Глава двадцать седьмая

Оваций она, увы, так и не получила, зато Велатри поднялся, обошел стол и очень церемонно приложился к ее руке:

— Леди, никогда в вас не сомневался, но сейчас… Поверьте, я очень впечатлен. И теперь у меня есть еще один повод вас благодарить.

Убеждать Велатри, что провернула она эту интригу вовсе не ради него, а ради своей и Янира безопасности, Анетте посчитала лишним. Как и делиться своими мотивами. Да, она предпочла избавиться от Крастила, а не доказывать, что его обвинения абсурд, и колдовать над Велатри они со светлым даже не думали, решив что так будет гораздо надежнее. Но просвещать в этом плане она никого не собиралась, а потому просто закрыла тему:

— Лорд, вы знаете, какая благодарность мне нужна. Но обещали мне ее и без того. Так что не будем считаться. Смысла уже нет.

— Я понял, — серьезно кивнул тот. Но вернувшись на место, продолжил: — И все равно не забуду. Трудно выбросить из головы, когда тебе дважды за день вот так протягиваю руку.

— И вытаскивают из дер… — Янир закашлялся и сделал вид, что никакого шепота в ее сторону не было.

Она тоже сделала такой вид, продолжая наслаждаться признанием своих заслуг, но еще больше выражением лица светлого, опять красиво игравшего желваками. Что ж, не успел первым — плетись в хвосте. Истина универсальная, к комплиментам тоже относится.

— Анет, — вдруг встрепенулся Тибо, отвлекая ее от приятного зрелища, — А ведь ты умудрилась в одну просьбу вложить две. И деда не трогать, и… кузена прижать.

— Угу, как раз этим больше всего и горжусь, — она улыбнулась снова, теперь уже парню. — Но, вообще-то, не две, а три. Он еще и мои догадки подтвердил, то есть сведениями невольно поделился.

И вдруг глянула на того в упор:

— А ты, юноша, молодец. Заметил. Вспомнил, как нужно общаться с демонами?

— Вспомнил, ага.

— И правильно. Иногда оно в тему и без пентаграмм. Люди даже похуже нечисти бывают, если копнуть. И уж точно опаснее.

Но тут и Янир созрел для вопроса. Тоже весьма неглупого:

— Почему он согласился на твою просьбу? Я про Сагарстила.

— А он и без просьбы этого шустрого господина прижал. Скорей всего. Потому что уверен теперь — его сдали. И ни от кого другого, кроме заказчика, я такие сведения получить не могла. А он, выходит, в своем праве… В общем, согласился — и ладно. А то вы, лорд, — глянула она на Велатри, — Наверняка нацелились уже отбивать особнячок силой? Прям с утра, да? Чтобы к вечеру освободиться и устроить нам обещанную экскурсию.

— Нет, — хмыкнул тот. — Прям с утра я намеревался официально признать Тибса на совете лордов. А отбивать — это чуть позже, после обеда. И даже без силы, мне будет достаточно двух свидетелей, чтобы заручиться поддержкой все того же совета.

— Барутикс и Деневлир, — с полным пониманием качнул головой целитель.

— А их там не прирежут, свидетелей этих ваших? — Анетте скептически перевела взгляд с одного на другого, вспомнив, в каком незавидном положении остались молоденький племянник и «тоже гость». — Под шумок-то?

— Лордов?! — удивленно поднял брови Велатри. — Нет, конечно.

— А если они их втихую? А потом на вас же и свалят? Или на нас?

— Какое втихую, — сильнее всех эта версия поразила Тибса. — Там же полон дом прислуги, не говоря уж про охрану. Ради Крастила они молчать не станут.

— Да, — согласился с ним Велатри. — Не выйдет. Если б я погиб, свалить можно было бы многое. И на многих. Но сейчас… Нет, они проиграли и прекрасно это знают.

— Ну, вам видней, — деликатно зевнула Анеттте и намек поняли все.

Лорда Велатри сам папаша Певлит торжественно проводил в лучшие покои своего заведения — отсыпаться и окончательно выздоравливать, завтра ему предстоял тяжелый день. Каси сама попросила устроить ее с местной прислугой — она, мол, привыкла. А Тибо решил ничего пока не менять и остался с целителем, а тот после многозначительного «нужно поговорить», пошел вместе с ним провожать ведьму в ее комнату. И едва переступив порог, сразу взял быка за рога:

— Анет, хочу предупредить — я тебя завтра к артефакту даже близко не подпущу!

— Не скандаль, светлый, — отмахнулась та. — С этим пока рано. Разбираться, кто кого и куда не подпустит, потом будем.

— Что? — мэтр словно на стену с разбегу налетел, явно ожидая какой-то другой реакции.

— Тебе не кажется, — задумчиво глянула она на него, — что Велатри слишком уж уверен, что ведьмин огонь никуда не денется? Где был, там и дальше будет?

— Кажется, — не стал тот спорить.

— Вот и не будем пока устраивать драку за шкуру неубитого медведя. Хоть что-то понятно насчет этого артефакта станет только завтра, не раньше.

— Анет, — светлый смотрел на нее странно. — Ты что, решила, я пришел сюда делить его?

— А что, нет? — глянула та недоверчиво.

— Нет! Просто не хочу, чтобы ты тянула к нему руки!

— Ага, — влез в разговор Тибо, — И на себе проверяла, правду про этот «ведьмин огонь» говорят или врут.

— И не собиралась, — дернула та плечом. — Принесешь мне его как раз ты. Тебе он точно не повредит. Три вектора, помнишь, да?

— А дальше? — опять вступил мэтр. — Даже если не повредит и он принесет, дальше что? Будешь на себе опыты ставить? Сгоришь — не сгоришь? Если из его рук возьмешь?

— Слушай, светлый, — разозлилась она, сообразив, что на эту тему пока вообще не думала, но не желая в том признаваться. — А чего это ты такой заботливый? Вдруг? Твой интерес в чем? Сам нацелился поэкспериментировать?

— Ведьма! — вспылил тот в ответ и шагнул было к двери — уходить. И не иначе как хорошенько шваркнув ею напоследок, по крайней мере выражение лица у него было именно такое. Но внезапно остановился и передразнил: — «Вдруг»! Вся ты в этом.

— А что, не вдруг?

— Нет! Но кроме себя ты все равно ничего не видишь.

— Да что ж вы как дети малые! — не выдержал Тибо. — Ну сколько можно, а?

— Сколько можно что? — Анет уставилась на парня в упор.

— Грызней заниматься. И подозрениями. Вы же черт знает сколько лет знакомы, а так и не разобрались, кто вы друг другу. Хотя стоило бы еще в академии своей это выяснить…

И вдруг наставил на нее палец:

— Кем ты была для него? Как думаешь?

— Деканом.

— Мастер, кем? Она была для вас?

— Любовью! — внезапно решился тот.

— Вот, собственно, и все. — Вынес вердикт Тибс.

— Не все. — Янир продолжал сверлить ее взглядом не отрываясь. — А я? Кем был для тебя? Инструментом? Способом получить эту цацку?

— Мечтой, как ни странно, — внезапно успокоилась она. — Невозможной.

— Почему?!

— Для возможного кто-то из нас должен был уступить. Но я знала, что это… невозможно.

— И? Что-то изменилось теперь?

— Все.

— Все? И кем же я стал? Если изменилось все?

— Любовью, светлый. И… Тибс, у тебя две секунды, чтобы убраться отсюда.

— Ведьма!

— Испепелю!

Раздевали ее бережно, а целовали нежно. Пуговка за пуговкой, прикосновение за прикосновением… Словно боясь спугнуть… И потерять. И никогда уже больше не вернуть. Даже один шанс на это — и тот казался чудом, рассчитывать на второй — кощунством.

— Анет, — выдохнул Янир, позволив платью скользнуть к ее ногам. А затем спуская с плеч бретельки рубашки и отправляя ее следом. — Ани… Боги, как же ты красива.

— Ты тоже ничего, — она стянула уже расстегнутую рубаху у него с плеч. — Отожрался…

— Нет, радость моя, — тот быстро накрыл ее губы поцелуем и, ухватив в охапку, поволок к постели, не давая перевести дух. — Ты все-таки помолчи. Так действительно будет лучше.

— Не советую, светлый, — отстранилась она, хоть и не слишком охотно. — Если ты меня начнешь затыкать, пусть даже вот так, есть риск, что оно потом накопится. И рванет. Поверь, лучше все-таки по чуть-чуть.

— Ага, ну тогда и правда лучше, — улыбнулся тот. — И знаешь, я даже привык уже. И без твоего «чуть-чуть» теперь скучно.

— Вот и хорошо. Подозреваю, мне тоже будет пустовато без твоих вечных попыток… согнуть.

— Нет, — усмехнулся тот. — Вот последнее — точно нет.

И больше не давал возможности перевести дух между поцелуями. Все же так безопаснее. А потом им вообще стало не до разговоров. Категорически.

Тибо, выскочив за дверь, пару минут постоял прямо под ней, усмехнулся, убедившись, что все там в порядке — убивать друга они пока не планируют и учесал в комнату целителя. А через четверть часа туда постучался посланник от Велатри:

— Лорд хотел бы вас видеть… господин Тибс.

Последняя фраза — про господина, далась посыльному нелегко, но мужик справился. Парень усмехнулся — ничего, завтра вообще лордом величать придется, вот уж когда их всех перекосит…

— И не спится же кому-то… — пробурчал он нарочито недовольно, рассчитывая позлить прислугу еще больше, вылез из постели и начал неспешно натягивать только что снятую рубаху:

— Любезный, — потребовал он мерзким тоном. — Оставьте меня сейчас одного. Я приглашу вас, когда приведу себя в порядок и буду готов.

Мужик подавился ругательством и выскочил за дверь как ошпаренный, не услышав хихиканья в спину.

Но хиханьки закончились, едва Тибо шагнул в комнату, где устроили деда. Понятно было — не спится ему вовсе не потому, что не хочется. Наоборот, вид с которым тот откинулся на приподнятые подушки, говорил, что отдохнуть он сейчас не прочь, но… долг!

Парень всерьез начал сомневаться, нужно ли ему это — становиться лордом, то есть вот таким же. А то, может, свалить подальше, пока не поздно? Но хорошенько обдумать эти планы не вышло — дед немедленно взял его в оборот, начав раздавать инструкции на завтра. Через четверть часа Тибо понял, что на самом деле можно было обойтись и без них. Сводилось все к одному — молчи и делай, что скажут. Устав кивать головой на манер болванчика, он вдруг спросил, перебив того на полуслове:

— Лорд Велатри, а как ведьмин огонь называет голубая кровь?

— А? — не сразу сообразил тот от неожиданности.

— Ну, светлые же его огонь мира называют, — не смутился парень. — Без упоминания всякой там нечисти. А мы? Третий вектор?

— Не о том думаешь, — дед посуровел лицом, но вдруг поправился: — А, может, как раз и о том… Что ты вообще о нем знаешь?

— Ну… — задумался он. — Артефакт. Сильный. Самый сильный у нас, как говорят. Темные считают, что он всю силу этой грани собрать помогает и в одни руки передает. А светлые — что бессмертие дает. Голубой крови, вы сказали, ничего дать не может…

— Не совсем так, — прервал тот этот чуть бестолковый рассказ. — Если уж речь про всякие слухи и легенды — то, говорят, третьему вектору он может дать магию. Но на самом деле нет.

— Ага, — кивнул Тибо, явно запоминая. — А называем-то мы его как?

— Сердце мира.

— Н-да… — не мигая уставился он на деда, но быстро встряхнулся. — У Анет наверняка бы нашлось словечко в тему. Выдала бы сейчас что-то типа: «Надо же, как фапосно».

— Пафосно, — не принял тот шутки. — Зато верно. Только это и верно. Все остальное — варианты. В общем, слушай внимательно, но не вздумай потом никому пересказывать…

Лорд и правда вымотался, потому как уснул в итоге на полуслове. Но главное Тибсу рассказать успел, и теперь ему было о чем подумать — это он и собирался сделать, снова забравшись в постель, но… Возле двери столкнулся с мастером:

— Итить… — в сердцах выдал парень. — Выгнала?

— Нет. Просто… Пусть поспит, — сказал тот с непривычно мягкой улыбкой. Завтра тяжелый день, ей отдохнуть надо.

— Ага, — пробормотал он, потянувшись чесать затылок, но спохватился и руку убрал — лорду невместно, чо. Пора соответствовать. — Раз так, пошли.

— Куда? — уперся Янир, сообразив, что тащат его вовсе не в комнату, а наоборот, к входной двери.

— Как куда? Клумбы обносить.

— Для нашей ведьмы? — неверяще уставился тот на ученика.

— Для твоей женщины!

Светлый подумал чуток и сопротивляться перестал.