы тут, — виновато начала я, — плюшками балуемся, — взглядом указала на хлебобулочные изделия.

— Я думал, Вы про субпродукты. Про печенку, — грозно начал император.

Опомнившись, я присела в книксене.

Подумать только, еще вчера, до комнаты меня провожал монарх, слушая мои мысли о запое, а они были весьма цветистые.

— И про это тоже, — улыбнулся мне Милир, испытывая нервы государя.

— Вот как не обращусь к распорядительнице, — внимательно глядел в мои глаза Ревенер Первый, — всегда вижу дознавателя. Стою и думаю, отчего?

— Мы хорошие друзья, — с нажимом на последнее слово отвечал мой бывший жених.

Ой, смертник. Ревенер Первый слыл справедливым императором. Но только по его собственному королевскому мнению. По мне, он собственник еще тот, а мы еще и политические темы не обсуждали. Вдруг в стране спорные территории есть. А тут все клином на одной ведьме сошлось.

— Идите, Милир, приступайте к обязанностям, — вздохнул самодержец.

Я сглотнула. Наедине с Его Величеством — эта та ситуация, которую стоит избежать. Мне ужинов хватит.

— Как Вы себя чувствуете? — галантно начал наш главный дракон, обращаясь ко мне. — Я был почти уверен, что завтрак Вы пропустите.

— Ну что Вы, — отвела я взгляд, — Вы же дали мне такую возможность. Разрешите принести свои извинения, — я опять присела в церемониальном поклоне. Но мужские руки резко меня остановили.

— Нет, не извиняйтесь.

— Почему? — Я удивилась.

— Это было презабавно, я давно так не веселился.

— За мой счет, — я помрачнела.

— Не привязывайтесь к словам, — все также весело отметил император, — все ведьмы и Ваша подруга меня развлекли. Просто мужчин было поровну, а я решил помочь именно Вам.

— Я ценю Ваш порыв.

Я правда ценила. В стране в принципе любили нашего императора, он был справедлив, красив и холост — просто верх популярности.

— Лисси, — проникновенно начал Ревенер, — Вы сейчас заняты?

Нет, я композиция: овца за завтраком. Но в слух сказала:

— Ваше Величество, ради Вас отложу все дела.

Какие? У меня вообще есть дела? У невест вот есть. Они благотворительностью занимаются. Надо напомнить этому дракону.

— Это прекрасно, — он с ухмылкой посмотрел на меня, — Я Вам кое-что покажу.

И перекинулся в дракона. Таким я его еще не видела. Огромный, черный. В несколько десятков метров длинной — он точно был крупнее всех сородичей.

Не хотелось об этом упоминать, но я же ведьма, драконов видела не мало, а чешуек надергала свыше двух десятков, так что меня можно записывать в заправские ценители.

По спине и крыльям шли серые и острые выступы. Взгляд был ясный и с очень завлекающими синими зрачками. Вот они, Миртеороны, самые красивые драконы в Аридии.

Дракон бережно схватил меня в лапу так, что я не успела испугаться. Я в принципе не из пугливых, но кто же так за девушкой ухаживает? И, великая Мира, кто же так несет? Только и успевала откашливаться от мошек и продирать глаза в лапах.

Мы неслись вдоль прибрежной линии моря, которое омывало страну. На одном из холмов император выпустил меня из лап, и я кубарем скатилась по песчаному покрытию к пляжу. Сам он улетел на второй круг.

Погрозив кулаком за жесткую посадку, я приподняла юбки, заткнув их за пояс и зашла в воду. Вот блаженство.

Ревенер Миртеорон обратился в человека и шел мне на встречу.

Что же ты хочешь мне сказать? Все мои саркастичные мысли покинули меня.

— Вот смотрю на Вас, Лисси, столько мыслей, только взгляд отведу, и их нет совсем, — на романтичной ноте застал меня мужчина.

— Это Вы смотрите неправильно, — наставительно отмечала я, — Ваша жизнь заиграет новыми красками, если к распорядительнице с уважением относится.

— Это предсказание? — заинтересованно начал мой собеседник.

— Это точное будущее и смысл жизни.

А что? Он там по началу сам пел: «Надо устроить ведьму, надо устроить ведьму»! А то все властьимущие быстро расслабляются.

— Так что Вы предлагаете?

Я посерьезнела. Внимание вниманием, а решение принимать нужно.

— Ваше величество, я хотела Вас попросить уделять больше времени невестам, — я испуганно захлопала глазами.

Как, говорится, если для дела надо, то можно и клоунаду.

— А что не так, Лисси? — Устало задал вопрос император.

— У всех складывается мнение, что со мной Вы проводите больше времени чем с потенциальными невестами, — теперь я сама прикладывала руки к волосам.

* * *

— У кого, у всех? — Поднял бровь император.

Я пожала губы. Конечно, будем отрицать очевидное.

— У невест, у дознавателя, у Вашего секретаря.

— Я император. — Он грозно двинул подбородком. — С кем хочу, с тем и провожу время.

— Тогда зачем отбор?

— Я уже отвечал на этот вопрос на нашем первом совместном ужине.

Так, Лисси, выдыхай и считай до десяти.

В голове мелькнула шальная мысль предложить Его Величеству решить задачу: какой окружности синяк будет на царственном лице, если он продолжит разыгрывать комедию. Но я, как достопочтимая деса, Арлинда бы мной гордилась, отошла от императора на два шага назад. И медленно произнесла:

— Ваше Величество…

— Ревенер, — он перебил меня.

— Что? — Я не поняла, что происходит.

— Наедине зовите меня Ревенер, Вашему другу, — он выделил слово друг, — это тоже позволено. Не удивляйтесь.

Ааааа, хочется бежать и плакать, весь настрой сбил.

— Ваше Величество, — упорно продолжила я. Эх, была-не была. — Я не дура, я вижу Ваше внимание. Любовницей не стану, в отборе участвовать не буду, в гарем не пойду.

Все, выдохлась ведьма.

Мой оппонент задумчиво обвел меня взглядом. Ты еще и оцениваешь меня, ящер проклятый?

— Положим, я тоже не дурак, — наступал он на меня, а я отходило, благо на пляже пути отступлений почти бесконечные, — Я же вижу, что и Вам не безразличен.

— Вы — император! Разве я могу с Вами непочтительно? — Надула я губы.

— То есть, мне все показалось, а это обычная вежливость подданного? — скривол он лицо.

— Да! — Выкрикнула я.

Кажется, я немного оскорбила монарха. Эх, ведьма, ты наедине с драконом, он так-то и испепелить тебя может.

— Я Вас понял, деса распорядительница, — он примирительно поднял руки и начал отступать, — прислушаюсь к вашей просьбе.

Все? Надо было просто наорать? Чувствую себя, как мама с пятилетним сыном, когда пытаешься его чему-то научить, а ребенок не запоминает. Но мотивированный подзатыльник и крик — лучший аргумент для обучения.

— Предлагаю вернуться в замок, — невозмутимо продолжил Ревенер Первый. — Раз уж свидание не удалось.

— Это не было свиданием, — буркнула я.

Нет, это точно не свидание. Кто несет девушку через поле комаров, так чтобы она отплевывалась?

— Пусть так, — он галантно подал мне руку, — я сейчас обращусь, но предлагаю Вам насладиться поездкой на спине, а не в лапах. Вы сможете наложить все необходимые заклинания, чтобы не выпасть?

Я закивала головой.

Конечно, я хочу и плевать на все предостережения. Для драконов это что-то сакральное, но в последнее время, они начали завлекать магисс и другие расы покататься на их спинах. Раз уж мой повелитель предложил, а он не считается закостенелым консерватором, значит можно без опаски соглашаться.

— А что мне за это будет? — Хитро улыбнулся Ревенер.

Как говорится, я все отдам, но где мне это взять?

— Моя искренняя благодарность? И почтение? — хлопала я глазами.

— Хочу чтобы Вы воспользовались своим даром и выбрали мне невесту.

— Зачем? — Я немного поникла. — Мы это уже обсуждали.

— Не говорите мне сейчас, кто может стать моей избранницей. Я хочу, чтобы это увидели Вы.

А это несколько жестоко с его стороны. Правда, я свой интерес к императору отрицаю. Может он таким образом меня по носу щелкнуть решил?

— Как скажете, Ваше Величество. — Я присела в поклоне.

Он в два шага подошел и взял меня пальцами за подбородок. В места соприкосновения все запылало — очень властный жест.

— Я же сказал, наедине, ТЫ, Лисси, можешь звать меня Ревенер.

— Хорошо, — пискнула я.

Мой повелитель сделал пару шагов назад и обернулся в дракона. Меня опять захватило восхищение от его образа. Хорош, мерзавец.

Он выставил крыло, чтобы мне стало удобно забираться, а мне два раза спрашивать не надо — когда можно сесть на шею мужчины, я устроюсь удобно.

Он поднял меня в воздух и я зашлась от эйфории.

Как говорила моя дорогая ведьма-бабуленька, к вящему неудовольствию моей святой матушки: «Не можешь довести женщину до оргазма, доведи ее хотя бы до дома!».

Ревенер Первый с этой задачей справился не просто на отлично, а максимально превосходно.

* * *

Прилетев в замок, мы быстро разошлись, так как оба считали, что нечего плодить слухи, пусть и не беспочвенные.

Уже через пять минут меня нашла Кора.

— Как ты меня нашла? — удивилась я.

— Я просто шла на запах высокомерия, — с улыбкой ответила подруга.

— И нашла только меня? — Я скептично скривилась. — Тут весь гарем и невесты с таким настроением.

— Ну из них никого драконы в лапах не уносили.

Так, сплетни по этому дворцу не бегают, но успевают везде.

— Ничего интересного, — отмахнулась я скрывая свадьбу.

— Ну да, — засмеялась оборотница.

Подавив легкое желание, придушить подругу, пошла по террасе.

— Было что-то занимательное, пока меня не было?

— В целом нет, — вздохнула Кора. — Герман одуплился, я два раза приносила ему настой от похмелья, спасибо Улиссе.

— А ты? — Я посмотрела на нее. — Не стыдно за вчерашнее?

— За что? — Рассмеялась подруга. — Там же не юнцы собрались. Они бюстье не видели? И некрасивых там не висело, все от Мартинс, даже у твоей поварихи.

Вообще да, все носят то, что сшила Кора. Хоть за это не стыдно, там правда все красиво. Кухню что ли навестить, забрать имущество.

В коридорах мелькнул знакомый силуэт. Интересно, он что здесь делает? Он же не придворный.

Я свистнула подружке и прижалась к стенке. Пока не хочу, чтобы он меня обнаружил.

Что же забыл Омер де Гринберг в замке?

Тот неспешно шел по коридору, где работали самые приближенные к Его Величеству.

Эх, во мне погиб шпион. Я помигала глазами оборотнице, что я последую за ним. А она пусть поступает как хочет. Но Кора мне все-таки сестра: изогнула бровки, выдохнула, но взглядом обозначила — пойду с тобой. Вот она, женская дружба. Если надо, она мне и в суде подпоет, что это де Гринберг нас ножом пырнул, даже если мы первые начнем.

Наш преследуемый скрылся в кабинете Милира.

Я медленно дошла до двери дознавателя и прижалась ухом. То же самое сотворила подружка.

— Не рад Вас видеть, — услышала грозный голос Милира.

— Меня не должно это волновать. — а это походу де Гринберг.

— С чем пожаловали?

— Что за слухи о нелепоц смерти участницы? Может стоить посоветовать распустить отбор?

— Вам то какое дело?

— В отборе моя дочь!

— Я прилагаю все усилия к безопасности девушек!

— Плохо прилагаете! Что может значить — выпала из окна по не острожности?

— Может Вам лучше знать, Дес де Гринбер? У Вас же все-таки дочь?

— Может и так, — голос за дверью накалялся, — вам следует лучше слелить за девушками.

— Я принимаю во внимание Ваши слова, потому что Вы отец, — спокойным голос отвечал Милир, — но имейте ввиду, что и за вами я слежу.

— Это больше честь, чем обида, — презрительно вякал де Гринберг, — такой ученый дракон упустил смерть несмышленной десы. Правду говорят, что Вы позволили герцогу умереть?

Вот это да? Что могло случится с Бастианом? В аристократии только два герцога, известный только младший Миртеорон.

— Вы бы услышали, если бы ректор академии нас покинул.

— Не сомневаюсь.

Так, на этой ноте надо откланиваться от двери. Собеседники явно друг другу не нравились и через пару секунд уже может распахнуться дверь.

Мы с Коралиной очень тихо двинулись назад.

Во время. Дверь действительно распахнулась. А если бы мы еще прижимались, нам бы знатно по ушам прилетело.

— Десы де Мартинс и де Риверс, — развел руками обрадованный де Гринберг, — очень рад Вас видеть.

— А мы то как, — скрывая досаду, улыбнулась я.

Ну хоть за подслушиванием не спалились.

А, нет, спалились. По лице дознавателя было видно, что он все знал, позволил, а потом еще и пропомнит. И это поняла не только я, но еще и Кора, которая поджала губы, потом демонстративно зевнула и сообщила:

— Прошу меня простить, но сказывается вчерашнее похме……………вчерашняя усталость, — закончила она чинно, — пойду готовиться ко сну.

Мне в руку вцепился аристократ-воздыхатель.

— А Вы, деса де Риверс, не хотите ли со мной пройтись?

— Можно, — вздохнула я, — только недолго.

— Любая прогулка с Вами кажется не долгой.

Буэ! Меня стошнит от таких речей.

Что за день? Хотя это видимо в награду мне за хорошо проведенный вчерашний вечер.

— Вы кажетесь уставшей, это не от того, что император вывез Вас к побережью?

— А Вы откуда все знаете? — С ехидцей спросила я.

— Трудно было не заметить.

— Да, император немного потерял голову, — я подала плечами, — но нам многое было нужно обсудить, а во дворце с этим трудности, он все-таки монарх.

— Вы так о нем печетесь.

— Я пекусь об отборе, — твердо ответила я.

— Я все также хотел бы просить Вас о срезе Ольнеи с отбора, — перешел в наступление мой собеседник.

Мы шли, долго. Я обдумывала свой ответ. Де Гринберг с любопытством посматривал, но тоже молчал.

— Может Вам показалось, — елейный голосом начала я, — но срезать девушек я не могу. Ольнея — одна из идеальных кандидаток. Если Вы так хотите ее проигрыша, зачем отправили?

— Я не хотел, она сама настояла, — снисходительно отвечал граф. — С одной стороны она правда может стать впечатляющей императрицей, все данные для этого есть.

Я подтвердила.

— Да, все.

— С другой стороны, моя дочь выросла в атмосфере бесконечной любви и баловства, неуверен, что она смирится с наличием гарема.

— Да, — рассеянно сказала я, представляя девушку своей императрицей, и увиденное мне не нравилось, — скорее всего не смирится. Простите, Ваше сиятельство, — я даже поклонилась, — я устала и хотела бы день отдохнуть.

— Конечно, деса де Риверс, я всегда рад услужить такой женщине как Вы. — Он тоже ответил мне поклоном.

На этом мы разошлись.

В своих покоях я ходила из стороны в сторону под храп фамильяра.

Великая Мира, я же ревную. Ревную Ревенера Первого. Как я буду устраивать отбор, когда я явно влюблена. Это ведь не просто симпатия. Я такое сама чувствую. Этот отбор. Ведь постоянно ловлю себя на мысли, что отношусь к этому не серьезно.

Я воспользовалась даром, пытаясь присмотреться к себе. Увидела неясный магический след.

Значит, Мира, суженый у меня есть, но ты его мне не покажешь. И кто из нас ведьма, богиня?