Глава 89

Ослепительная вспышка света заставила Дмитрия зажмуриться. Когда граф снова открыл глаза, оказалось, что он стоит на вершине горы, которую окружало лазурное небо. Под ногами ковром расстилалась сочная изумрудная трава, а воздух был таким чистым, что каждый вдох казался глотком жизни. Мягкие и тёплые лучи золотистого солнца ласкали лицо. Боль ушла. Звенящая тишина, разлившаяся вокруг, завораживала и обезоруживала, словно сама вечность коснулась его плеча. - Что это за место? – Северский, удивлённо огляделся. Стоящий рядом старец повернулся к нему. - Мы находимся в Междумирье. Это преддверие Истины. Уже не земная жизнь с её страстями, но ещё и не окончательная смерть. Но ты здесь ненадолго, сын мой. Твой выбор был единственно верным - ты выбрал отдать всё, не прося ничего взамен. И именно поэтому ты вернёшься на землю. Дмитрий замер, не веря своим ушам и, хмурясь, поинтересовался: - А как же: «Твоя битва окончена. Ты должен закончить свой земной путь.»? Граф посмотрел на свои руки: шрамы затянулись. Под кожей он снова чувствовал пульсирующую силу. - Ты закончил свой земной путь, как дитя Тьмы. Теперь у тебя начинается новая дорога. И она будет не менее опасной Слушай меня внимательно, Дмитрий. Твоя природа неизменна. Ты наделён бессмертием по праву своего рождения, и нить твоей жизни соткана так прочно, что ни Высшие Силы Небес, ни Чёрные Бездны отца твоего не вправе её оборвать. Ты вечен. Но вечность без цели - это проклятие, которое ты уже вкусил. Теперь же ты станешь Великим Уравнителем. Весами в руках справедливости. Мечом, который не знает пощады к тем, кто преступил законы человеческие и божественные. С этих пор ты наделён силой карать зло, судить без суда Тебе не нужны присяжные и палачи - ты сам станешь и приговором, и исполнителем. Это великая служба Свету. Ты станешь Судьёй на грани миров, чьё имя заставит содрогаться даже самых самонадеянных демонов. Карающая Десница - Склонись. Северский опустился на колени. И старец, осенив его крёстным знамением, продолжил: - Благословляю тебя быть щитом для безвинных и мечом для нераскаявшихся. Пусть рука твоя не дрогнет, отделяя зёрна от плевел, а сердце остаётся холодным для гнева, но горячим для правды. Иди и суди, Уравнитель. Да станет твоё имя последним, что услышит зло, прежде чем кануть в небытие. В этот миг лазурное небо над вершиной горы расколол оглушительный раскат грома. - Но как же жена моя? Без неё мне нет места ни в одном из миров, – Северский поднял на святого упрямый взгляд. Старец мягко усмехнулся: - Жена твоя при тебе будет, Дмитрий. Любовь, что провела тебя сквозь Ад, не может быть отнята. Она разделит и твою вечность, и великую службу, став опорой в сумерках миров. И семья твоя останется с тобой... Но слушай внимательно о тех, кто продолжит твой род. Дар бессмертия отныне - не случайное наследство, а венец подвига. Дети твои и потомки их будут рождаться смертными в теле людей. Бессмертие не придёт к ним с первым вздохом. Оно должно быть заслужено и выстрадано. Лишь тот из твоей крови, кто совершит истинный поступок самопожертвования, кто положит душу свою за ближнего или проявит великую доблесть во имя Света, пробудит свою истинную природу. Так твой род не станет армией гордецов, но станет династией героев Только благодаря чистое сердце они обретут вечность. Иначе же проживут достойный человеческий век и уйдут на покой, как и положено смертным. А теперь пора. Северский пребывал в каком-то оцепенении, ещё не до конца осознавая всю мощь и ответственность возложенного на него тернового венца власти. Снова полоснула яркая вспышка. Перед глазами заплясали ядовито-яркие круги, и на мгновение Северскому показалось, что он останется слепым навсегда в этой звенящей пустоте. Но вдруг тишину прорезал взволнованный голос матери: - Дима, сынок! Митенька мой! Граф с трудом разомкнул веки. В полумраке пещеры над ним склонилась Элеонора. В ней что-то неуловимо изменилось. Глаза! Прежде таившие в себе тёмные искры демонического пламени, теперь они сияли чистым, пронзительным небесно-голубым цветом. - О-о-о... - облегчённо выдохнула матушка, и по её щекам заструились горячие слёзы. - Ты жив! Дмитрий попытался сесть, приготовившись к пронзительной боли от ожогов. Но боли не было. Граф медленно поднялся на ноги, и его крепко, до хруста в рёбрах, обхватил Александр, передавая всю пережитую тревогу. Братья замерли в мужском объятии, хлопая друг друга по плечам, сдавливая в тисках сильных рук. Но через несколько минут Дмитрий отстранил близнеца и внимательно посмотрел на него, затем на мать. Его брови поползли вверх от искреннего недоумения. - Что с вашими глазами? Элеонора и Александр переглянулись. - Э-э-э... похоже, с ними произошло ровно то же самое, что и с твоими, брат, - усмехнулся Саша. - Ты нам ничего не хочешь рассказать? Кажется, пока мы здесь оплакивали тебя, ты успел заключить какой-то очень серьёзный договор? - Так и есть, – Дмитрий присел на камень и поведал о том, какая судьба ждёт их род. Когда он закончил, брат протянул, потирая подбородок: - Ну что ж, поздравляю. Значит, теперь ты у нас «Великий Уравнитель»? Верховный Судья, Карающая Десница и кошмар для всех грешников отсюда и до самой Преисподней? Надеюсь, ты не начнёшь выписывать мне штрафы за каждый лишний бокал вина? Знаешь ли, иметь в семье личного инквизитора - сомнительное удовольствие А по поводу детей - ухмыльнулся Александр. - Представляю: семейный ужин через пару сотен лет. Мы сидим такие же красивые, а вокруг очередь из потомков, пытающихся совершить подвиг, чтобы получить пропуски в вечность! Элеонора сквозь слёзы тихо рассмеялась, качая головой: - Перестань, Саша. Сейчас не время для твоего паясничанья. Александр картинно вздохнул и лукаво протянул: - Моему близнецу всё-таки чертовски повезло. У него есть Татьяна. У него есть смысл возиться с этим «пробуждением крови» и бегать по миру с мечом справедливости. А у меня нет даже приличной пассии на примете, не то, что матери для будущих героев. Так что твой дар бессмертия мне передавать решительно некому. Видимо, я обречён остаться последним и единственным в своем роде - великолепным, вечно молодым и совершенно бесполезным для продолжения рода Северских! Мои будущие дети пока не существуют даже в проектах, и, честно говоря, я не уверен, что какая-нибудь женщина выдержит перспективу воспитывать ребенка, которому для долголетия нужно прыгнуть в пасть льву - Не говори так, Саша! У тебя ещё всё впереди! – прикрикнула на сына Элеонора и мечтательно произнесла: - Неужели я когда-нибудь дождусь внуков? Не демонических созданий, не пленников Тьмы, а настоящих живых детей! Смеющихся, играющих Дмитрий, Александр! Я желаю этого немедленно! - Ну вот, началось, - пробормотал младший из близнецов. – Маменька сейчас начнёт подбирать имена для младенцев, которых ещё нет! Брат, умоляю, идём отсюда, пока наша драгоценная матушка не начала планировать их свадьбы!