Глава 28

Вчера произошло пренеприятнейшее происшествие, или, говоря простым языком — Катастрофа!

Ужас!

Кошмар!

Неожиданный и… именно поэтому я с самым решительным лицом стояла напротив открытых дверок шкафа и изучала содержимое, готовясь произвести фурор, способный затмить вчерашний кудрявый беспредел.

Стоило мне выйти из ванной комнаты — а это было вчера.

И вчера была суббота.

Суббота! Официальный выходной день. День отдыха и лени студентов.

Но у некоторых профессоров, видимо, отсутствует понятие будних и выходных, и они склонны без зазрения совести нагружать ведьм в любое время суток. Чтоб им всем в ящериц превратиться.

Таких вредных преподавателей обычно зовут профессор Бэрк. У них сальные волосы и кривые улыбочки, не сулящие ничего хорошего. А еще они пьют кровь несчастных студенток. Фигурально, конечно, но от того не менее неприятно.

Итак, вышла я из ванной и не успела, напевая себе под нос, переодеться из халата в домашнюю одежду, как в окно влетела синекрылка. Птичка бодро настигла меня и прочирикала в ухо послание от мага. Мое радио немедленно зафонило, а настроение громыхнулось к полу и скисло.

— Но сегодня же суббота, — именно в тот момент я первый раз использовала этот аргумент, считая его более чем достаточным.

Взглядом своих маленьких глаз синекрылка полностью поддерживала недоумение студентки, но при этом только пожала крылышками, давая понять, что решать, к сожалению, не ей. Она всего лишь выполняет дурацкое поручение волшебника.

Тогда я издала что-то вроде разгневанного рыка, который должен был вызвать страх у всех окружающих, даже у стен. Но находившиеся в комнате обитатели не затрепетали в ужасе. Они отреагировали возмутительно и своевольно.

Лилу, прикидывающаяся спящей на кровати, игриво мяукнула и перекатилась на спину, радостно спрашивая не хочу ли я с ней поиграть, раз рычу как маленький тигренок. А Кайли, распластавшаяся на своем матрасе и увлечённо рисующая что-то в блочной тетради, удивленно подняла голову и поинтересовалась не подавилась ли я заклинанием.

Синекрылка, решив поддержать студента в трудную минуту, издала звук, отдаленно напоминающий сочувственный вздох, и уселась мне на плечо.

Я кинула по раздосадованному взгляду в питомца и соседку, каждой ответила:

— Нет. Нет. — и пояснила. — Бэрк желает получить от меня работу сегодня.

Милая мордочка Лилу поморщилась.

— Сегодня?! — густые брови Кайли нахмурились. — Выходные же. Может, он не в курсе?

Тут мы на пару с синекрылкой переглянулись, а потом посмотрели на нее недоверчивым взглядом.

— Хотя чего ты злишься, Мэл? Ты разве вчера не приготовила это его зелье?

— Приготовила. — ответила я и, обращаясь к птичке, спросила. — Сколько у меня есть времени? Могу я спокойно одеться, высушить волосы и привести себя немного в порядок?

Оказалось — есть час. Именно столько Бэрк соизволил мне выделить. Иначе грозился влепить магически нежелательную оценку.

Как же хорошо, что вчера вечером, следуя за собственным любопытством, я решила заняться заданием профессора по приготовлению зелья для полного успокоения сознания, для усмирения разбушевавшихся нервов. И скажу по секрету, папина тетрадь оказалась очень полезной. Ценнейший кладезь знаний.

Бегая бешенной пчелой по комнате, мне удалось спешно одеться и высушиться, но оставалась маленькая большая проблема. Волосы на голове лежали гривой льва, а выходить в таком виде, я не могла себе позволить.

— Кайли, ты не видела мою плойку? — спросила у подруги, когда во второй раз стала осматривать все места, где обычно держу свое волшебное орудие по созданию красивых локонов.

— Так его Кэтти вчера забрала. — пожала та плечами.

А я снова мучительно застонала. И танец яростной скорби тут же сплясала.

— Да ладно тебе. — улыбнулась ведьмочка, которую забавляли мои метания. — Нормальные у тебя волосы. Шикарные. Наоборот надо гордиться их густотой. Многие о таких только мечтают, а ты вечно укладываешь.

Да, я могла спокойно ходить в рваных джинсах и кедах, но у меня имелся пунктик по поводу волос. Если с их цветом, не поддающимся ни одной краске, я еще могла смириться, то строить из себя царя зверей никогда не хотела. Я чуть не прыгала от счастья, когда на каком-то магическом блошином рынке ба откопала плойку, способную усмирять своенравные непослушные кудри.

— Почему ты их магией, кстати, не укладываешь? — спросила Кайли.

— Она не сработает. Или подействует, но на непродолжительное время. Бабушка как-то уложила, а потом на ужине пришлось откачивать от шока нашего соседа, уверяя ему, что шевеление волос на моей голове плод его фантазии.

Кайли закрыла лицо блокнотом и захохотала.

— А вот мистеру Спэрру было не до смеха. Он после этого случая на меня странно поглядывает. И старается не подходить близко.

Кайли уже открыто хрюкала под моим неодобрительным взглядом, а потом успокоившись, заверила:

— Да иди уже так. У тебя время заканчивается. Бэрк же злопамятный. Тем более по утрам в субботу коридоры практически пусты. Сама знаешь. Вряд ли ты кого-то встретишь.

За окном громыхнула молния, будто в подтверждение слов Кайли. Взяв нужную тетрадь и колбу с зельем, я выскочила из комнаты.

И только потом, когда я спешно шла по коридорам Ле Визардри, я поняла, что молния ударила в тот миг вовсе не в подтверждение сказанного подругой.

О нет, это было зловещее предзнаменование. Усмешка. Гроза возражала и оспаривала, так как навстречу мне шел тот, кого я, с учетом моей чудо-прически, желала встретить меньше всего.