Глава 9

Эльвира Колкая

Волна ужаса прошила все тело и сконцентрировалась в животе. Наверняка все, что я переживала в тот момент, отразилось на моем лице. Лорд Хелл не сводил с меня глаз, победно улыбаясь. Моя рука была в его захвате, и он издевательски медленно тянул ее на себя, заставляя меня наклоняться все ниже. Я настолько оцепенела, что не могла даже закричать, а ведь Флин был всего лишь за стенкой. Когда мой локоть вышел за пределы барьера, а грудь коснулась поверхности прилавка, мужчина все еще пристально наблюдал за эмоциями на моем лице. Еще никогда я не находилась так близко к инквизитору. Его шумное дыхание щекотало мою кожу, посылая еще большие разряды ужаса, чем было до этого. Так бы и выволок меня из-за барьера этот хитрый и ловкий мужчина, если бы внезапно не заработала моя голова.

– Фли-и-н! – заорала я, наконец пытаясь сопротивляться.

Это было сложно, поскольку этот наглец практически уложил меня на столешницу и ему оставалось лишь вытянуть меня из-под защиты парочкой сильных рывков. Еще один раз, когда я пожалела, что мы с вороном не связаны магически, в ином случае меня бы уже давно спасли. Я мысленно начала взывать к Регану, темному богу, что первым обуздал магию моего рода, надеясь, что фамильяр успеет вовремя.

Энар Хелл широко улыбнулся, поднял свободную руку и… Щелкнул меня по носу. От подобного жеста я настолько растерялась, что не сразу поняла: никто больше не пытался вытянуть меня из-за прилавка. Флин ворвался в помещение черной стрелой, готовый убивать, а застал меня прилипшей к шкафу с зельями спиной и баюкающей свою правую руку.

– Что произошло? – бросая настороженные взгляды на невозмутимо жующего пирожное инквизитора, спросил Флин.

– Чашка… Чашка разбилась. – Я с трудом стояла на ногах.

– Из твоего любимого сервиза? – уточнил ворон, приобнимая меня за плечи.

– Да, из сервиза, – потерянно повторила я, потом подняла слезящиеся глаза на Флина и попросила: – Убери осколки, пожалуйста.

Голос дрожал, но я ничего не могла с ним поделать. Потрясение было слишком велико. Фамильяр без вопросов приступил к уборке, а вот лорд Хелл продолжал сверлить меня взглядом. Неожиданно он подмигнул мне, после чего сосредоточился на своем лакомстве и моей чашке с кофе, полностью игнорируя чье-либо присутствие в лавке. Я вылетела из магазина быстрее ветра, желая только одного: оказаться как можно дальше от этого ледяного взгляда.

– Уа-а-а! – я так и разрыдалась в голос на полу кабинета. То ли от облегчения, то ли от пережитого ужаса.

Флин так и застыл на пороге с совком и веником, наблюдая мою истерику. Он не знал, что минуту назад я была в шаге от смерти. Еще ни одна темная ведьма не вышла из застенков дознавательной, если ей предъявили обвинение, – это знала каждая представительница моего ковена. А мне предъявили, то бишь подписали приговор.

– Эль, ты чего? – Флин растерянно стоял возле меня, не зная, что предпринять. – Тебе так дорог был этот сервиз?

– До-орог, – завывала я.

– У тебя еще осталось пять таких же чашек, – неуверенно добавил ворон, почесав щеку рукой с зажатым в нем веником. Всех мужчин вводят в ступор девичьи слезы, даже фамильяров.

– А должно быть ше-э-эсть, – не унималась я, переведя всю свою энергию на оплакивание сервиза.

– Так мне склеить? – тихо спросил Флин, озадаченно рассматривая осколки, что лежали в совке.

– А ты можешь? – с надеждой спросила я, даже остановив поток слез.

Похоже, ворон не ожидал, что я соглашусь именно на этот вариант решения проблемы, потому что продолжил молча смотреть на осколки.

– Может, новый сервиз? – осторожно уточнил Флин, однако стоило слезам снова застлать мой взор, как ворон поспешил исправиться: – Склею так, что от целой не отличишь!

В себя я приходила до самого обеда. Этого времени хватило, чтобы успокоиться и даже подумать. Причины, почему лорд Хелл не отправил меня в карательную, могло быть только две. Первая – он испугался Флина, и не зря. Вторая – решил повременить с арестом. И если первая была для меня понятна, то вторая вызывала кучу вопросов. Я не стала мучиться, а пошла прямиком к источнику ответов.

– Смотрю, следственный департамент вовсю отрабатывает казенную зарплату, – съехидничала я, намекая на то, что лорд занимается ровно ничем последние несколько дней.

– Рад, что вы заметили. Тружусь в поте лица, даже перерыва на обед нет, – не остался в долгу Хэлл.

– Это вы так тонко просите вас накормить?

– Это я так прямо требую содействия. – Он широко улыбнулся, но в глазах все еще стоял лед. Совсем не тот полыхнувший взгляд, когда ранее инквизитор щелкнул меня по носу, а позднее подмигнул.

Что-то было не так, но я все еще не могла понять, что именно, и если я собиралась это узнать, то стоило наладить контакт с мужчиной. Я молча вернулась в дом, на кухне налила щавельный суп в миску и заварила травяной чай, не забыв капнуть зелье откровения в массивную кружку с ручкой в виде медведя. В таких обычно пиво подают в тавернах. Когда я с подносом вернулась в лавку, Хелл уже принюхивался: аромат у моей стряпни всегда был чудесный.

– О, вы балуете меня, темнейшая. – Он облизнул губы, стоило подносу оказаться перед ним.

Прилавок теперь служил нам не только переговорной, но и столовой и кофейным столиком. Увы, только так мы могли находиться достаточно близко, а я еще и в безопасности.

– Вы имеете что-то против? – Я потянула поднос к себе за краешек, и он тут же был остановлен большой мужской ладонью.

– Отнюдь. Наверное, стоит навещать вашу лавку и после закрытия дела, – бросил будто между прочим инквизитор.

Это что получается? Он прямым текстом говорит, что я все еще могу выкарабкаться из той ямы, в которую меня затащили? Он пытается задурить мне голову, чтобы проще было арестовать, – в этом нет сомнений.

– Неужели обвиняемая в смерти наследного принца может надеяться на правосудие и снятие обвинений? – не смогла я удержаться от сарказма, ведь подобного точно не произойдет. Не в нашем королевстве.

– А кто сказал, что прокляли именно наследного принца? – Цепкий холодный взгляд тут же пронзил меня насквозь.

– Разве об этом не писали в газетах? – Я нервно дернула головой и инстинктивно отступила от прилавка.

– Нет, госпожа Колкая. Об этом не известно ни одной обывательской душе. – Его взгляд загорелся непонятным огнем.

Инквизитор ликовал, а я готова была посыпать голову пеплом. И как я не догадалась, что смерть кронпринца хранится в секрете? Но тогда откуда об этом известно Бьянке? Она что-то говорила о каком-то помощнике инквизитора, что заходил к ней и опрашивал. Вроде бы именно он ей и сказал. Ошибка новичка? Случайно выдал секретную информацию?

– Разве что госпожа Пушная в курсе дел, – неожиданно договорил Хелл, после чего резко закрыл рот и замер. Впервые лорд выглядел удивленным и слегка растерянным. Он не собирался говорить последнюю фразу.

Я посмотрела на полупустую кружку, чашки я больше этому разрушителю не доверяла, и растянула губы довольной улыбке. Зелье подействовало.

Бьянка Пушная

Тарси как ветром сдуло. И я осталась один на один с надвигающейся проблемой.

Черненький был не в настроении – это я поняла по озабоченной морщинке, залегшей между его невыразительных бровей.

– Господин Черненький, – приветствовала я его дежурной улыбкой, отгораживаясь от него прилавком. – Какими судьбами?

– Госпожа Бьянка, – его тон был серьезным, даже сердитым. – Скажите, вы кому-нибудь говорили о моем прошлом приходе и… И о том, о чем я вас спрашивал?

– Я не понимаю вас, господин помощник, – ответила я совершенно искренне. – Разве наш разговор был конфиденциальным?

– В каком-то роде. – Тот снял шляпу и провел ладонью по волосам. На его лбу я заметила капельки пота. – Значит, вы с кем-то делились?

– Нет. – Для пущей честности я сделала оскорбленное лицо. – Я никому не рассказывала. Но и вы могли бы уточнить, что нужно сохранить нашу беседу в секрете. Чего вы не сделали.

– Да, это мое упущение, – повинился Черненький. – Но вы и сами должны были понять, что все серьезно… Ведь я упоминал о смерти принца.

– Я ведьма, а не провидица, – холодно откликнулась я. – И я вам в третий раз повторяю, что никому об этом не говорила.

– Даже вашему… – Он посмотрел на дверь гостиной, за которой прятался Тарси. – Вашему близкому другу? – Черненький покраснел до кончиков ушей, и я тоже вспыхнула.

– Даже ему! – припечатала я.

– Ну что ж… Раз так, то вы меня успокоили. – Черненький достал платок и промокнул им лоб. – А то кое-кто прознал об этом. При том, что, кроме вас, никто не был в курсе.

– И вы решили, что от меня? – Я приняла оскорбленный вид.

– Нет-нет, теперь вижу, что не от вас, – суетливо произнес помощник. – Значит, утечка произошла из другого места. Что странно, конечно, но будем искать, госпожа Бьянка, будем искать.

– Вот и ищите. – Я уже стала терять терпение.

– А ваш… Друг, – Черненький снова устремил взгляд на гостиную, а я мысленно ругнулась, – он сейчас не у вас? Я бы не отказался с ним побеседовать.

– Нет! Он не у меня, – излишне быстро ответила я.

– А не позволите посмотреть?

Я потеряла дар речи от неожиданности.

– Вы хотите обыскать мой дом? – наконец ошеломленно пробормотала я. – Вы меня в чем-то подозреваете?

– Нет, госпожа Бьянка, нет. Но я обязан проверить. Чистая формальность. – Черненький снова нахлобучил шляпу на голову. – Если вам нечего скрывать, то и бояться нечего, верно?

– Вы правы, мне нечего бояться! – Я стиснула зубы и направилась к гостиной. – Вы хотите посмотреть комнаты? – произнесла я нарочито громко, чтобы Тарси смог услышать и что-то предпринять. – Пожалуйста! – Я еще досчитала до десяти, выигрывая время, и распахнула дверь.

Сразу же залаяла Метаморфоза. Баланс тоже приподнялся на диване и с подозрением прищурился. А Тарси нигде не было. Я с облегчением выдохнула. Правда, стало интересно, куда он спрятался. Окно было закрыто, а шторы даже не тронуты.

– Убедились? – Я с вызовом взглянула на Черненького. – Спальню, кухню, уборную, задний двор будете смотреть?

– Мне не хочется вас тревожить, госпожа Бьянка, но я бы посмотрел, – тон Черненького был извиняющимся, но твердым одновременно.

– Что ж, идемте!

Уже закрывая дверь гостиной, я заметила тонкую щелку на полу, где располагался люк, обнаруженный Эльвирой. Надеюсь, помощник Хелла этого не увидел.

Я провела Черненького по всем своим комнатам. На кухне был брошен на полуготовности обед, но, к счастью, и здесь ничто не выдавало недавнего присутствия Тарси.

– Еще раз прошу прощения за беспокойство, – поклонился мне уже в дверях лавки Черненький. – Но не забывайте о конфиденциальности дела.

– Да теперь уж точно не забуду, – пробормотала я, провожая его глазами.

Когда Черненький скрылся за углом улицы, я пулей помчалась в гостиную. Тарси уже вылезал из люка.

– Это уже переходит всякие границы! – воскликнула я, на эмоциях взмахивая руками. – У меня в доме уже обыск устраивают! И кто? Помощник инквизитора! У Светлой ведьмы! Неслыханно! А еще я вынуждена врать и врать! И все из-за вас!

Я расстроенно плюхнулась на диван и обхватила голову руками.

– А я ведь просто хочу, чтобы все было как раньше… – Из меня непроизвольно вырвался всхлип.

Впервые Тарси не язвил и не подшучивал, а смотрел на меня виноватым взглядом. Потом он присел около меня на корточки и осторожно смахнул слезинку, которая против воли все же побежала по моей щеке.

– Хотите, я приготовлю вам успокоительный чай, Бьянка?

Мне очень хотелось ответить ему что-то резкое, злое, но вместо этого я произнесла:

– Хочу. Ромашка и мята в…

– Я знаю, где у вас лежат ромашка и мята. – Тарси улыбнулся и на этот раз поправил мои волосы. Взгляд его карих глаз излучал тепло.

– И неплохо было бы пообедать, – буркнула я, оттаивая.

Тарси тихо коротко рассмеялся:

– Слушаюсь, моя госпожа. Скоро все будет.