Глава 7.

Проснулась в своей новой комнате одна. Вот тебе и брачная ночь с тремя мужчинами. Хотя почему  брачная? Они же не мужья, так любовники.

Лежу и гоняю в голове воспоминания, и снова тело накрывает такая истома. Хоть заново повторяй все, что ночью было.

А почему бы, собственно, и нет?

Вскакиваю и, набросив халатик на себя, решаю поискать хотя бы одного из новоявленных любовников. Выглядываю в окно, но на полянке перед домом никого нет, как и машин. Неужели умотали все и бросили меня одну дома? Я, конечно, не ребенок, но оставаться одной в доме, который не то что на отшибе, он в лесу вообще-то находится, очень неуютно.

Судя по тому, как ярко светит солнце, уже как минимум обед. Часы искать не охота, да я и не опаздываю. Какая разница, который час? Спускаюсь вниз, но и там никого. Да где они все?

Надо привести себя в порядок и пойти их искать. Поверить не могу, что они втроем уехали. Может, хоть котик дома остался. Быстро принимаю душ, высушиваю тело и по возможности волосы. Снова надеваю халат и бегу наверх, в свою комнату. Открываю шкаф,  и рука сама  тянется к спортивный штанам и футболке. Но я останавливаю себя. Я девушка или кто? Я же брала сарафаны летние. Погода великолепная, пора их носить. Нахожу платье-рубашку, надеваю. Волосы почти просохли, и я скручиваю их в пучок на макушке. Вот так-то лучше.

Слышу, как хлопнула входная дверь, и пулей бегу на звук. Еще с лестницы замечаю Криса. Он что-то принес и возится на кухне, напевая себе мелодию под нос. Тихонечко, на одних пальчиках крадусь к нему. И вот, когда остались каких-то пару метров,  он поворачивается ко мне, посмеиваясь.

– Прости, не выдержал. Ты так смешно кралась. Думала, я не слышу? – мужчина обнимает меня, а я с интересом  заглядываю ему за спину. – Любопытная моя кошечка, – на столешнице около раковины лежали полевые цветы.

– Это мне? – я заглядываю в лицо этому романтику, а он нежно целует в губы.

– Конечно, тебе. Но ты не дала мне возможности их собрать в букет, – немного укоризненно говорит котик. – Как спала?

– Спала чудесно. А где все? – я выпутываюсь из объятий, смущаясь тому, что начала чувствовать,  как мне в живот упирается «радость от встречи». Куда-то делась моя решимость, и я, повернувшись к мужчине спиной, принялась собирать букет. Мысли блуждают где-то далеко, а руки сами  формируют букет. Столько времени отработать в цветочном. Я делаю букеты, даже не задумываясь.

– Уехали в город, что-то надо докупить. Хотят на этой неделе закончить с домом. Костя хотел тебе подвал показать, – Крис подошел со спины, и я почувствовала его горячее тело сзади. Руки подрагивают, и я роняю стебель.  Мужчина поднимает его и подает, а я стараюсь взять, но не  коснуться  его руки. Но не тут-то было. Я снова зажата между телом мужчины и столешницей. И котик трется вставшим членом о мою попу. Моя шея открыта, и он медленно проводит пальцем по ней. Мое тело реагирует незамедлительно, отправляя мурашки блуждать по телу, а в животе сжался узел желания. Упираюсь руками в столешницу и, выгнувшись, оттопыриваю попу. Трусь о член Криса. Он то ли мурчит, то ли рычит, но этот рокочуще-грудной звук, что он издает, возбуждает невероятно.

Поцелуи в шею, его руки на моей груди.

Я не стесняюсь в проявлении своего желания. Снова стыд и смущение отброшены куда подальше. А чертенок у меня в голове, отвечающий за разврат и похоть, радостно хлопает в ладоши.

Резкий разворот и я лицом к мужчине.

Долгий сладкий поцелуй и мужчина опускается передо мной на колени. Мое секундное замешательство и вот подол  платья задран, а трусики где-то внизу. Моя нога на плече Криса, а с губ срываются стоны. Я запрокидываю голову в предвкушении.

Он целует, лижет и прикусывает внутреннюю часть бедер, не спеша, медленно, отчего я распаляюсь еще сильнее. Когда же он проводит шершавым языком по нижним губам, я не могу совладать с собой и, схватив его за волосы,  сильнее прижимаю к своей промежности. Крис хохочет, но не отстраняется, а наоборот, положив руки на попу, сильнее впивается мне между ног. Лижет, посасывает, снова лижет. Я покрикиваю в моменты, когда клитор оказывается в опытных губах, постанываю и ерзаю. Мужчина резко выпрямляется и разворачивает меня спиной к себе, укладывает животом на столешницу. Один мощный толчок и он полностью во мне, а у меня с губ срывается стон наслаждения. Крис начинает таранить меня все сильнее, впившись руками мне в бедра. Меня выгибает от наслаждения и удовольствия. Ощущаю стеночками влагалища каждое движение члена, каждую фрикцию. От стонов и криков саднит горло, а мужчина все продолжает. Он перемещает руки и теперь одной рукой прижимает меня к себе, а второй находит клитор и прижимает его.

Мои крики, шлепки разгоряченных тел, стоны Криса наполняют комнату.

Я не знаю, куда себя деть от удовольствия, когда мужчина прижимает особенно сильно чувственную горошину. Тело сковывает судорога, а пальцы на ногах поджимаются. Резко наступает расслабление и удовольствие растекается патокой по телу. Чувствую сильный толчок, и Крис замирает, уткнувшись мне в затылок, тяжело дышит.  Пару мгновений мы стоим в такой позе. Мой любовник прижимает меня к себе, мы  переводим дыхание, наслаждаясь моментом. Но вдруг я слышу звук подъезжающей машины, потом хлопки дверцы и голоса. Крис отпускает меня,  и я пулей мчусь в ванну, а он натягивает на себя штаны.

Мне невероятно стыдно и неловко. У нас, конечно, был секс втроем, в смысле с ними троими, но я не знаю, как они отнесутся к сексу порознь. Я просто трусиха и испугалась реакции мужчин. А этот момент надо обязательно обсудить.

Привожу себя в порядок и выхожу  из ванной, и сразу натыкаюсь взглядом на Константина.  Или это совесть, или он в курсе, чем мы тут занимались с Крисом. Отвожу  стыдливо взгляд, а у него на губах играет усмешка.

– Привет, – я здороваюсь, а ко мне сбоку подходит Дима, целует в щеку, шумно вдыхая воздух около моего уха.

– Привет. Как ты? – он отвлекает меня от Хранителя, который по-прежнему молчит и буравит меня взглядом.

– Хорошо, недавно проснулась, – целую волка в ответ, а сама боковым зрением смотрю на крылатого. Он бросает на меня нечитаемый взгляд и выходит из дома, а я провожаю его недоуменным взглядом. – Дим, что с ним?

–А ты не догадываешься? – оборотень лукаво смотрит на меня и снова ведет носом по скуле и шумно вдыхает мой запах, а  я смущенно краснею.

– Скажи, – догадки догадками, но я хотела бы знать, так сказать, точную информацию.

– Как только мы зашли на кухню, здесь стоял запах секса и возбуждения. Он уже устроил допрос Крису, а сейчас просто ревнует, –  Дима трется об меня бедрами,  и я понимаю, что и этот мужчина невероятно рад меня видеть.

– Крис хоть жив? – я обвела взглядом комнату и, не найдя котика, внимательно посмотрела на Диму.

– Жив, что с ним станется, – смеется оборотень. – Сходи, поговори с Костей.

– Хорошо, – сама чувствую, что надо обсудить и ревность, и наши странные отношения.

Выхожу из дома и иду к озеру и беседке. По какой-то причине я уверена, что Хранитель там. Он сидит в беседке на возвращенных на законное место подушках, закинув ноги на деревянное ограждение и скрестив на груди руки.

– Привет, – мужчина резко дернулся и сменил позу, поставил ноги на пол. – Как дела? Крис сказал, ты хочешь показать мне подвал, – признаться, я не знала, с чего начать разговор.

– Да, там много занятного. И сейчас, после того, как твоя сила распечатана, он должен быть тебе особенно интересен, – мужчина двигается, и я сажусь рядом с ним на подушку, смотрю на озеро.

– Как же здесь красиво! – я вдыхаю полной грудью воздух и чувствую незнакомый запах, и непроизвольно принюхиваюсь.

– Что? – Костя удивленно посмотрел на меня, вернее, на то, как я нюхаю воздух.

– Показалось, –  я не стала говорить, что мне что-то конкретное показалось, потому что в этом случае надо рассказывать о вчерашнем силуэте, который я видела как раз здесь. У меня вот сколько «нюхачей» и ничего не учуяли. А  мне  могло на  нервной почве померещиться.

– Костя, я хотела поговорить, – я сама начала разговор, и мужчина напрягся. – Я не знаю, как себя вести с вами всеми. Я очень не хочу ссор и злости друг на друга, – я пытаюсь поймать взгляд Хранителя, но мужчина отводит его. Я беру его лицо в свои ладони и поворачиваю к себе.

– Мы зашли в дом, а он пропитался запахом секса. И Крис доволен, будто сметаны объелся. Я сам от себя не ожидал, что буду так сильно тебя ревновать, – признается мужчина, смотря мне в глаза, не мигая. А я склоняюсь к нему и целую. Не знаю, почему и для чего, действуя на инстинктах, и, видимо, они у меня очень пошлые, потому что мужчина сразу  же отвечает на поцелуй. В этот раз он не нежный, он страстный и даже обжигающе-горячий. Наши зубы  стукаются  друг о друга,  а мужчина кусает и оттягивает мою губу. С губ срывает стон, а в животе снова  сжимается все. Я сама усаживаюсь к мужчине на колени и прижимаюсь грудью к нему. Резкое движение и платье распахнуто, а пуговицы  рассыпались по деревянному полу беседки. Где-то в голове мелькает мысль, что хорошо, что я без белья, иначе его постигла бы та же участь. Просто после секса с Крисом я не успела подобрать свои  трусики,  убежала без них, а лифчика на мне изначально не было. Хранитель впивается в мою грудь, больно прикусывает соски, а потом посасывает их, а я возбуждаюсь еще сильнее от этой сладкой боли.  Рука Кости у меня между ног, размазывает мою смазку по половым губам, а потом проникает в меня двумя пальцами. Он двигается во мне, а я,  откинувшись  спиной на столик в центре беседки, прикрываю глаза от удовольствия. Грубоватые движения его пальцев распаляют меня, и я сама лезу к ремню брюк. Я хочу большего, хочу чувствовать мужчину в себе. Костя позволяет мне расстегнуть ширинку и приподнимается,  помогая стянуть с него брюки. Его возбужденный  член качнулся мне на встречу, а я решилась и взяла его в руку. Мужчина перехватывает мою руку и, приподняв меня другой  рукой,  резко и с силой насаживает на себя. Мы стонем в унисон, и не успеваю я привыкнуть к его размеру, как  Костя начинает двигаться, а я стараюсь попасть в такт его движений. Но, видимо, все же больше мешаю, чем помогаю, так как он, не вынимая члена из меня, усаживает меня на столешницу и, взявшись за мои бедра, входит в меня до упора. Снова то ли стон, то ли крик и я подаюсь на встречу резким, грубым толчкам Хранителя.  Движения сильные, мощные, и я готова кончить. Вот только когда подхожу к грани, он наоборот замедляется, и волна отходит. Потом снова ускоряет темп и силу толчков, и я снова несусь на волнах наслаждения. Эта сладкая пытка заставляет хныкать и умолять дать мне разрядку, а мужчина лишь довольно улыбается и продолжает. В один из таких перепадов, когда я готова кончить, но Костя снова замедляется, я сама стараюсь прижать его к себе скрещенными у него на пояснице ногами, и он накрывает мой клитор рукой, с силой прижимает его, обводит большим пальцев вокруг него и снова прижимает. А меня накрывает разрядка. Я не контролирую себя и чувствую, как из меня льется что-то.

– Это что? – я ошалело смотрю, как из меня толчками выходит прозрачная жидкость, а Костя, сделав несколько толчков в меня, тоже кончает.

– Все в порядке, не переживай, это сквирт, – я смущена, а мужчина доволен сверх меры. У меня сложилось стойкое ощущение, что Костя старался превзойти Криса. Уж слишком он был доволен,  добившись от меня такой разрядки. Решила пока не заморачивать себе голову, а подумать обо всем, когда приду в себя.

Натянув на себя брюки, а на мне запахнув платье, Хранитель подхватывает меня на руки и несет в дом. В доме нам никто не попадается по пути. И, обмыв меня в душе, Костя относит меня на второй этаж, укладывает в постель. “Если так будет проходить каждый  мой день, они меня сотрут к ведьминой бабушке” – усмехаюсь в голове.

– Отдыхай, я принесу тебе перекусить, – мужчина направляется на выход, а я успеваю лишь сказать в ответ, что они мне все дороги. Мужчина замирает, бросает на меня долгий взгляд и, улыбнувшись, выходит. Я так и не поняла, что значят его эта улыбка и нечитаемый взгляд, но надеюсь, он правильно меня понял.

Я настолько расслаблена и мечтаю не пойми о чем, что не сразу понимаю, что время идет, а обещанный перекус никто так и не принес. Более того, внизу как-то подозрительно тихо. Ни шагов, ни голосов. Странно. Прислушиваюсь, но в доме тишина, что еще более странно. Так как все мои мужчины вроде бы только что шумели на кухне.

Куда они снова запропастились? Выбираюсь из постели и, надев джинсы с футболкой, иду вниз. На кухне на доске нарезана ветчина и сыр, на тарелке лежат хлеб и соленые огурчики. Все выглядит так, будто Костя отошел на минутку и сейчас вот-вот вернется. Соединяю все во вкуснейший бутерброд и сую в рот. Пока жую, обхожу дом. Но мужчин нет.

Я в доме одна.

 Сую ноги в кроссовки и иду на выход, но дверь закрыта. Вернее, дверь не заперта, она просто не открывается. Это как так-то? Дергаю ручку, но она не поддается. Ладно. Иду к окну, пытаюсь открыть створку, но и тут засада. Они будто приклеились к раме и не двигаются с места. Меня что, дом на улицу не выпускает?

Озадачена до предела. Иду на кухню, пытаюсь понять, куда делись Константин и остальные,  но пока безрезультатно. Сажусь за стол, съедаю еще пару бутеров и запиваю соком. Я же вижу, что он собирал мне перекус. Нарезал, приготовил поднос, даже стакан с соком уже на него поставил, только донести не успел.

 Что же его отвлекло? Куда он делся? Снова обхожу первый этаж, а на душе не спокойно. Если это розыгрыш, то не смешной. Мне уже становиться страшно, особенно когда дверь, о существовании которой и не знала, самостоятельно приоткрывается. Почему-то уверена, что это подвал.

 Костя же хотел мне его показать. Может, он туда ушел? Только зачем? Подхожу к двери и замираю, прислушиваясь.

Или у меня слуховые галлюцинации, или в подвале кто-то есть и оттуда доносится еле слышный шум. Страшно до жути! При том я чувствую себя героиней третьесортного фильма ужасов. Мне еще надо идти и покрикивать «Э-э-э-й, здесь кто-нибудь есть?». А если это Костя и с ним  что-то случилось? Может, ему помощь нужна, а я тут ерундой страдаю.

Вдох-выдох, сжимаю волю в кулак и, широко распахнув дверь, спускаюсь по лестнице. Шаги гулким эхом разносятся по помещению. На лестнице полумрак, но при  спуске вниз видимость улучшилась.

Подвал этот оказался вовсе и не подвал, а самая настоящая лаборатория. К стенам приделаны полки со склянками и пробирками. Сбоку у стены стол, там газовая плитка и балон рядом. Тут же котелки и кастрюльки. На стеллаже, с другой стороны стеклянные ванночки-емкости, в которых видны травы и еще что-то.

Свет довольно тусклый, под потолком «лампочка Ильича», но выключателя нигде не вижу.

В углу металлический шкаф, типа сейфа.  Осматриваю его, но на нем даже ручки нет, чтобы открыть. Ощупываю его, и он сам открывается. Я точно уверена, что не надавливала ни на какие тайные рычаги или еще что-то, просто провела рукой и все. Осторожно заглядываю вовнутрь. Там только одна книга. Большая, тяжелая, с плотными желтыми страницами, в кожаном переплете с узорами и тиснением. Достаю увесистый том  и рассматриваю. Очень красивая обложка, явно сделана  в ручную. Я такие только в музеях видела. От книги веет стариной и уникальностью. Вот бывает же, смотришь на книгу и понимаешь, что она в одном единственном  экземпляре и таких больше нет. И листать ее боишься.

Вот и я с осторожностью открыла книгу и перелистнула  несколько  желтых плотных страниц. Натыкаюсь на картинку, нарисованную чернилами, но только не современными, которые в шариковой ручке у нас, а теми, что «острым перышком в тетрадь, учат в школе». В одном месте даже клякса имеется, но она не портит рисунок, очень органично выглядит. На рисунке изображена девушка  в лесу. Она  будто танцует, и ее юбка  развивается и показывает красивые ноги ведьмочки. Вокруг нее вьется неясный туман, она смеется, запрокинув голову, а вдалеке стоит крылатый  мужчина и зорко следит за происходящим. Даже на картинке понятно, что это Хранитель. Я листаю дальше, но зачастую попадаются лишь записи, внесенные крупным убористым почерком. В каком-то месте почерк меняется на более острый, и я начаю листать в поисках места, где почерк снова изменится, и нахожу его.

Я так понимаю, книга передается от ведьмы к ведьме и не так проста, как кажется. Это не детский альбом с рисунками, так как мне попались и химические формулы, и записи, и мне кажется, даже обряды.

До меня доносится беготня и крики сверху. О-о-о, мужчины мои нашлись. Осторожно возвращаю книгу в сейф и прикрываю  дверцу. Она встает на место, как будто так и надо. Окидываю взглядом комнату и понимаю, что сюда не помешало бы пару кресел или диван  поставить. И свет организовать более яркий, а то при таком освещении можно и глаза себе испортить. Чувствую, что не спроста книга храниться именно здесь, и не решаюсь ее взять с собой. Завтра отдохнувшая приду и внимательно ее изучу. А сейчас надо выяснить, где эти трое гуляк шлялись.

Выхожу из двери, а на меня с разбегу  налетает Дима.

– Ты где была? – на лице паника, глаза бегают по моему телу, как и руки. Он прям ощупывает меня, а  убедившись, что со мной все в порядке, прижимает к себе. У меня, кажется, кости затрещали, так сильно он меня стиснул.

– Отпусти, задушишь, – хочу улыбнуться, так меня умилило беспокойство, но смотрю ему за спину и в шоке от увиденного.  Весь  первый этаж  разгромлен, мебель валяется перевернутая, тарелка, из которой я ела каких-то полчаса назад,  разбита  и ее осколки хрустят под  обувью Кости. – Это что здесь за погром? – я отстраняю Диму и, обойдя его, практически обегаю весь первый этаж. Везде следы присутствия  посторонних, даже в ванной, полотенца сброшены на пол, и на одном из них имеется четкий отпечаток большого грязного ботинка.

В гостиную врывается котик. Завидев меня, он заграбастывает мое хрупкое тельце и тоже тискает, попутно полапав. Вот же котяра ненасытный! Но не делаю ему замечание. Вижу, все трое мужчин испугались не на шутку.

– Кто-нибудь мне объяснит, что здесь произошло? – перемещаюсь с Крисом за ручку на диван. Он теперь как хвостик следом за мной. Мужчины наводят порядок и, вернув часть мебели на место, садятся в кресла.

– Я отнес тебя наверх и пошел делать бутерброды, но вдруг забежал Крис и сказал, что ты в лесу кричишь, – Константин хмуро начал свой рассказ.

– Когда ты ушла к Косте, мы как бы догадывались, чем закончится ваш разговор, –  я смутилась и покраснела, а Дима, лишь лукаво посматривая на меня, продолжил говорить. – Мы решили прогуляться по лесу с Крисом, – при этом Дима  довольно выразительно  посмотрел на котика, а тот закатил глаза и презрительно фыркнул. Кажется, и между ними состоялся разговор, и что-то мне подсказывает, что не самый приятный. Но не буду на этом акцентировать внимание. Кто-нибудь из двоих обязательно проговорится. – Мы гуляли, но около дома. И в какой-то момент услышали твой крик…

– Но я не кричала, – я перебила Диму.

– Но мы его отчетливо слышали. Сперва ты просто вскрикнула, а потом закричала: «Помогите!»,– настаивал волк. Крис закивал, подтверждая каждое его слово. – Я бросился туда, откуда раздавался крик, а Крису сказал бежать и найти Хранителя,– и снова котик кивает.

– Я заскочил и увидел, что Костя на кухне, и крикнул, что ты в лесу, зовешь на помощь. Мы вместе побежали тебя искать, – перехватил рассказ пушистик.

– Странно, очень странно, – это единственное, что я могла сказать. Это же не могло быть  массовым помешательством или коллективным глюком. Хотя….

– Я лежала и поняла, что Кости долго нет. Спустилась вниз, поискала, но никого не нашла. Хотела выйти на улицу, поискать вас. Подумала, может, вы к озеру пошли. Но дверь была закрыта. В смысле, она просто не открывалась. И окна, между прочим, тоже. Потом я сделала и  съела бутерброд.  И мне показалось, что в подвале кто-то шумит. Я подумала, что Костя может быть там, что его тоже отвлек шум, и он пошел проверить. Я подумала, что с ним  могло что-то случиться. Пошла на шум. Дверь в подвал была открыта, и я нашла ведьмину лабораторию.

– Что ты нашла? – Костя аж подпрыгнул на месте и, вскочив, заходил по комнате.

– Подвал, говорю, нашла. Спустилась вниз, а там колбы, склянки и сейф с книгой. Кстати, могли бы там и прибраться, там слой пыли в два пальца толщиной, – укорила я мужчин.

– А тебе кто вообще про подвал сказал? – Хранитель сверлил меня взглядом.

– Я сказал, – встревает волк. – Ты же сам хотел его ей показать, но мне кажется, мы сейчас говорим  о разных подвалах. Покажи, где тот, что ты нашла, – просит Дима, а я встаю и направляюсь к неприметной двери.

Вот только сейчас я понимаю, почему я раньше не замечала ее. Да  все потому, что это и не дверь вовсе, а часть  деревянной панели, которыми украшена стена. И расположена она  в очень неприметном месте, за лестницей. Я приблизилась, но дверь не открылась, как в прошлый раз. Я начала ее ощупывать, как недавно сейф щупала. Мужчины подозрительно косились на меня.

– Я не вру, здесь была дверь, – убеждаю их, а самой обидно. Неужели я похожа на фантазерку.

– Мы перекрашивали эти панели несколько дней назад. Мы бы заметили дверь, – сказал Крис,  и в этот самый момент панель  снова раскрылась, открывая нашему взору дверной проем. А я постаралась запомнить, где надо водить рукой, чтобы какой-то тайный и неведомый мне механизм  сработал. Теперь мы спускались вниз всей нашей честнОй компанией. При этом первым шел Костя, я с Крисом в середине, и замыкающим был Дима.

Спустившись и обследовав все помещение, мужчины хмуро молчали.

– Ты была здесь, когда в дом кто-то пробрался? И не слышала, как там мебель летает? – спрашивает Костя и рассматривает сейф. – А это что такое ?

– Там книга, – я, радостная, подскочила к металлическому ящику и так же, как и ранее, провела по нему рукой. И он снова открылся. – Книга, но я ее не успела почитать. И я действительно не слышала ничего: ни как мебель летала, ни как посуда билась. Но я слышала, как вы меня искали и бегали, кричали,  потому и пошла наверх. Если бы я услышала шум от незваного гостя, то пошла бы проверять и столкнулась бы с грабителем, – до меня только сейчас дошло все.

– Он не грабитель, – заметил Крис, рассматривая книгу через плечо Кости.

– С чего ты взял? – отозвался Дима.

– Все перевернуто, что-то сломано, но ничего не пропало, – констатирует котик и тычет пальцев  в какой-то рисунок.

Я пытаюсь извернуться так, чтобы посмотреть, на что тычет Крис, и Костя одобрительно кивает.

– Что вы там рассматриваете? – не могу скрыть любопытство,  и мне все же  удается заглянуть в книгу. Вот только рассмотреть я ничего не успеваю, потому что мужчина демонстративно захлопывает ее перед моим носом.

– Завтра расскажу и покажу, а сейчас убери ее на место. Идемте наверх, мне надо подумать, – Хранитель передает  мне книгу, а я даже не запомнила, на какой странице они там увидели что-то интересное. Грустно вздыхаю и отправляю тяжелый том на его место в сейф, закрываю его.  И мы  поднимаемся наверх.

Выйдя из подвала, меня усаживают на диван, в ногах устраивается Дима, который снимает с меня обувь и мнет ноги. А я, развалившись, тихонечко постанываю от удовольствия. Вижу, как действуют мои «охи-вздохи» на оборотня,  но так хочется его подразнить. И когда я успела стать такой развратницей? Видимо, верно Костя говорил, что ведьмы любвеобильны.

Хранитель и Крис переговариваются на кухне, приводя ее в порядок, попутно готовя нам обед, хотя это скорее ужин.

Спустя минут сорок, когда во взгляде оборотня появилась угроза, что меня распнут и жестко отымеют прям здесь же, на диванчике, на глазах у еще двоих мужчин, нас позвали за стол. Я шмыгнула, а Дима лишь ущипнуть меня за попу, шикнув вслед что-то типа того, что он ночью еще рассчитается со мной. Я лишь довольно хихикнула в предвкушении предстоящей реализации угрозы. Салат, запеченные овощи меня не вдохновили, а вот стейки я ела с аппетитом.

– Я что, поправилась? – задала я извечный женский вопрос мужчине, когда он ведет себя за столом странно.

– Нет, с чего ты взяла? – Крис ответил, но удивленно смотрели на меня все мужчины.

– Потому что ты меня травой все время кормишь, а мне мясо надо и побольше. И в следующий раз не так сильно его прожаривай, пусть немного крови будет, – делаю я замечание Крису, а он запыхтел возмущенно.

– Можешь в следующий раз сама готовить и есть хоть сырое мясо, – надул губы  котик, а я поспешила исправить свою грубость.

– Все очень вкусно, прости. Я не хотела показаться неблагодарной. Ты и так у меня умница, взвалил на себя все обязанности по дому, – видно, что моя похвала попала на благодатную почву, и котик оттаял.

– Ты просто всегда предпочитала легкую пищу, – отозвался Крис. – Салатики всякие, вот я и старался тебе угодить.

– Что-то мне больше не хочется салатов, – призналась честно и, скорчив кровожадную мину, размахивая ножом и вилкой, я пророкотала,– Хочу МЯСА.

– Очень интересно, – задумчиво ответил Костя, а я с любопытством посмотрела на него. И только собралась задать миллион и маленькую тележку вопросов, как он сам перевел разговор на сегодняшнее происшествие. – Что мы имеем? А мы имеем гостя, которого пустил дом, хотя не должен был. И этот же дом, сделал так, чтобы наша новоявленная ведьмочка не пересеклась с гостем. Гость что-то или кого-то искал и, как мне кажется, не нашел ни того, ни другого.

– А кого он искал? – я чувствовала, что задаю глупый вопрос. Но как-то подтупливала  и не могла собраться с мыслями.

– Тебя он искал. Потому что нас ему каким-то  образом удалось выманить из дома,– отвечает мне Костя и смотрит в упор, сложив руки на груди. – С этого момента ты не должна быть одна. Все время рядом с тобой будет кто-то из нас. А завтра проведем обряд и  назначим тебе нового хранителя, – ошарашивает меня новостью нынешний Хранитель.

– А ты? – я с непониманием смотрю на мужчину.

– А что я? – вопросом на вопрос отвечает Костя.

– Ты куда денешься? – злюсь из-за того, что он медлит. Я сейчас отчетливо понимаю, что никуда не отпущу ни одного из этих троих мужчин.

– Никуда не денусь. Будут у тебя два хранителя и фамильяр, – Константин выразительно смотрит на Диму. –  Если кандидат согласен, конечно.

– Конечно, согласен. На доме надо усилить защиту, а то твоя, котяра, барахлит,– поддел волк Криса, а тот завелся с полоборота. Между мужчинами завязалась словесная перепалка, в которой я не принимала участия, да она мне и не интересна была.

– Что за обряд?– я вспоминаю прежний,  и щеки снова горят пожаром.

– Это не то, о чем ты подумала, развратница,– смеется Костя, а я утыкаюсь в свою тарелку, старательно жуя мясо, хотя уже наелась. – Завтра расскажу и покажу. Я про него вспомнил, когда книгу твою листал.

– Да, на счет книги и подвала, мне бы туда диванчик и лампу какую-нибудь. И вообще, прибрать бы не мешало, – вернулась я к делам насущным.

– Завтра все сделаем, не переживай, – Хранитель погладил меня по руке, и я снова зарделась. Да что  это  такое?  Что  ж я  как светофор все время краснею. Вдруг ни с того ни с сего я зевнула. И спор двух мужчин у раковины резко притих.

– Пойдем спать, – Дима берет меня за руку и тянет. Я в замешательстве. Какое-то чувство неловкости повисает в комнате. Я кошусь на Константина, а он лишь кивает. И мы с оборотнем уходим в мою комнату.

Заходим в спальню, а оборотень обнимает меня со спины.

– Я же говорил, что ты у меня еще поплатишься за игры со зверем, – шепчет мужчина, а у меня по спине мурашки разбегаются. Если взять его слова отдельно от действий  и обстоятельств, то в них можно различить угрозу. Но меня его слова лишь возбуждают, и внутри все сжимается от предвкушения.

– Я готова принимать самое суровое наказание, – шепчу в ответ на угрозу и откидываю голову на плечо мужчины, давая доступ к шее для поцелуя. Мужчина, не медля, пользуется этаким приглашением. Его руки на моей груди под футболкой. Когда он просовывает ладонь за пояс джинс и придавливает пальцами чувствительное место между ног, я встаю на носочки от удовольствия.

– Я буду пытать тебя всю ночь, – шепчет мужчина в ответ и прикусывает кожу на шее.

– Обещаешь? – мои слова, как провокация, как вызов. И мужчина, довольно хохотнув, разворачивает меня к себе и целует.

Нежные поцелуи переходят в страстные, тело наливается истомой, и мы заваливаемся на кровать. Не всю ночь, конечно, но следующие пару часов я сгорала и восставала, улетала к звездам и возвращалась на грешную землю, а затем снова парила над землей. Глубоко за полночь я уснула, уставшая и довольная, удобно свернувшись в объятиях оборотня.