Глава 37: Коронация

Корнелия Все знатные лорды желали присутствовать на коронации, что я посчитала хорошим знаком. Но также это значило, что места в зале для торжественных церемоний недостаточно. Решение нашла София, дворцовый парк отлично подходил для такого события. Вот только обеспечить безопасность на открытом пространстве оказалось гораздо сложнее. Да и Луиза, не стремилась упрощать жизнь. Она составила целый список требований – от того, какие цветы должны украшать церемонию, до цвета её платья. Происходящее напоминало безумие, но мы надеялись, что результат стоит всех усилий. *** Парк был переполнен гостями из самых разных уголков империи. Они выстроились по обе стороны аллеи и с нетерпением ожидали начала церемонии. – Её Высочество Корнелия Шелон! – наконец провозгласил герольд. Сотни людей в одночасье замерли. Я медленно шла по дорожке, устланной ковром цвета слоновой кости, и корила себя за то, что пошла на поводу у традиции и надела белое струящееся платье с золотым орнаментом. Меня не покидало чувство дежавю. В последний раз, когда мне пришлось надеть нечто подобное, ничего хорошего не произошло. Отмахнуться от дурных мыслей не удавалось, но я всё же улыбалась и продолжала двигаться вперед. Луиза тем временем шла мне навстречу и, как полагалось, остановилась у постамента. В момент, когда я миновала две трети пути, она закричала: – Стража! Схватить самозванку! Следом за приказом я расслышала шум бегущих ног, звон мечей и крики раненых. Заговорщики напали на гвардейцев и всех тех, кто попытался оказать сопротивление. Действовали они жестоко и безжалостно. Трое из них направились ко мне, но против магии у наёмников не было шансов. Я уже собралась применить свою силу, как вдруг раздался голос Луизы Шелон: – Остановись! Не пожалеешь о последствиях? Я обернулась и увидела, как один из стражников схватил Софию и приставил к её горлу кинжал. Это меняло всё. София для меня являлась членом семьи, и, самое страшное, – Луиза об этом знала. – Чего ты хочешь? – спросила я. – Прикажи своим псам сложить оружие и встань на колени. – Хорошо, – я не стала спорить и начала опускаться. – Делайте, что она велит! Майкл и остальные замерли, но оружия из рук не выпустили. Ведь это означало бы полное поражение. В этот момент стражники подбежали ко мне: двое завели мои руки за спину, а третий пнул так сильно, что я рухнула на землю. Боль разлилась по телу, и я крикнула: – Исполняйте приказ! Раздался звон падающего оружия. Луиза подошла ко мне и схватила за волосы. – Господа, такой вы хотите видеть свою правительницу? Слабой, ничтожной девчонкой, которая не способна защитить себя, не говоря уже о других! – Наклонившись ближе, она шепнула мне на ухо: – Вспомни, я ведь предупреждала, что уничтожу тебя. – Отпустите остальных, прошу, – взмолилась я. – Ты ещё не поняла: у тебя не то положение, чтобы о чём-то просить. Но меня и впрямь кое-что интересует. Ты ведь сделаешь всё, чтобы София осталась в живых? Я молчала, лишь зло смотрела на неё. Ответ был очевиден. – Я, Императрица Луиза Шелон, приговариваю самозванку к публичной казни плетью. Всё произошло так быстро. Как только приказ сорвался с её губ, из-за спин бунтовщиков вышел мужчина в маске палача. Я приняла свою участь и не сопротивлялась. В следующий миг услышала, как плеть рассекает воздух, а затем тело охватила жгучая боль. Хотелось вопить, но я лишь сильнее стиснула зубы. «Ни за что не стану кричать и рыдать, такого удовольствия им не доставлю», – решила я. Однако такая строптивость оказалась не по нраву Императрице. – Сильнее! – приказала она. При следующем ударе плеть прорезала плоть до костей. Я находилась на грани и опасалась, что зубы скоро начнут крошиться. – Не вмешивайся, иначе она тебя не простит, –донёсся до меня сдавленный голос Лео. – А это важно, если она останется жива? – спрашивал его Майкл. – Не глупи: ты и десяти шагов не сделаешь, как тебя убьют. Я не видела, что происходило за моей спиной, но готова была молиться всем богам, тьме и свету, кому угодно, лишь бы Майкл сейчас не подставился. Спустя пятнадцать ударов сознание почти покинуло меня. – Пока ты ещё не отключилась, узри, что ждёт каждого, кто осмелится пойти против меня. – Луиза злобно сверкнула глазами. – София Шелон, ты приговариваешься к смерти за предательство короны. Приговор будет приведён в исполнение немедленно. В тот же миг стражник полоснул клинком горло Софии, и она упала на землю. В следующую секунду из моей груди вырвался страшный вопль, и перед глазами всё потемнело. Это была уже не я, а неистовая сила, таившаяся внутри. Луизу и палача смело с ног этой мощью и отбросило на несколько метров, а я воспарила над землёй… Все союзники Луизы лежали на брусчатке, обездвиженные и стонущие от боли. Некоторые из них испытывали ещё большее страдание: всякий, на ком я задерживала взгляд дольше пары секунд, падал с криками, кости его хрустели, а тело корчилось в неестественных позах. Вокруг царил хаос, и гвардейцы не упустили возможность воспользоваться ситуацией. Они сразу же вступили в бой с теми, кто оказывал сопротивление. Майкл, Лео и Максимилиан также включились в битву. Сражение шло ожесточенное, но когда спустя несколько минут оно закончилось, я поняла, что это только начало. Меня захлестнула жажда мести, и, опустившись на землю, я вновь отшвырнула Луизу в сторону. Она пролетела ещё пару метров, прежде чем упасть, словно тряпичная кукла. Я медленно приближалась к ней, держа в руке кинжал, который прежде принадлежал стражнику Луизы… Исчезло всё: как меня зовут, кто я, зачем нахожусь здесь и кто эти люди вокруг. В сознании оставалась единственная четкая мысль: отомстить той, кто сейчас передо мной. Но в момент, когда я занесла клинок, чей-то голос пробился через толщу черноты, крича одно слово: «Остановись!» «Что значит это слово? – мысли путались. – Откуда оно взялось и почему в нём столько боли? Кто этот человек, который никак не замолчит? Кто? Майкл?» Ярость разрывала меня изнутри, но я смогла взять себя в руки. Перевела взор на Луизу, та тряслась, умоляя не убивать её. Не ответив, я отбросила кинжал в сторону и прошла мимо, направившись к постаменту. Взяв с него корону, я возложила её себе на голову. Никто не проронил ни слова. Гнетущую тишину нарушил вопль Луизы. – Не убивай! – она начала биться в истерике, схватившись за подол моего платья. Её глаза переполняли отчаяние и страх. Я посмотрела на Луизу с отвращением, потом перевела взгляд на тело Софии, и ответила: – Не убью, ты продолжишь жить. Но поверь, ты об этом пожалеешь. Луиза, ты хотела быть над всеми в этой империи. Так и будет. Для тебя построят темницу на крыше дворца, прямо над тронным залом. Там, закованная в цепи, ты проведёшь остаток своих дней, – с этими словами я выдернула подол из пальцев Луизы и направилась к дворцу. – Пощади! – закричала бывшая императрица. – Заковать! – отдала я приказ, не останавливаясь. – Церемония завершена. Всё вокруг начало расплываться. Только бы успеть скрыться за колоннами, – пронеслась мысль, и сознание померкло. *** Я открыла глаза. Всё вокруг было белым. С запозданием до меня дошло, что я лежу в больничных покоях. Рядом в кресле дремал Майкл. Увидев его, я непроизвольно улыбнулась. Что случилось? Я решила сесть, но стоило пошевелиться, как острая боль пронзила спину. Смолчать в этот раз не удалось, и из груди вырвался сдавленный крик, от которого Майкл проснулся. – Как ты? – Он сразу же подошёл к моей постели. – Не шевелись. – Что со мной? Любые движения причиняли невыносимую боль. Я попыталась вспомнить, как оказалась в таком состоянии, и минувшие события накрыли меня словно лавина. – Долго я пробыла без сознания? – Трое суток. Врач сказал, это чудо, что ты вообще выжила, и ты быстро идёшь на поправку. – Да, я везучая, – произнесла, желая забыть всё, что произошло. – Чем всё закончилось? – Ты Императрица, Луиза в заточении. И не осталось тех, кто хотел бы этому воспрепятствовать. Тебя уважают. Как выяснилось, София пригласила газетчиков, так что на следующий день заголовки пестрели новостями о том, как прошла коронация. Молва довершила дело. – София… – При упоминании её имени у меня на глаза навернулись слёзы. – Не плачь, она жива, и скоро тебя навестит. – Как? – Солдат, которому приказали её убить, в последний момент передумал. Оказывается, он знал тебя прежде. Когда его допрашивали, сказал, что у него перед тобой должок. И ещё одно слово – «Плетистая». Тебе это о чём-нибудь говорит? На последних словах меня передернуло от воспоминаний. – Садовник. Не думала встретить его вновь. Но что с Софией? – Он слегка задел кожу, не повредив артерии. Принцесса потеряла сознание от болевого шока. – Какое облегчение! – Чувство утраты отступило. Однако стоило этому произойти, как на смену ему пришло другое, не уступающее по силе. – Я люблю тебя. – Уверена? – Майкл сел на край кровати и провёл рукой по моим волосам. – Может, это действие обезболивающих? Я рассмеялась. – Да, уверена. В этот день врачи так и не разрешили мне встать с постели. Зато меня навестили София и Лео. Оказалось, что подруга пролежала в постели всего день и уже почти пришла в себя. Ей даже сказали, что, возможно, не останется шрама – о случившемся напоминала лишь повязка. Остальным повезло меньше. Лео рассказал о минувшей битве: многие серьезно пострадали, особенно гвардейцы. Медицинская помощь потребовалась нескольким графам и герцогам. Потери противника в разы превышали наши, но разве кому-то от этого стало легче? Леопольд также сообщил, что Майклу в бою ранили руку. Но для накладывания швов, его чуть ли не силой оттаскивали от моей постели. Первые сутки он не отходил от меня, и лишь когда София встала, согласился дежурить посменно. Но дольше чем на четыре часа ни разу не отлучался. Этой ночью он вновь остался дежурить возле моей постели, хотя я и настаивала на том, что это совсем не обязательно. Утром проснулась рано. Перевела взгляд на Майкла, он не спал. – Ты вообще человек? – Не понял? – Он оторвался от книги. – Ты сидишь здесь сутками, не спишь, охраняешь меня, но я никуда не денусь. – Знаю, но мне так спокойнее. – И всё же с самого утра ты выглядишь очень серьёзным. Что-то случилось? – Я должен тебе кое-что рассказать. – его мрачное выражение лица заставило меня насторожиться. – Что? – Прошу не перебивай. – Майкл сел ближе и взял меня за руки. – Максимилиан, вчера мы не решились сказать. Ты была слишком слаба. Но оттягивать дальше… – Он медлил. – Что с ним? – Он погиб. В разгар боя, один из арбалетчиков Луизы собирался застрелить тебя. Максимилиан это заметил и бросил в него кинжал. Он опустил свою оборону всего на несколько секунд, но… Его тело передали родителям, те захоронили его в семейном склепе. Я не могла поверить. Отдал жизнь за меня? Он понимал, чем рискует? Я больше не сдерживала слёз и зарыдала в голос. Как же я могла не заметить вчера его отсутствия? – Тише, тише. – Успокаивал меня Майкл. Но в тот день успокоиться мне не удалось. В сердце словно образовалась дыра. Да я жалела о своих отношениях с ним. Но ни разу не пожалела о нашем знакомстве. Несмотря на всё произошедшее, он был мне дорог. Вредный, упрямый, прижимистый, добрый – таким я его запомнила. *** Спустя две недели меня наконец выписали. Всё это время Майкл и Софи были рядом. О Максимилиане, я вспоминала по-прежнему часто, но поделать со случившимся, увы, ничего не могла. Леопольду приходилось ещё тяжелее, ведь он потерял лучшего друга. Возможно именно поэтому он поспешил уехать в своё герцогство сразу после моей выписки. Постепенно жизнь начала выравниваться, хотя дворец всё ещё казался мне чужим, а порой даже враждебным местом. Куда больше теплых воспоминаний было о замке Лео, но теперь я принадлежала дворцу. И как только я приняла это, по счастливой случайности обнаружилось законсервированное крыло. Оно оказалось достаточно просторным, а помещения там были гораздо уютнее, без золота и вензелей. Главное, ими никогда не пользовалась прежняя императрица. Я распорядилась сделать там ремонт и в скором времени переехала в новые апартаменты. Сегодняшний вечер выдался на редкость спокойным. Мы с Майклом пили чай с бергамотом и северными сладостями в новой гостиной. – Корнелия, давно хотел спросить тебя. – сказал он, отставив чашку. – О чем? – Я подняла на него взгляд. – Ты выйдешь за меня? – Майкл опустил руку в карман сюртука. Я замерла не зная, что ответить. А он достал маленькую коробочку и открыл ее. На черном бархате лежало потрясающее кольцо в виде дракона. У меня перехватило дыхание. Наконец, собравшись с духом я произнесла. – Знаешь, белые платья мне не к лицу. – Я попыталась отшутиться, но осознала, насколько ужасно это прозвучало, и решила говорить честно. – Пока я не могу дать тебе положительный ответ. Майкл тяжело вздохнул. – Разочарован? – Да, но это ожидаемо. – Он словно и не удивился, но в его голосе ощущалась подавленность. Майкл поставил коробочку на стол, подпер голову рукой и спросил. – Объясни, прошу. Я не могу понять. – Майкл, я не сказала нет. Я люблю тебя, но ещё не готова, прошу пойми. Задай мне этот вопрос через год, возможно, мой ответ изменится. Сейчас я не способна думать о свадьбе и подвенечном платье. Не после всего. Я придвинулась ближе и обвила его шею. Мы тонули в глазах друг друга. Я провела кончиками пальцев по его шее, дотронулась до скулы и подбородка. – Майкл, я рядом. Он шумно выдохнул. – В бездну сомнения… У нас есть мы, здесь и сейчас. Что ещё нужно? Он склонился ко мне и поцеловал. Я ответила, и это был самый сладкий поцелуй в моей жизни. Без горечи и отчаяния, которые наполняли тот, что случился во дворце. Сейчас мы словно пили друг друга, делясь наслаждением и желая большего. Отстранившись, Майкл произнес. – Хорошо, год и я задам вопрос повторно. Я кивнула и вновь прижалась к нему. Время покажет, правильно ли я поступила, но сейчас мне хотелось именно этого. *** Майкл Клайн Прошло три месяца после коронации. Мы, как обычно, работали в кабинете. Я сидел в кресле и читал корреспонденцию из северных земель, однако то и дело отвлекался и смотрел на неё. Грозная императрица разбирала письма от лордов, сортируя их на две стопки. И вот очередная пачка отправилась в мусорную корзину. Днями напролет Корнелия занималась законопроектами. Она уже учредила собрание, которое включало в себя представителей двенадцати родов и глав мануфактур, поставила перед ними задачу: изменить условия труда во всех герцогствах и организовать медицинскую помощь работникам производств за счет фабрик. Те же, в свою очередь, грызлись не хуже своры собак и пока не могли договориться. А на днях её Величество загорелось идеей открытия общедоступных школ, которые будут на попечении короны. Я представил лица первых семей государства, когда они увидят новый указ, и мечтательно улыбнулся. В этот момент Корнелия подняла голову от бумаг и посмотрела на меня. В её глазах сверкали задорные искорки. – Майкл, у меня появилась одна безумная идея. Ты меня поддержишь? – Возможно. А что ты задумала? – Церемонию вступления в силу. Ты что-нибудь слышал об этом? – Конечно, но её не проводили уже более ста лет. И в живых не осталось тех, кто доподлинно знал бы, что нужно делать, разве что записи. А ведь ритуалу предшествует достаточно сложный этап подготовки. – Да, я в курсе, – Корнелия встала из-за стола и подошла ко мне. – Так ты мне поможешь? А какой у меня был выбор? Она для себя уже всё решила, и я точно не мог допустить, чтобы Корнелия рисковала в одиночку. – Конечно, – я достал из вазы с фруктами два зеленых яблока и протянул одно ей. – Что от меня требуется?..