Глава 9: Прогулка

Корнелия На следующий день Максимилиан предложил мне вместе с ним съездить в Эркол. Я предвкушала поездку, потому что города прежде не видела, ведь в прошлый раз нам пришлось спасаться от наемников. Теперь же всё было по-другому. Мы спокойно ехали в экипаже, любуясь пейзажами. Оказалось, что резиденция Максимилиана располагалась за городом, у самого леса. По мере приближения к центру изменялась и архитектура. Тихие улочки с ветхими домиками сменились оживленными кварталами, полными шума и веселья. Большинство людей тут перемещались так же, как и мы, но моё внимание привлекло необычное транспортное средство в виде шара, которое двигалось гораздо быстрее. – Что это? – спросила я, указав на странный аппарат. – Кашо, – ответил советник так, словно это что-то объясняло. Но, увидев на моём лице полное непонимание, он добавил: – Это энергетическая колесница. – И..? – Я всё ещё ждала более полного ответа. – Вечно забываю, что ты не местная. Корнелия, ты помнишь про энергетические потоки? – Да, их используют для получения энергии и открытия порталов. – Верно, но это не единственный способ применения. Водоканалы, заводы, музыкальные кристаллы и не только, всё это работает от потоков. Ты же сама с ними каждый день сталкиваешься. Не думала, откуда в ванной берется горячая вода или свет в доме? Я поняла, что выгляжу в этот момент исключительно недалекой. А Максимилиан тем временем продолжал: – Энергетическая колесница использует ту же силу, но территория охвата мала, поэтому их можно увидеть только в крупных городах. – Почему только в крупных городах? – Потому что потоки по империи разбросаны неравномерно, а города, как правило, строились на крупных сплетениях энергетических потоков. – А Лео называл это магией. – Можно и так назвать, но это спорно. От магии остались лишь оракулы, или прорицатели. Они видят эти потоки и используют их силу для предсказания будущего. Но и их мало. Ещё раньше императорский дом владел великой силой, но те времена давно прошли. – Подожди, но раз люди магией не владеют, как удается использовать силу потоков? Максимилиан на какое-то время замолчал, а после выдал: – Это никак не связано. Воздействие осуществляется с помощью опосредованных вещей. Например, наличие определенных минералов вблизи потоков может влиять на их форму проявления. А посредством стекла можно отводить тонкие нити от основного течения и наполнять силой необходимые приборы. Главное – после вернуть их обратно в поток. – Хорошо, смутно, но картина складывается. Тогда ответь, как люди живут вне городов? Максимилиан посмотрел на меня, как на несмышлёного ребенка. – Как и всегда жили, с помощью ручного труда. Печи, колодцы, свечи, выгребные ямы. Я не стала это комментировать. Про себя же отметила, что этот парадоксальный мир умудряется смешивать в себе традиции прошлого и технологии настоящего. Тем временем мы приехали. – Мне нужно разобраться с делами, а ты можешь погулять по этой улице, но далеко не уходи. – Какими делами? – спросила я, вылезая из экипажа. Максимилиан подал руку. – Тебе всё нужно знать? – В его голосе слышалось раздражение. – Нет, вовсе нет, – смиренно произнесла я и уже собралась идти, как он меня окликнул: – Так, подожди. Вот ламены, – Максимилиан ссыпал мне в руку горсть монет. – Это деньги, трать с умом. *** Улица кипела жизнью, вдоль неё тянулись магазины. Со всех сторон раздавались зазывающие голоса. Здесь были прилавки с уже привычной едой и неизвестными мне лакомствами, украшениями и одеждой. Всё на любой вкус. Глаза разбегались, но среди радостного гомона внимание моё привлек тонкий жалобный голосок. Я прислушалась. Метрах в пяти от меня разворачивалась картина, которая никак не вписывалась в эту жизнерадостную обстановку. Из глубины одного прилавка выглядывала девочка лет восьми. – Мама, я есть хочу. – Подожди, милая, скоро придет твой брат, и мы пойдем домой. Что-то тут было не так. Я подошла к лавке и не увидела ничего примечательного: зелень, овощи, плетеные украшения. Внимание привлекали красивые платки и разноцветные орехи, которые в чем-то варили прямо на улице. Запах от них исходил очень аппетитный. – Здравствуйте, сколько стоят орехи? – Сверток – один ламен. – Мне тогда два таких же, как те, что вы готовите, – я протянула деньги. – Вишнёвые, отличный выбор. – А кто та девочка? – Какая? – Женщина отчего-то вдруг напряглась и побледнела. – Она выходила из лавки пару минут назад. – А, это моя дочь, – нехотя сообщила лавочница. – Она помогает мне. – Такая маленькая и помогает? – Да, Сара отвешивает орехи и делает украшения. – Ответственная работа, вы, наверное, ей гордитесь. Но когда она учится? – Вы о чём? Должно быть, я сболтнула лишнего. – Простите, я недавно приехала в эту страну и, наверное, что-то не то сказала. – Нет, всё в порядке, – выдохнула женщина. Видимо, то, что я иностранка, объяснило ей мое любопытство. – Просто не у всех есть средства на образование. – Как это? Прошу, расскажите. – Госпожа, не обращайте внимания, – уклончиво ответила она. – Это обыденные дела. Из-за её спины выглянула девочка. – Тётенька, вам чем-то помочь? – Пожалуй, да. Я только что поняла, два свертка – это слишком много. Могу ли я угостить тебя этими орехами? – Я протянула девочке сверток. – Но вы ведь это купили, – женщина удивилась и попыталась заслонить собой дочь. – Именно, – я улыбнулась и подмигнула малышке. – А раз я их купила, значит, могу делать с ними всё, что сочту нужным. В этот момент девочка ловко прошмыгнула под материнской рукой и, взяв сверток, принялась за лакомство. А я перевела взгляд на лавочницу. – Хорошо, – сдалась она. – Если хотите поговорить, подождите, пока мы закончим. Ждать пришлось минут двадцать, за это время вернулся Максимилиан. – Прогулялась? Можем ехать? – Да, но мне нужно ещё поговорить кое с кем. – С кем это? – удивился он. – Вон с той женщиной, – я указала на лавочницу. – О чём? – Ни о чём конкретном, просто у меня появилась новая знакомая. И не возникай, я тебе, между прочим, презент купила, – с этими словами я протянула ему орехи. – Это дворовая еда, – возмутился он. – Ну, как хочешь, тогда сама съем, – не успела я это сказать, как Максимилиан забрал у меня сверток и, развернув его, закинул пригоршню орехов в рот. Вскоре лавочница, сказав что-то пришедшему юноше, вышла из-за прилавка вместе с дочерью. – Девушка, вы хотели поговорить. Однако, может, вы согласитесь с нами пообедать? – смущенно и как бы извиняясь, спросила она, поглаживая волосы прижавшейся к ней девочки. – С удовольствием, и позвольте представиться. Меня зовут Корнелия, а это мой друг Максимилиан, – я указала на своего спутника. – А меня зовут Клара, и я буду рада, если ваш друг к нам присоединится. Пройдя всего метров пятьдесят вглубь улицы, я увидела, как померкла прежняя красота. Вместо яркого и солнечного дня нас встретили мрак и сырость. Дома стояли так близко друг к другу, будто пытались срастись. И все они без исключения нуждались в ремонте. Я озиралась по сторонам, когда Клара открыла одну из дверей и пригласила нас внутрь. Переступив порог, мы оказались в маленькой душной квартирке. – Присаживайтесь за стол, пожалуйста, – тут же засуетилась хозяйка. – Ника, у нас гости. Из соседней комнатки выглянула девушка лет шестнадцати. Она была бедно одета, но в руках у неё красовался вычурный платок. Квартира состояла из двух комнат, одна из которых делилась пополам занавеской. Стены были потрескавшимися, а мебель имела потрепанный вид, но при этом повсюду наблюдалась безупречная чистота. Наконец женщина поставила на стол чугунок, а Ника вывела из-за занавески пожилую седовласую женщину и помогла ей сесть. – Госпожа, так что вы хотели узнать? – поинтересовалась Клара. Я кивнула, принимая из рук хозяйки миску с овощной похлёбкой. – Вы говорили, что не у всех есть возможность получить образование. Почему? – В этом есть определенная сложность, это дорого. – Сколько? – Я сознавала, что мои вопросы крайне бесцеремонны, но была убеждена, что должна услышать ответ. – Десять тысяч ламенов в месяц. Это не неподъемная сумма, но после смерти супруга стало сложнее. Однако я обучаю Сару сама. А старшие дети закончили все пять классов. – Пять? – Да, – с гордостью ответила Клара. «Как это всё ужасно», – подумала я, и порадовалась, что Лизи вернулась в родной мир, где сможет не только закончить десять классов, но и поступить в университет. Мысли о сестре заставили сердце сжаться. Не желая обидеть хозяйку дома, я сменила тему. – У вас очень красивое платье. – Благодарю, моя старшая дочь его сшила, специально для работы. Узоры на всех платках тоже вышивает Ника, они уникальны. Это умение передается у нас по наследству. Раньше и я вышивала, но сейчас зрение подводит, – она обняла за плечи сухонькую старушку, что сидела рядом с ней. – Это целое искусство, – произнесла та, чьи глаза были уже слепы, а руки немощны. *** Всё время, что мы находились в гостях, Максимилиан молчал, но в экипаже решил высказаться. – Ну и что это было? – гневно произнес он. – Ты о чём сейчас? – Не понимаешь? Зачем тебе потребовалось идти к этой женщине, расспрашивать? Чего хотела добиться? Я тяжело вздохнула. – Мне здесь теперь жить, и пусть я читаю много полезных книг, правду я узнала от простой лавочницы. – И какова же она, твоя правда? – Такова, что люди здесь бедны, но причина не в лени и никчёмности, а в том, что у них нет даже шанса. – Меня захлестнули эмоции, и я повысила тон. – Право на достойное образование и другие привилегии есть только у сильных мира сего, а на остальных всем плевать. – Ты поэтому перед уходом купила платок, заплатив в три раза больше рыночной цены? –распалялся Максимилиан. – Посочувствовала им? – Пожалела, но дело не в этом. – Тогда в чём? – Если я правильно поняла, максимум десять процентов людей в империи имеют право на достойную жизнь, остальные просто выживают. И это не сиюминутная проблема, она наблюдается уже не меньше трёх поколений. А это следствие застоя. И меня злит, что те, кто могут что-то изменить, бездействуют. – Понятно, – уже более спокойно произнёс он. – Но всё равно твои поступки неразумны. – Отчего же? Неужели справедливо, что у людей с рождения нет равных прав? Кто решает, чего достоин тот или иной человек? – Всё просто, это определяется тем, к какому сословию он принадлежит. И кстати, помнишь, ты спрашивала, как должна вести себя в этом мире? Так вот, не так: будь покорной, не задавай лишних вопросов, смирись с существующим порядком вещей и не пытайся его изменить. – А если меня это не устраивает? – Тогда задайся вопросом, как ты планируешь здесь выживать. Остаток пути мы ехали молча.