ЭПИЛОГ

 Я сидела в последнем ряду аудитории и вполуха слушала скучную лекцию по самоконтролю в экстремальных ситуациях. Предмет этот, к слову, ввели после визита в Ведуны Зираиды с компанией. Слишком уж многие ведьмочки и видящие на успокоительные подсели. Только кинетикам хоть бы что, там в основном парни. А те несколько девчонок, которые затесались в мужской коллектив, прошли такую школу жизни благодаря стараниям сокурсников, что для них Зираида была сущей безделицей. А вот видящие все повально - и парни и девчонки - контроль над собой потеряли. Такого напророчили, в общем, сами придумали - сами поверили.

 Вот теперь и учимся самоконтролю. Лично у меня с этим и так проблем нет. Вот способности контролировать так и не научилась, но это тема следующей лекции. А нервы... нет их больше у меня. Вот как с Ромкой первый раз поругались, так и не стало.

 Знатный, кстати, получился скандальчик. Зато теперь педагоги в новом современном здании с пластиковыми окнами, кондиционерами и прочими благами цивилизации. Разнесли мы, короче, администрацию! Но я только Ромкин кабинет разбомбила, а остальное уже он сам. И чего так психовать? Ну подумаешь, на спор Криськиного Артема при ней поцеловала. Откуда ж я знала, что в этот момент уважаемый директор почтит своим присутствием опустевшую после обеда столовую. Да и поцелуй-то был не взаправдашний - так, для галочки чмокнула. А он возьми да и положи свою шаловливую лапищу мне пониже спины. Итог: у Артема рука сломана, у Криськи истерика и разгромленное здание администрации. Зато теперь можно целый месяц не задумываться о лекциях, мне их проспорившие девчонки переписывают.

 Знаю, что глупо поступила, но осознание того, что в споре победила, не может не греть душу. И с Ромкой мы быстро помирились. Пришлось, а то больно домовые волновались, что разгромим все Ведуны напрочь.

 Уж не знаю, откуда Ромка выписал бригаду домовых, но ведьма-хозяйка у них просто зверь! За два дня все перевернули и порядок навели. Везде блеск и чистота. Вот и сейчас, стоило мне бросить под сиденье фантик от конфеты, как тут же появился домовенок и начал шепотом выговаривать:

 - Ходють тут, сорють, а нам потом от Прасковьи Тарасовны втык получать. Чаво расселась? А ну, подыми гумашку!

 - Беглая, мне опять тебя рядом с собой посадить? - сокрушенно проговорила Елена Аскольдовна, прерывая ход лекции.

 На меня с благодарностью посмотрели двадцать восемь пар глаз, радуясь небольшой передышке. И я их понимаю, полчаса уже без остановки под диктовку строчат. Эх, а ведь через пару дней месяц блаженства истекает, и придется мне вместе со всеми лекции записывать. Руку что ли сломать? Хотя не вариант. Тёмку Екатерина за два дня вылечила, еще и Роману выговор устроила. Где это видано, чтобы директор своим студентам руки ломал!

 Елена Аскольдовна убедилась, что я молчу как рыба, и продолжила лекцию. Домовенок попыхтел на меня, подобрал фантик и сбежал, пока его не засекли.

 Я уже было собралась подремать, как вдруг услышала прямо над ухом:

 - Сидишь, значит, скучаешь? А тебя там ждут, гулянья не начинают.

 Еле успела рот рукой прикрыть, чтобы не вскрикнуть от неожиданности. Повернулась и зашипела на высунувшуюся из стены Оськину морду:

 - Совсем с катушек съехал? Зачем так пугать-то?

 Остап мое возмущение проигнорировал и продолжил соблазнять:

 - А там праздник, вкусности всякие, и тебя только ждут. Дядька Лучко так и сказал - без Ситки русалочий шабаш в этом году не начнем. Вот, меня прислали.

 - Не видишь? У меня лекция, - прошептала я, стараясь не шевелить губами.

 Аскольдовна периодически поглядывала на меня.

 - Тю-ю-ю, когда тебя это останавливало? - отмахнулся Оська.

 А, была не была!

 - Елена Аскольдовна, можно выйти? - спросила, вскакивая с места, хватаясь за живот и демонстративно морщась.

 А что? Она вчера сама видела, как мы с Ромкой целую кучу креветок слопали, может, и поверит. Судя по скептическому взгляду, не поверила, но махнула рукой и проговорила:

 - Иди уже, хоть лекцию спокойно закончим.

 Я подхватила рюкзачок и рванула к выходу. Пробегая мимо Аскольдовны, услышала сказанное шепотом:

 - Я все равно Роману Любомировичу тебя сдам, так что смотри там, без споров и поцелуев.

 Шепнула «спасибо» и вылетела из аудитории. И тут же ухнула в водную воронку. Ну, Лучко! Опять без предупреждения!

 Плюхнулась я прямо в заводь, распугав русалок и подняв брызги до небес.

 - Лучко-о-о! - завопила, барахтаясь и стараясь выбраться из воды.

 - А вот и наша Ситочка! - ласково проворковал водяной. - А мы только тебя и ждем.

 - Ах ты, зараза плешивая! - заорала я, стуча зубами и осматривая погубленное содержимое рюкзака.

 - Ох ты, замерзла девка-то совсем, - запричитала какая-то сгорбленная зеленушная бабулька, накидывая мне на плечи пуховый платок и подталкивая к костру. Судя по исходившему от нее амбрэ, это была кикимора.

 - Ситка, давай к нам! - крикнула мне Язвика из воды. - Хватит со старичьем якшаться! Здесь тепло, а скоро мальчики прибудут, и вообще жарко станет.

 - Молчи, охальница! - гаркнул Лучко. - А то как прознает мужик ейный, всем хвосты накрутит.

 - И тебе в первую очередь. Только хвоста-то у тебя нет, что крутить-то будет? - и русалки заливисто захохотали.

 А я подумала, что сидеть в начале октября в мокрой одежде на ветру, пусть даже у костра, не есть хорошо, разулась и полезла в воду. Уже там стянула с себя джинсы и кофточку. Отдала их кикиморе на просушку, оставшись в нижнем белье и маечке. От воды поднимался теплый парок, было хорошо и комфортно. А когда мне вручили стакан с каким-то коктейлем, стало вообще замечательно.

 И вот почему я пропустила мимо ушей известие о мальчиках? Они ж и правда заявились!

 Воздух подернулся маревом, и из образовавшегося портала полезли мужики! Те самые парни, которые в прошлый раз по мою душу приходили. Вон как раз тот, которому я фингал пяткой поставила. А вон и командир их с двумя бутылками шампанского наперевес. Ребятки вообще к отдыху подошли так же основательно, как и к работе. Приперли столько выпивки и закуски, что я поняла - тикать надо!

 - Пс-с-с, - бросила в кикимору камушек, - одежду мою верните.

 Надо выбираться из воды, пока солдатики мангал устанавливают и меня не заметили.

 - Ага, ишь удумала! Прозябнешь да засопливишь, а нам потом отвечай. Не отдам тряпки, пока не подсохнут, - заявила кикимора и отвернулась. - Куда ж вы покрывало-то стелите, дурачье? Там же сыро, вот сюда давайте, к девкам ближе, и место ровнее, - это она уже комиссарам.

 А потом начался кошмар! Вся эта орава мужиков оголилась до трусов и с дикими воплями полезла в воду. Только командир их остался возле мангала возиться. А эти голопузые к нам ручонки тянут и сюсюкают: «Какие девочки, какие милашки!». И меня туда же приплели! Один из ребят приобнял меня за плечи, уселся рядом и заявил:

 - Все, рыбка, сегодня ты моя!

 - Мама, - ответила я и залпом допила коктейль.

 - Вот это по-нашему! - заявил мой новоявленный поклонник и всучил мне стакан с шампанским.

 - Я, пожалуй, пойду, - пролепетала я, возвращая ему напиток и пытаясь скинуть наглую конечность.

 Рука переместилась на мою талию и притянула меня поближе. Вокруг смеялись и плескались русалки и другие солдатики, а я начинала тихо паниковать.

 - Ну чего ты дрожишь? Не бойся, я не кусаюсь, - и это тело полезло ко мне целоваться!

 Красивое, кстати, тело, но у меня Ромка есть, он в сто раз лучше. Я оттолкнула парня, он поскользнулся и навалился на меня. Но солдатик не растерялся и решил воспользоваться своим положением, чтобы уткнуться лицом в мою грудь. Ну я и шарахнула его коленкой куда положено.

 - Ы-ы-ы! - взвыл парняга. - Ты чего дерешься?

 И так обиженно он это проговорил, что я не сдержала улыбку.

 - Ах так! - парень, похоже, решил, что я тут с ним так грубо заигрываю, потому что тоже улыбнулся и опять полез целоваться.

 Я согнула ногу, уперлась пяткой ему в грудь и отпихнула тугодума со всей силы.

 - Ты чего пинаешься? - возмутился солдатик, отплевываясь от воды.

 Потом его глаза округлились, и он уставился на меня как на невидаль какую-то.

 - Ты не русалка! - ткнул в меня пальцем. - Она не русалка!

 И чего так орать-то? Ну, не русалка, и что с того? Я лично не считаю это недостатком.

 - Вы бы, мальчики, Ситу не трогали. У нее мужчина серьезный, руки может переломать, - проговорила одна из русалок.

 - И но-о-оги, - проворковала вторая, выводя пальчиком узоры на голой груди своего кавалера.

 - Напугали! - усмехнулся один из солдатиков. - Крошка, иди ко мне, и узнаешь, что такое настоящий мужчина.

 - Нет уж! Я лучше останусь в счастливом неведении, - отказалась я.

 - Да не ломайся, здесь все свои, - продолжил комиссар грубо подкатывать.

 Еще и руку на бедро мне положил! Вот так, прямо внаглую опустил ручищу в воду и положил на мою ногу!

 - Лапы убрал! - рявкнула я, да так, что птицы с деревьев разлетелись.

 - Что у вас там? - спросил подошедший начальник этих солдатиков любви. - Я уже шашлычки поставил, Сомов, марш следить, а я пока тебя подменю.

 Мужчина скинул куртку, начал снимать водолазку. И вот, выныривая из водолазки, он уставился прямо на меня. Замер, в глазах промелькнуло узнавание. Водолазка молниеносно вернулась на прежнее место.

 - Уходим! - гаркнул командир. - На сборы две минуты!

 - Чего это он? - спросил один из солдатиков.

 - А я ее тоже узнал! - воскликнул тот, кому я при прошлой встрече пяткой в глаз заехала. - Это же та, Голдинская!

 - Уходим, - хором сказали ребята и поторопились к берегу.

 - Не успели, - простонал командир.

 А из портала на поляну выходил недовольный Роман Любомирович Голдин. Но это он пришел недовольный, а когда увидел меня в компании мало одетых мужиков, недовольство с лица директора мигом слетело. А вот то, что появилось на нем вместо недовольства, напугало даже меня.

 - Рома, я сейчас все объясню! - воскликнула я, вскакивая на ноги.

 Взгляд Романа медленно опустился вниз. А там-то, кроме трусиков, ничего! Мне конец! Нет, нам всем конец!

 Я опять сижу в кабинете директора. Только на этот раз здесь же находятся Лизка, бабушка и еще несколько девчонок. Уже без пятнадцати двенадцать, близок час Х. Как же страшно-то!

 - Сита, детка, ты не передумала? - в который уже раз спросила буся.

 - Нет, - неуверенно проблеяла я.

 Куда уж передумывать-то? Поздно трепыхаться!

 На русалочьем шабаше, вопреки ожиданиям, было не так уж и страшно. Никто даже и не пострадал... почти. Водяной только немного ласты ободрал, когда на дерево карабкался. Он бы, конечно, в воду ушел. Но там тряслись и стучали зубами скованные покрывшим заводь десятисантиметровым льдом парни из магкомиссии. Русалки ушли на глубину, а я по-солдатски быстро одевалась.

 И вот после этого мне поставили ультиматум. Либо я получаю справку о соцпригодности и скатертью дорога, либо выхожу замуж. Выбор, называется. Знал же жук, что я не смогу без него. Вот теперь и трясусь от страха, волнения и бог знает чего еще.

 - Время, - сказала Елена Аскольдовна, заглядывая в кабинет.

 - Ой, мамочки! Я не пойду! Я передумала! Я... я... - пошла я, как миленькая пошла.

 По случаю нашего бракосочетания в парке установили красивую арку, и преподаватели всем составом установили термокупол. Так что тепло в Ведунах было, как летом. А за куполом шел мокрый осенний снежок.

 Пока выходили из здания администрации, я немного успокоилась и уже не нуждалась в том, чтобы Лизка подталкивала меня в спину. Даже упираться перестала. Вот.

 Но! Это же я! И камушек на дороге попал именно под мой каблук. Нога подвернулась, и послышался отчетливый треск. Я не упала, поддержали. Но каблук погиб и реанимации не подлежал.

 - Сейчас! - крикнула Надька, вторая подружка невесты, то есть моя подружка, и куда-то убежала.

 Вернулась она действительно быстро. Но то, что она приперла, не поддавалось критике. Надюха притащила свои новые босоножки, на которые она только любовалась, но надеть еще ни разу не решалась.

 - Вот! - заявила подруга. - Обувай.

 Я посмотрела на нечто на прозрачной платформе и с таким же прозрачным каблуком, хорошо хоть, что не очень высоким. Сверху босоножки были усыпаны стразиками и розовыми сердечками. Но выбирать-то не из чего. Пришлось принять подарок, все равно под платьем почти не видно. А потом можно будет переобуться.

 И вот делаю я, значит, один шаг в новой обуви, второй, третий... И слышится громкий треск, в результате которого большая часть юбки моего шикарного свадебного платья остается на земле. А платье было просто мечта! Жемчужно-белый корсет, открытые плечи, маленькая фата, ажурные перчатки и великолепная пышная юбка с мириадами невесомых кружевных звездочек.

 А теперь эти звездочки вместе с подолом лежат в пыли. Я посмотрела на оставшуюся часть юбки, скрывающую мои ноги только до середины бедра. А что? Ровненько так оборвалось, нигде ничего не болтается. Красивая пышная юбочка получилась.

 Коротковата, правда, ну и пусть! И я смело перешагнула через подол, сверкая стразами на босоножках. Гордо подняла голову и без колебаний пошла в новую, семейную жизнь!