Эпилог

Эльвира Колкая

Дни потекли своим чередом. "Черный ворон" вновь открыл свои двери для клиентов, и я продолжила свою работу. Конечно, ко мне еще много раз захаживали следователи, допрашивали и осматривали лавку, впрочем, как и дом Пушной, но запрет на реализацию товаров и услуг сняли. Больше ничто не могло помешать мне вести мое дело дальше. Казалось, все пришло в норму, но были разительные отличия от прошлого. К примеру, со следователями ко мне постоянно заходил лорд Хелл, вот только не уходил, а оставался на чашечку кофе, пирожное или вообще ужин. В такие моменты мне остро не хватало фамильяра. Только он мог силой и влиянием выставить наглого инквизитора из моего дома. Конечно, это мог сделать и барьер, но ссориться с лордом, когда отношения между светлыми и темными только начали налаживаться, было рискованно.

Другим отличием стало то, что ко мне стали захаживать слабые светлые ведьмочки за оберегами от нечисти. Сперва они приходили под конец дня, в плащах с капюшонами и в повязках на лицо, но позже разоблачились до легких платьев и посещали лавку днем. Похожее шествие темных я наблюдала и у Пушной. По этому случаю Бьянка даже установила наконец вывеску над своей лавкой.

Было странно, насколько легко мир следовал за изменениями, когда они произошли таким кардинальным образом. Было лишь одно объяснение: мы нуждались в этих преобразованиях. Просто пришло время, и движение вперед теперь казалось естественным. Давно отпала причина вражды темных и светлых. Новое поколение уже не понимало, почему разделение настолько категорично. Наше противостояние утратило смысл. Оно, как рудимент, изжило свою полезность и потеряло функцию, которая когда-то была необходима для жизни.

– Закрыто?

Я как раз просматривала обереги, составляя список того, что нужно обновить, когда меня отвлек знакомый голос. В лавку зашел Флин. Я не видела его почти целый месяц. Все это время мой так называемый фамильяр приводил в порядок работу совета и разбирал документы, полностью игнорируя свою хозяйку.

– Уже половина восьмого. Сам как думаешь? – холодно ответила я, продолжая ревизию. Даже не обернулась, чтобы посмотреть на этого неблагодарного.

Да, я была обижена на ворона. Стоило ему вернуть свой статус главы королевского совета, как про меня полностью забыли. Было неприятно осознавать, что мою важность поставили под сомнение.

– Злишься, – констатировал Флин.

– Будешь и дальше говорить очевидные вещи? – Я обернулась и посмотрела на замершего у входа в лавку мужчину. – Тогда не отвлекай меня от работы.

– Эль, все не так.

Ха! Опять прочел мои мысли. Нужно найти обратный ритуал связывания и разорвать наш договор. Бесит эта ментальная связь!

– Я этого не хочу, – произнес Флин и сделал шаг навстречу.

– Моя голова – это не твой курортный домик, – прошипела я, развернулась на каблуках и поспешила в свой кабинет.

Стоило мне захлопнуть дверь и прижаться к ней спиной, как я услышала шепот в своей голове:

"Что ж, не хочешь слушать, тогда смотри".

И я смотрела. Картинки, как в магическом шаре, прокручивались в моей голове. Я видела бабушку, маленькую себя и Флина. В тот день, когда ворон пришел к нам в лавку, он был при смерти. Как и рассказал на площади Темный принц, его прокляли на смерть, подложив договор с ведьмой на подпись королю. Таким образом совет избавился и от монарха, и от древнего темного мага, их главы. Тогда это сработало, но во второй раз у них не получилось повторить этот трюк, ибо ни одна темная ведьма не взялась за этот заказ, ссылаясь на кодекс. Именно поэтому юного наследника просто отравили, сымитировав проклятие "Последний вздох", тем самым желая избавиться и от главы темного ковена – меня.

Картинки сменяли друг друга. Я видела разговор бабушки и Флина. Темный принц хотел снять проклятие, но оно уже поглотило часть его души. Мужчина был при смерти, я хорошо это видела. Тогда ведьма предложила связать свою жизнь и судьбу с темной ведьмой, отдавшись ей в услужение. У ворона не было выбора. Вот только была одна интересная деталь: в нашей семье не было темных ведьм, кроме маленькой меня. Бабушка была рождена светлой, и ее магия не могла принять подобный ритуал, а моя мать и вовсе не имела силы. И тогда я вспомнила. Поток памяти Флина все еще поступал, но я уже знала, что произошло тогда.

***

– Дорогая, ты бы хотела себе фамильяра? – спросила старая ведьма, прижимая меня к своему боку. Мы сидели все на том же крыльце, где я утром встретила красивого незнакомца.

– Конечно, тогда я стану настоящей темной ведьмой!

– Именно! – поддержала бабушка. – А если это будет господин Флинниган? Как он тебе в качестве… Ну, совы?

Я посмотрела назад, в открытую дверь. Брюнет сидел на стуле, сгорбившись над столом, где обычно бабушка заключала контракты, и казалось, ничто его не интересовало. Однако я каким-то шестым чувством знала: он прислушивался к каждому нашему слову.

– Нет, – категорично ответила я, внимательно разглядывая скрытый за смоляными вьющимися локонами мужской профиль. Дрожь он не смог скрыть.

– Н-нет? – голос бабушки дрогнул, ведь в ее понимании я неосознанно обрекла мага на мучительную смерть. – Но, милая, неужели он тебе настолько не нравится? Может, все же подумаешь? А вдруг…

– Ворон! – звонкий детский голосок прервал женщину.

– А? – удивилась бабушка.

Флин же заинтересованно повернул голову в мою сторону. Его бледное лицо выглядело пугающе мертвым, но вот глаза… Глаза были живыми. Слишком живыми дня умирающего.

– Он не сова. Он ворон…

***

Да, мы были связаны еще до того, как провели ритуал. Поразительно! А ведь я всегда думала, что Флин – древний дух, заключивший договор с бабушкой и обретший человеческий облик. Кто бы мог подумать, что я его первая хозяйка.

– Нет у тебя совести, – промямлила я сквозь слезы и открыла дверь. – Связал с собой маленькую девочку.

Ворон медленно развел руки в стороны и привычно поймал меня в свои крепкие объятия. Как в детстве. Надежный, чуткий, всегда на моей стороне.

– Я бы иначе это описал. Маленькая сопливая малышка заполучила себе в вечные няньки древнего могущественного мага королевских кровей. Как по мне, то ты та еще продуманная ведьма. – Он усмехнулся мне в макушку. – Прости, что так долго. Хотел уладить все дела побыстрее и вернуться.

– Вернуться? – Я отстранилась от мужчины. – Насовсем?

– Естественно. Я же твой фамильяр. Пожизненно связан с твоей ведьмовской душой. – И он с невозмутимым лицом щелкнул меня по носу.

– А я надеялся, ты больше не вернешься, – раздраженно произнес лорд Хелл.

– Что ты здесь делаешь? – Я постаралась как можно быстрее вытереть нос и щеки от слез. Еще не хватало, чтобы инквизитор видел меня в таком сопливом состоянии.

– Да вот пришел на свидание, а тут такие нежности. – Он явно был недоволен.

– Я не назначала тебе свидания.

– Знаю, его назначил я. – Маг хитро подмигнул мне.

– Я не соглашалась.

– Это поправимо. Соглашайся сейчас. – Хелл из-за спины вытащил букет луноцветов. Где только откопал эти редкие цветы?

– Где ты…

– В полнолуние близ погоста. Все как написано в твоем фолианте про разные травы, – гордо сообщил мужчина.

– Так вот откуда были сообщения об инквизиторах, которые почему-то шерстят по ночам восточный лес, – протянул ворон, складывая руки на груди. – Докладывали о десятках спятивших светлых.

– Пф-ф-ф, – прыснула я. – Спятил только один. Остальным лишь не посчастливилось служить под его началом. – Меня распирало от смеха.

– Все равно этот поступок достоин свидания, – как ни в чем не бывало продолжал настаивать Хелл. Непробиваемый мужчина.

– Что думаешь? – я обратилась к фамильяру.

– Даже не знаю, Эль. Он тебя не так давно в подземелье хотел запереть. Я бы не доверял, – с язвительными нотками ответил брюнет.

– Хм, ты прав. – Я обошла мужчин и направилась в лавку. Скоро нужно было идти на ужин к Бьянке, а у меня еще не все дела закончены.

– По какому праву ты вмешиваешься в наши отношения? – голос Хелла.

– У вас нет отношений, – спокойный ответ ворона. Даже в лавке их было слышно. Прям как дети.

– Ты ей не папочка, чтобы что-то запрещать!

– Я гораздо важнее. И я не запрещаю. Я советую.

– Советчик демонов! Я месяц добиваюсь свидания, а ты все портишь.

– Так, может, стоит уже понять, что все тщетно? Кажется, до тебя плоховато доходят простые истины, – все еще спокойно, но явно с издевкой сказал Флин.

Ох, чую, доведет он моего лорда до белого каления, потом костей не соберем.

– Тщетно! – рык сотряс мой дом. Довел-таки.

Громкие быстрые шаги в сторону лавки не предвещали ничего позитивного. Хелл вылетел за прилавок в помещение и остановился очень близко ко мне. Его обычно ледяные глаза горели огнем.

– Значит, мои чувства тщетны? – тихо выдохнул мужчина, заглядывая прямо мне в глаза.

Я не стала отвечать. Просто встала на носочки и прижалась своими губами к его, после чего отстранилась.

– Это за цветы. – Я забрала букет из обмякших рук блондина и направилась к шкафу, где у меня стояла подходящая ваза.

До места назначения я не дошла. Хелл поймал меня за руку и резко развернул, впиваясь крепким поцелуем в губы. Лунные цветы, такие редкие растения голубого цвета, как глаза моего инквизитора, мягко рассыпались по полу лавки. Жалко не было. Хотя бы потому, что меня так страстно целовали, что подкашивались ноги. Так сладко и открыто, что я даже испугалась собственного состояния. Однако мягкий язык лорда быстро вышиб любые мысли из моей головы.

– Про ужин не забудьте, голубки, – спокойно сообщил Флин, проходя мимо нас прямо на улицу. – Иначе приду и лично вытащу к Пушной в том, в чем окажетесь.

Серьезная угроза. Впрочем, мы забыли о ней в тот же момент, как услышали.

На ужин мы опоздали…

Бьянка Пушная

– Что-то наши гости запаздывают. – Я выглянула в витрину магазина.

В лавке напротив не заметно было ни движения.

– Не понимаю, может, они забыли? – Я, вздыхая, вернулась в кухню, где Ривен разделывал на блюде огромный запеченный окорок. Он отвлек меня от прочих рассуждений: – М-м-м… У меня от одного вида уже слюнки текут.

– Надеюсь, ты имеешь в виду меня? – хмыкнул Ривен и чирикнул ножами. – Или этот несчастный кусок мяса?

– Вкуснее господина Грея может быть только приготовленный им кусок мяса, – парировала я со смехом и попыталась утащить кусочек с тарелки.

– О боги. – Ривен страдальчески закатил глаза. – Будь проклят тот день, когда я переступил порог кухни этой корыстной ведьмы!

– Если бы ты ее не переступил, то тебе бы был закрыт вход в ее спальню. – Я коварно улыбнулась и все же забросила в рот кусочек окорока. – И не надо напоминать мне, что я Светлая…

В этот момент брякнул входной колокольчик в лавке. Сегодня я закрыла ее пораньше, тем не менее гостей ждала именно с той стороны. Это был Флин.

– Ваше Высочество, – приветствовала я его с улыбкой. – Рада, что наконец вы решили навестить нас. А где Эльвира? – Я снова выглянула на улицу. – Думала, вы будете вместе.

– О, у нее сегодня другой сопровождающий. – Флин как-то загадочно улыбнулся и вручил мне коробку шоколадных трюфелей из королевской кондитерской. Вышедшему же навстречу Ривену он подал бутылку вина из дворцовых погребов. – Я бы не ждал их слишком скоро.

– Куда уж дольше. – Я, нахмурившись, глянула на часы.

И именно в этот момент из лавки напротив выскочила Эльвира, на ходу поправляя прическу, а за ней – с невозмутимым видом мой дядюшка Хелл. Они быстрым шагом направились к нам.

– Это тебе. – Колкая тоже сразу вручила мне коробку, только теперь с пирогом ее собственной выпечки. – Как говорится, от нашего дома – вашему.

– Племянница. – Ко всем прочим подаркам у меня в руках оказался букет из белых хризантем, подозрительно похожих на те, что росли на заднем дворе у Колкой. Хелл при этом счастливо лыбился.

– Я думала, вы уже не придете, – все же заметила я.

– Признаться, я тоже. – Флин многозначительно посмотрел на Эльвиру.

Она отвела взгляд и резко сменила тему:

– Наконец на твою лавку вернулась вывеска.

– Действительно, – подхватил Хелл. – Я только сейчас заметил, что ее раньше не было. «Белая лилия»… Точно, именно так она когда-то и звалась! Почему ты так долго работала без нее?

– Не могла найти время, чтобы заменить. Да и история давняя, – попыталась отмахнуться я.

Эльвира при этом ухмыльнулась.

– Ну-ка, ну-ка, а мне интересно, – встрял Ривен, скрестив руки на груди и приготовившись слушать. – Что там за история?

– Ничего интересного, – ответила я с нарочитой небрежностью. – А ты, Колкая, так бы не ухмылялась. Сама же и виновата во всем.

– Я? – возмутилась Эльвира. – Да ты сама ее свернула сгоряча! Теперь постоянно прожигаешь ненавистным взглядом мою золотую вывеску.

– Я? – таким же возмущенным эхом отозвалась я. – Это из-за чьих же криворуких рабочих все случилось? Конечно! Тебе они отремонтировали дом и поставили красивую новую вывеску, при этом развели пылищи на всю улицу, отчего мою лавку пришлось два дня отмывать! Я молчу о потерянных клиентах! И ни одного извинения с твоей стороны, между прочим.

– Это все равно не стоило тех претензий, с которыми ты на меня накинулась. – Колкая поджала губы.

– Претензии? – Флин изогнул бровь. – А мне помнится настоящая драка двух разъяренных глав ковенов.

– Оу! – Глаза Ривена блеснули азартом.

– Я бы посмотрел на это, – ухмыльнулся Хелл.

– Они швырялись магией так, что воздух искрился, – продолжал «сдавать» нас Флин. – И Бьянка в порыве случайно сбила свою же вывеску…

Эльвира на это расплылась в широченной улыбке.

– Да-да, тогда ты тоже так смеялась, – съерничал Флин, весело глянув на нее. – За что Бьянка тебе и отомстила.

– Месть от Бьянки? Мне уже страшно. – Ривен теперь ухмылялся на пару с Хеллом.

– Я просто рассыпала под ее лавкой семена свет-травы, а они и проросли, – призналась я нехотя.

Ох уж эта незаметная и неуловимая свет-трава, на пыльцу которой у всех темных развивается аллергический насморк! О ее свойствах знают даже дети.

– А я неделю не могла найти причину своему безудержному чиханию, – процедила Эльвира.

Мы с ней переглянулись – и обе прыснули со смеха.

Мужчины тоже переглянулись, и Хелл заметил:

– Коварство женщин не знает границ.

Ривен поддержал его энергичным кивком:

– Притом независимо от принадлежности к Свету или Тьме.

– Ты куда-то переезжаешь? – поинтересовалась Колкая, когда проходила в гостиную, где сегодня был накрыт ужин. Ее взгляд устремился на коробки, что сгрудились около лестницы.

– Не я, а Ривен. Ко мне, – ответила я, почему-то очень нервничая при этом.

– О, – только и произнесла на это Эльвира.

– Собственно, это следствие того, из-за чего мы здесь собрались, – произнесла я.

– И по какому поводу мы здесь собрались? – Мужчины уже расселись за стол, поэтому вопрос Колкой расслышали все и воззрились на нас.

Теперь я переглянулась с Ривеном и после его ободряющего кивка показала всем руку, на которой блестело колечко.

– Собственно, вот.

Не думала, что буду так смущаться, сообщая об этом.

– Мы решили объявить о помолвке, – спас меня Ривен. Из его уст это прозвучало как само собой разумеющееся. – Захотели, чтобы именно вы узнали об этом первыми. Вроде как не чужие…

– Да, – выдохнула я и наконец опустилась на стул. Радость распирала меня, но я боялась дать ей волю, ожидая реакции собравшихся.

– Я ждала чего-то подобного, – наконец нарушила молчание Эльвира и усмехнулась. – Но не так быстро.

– Не вижу смысла оттягивать неизбежное, – пожал плечами Ривен и посмотрел на меня с улыбкой, от которой мои щеки вспыхнули.

– Смело. И в духе всех перемен, – заявил Хелл, тоже сверкнув улыбкой. – И дает определенную надежду. – Он бросил взгляд на Эльвиру. – Союз Темного и Светлой… Вы будете, пожалуй, первыми за многие столетия, кто решился на это. Возможно, не за горами и другие союзы… Например, Светлого и Темной. Так ведь, госпожа Колкая?

– Я бы не спешила делать это трендом, лорд инквизитор. – Улыбка Эльвиры была несколько напряженной.

– Но вы ведь не исключаете такую возможность? – Хелл был настойчив.

– Не исключаю, – честно ответила Эльвира. – К Эстер, темной ведьмочке из переулка, давно хаживает ваш Черненький. Но речь ведь сегодня о Бьянке и магистре, верно? Давайте же их просто поздравим.

Сложно было не заметить, как скривился дядя, а Темный принц тем временем одобрительно улыбнулся своей хозяйке. Кажется, лорду инквизитору предстоит долгая осада, и в союзниках у его противника слишком непредсказуемый воин в лице фамильяра.

Следом за этим раздался хлопок пробки: Флин открыл принесенное им вино. Напиток заискрился в бокалах, по комнате разлился звон хрусталя. За столом стало шумно, весело и внезапно легко, словно остатки церемоний и приличий все оставили в стороне. Где-то под столом тявкала Метаморфоза, требуя у каждого вкусняшек. Бал развалился на коленях Колкой, а Мечта облюбовала плечо Флина и что-то тихонько подчирикивала ему на ухо. Наш принц в ответ даже кивал, будто понимал ее.

– Значит, Ривен, ты будешь жить здесь? – вернулась к незаконченному разговору Эльвира.

– Мне пришлось на это согласиться, – кивнул тот. – Бьянка наотрез отказалась куда-либо переезжать отсюда. Апартаменты во дворце, которые так и остались за мной, несмотря на то, что я уже не наставник принца, ее не устроили.

– Жизнь во дворце не для меня. – Я повела плечами. Мы столько с ним обсуждали эту тему, что я уже подустала. – Да и до лавки далеко. Как я ее оставлю?

– Конечно, был еще вариант дома вблизи Академии, – продолжил Ривен. – Вы же в курсе, что мне предложили должность декана нового Межмагического факультета? Так вот. По договору мне и от них полагается жилье, но…

– Я не оставлю свою лавку, – повторила я со вздохом.

– А мое родовое поместье в Мингельде тоже не вариант: слишком далеко от столицы, – заключил Ривен. – Его я даже не предлагал. Пришлось остаться здесь. – И он с усмешкой развел руками. – Ибо если любимая женщина не следует за мной, то я последую за ней.

– Прекрасный тост, – подхватил это Хелл, поднимая бокал. – Настоящий мужчина готов следовать за своей женщиной!

На это темная в очередной раз тяжело вздохнула и отвернулась к ворону. Тот же незаметно прошептал в ответ на незаданный вопрос – или все же заданный: "Я не отдам свою комнату". И тут неожиданно щеки ведьмы заалели. Похоже, они ментально общались.

Мужчины с охотой поддержали тост, а наши взгляды с Эльвирой встретились, и я заметила в ее глазах блеск, который появляется только у влюбленной и счастливой женщины Она и сама сегодня как-то светилась вся, правда, отчаянно пыталась скрыть это. Да и Хелл был непривычно эмоционален, от прежней холодности и циничности инквизитора не осталось и следа. Неожиданно подумалось, что я рада видеть их вместе. Да и кто бы мог подумать, что они будут так гармонично смотреться в паре? Хотя, боюсь, Колкая еще сама не до конца это признает.

– Не переживай. Я купил соседнее с твоей лавкой ателье. И для тебя там комната всегда найдется, – прошептал инквизитор ведьме, видимо тоже заметив ее тайное общение с фамильяром. Темная скривилась сильнее, но вот улыбку не смогла удержать и скрыла ее за бокалом.

– Эльвира, поможешь мне пирог нарезать и чай заварить? – предложила я.

– Без проблем. – Она охотно последовала за мной в кухню.

– Значит, Светлый и Темная?.. – начала я издалека с улыбкой. – Об этом мой дядя мечтает?

– Быстрее преисподняя замерзнет. – Эльвира, не глядя на меня, стала переставлять баночки с травами для чая.

– Кажется мне, там уже занялась ледяная корочка, – вкрадчиво произнесла я, вручая ей нож.

– Светлая, – Колкая со смехом прищурилась, – не заставляй меня признаваться в том, в чем я сама себе боюсь пока признаться.

– Ясно, – притворно вздохнула я. – Значит, скоро мы с тобой все же породнимся. Кстати… Кем ты тогда мне будешь приходиться? Тетей? – Я ухмыльнулась. – Тетушка Эльвира…

Колкая угрожающе помахала передо мной ножиком.

– У тебя навязчивое желание породниться со всеми темными в радиусе квартала? Хочешь усыновить Флина? – ерничала она. – Тетю своему дяде поищи в другом конце города, – саркастично произнесла темная.

Ответом ей была новая ухмылка. Похоже, Колкая все еще сомневается в моем дяде. Что ж, сами разберутся.

– Когда же у вас свадьба? – перевела Эльвира тему.

– Не раньше зимы. После того, как я буду представлена всем родственникам Ривена. – Я помрачнела.

Колкая глянула на меня вопросительно.

– Знаешь, сколько у него родни? – меня прорвало. – Родители. Две замужних сестры. Два женатых брата. Тетя со стороны матери. Еще две со стороны отца. Бабушка. Двоюродная бабушка. Еще и дедушка, который прославился тем, что изобрел изощренный вариант проклятия. Их всех нужно навестить. И они все темные, Эльвира, понимаешь? Все. Темные. Я для них что белая ворона.

– Ты боишься, что ли, Пушная? – хмыкнула Колкая.

– Немного, – вынуждена была признать я. – Я боюсь, что они меня не примут. Я им не понравлюсь.

– Брось. Ты не можешь не понравиться.

Я покосилась на нее, ожидая, что она язвит, но Эльвира была абсолютно серьезна.

– Да и какая тебе разница? – Она передернула плечами. – Главное, что тебя любит магистр.

– Ривен тоже так говорит. – Я улыбнулась. – Спасибо.

– Не за что, – грубовато отозвалась Колкая. – Скажешь мне то же самое, когда я соберусь замуж. В смысле, «если» соберусь, – поправила она торопливо себя.

– Если это случится, – я тоже сделала акцент на «если», – то как минимум один человек из семьи жениха будет на твоей стороне. Я.

Эльвира на это улыбнулась, пропустив мимо ушей намек на Хелла.

– Скажи мне об этом еще пару месяцев назад – никогда бы не поверила.

– Не ты одна, – подхватила я со смехом. И тут кое-что вспомнила. Повернулась к ней. – Эльвира. Когда я поеду знакомиться с родней Ривена, это может занять некоторое время. Неделю, может, две. Приглядишь за моей лавкой, а главное, живностью? – Я молитвенно сложила руки. – Кажется, вы с ними ладите.

Колкая тяжело вздохнула и резким движением разрезала пирог на две части.

– Что ж… – протянула она потом. – Метаморфозе и Балу, кажется, понравилось ходить со мной на кладбище.

– Ну… Хотелось бы обойтись без этого, конечно. – Я неуверенно улыбнулась. Но Колкая изогнула бровь, и я поспешила сдаться: – Кладбище – значит, кладбище.

Пока нас не было, Ривен начал делиться с Хеллом и Флином, как он планирует расширить пространство жилой части моей лавки, сделать наверху спальню, потом детскую и еще одну. За этим оживленным разговором мы и застали мужчин, когда вернулись. Хелл как раз советовал одно эффективное заклинание для расширения, а Флин обещал любую помощь, если она понадобится.

Эльвира, взглянув на это, остановилась в дверях.

– Наследный Темный принц. Светлый лорд инквизитор. Магистр темных искусств, – произнесла она, обводя их взглядом. – Все те, кто совсем недавно изменил судьбу целого королевства. И эти мужчины непринужденно сидят за одним столом и с увлечением обсуждают, как лучше обустроить детскую спальню. Я точно не сплю?

– Тогда нам снится один и тот же сон, – засмеялась я. – Но разве такая реальность плоха?

Эльвира задумалась всего на миг, а после ответила с улыбкой:

– Как бы это странно ни звучало, но… Мне она нравится!

– И мне, – весело ответила я и громко обратилась к мужчинам: – Кому вишневый пирог, господа? Пришло время десерта.

«И новой жизни», – добавила уже про себя.