Глава 31

Стараясь не терять связь с котом и одновременно с передатчиком в шлеме, не забывала ещё посматривать по сторонам. Вдруг, здесь ещё какие летающие монстры имеются. Хотя мантикора в полный рост, сама, за какого хочешь монстра сойдёт!

Лететь приходилось очень высоко, кроны местных деревьев изо всех сил тянулись к солнцу, обгоняя друг друга в высоте. Под густой листвой ничегошеньки не было видно — сплошной зелёный океан!

Но вот впереди появился просвет, и что-то блеснуло на солнце. Да это озеро! Идеально круглое, скорее всего водой заполнилось жерло древнего, давно потухшего вулкана. Горные породы занесло землёй и сейчас озеро окружала изумрудная травка и заросли, похожие на бамбук

Вот именно в эти заросли стрекоза принесла Матвея. Несколько бамбуковых ветвей удерживали на своих стволах огромный шар стрекозиного гнезда. На мантикоре туда не подлетишь, а метла осталась в рюкзаке на корабле.

Скизи приземлилась прямо у зарослей бамбука, разогнав своим появлением стайку мелких юрких ящериц. Уменьшившись до размера обычной кошки, она запрыгнула ко мне на плечи, вцепляясь острыми коготками в плотную ткань комбинезона.

Протиснувшись между стволов бамбука, некоторые были толщиной с мою руку, остановилась под самым гнездом. Попыталась позвать кота, но тот молчал, и это меня сильно беспокоило.

Приспособив бластер на поясе, достала свои эльфийские клинки. Они с лёгкостью вырезали на стеблях бамбука подобие ступенек, с помощью которых я довольно быстро добралась до основания гнезда.

Над головой послышалось знакомое стрекотанье. Стрекоза выползла из гнезда, расправила крылья, и взмыла в небо, направляясь в ту сторону, откуда мы только что прилетели. Надеюсь, в гнезде никого больше нет. Одним из кинжалов я стала ковырять дно гнезда прямо около ствола бамбука, на котором то висело. Вниз посыпались кусочки скрепленной с помощью глины травы, веточки и другой хлам.

Расковыряв дыру, чтобы в неё могла пройти моя голова, потихоньку просунулась в дыру, радуясь, что на мне защитный шлем. В гнезде никого не было, кроме нескольких больших серых шаров, и кота, который пытаясь встать на лапы, полз в мою сторону. Где-то на полпути его стошнило. Вот это его укачало! Он вроде высоты не боится, во всяком случае, никогда не жаловался.

— Матвеюшка! Ты как?

— Она, эта тварь, она меня облизала! Всего!

То-то смотрю он такой взъерошенный, и пахнет от него… очень неприятно пахнет. Скизи уткнулась носом в мою шею и недовольно пыхтела.

Я расковыряла дыру побольше, чтоб Матвей мог в неё протиснутся. Вдруг один шаров пошевелился, и по его поверхности зазмеилась трещина. Да это же яйцо! И стрекоза принесла кота для своих стрекозят, которые вот-вот должны вылупится!

— Матвей, пошевеливайся, если не хочешь, чтобы тебя схарчили на обед.

Кот сделал последний рывок на заплетающихся лапах, я подхватила его тушку, всю покрытую скользкой вонючей слизью, и меня тоже чуть не стошнило.

Спуск был ещё тот. Я пыталась не выпустить из рук выскальзывающего кота, при этом нужно было не свалится самой. На последних метрах я всё же проехалась животом по стеблю бамбука, хорошо, что комбинезон очень крепкий, а лицо защищено прозрачным щитком шлема.

— Может, искупаешься?

Я покосилась на блестевшее под солнечными лучами озеро. Но стоило нам подойти поближе к воде, как его поверхность забурлила, и из воды высунулись два глаза. Это сразу отбило всю охоту купаться. Кто знает, что там, в этом озере, обитает?

И тут я буквально зависла. Из леса в сторону озера не спеша двигалось несколько динозавров. Настоящих! Огромных! Динозавров!

Они величаво прошествовали к берегу, наклоняя морды к воде.

Глаза, следившие за нами, глухо булькнули, и поплыли в сторону водопоя.

— Марена! Марена! Уходим!

Матвей, наконец, пришёл в себя и теребил меня за штанину комбинезона.

Со стороны леса появились ещё несколько доисторических особей. И они были явно настроены не так миролюбиво, как те, что, сейчас напившись воды, мирно, словно обычные коровы щипали на берегу травку.

Мы, стараясь слиться с окружающей средой, держались поближе к зарослям бамбука, совершенно забыв, что нужно ещё посматривать и вверх. Над головой послышалось возмущённое стрекотанье. Стрекоза вернулась в гнездо и, видимо, обнаружила, что в её жилище добавился ещё один вход, а добыча исчезла.

Она принялась летать над зарослями бамбука, не забывая возмущённо поскрипывать и попискивать. На её стрекотанье прилетела ещё одна стрекоза, заглянув в гнездо, тоже принялась патрулировать небо над бамбуковыми зарослями. Видимо, особи Т- 76 всё же живут парами!

Срезав кинжалом несколько крупных листьев, похожих на огромные лопухи, одним накрыла Матвея, из остальных соорудила «букет», которым прикрывала себя и Скизи, все так же сидевшую у меня на плечах.

Обернутся мантикора здесь не могла — не хватало свободного пространства, которое заняли гуляющие на берегу динозавры. Да и в воздухе нас поджидала парочка гигантских стрекоз.

Поэтому мелкими перебежками, от кустика к кустику мы пробирались к кромке леса. И вовремя. Потому как на берегу развернулась настоящая драма. Несколько динозавров, которых я сразу признала, как хищных, напали на отбившегося от стада травоядного динозаврика.

Тот пытался отбиваться хвостом и длинной шеей, но учесть его была предрешена. Стадо травоядных динозавров, потеряв одного из своих, громко протрубило, подняв головы к небу, и развернувшись, медленно направилось в сторону леса, смирившись с потерей.

Мы тоже нырнули под кроны деревьев, рассчитывая найти там защиту от преследовавших нас стрекоз.

Когда мы решили, что найдём защиту в лесу, это мы не подумавши решили. Здесь под каждым деревом, под каждым кустом просто кишела разнообразная жизнь и не вся она была дружелюбна к нам. В большинстве своём обитатели леса рассматривали нас в качестве своего обеда.

Но и к озеру возвращаться было нельзя, там хищные динозавры, и стрекозы, возмущённые побегом кота и новой несанкционированной дверью в их жилище.

Оставалось идти вперёд, что мы и сделали. Когда немного успокоилась, насколько это возможно в месте, где каждый второй куст заглядывается на твою филейную часть, спросила:

— Ты почему защитный барьер не выставил?

— Не успел, тебя спасал. А потом эта гадость меня за шею тяпнула и что-то туда впрыснула, я и отключился. Посмотри: сильно она меня?

Я попыталась что-то рассмотреть в густой кошачьей шерсти, но так ничего и не нашла.

— Нет там ничего. Может тебе показалось?

— Ничего не показалось. У неё жало знаешь какое? Во!

Кот раздвинул лапы, насколько это было возможно, показывая каким жалом его тяпнул этот доисторический вертолёт. Парк юрского периода в живую, чтоб его!

— А ты сама то что? Почему её фаерболами не сбила? — спросил он после минутного молчания.

— В тебя боялась попасть.

Кота этот ответ вполне устроил, и он двинулся дальше, продираясь сквозь заросли. Я за ним.

— Слушай, а куда это ты нас ведёшь? — спросила я его спустя некоторое время, когда уже задолбалась пробираться сквозь непролазные джунгли, перелезая через огромные поваленные стволы. Коту хорошо — у него когти.

— Я думал, ты знаешь куда идти, отозвался хвостатый, возвращаясь ко мне.

Нормально! Вообще-то он впереди идёт.

— Значит, мы всё это время шли непонятно куда, — вздохнула я, садясь на ближайшее поваленное дерево и отдирая каких-то мелких хищников, решивших попробовать мой комбинезон на вкус.

Скизи, всё это время ехавшая на моих плечах и благоразумно молчавшая постучала лапой по шлему, передавая отрывочные изображения Керна и Малики.

— Точно! Спасибо, моя хорошая! У нас же есть передатчик.

Ага, который я отключила около гнезда стрекоз, боясь спугнуть их шумом, да так до сих пор и не включила.

Я сняла шлем и включила передатчик. В шлеме сразу затрещало и послышались голоса наших новых друзей. Только что-то понять было невозможно. Обрывочные фразы и отдельные слова — вот и всё, что мы услышали. Я потрясла шлем.

- Испортился что ли?

Кот подозрительно сощурил зелёные глаза:

— Ты точно головой не стукалась? Может, не помнишь? Может так приложилась, что передатчик сломался?

— Ничего я не прикладывалась. Это похоже на радиопомехи, что-то искажает сигнал. Керн! Малика! Мы у озера!

Закричала я внутрь шлема.

В шлеме булькнуло и переспросило: — Озеро?

— Озеро, озеро! Большое, круглое. Вулканическое, наверное. Здесь помехи, постараемся немного ещё пройти, может связь наладится.

В ответ голосом Керна булькнуло:

— Озеро сидеть!

— Сидеть, так сидеть. Я, в общем-то, не против. Надоело уже по этим джунглям скакать.

Конечно, долго усидеть на месте я не смогла. Меня привлекло очень забавное растение. Яркая чашечка цветка была похоже на большую пасть, а тычинки — на глаза, качающиеся на гибких антенках. Вот бы мне его в свой гербарий! Такого точно ни у кого не будет!

— Матвей, смотри какая прелесть!

Кот подошёл поближе к заинтересовавшему меня кусту, и ткнул его лапой. В ответ «милота» щёлкнула пастью, пытаясь ухватить, эту самую, кошачью лапу. Матвей от неожиданности испустил боевой мяв и вздыбил шерсть. Вот только после стрекозиных облизываний, его шёрстка, покрытая толстым слоем слизи, очень быстро подсохла на солнце и слиплась мелкими пучками. Поэтому кот сейчас был похож на дикобраза с торчащими во все стороны иглами слипшейся шерсти. Очень в духе этого места.

Когда Матвей немного успокоившись отошёл от кустика, тот неожиданно активно завозился на месте, а потом пополз следом за ним, шустро перебирая короткими корешками. От такого зрелища подзависли и я и Матвей. В результате чудо-цветок попытался цапнуть его за хвост.

Кот офигел от такой наглости, и уже выпустил свои когти, собираясь расправится с растением, но я его остановила:

— Подожди! Давай его себе возьмём? Это походу какой-то вид мухоловки, охотиться на всё, что двигается.

Я подобрала ползущую по стволу дерева гусеницу и метко забросила её в пасть цветка. Створки цветочного бутона чавкнули, закрываясь и пряча внутри свою добычу. Вот только спустя минуту цветочек пополз уже в мою сторону. Бутон раскрылся, словно клюв голодного птенца, намекая на добавку.

Последующие полчаса я, то собирала жуков и гусениц, закидывая их в пасть ползущей за мной мухоловки, то прислушивалась к шипению передатчика, ловя отдельные слова, и до хрипоты пытаясь кричать в ответ, то отдирала от комбинезона очередного хищника, явно переоценившего свои силы.

Ползущая следом мухоловка вскоре отстала. Бутон цветка от пойманной добычи растянулся и стал похож на щёчки хомяка. Она сыто икала, и только поворачивала вслед за мной антенки глаз-тычинок, стараясь не выпускать из виду.

Кажется, я обзавелась ещё одним питомцем!

От нечего делать стала собирать камешки и кидать их в кусты. И время быстрей идёт, и заодно разгоняю засевших в засаде местных жителей. Очередной камень звякнул о металл. Откуда здесь металл? Подобрала ещё несколько камешков, и стала бросать их в том же направлении. Стук камня о металл стал ещё громче. Что же там может быть?

Мы с Матвеем переглянулись, и полезли в кусты. Позади послышалось сначала пыхтение, а затем отчаянное верещание. Когда обернулась, увидела, что моя мухоловочка изо всех сил ползёт за нами.

— Бедненькая! Испугалась, что мы тебя оставим совсем одну в этом страшном лесу?

Я склонилась над цветком, который доползя до моей ноги, обвил её всеми своими росточками и корешками, отказываясь отпускать. Пришлось доставать из кармана комбинезона специальный мешочек, который я приготовила для сбора образцов. Вот только этот образец едва в нём поместился, ещё и антенки сверху покачивались, зорко следя за обстановкой. Мешочек повесила на пояс и, подняв с земли большую дубинку, пошла к кустам, предварительно пошурудив в них палкой.

За кустами лежала большая железная фиговина, похожая на летающую тарелку. Судя по тому, что на ней росли небольшие деревца, а с боков свисали очень симпатичные лианы — лежит она здесь уже давно. А не эта ли железяка стала причиной тех самых помех передатчика?

Подняла шлем к уху — треск передатчика стал намного сильнее, заглушая всё остальное. Обойдя свою находку со всех сторон, насколько это было возможно, я решила немного отойти в сторону, проверяя работу передатчика.

Моя догадка подтвердилась, и чем дальше мы отходили от летающей тарелки, тем яснее слышались голоса Керна и Малики. В результате мы вышли на небольшую просеку и смогли уже нормально поговорить с ребятами, которые сейчас летали над лесом, разыскивая нас.

Сигнал передатчика был чётким и устойчивым. Совсем скоро над нашими головами завис флаер, медленно спускающийся вниз.

— Ребята! Как я рада вас видеть! Я кинулась к флаеру, на ходу подхватывая кота, и закидывая его в щель приподнявшегося колпака. Туда же я сгрузила и Скизи, она хоть и небольшая, но тоже не из лёгких.

Полетели скорее отсюда. Совсем рядом гнездо этих гигантских стрекоз, ну, этих, особей Т- 76, -пояснила я удивлённо смотревшей на меня Малике.

— А ещё там, у озера, настоящие динозавры, огромные! Хищные! Они маленького динозаврика схомячили! — горестно вздохнула я.

— Ещё там такая странная железная штуковина валяется, на летающую тарелку похожа. Это из-за неё передатчик не работал. Я проверяла!

— Где? Где ты видела эту штуковину? — оживился Керн.

— Вон там, совсем недалеко.

— Пойдём, покажешь!

Я покосилась на флаер, вздохнула:

— Тебе очень надо?

— Если ты правильно описала, то это та самая штука, которую мы пытаемся найти. Задание у нас такое.

— Ладно, только коты пусть в флаере останутся. И Мушка тоже!

Мухоловке ведь нужно имя? Мушка — ей очень подходит!

Я сняла с пояса мешочек с мухоловкой, и засунула его в флаер, попутно уговаривая её не верещать:

— Не бойся, я скоро вернусь. Ты же хорошая девочка? Вон и Матвей рядом с тобой, в обиду не даст.

Или у мухоловки действительно были зачатки разума, или она просто успокоилась, почувствовав тепло от бока Матвея, который подгрёб наш цветочек поближе, но верещать она перестала, обвивая корешками кошачий хвост.

— Откуда у тебя Ка-14? Оно же хищное и очень опасное!

— И ничего не опасное! А очень даже милое! Это Мушка, моя мухоловка, я её с собой заберу, буду её червячками кормить.

Я почесала пальцем под бутоном, Мушка неожиданно заурчала, словно сытый кот, и даже глаза-тычинки прикрыла от удовольствия.

— Видишь, какая прелесть?

— Марена! Ты где? — позвал меня Керн.

— Давай быстрее, у нас мало времени!

Вдвоём мы быстро добежали по уже знакомой мне дороге до летающей тарелки, которая всё так же мирно лежала в зарослях. А вот Керн только что не танцевал от радости. И стоило нам отойти на расстояние, позволяющее использовать передатчик, сразу же сообщил о моей находке капитану.

Вот только наш разговор слышал не только кэп, но и притаившаяся в кустах парочка динозавриков. Небольшие, чуть выше человеческого роста, с короткими передними лапами, очень похожими на руки и длинными мордами, полными острых зубов. Они двигались быстро и слажено, нападая сразу с двух сторон. Только я теперь была начеку, и успела накрыть нас защитным куполом.

Налетев на мою защитку, которая отбросила увесистую тушку в сторону, динозавр вскочил на задние лапы и обиженно заверещал. В это время на нас попытался напасть второй динозавр, и тоже был откинут в сторону.

- Где мой бластер? — спросил Керн.

Точно! Оружие так и торчало у меня за поясом. Достав бластер, передала его парню.

— Слушай, пока не стреляй. У моего защитного купола есть функция рикошета. Не хотелось бы, чтобы выстрел вместо этих милых зверушек попал в нас.

— Тогда снимай его, а я буду стрелять.

— На три, два, один!

Я сняла купол, а Керн выстрелил. Динозавр упал, оглашая окрестности диким воем. Вот только второй в это время не дремал, и уже нёсся в нашу сторону. Первым попытался достать Керна, целясь в него острым когтем. Но парня защитил мой амулет, на мгновенье вспыхнув голубой молнией, он откинул хищника на несколько метров. Динозавр поднялся на лапы, тряся головой, но тут уж Керн достал его выстрелом из бластера.

Назад я шла, не снимая с себя защитного купола, а Керн не выпускал из рук бластер, прислушиваясь к малейшему шороху.

— Что у вас там? Мы видели вспышки.

Раздался в голове голос Матвея.

— Ничего страшного, уже всё в порядке, сейчас расскажу.

Прилёта капитана мы ждали, сидя в кабине. А флаеров прилетело несколько. Три приземлились на поляну, а парочка зависла в воздухе. Керн, перебрался на ближайший аппарат, а мы, наконец, смогли улететь в космопорт, за защитный периметр.

Всё! Я в этот лес больше ни ногой, хватит с меня динозавров. Насмотрелась!

У космолёта нас ждала Розальва, которую с собой не взяли. Подруга вся извелась в ожидании, когда нас спасут, расхаживая по площадке вокруг космического корабля.

— Маренка! Наконец-то! Где Матвей? С ним всё в порядке?

— Всё хорошо, все живы и относительно здоровы. Только Матвею теперь нужно в душ. А это — познакомься: Мушка! Правда, она прелесть?

Я вытащила мухоловку, которая мирно дремала в своём мешочке, выходить из которого категорически отказывалась.

— Всё! Я на этой планете с корабля ни ногой! — объявила, поднимаясь по трапу.

Следующие сутки, пока вся команда занималась найденной в лесу летающей тарелкой, я сидела на борту корабля. Рик подарил мне старую кастрюлю, в которую насыпали немного земли. Малика принесла из теплицы. Мушка, словно собачка, обнюхала своё новое жилище, затем забралась в него с корнями и блаженно затихла.

Кормили мы её кусочками мяса, которые таскала с кухни Розальва, чем заслужила благосклонность нашего цветочка. Но самою большую любовь она почему-то испытывала именно к Матвею, забавно булькая, когда он оказывался поблизости.

Команда корабля пропадала в лесу несколько часов, собирая данные с иноземного летательного аппарата. Затем они оставили дальнейшее его изучение поселенцам, а сами, вернувшись на корабль, отмывшись и отъевшись ещё несколько часов загружали данные в компьютер, отправляя их на родную планету.

Наконец и этот этап был завершён, и капитан объявил, что взлетаем через час. Мы с Розой спустились к трапу, где нас ждала Малика. Тепло распрощавшись с девушкой, вернулись назад, а я снова напросилась в рубку, посмотреть на взлёт корабля.