Глава 55. Содержательное завершение дня

У Синеглазки было очень интересное выражение лица. Пока все вокруг бодро запивали ужин винишком и общались о делах насущных, а я с дир-Га провозглашала тосты о дружбе, брастве-сестринстве и взаимопонимании, Синеглазка расслабленно сидел напротив нас, цедил свою кружечку и так проникновенно смотрел на дир-Га, что, когда я во время тостов дружески опиралась тому на плечо, дир-Га бледнел и нервно улыбался.

И это при том, что Синеглазка не шевелил даже бровью и выглядел вальяжно. Просто взгляд у него становился предупреждающе-тёмным, отчего меня то и дело дёргало обнять дир-Га за плечи и полюбоваться на его белеющую моську. У дир-Га даже холодный пот на лбу проступил!

В общем, дир-Га хватило только на тридцать минут публичного мирения, после чего он пожаловался на проблемы с животом и смотался. К этому моменту он действительно слегка позеленел.

Пока приятели дир-Га провожали его недоуменными взглядами, я только хмыкнула и чокнулась с ними кружкой, провозглашая:

— За крепость желудка, чтобы посиделки с друзьями не заканчивались так быстро.

Мы дружно рассмеялись и отхлебнули сладко-терпкий напиток.

Так как приятели дир-Га сидели на достаточном расстоянии от меня, они были избавлены от убийственно-предупреждающих взглядов. Ухмыляясь, я подмигнула Синеглазке и взяла из миски куриную ножку.

Синеглазка теперь наблюдал за мной.

Расправившись с половиной ножки, я подалась вперёд, чтобы не перекрикивать шум, и спросила:

— Что-то не так?

Его глаза сейчас были тёмными, но это не та тьма, что гнала прочь дир-Га, а более мягкая и глубокая, совсем не угрожающая.

Глотнув из своей кружки, Синеглазка тоже подался вперёд. Вокруг ужинали и пили, но внимание на нас обращали, хотя стол был достаточно широким, чтобы это сближение не выглядело слишком провокационным.

— Ты ведёшь себя, как наёмница, а не аристократка, — низкий голос Синеглазки преодолел шум, но эта какофония погасила большую часть его очарования.

Сердце едва заметно дрогнуло. Впрочем, уже через мгновение я рассмеялась и небрежно отпила ещё немного вина. Отсутствие манер предосудительно для леди, но это не преступление для выросшей на отшибе леди, воспитанием которой могли и не заниматься.

Откинувшись на спинку стула, Синеглазка продолжал задумчиво на меня смотреть. И это… внезапно мешало. Приятели дир-Га оказались не так уж плохи, когда отложили в сторону благородную спесь, и к тому же были не прочь пошутить и рассказать о жизни мелкого дворянства в провинции, что поможет составлению моей собственной легенды о быте Лилиан. Да и пошутить с ними можно было, но этот проникновенный взгляд…

Я посмотрела на Синеглазку раз, другой… десятый. Это как-то сбивало. И когда я обсуждала с кузеном дир-Га проблемы выпаса скакунов и конокрадства в их регионе. И в беседе о нюансах службы стражем с живущим в соседней с ним комнате бароном. И когда ещё один барон рассказывал, как прорыв практически оставил их без охотничьих собак, потому что они как раз выехали на охоту, когда это случилось…

В общем, у Синеглазки был такой проникновенный взгляд адъютанта, намекающий, что мне пора завязывать с весельем и идти заниматься делами или спать. Естественно, такие взгляды адъютантов на меня не действовали, но сейчас у меня аж всё зудело. Даже вино стало казаться безвкусным.

И мясо.

И вообще разговор не клеился, хотя парни попались ничего так, подходящие для расслабляющей компании.

— И вот когда я стану стражем… — как раз говорил кузен дир-Га, когда я, потянувшись к бутылке, в очередной раз глянула на Синеглазку.

Он просто смотрел.

Проникновенно.

Покачивал в руке кружку, в которую налил себе только раз. В его казавшихся почти чёрными глазах мерцали отсветы ламп, а лицо выглядело слишком серьёзно и красиво.

Мысленно зарычав, отставила бутылку и потянулась вбок, похлопала кузена дир-Га по плечу:

— Думаю, ещё рано строить планы на службу. К тому времени многое может поменяться.

— А, ну да, — он тоже покосился на Синеглазку и как-то слегка сбледнул с лица.

Быстро посмотрела на это укоризненное украшение стола, но Синеглазка не корчил страшных рож и выглядел в принципе довольно миролюбиво. Только кузен дир-Га ухватился за стул и поспешно отодвинулся подальше от меня.

Мда, похоже, с такой нянькой посиделок нормальных не устроить. И ведь даже прогонять рискованно: если он упрётся, я только свой авторитет потеряю пустыми спорами с ним.

— Ладно, — вздохнула. — Сегодня у меня был тяжёлый день, я пойду отдохну. Хорошего вам всем вечера.

Окинув взглядом тёплую компанию мелких, я поднялась из-за стола. Синеглазка отставил кружку и тоже поднялся. Мы привлекли всеобщее очень пристальное внимание. Думаю, такие странные взгляды возникли не из-за того, что я с дир-Га час с лишним назад помирилась. Были тут какие-то свои подводные волны.

Из-за наставника Курро?

Из-за великого маршала?

Впрочем, какая разница? Сплетни были, есть и будут, если что-нибудь серьёзное болтать начнут — до меня это тоже доберётся.

И, пока мои новые приятели не опомнились, я поспешила на выход, чтобы не платить за ужин. Синеглазка тоже не постеснялся воспользоваться их невольной щедростью.

Солнце ещё только клонилось к горизонту, но фонари уже зажгли, так что сумерки ещё не вошли в силу. Насекомые липли к свету, из ресторанов и трактиров доносились голоса, смех, а кое-где даже музыка.

Ощутив прохладу, я скрестила руки на груди и в несколько меланхоличном настроении отправилась к общежитию.

— Чем ты недовольна? — вскоре спросил Синеглазка.

Он вышагивал рядом со мной, воздух вокруг него был теплее, чем в других местах.

— Ты мог бы не мешать мне веселиться? — спросила тихо. — Я не против того, чтобы ты составлял мне компанию, но не надо вести себя так угрожающе.

— Я ничего не делал, просто сидел.

Покачала головой:

— Не притворяйся дураком. Ты всех парней запугал. Зачем?

— Я их не запугивал. Это просто непроизвольная реакция. Я бы хотел, чтобы ты со мной так время проводила.

У меня дёрнулся глаз:

— То есть ты хочешь, чтобы я к тебе относилась так же, как к ним? Как к забавному ребёнку?

Синеглазка очень тяжело вздохнул и тоже сложил руки на груди:

— Я не об отношении, а о времени вместе. Я прекрасно понимаю, что ты не воспринимаешь их серьёзно, но я бы хотел, чтобы ты болтала со мной и обсуждала подробности моей жизни. И своей.

Очень медленно повернула голову в его сторону. Он тоже посмотрел на меня. Очень серьёзно. Мне захотелось шлёпнуть себя по лицу от его заявления, но я лишь спросила:

— Ты шпион ордена и скрываешь свою личность. Как мы можем обсуждать твою жизнь?

— Это решаемо.

Продолжая смотреть друг другу в глаза, мы шагали в ногу. Взгляд Синеглазки становился всё более проникновенным. Он как будто хотел, чтобы я спросила, поинтересовалась, узнала правду.

Но… я не хотела официального представления и сближения. И потому, что была не в настроении сейчас заводить интрижку. И из-за опасности, которую представлял для меня любой орден. Синеглазка проходил по нижней границе допустимого для меня возраста любовника и довольно красив, но самые проблемные мужчины — это те, которые сильнее и обладают более высоким положением. Ну и красивые, да, и те, которые вызывают душевный отклик, а Синеглазка вот просто комбо!

Такой проблемный мужчина — это определённо не то, что я хотела сразу после возрождения. Мне как-то и без него забот хватало.

Ну и так как я, положа руку на сердце, не сторонница долгосрочных отношений с большими обязательствами, для создания относительно свободных отношений сначала надо стать сильной и независимой.

Хотя самым большим недостатком Синеглазки, пожалуй, было то, что он мне очень нравился, пробуждал всякое мурашечное и сердцезамирательное.

Тряхнув головой, я уставилась на дорожку перед собой и продолжила шагать дальше.

Разочарованно вздохнул Синеглазка, но некоторое время деликатно молчал. Затем посмотрел на небо с первыми прожилками красноватых оттенков и вдруг спросил:

— Как насчёт ночного купания в водопаде?

Дёрнув бровями, я напомнила:

— Там же магистр рядом ошивается.

— На самом деле идеальное время для проникновения: если даже что-то случится, все будут подозревать в этом его, но именно его никто не посмеет всерьёз допрашивать.

— Хм, — в задумчивости я покосилась на Синеглазку.

Если после извлечения камней маны озеро вдруг потеряет свои волшебные свойства подпитывать травки, сделать подозреваемым вражеского магистра — идеальный вариант. Вот только Синеглазка не знал о моей настоящей цели. Он чисто интуитивно предположил, что мы можем что-нибудь поломать? Или подразумевал, что нас просто могут заметить, и, если мы сбежим, подозревать будут водника?

Но это и правда удобно:

— Я за купание.

— Тогда я позову тебя после полуночи. Для начала мне надо подготовиться.

Он смотрел на меня, но я только кивнула. Мне тоже следовало подготовиться — поглотить те два камня маны, что я получила от дир-Га.

* * *

Выйдя на крыльцо, посмотрела в сторону башен магии и сразу же спросила:

— М-м, ты уверен, что это стоит делать сегодня?

— А почему нет? — Синеглазка в чёрной одежде стоял рядом и тоже смотрел в сторону закрой зоны. — Мы их празднику не помешаем.

Если в прошлый обход территории и проникновение в библиотеку в столь позднее время башни магии могли похвастаться лишь несколькими горящими окнами, то сегодня центральная башня, расположенная ближе всего к воротам, вся была озарена светом окон.

Будь у меня больше сил, я бы и сама решила, что лучше провести операцию сейчас, когда все отвлечены каким-то праздником. Но у меня мало сил, и в силах Синеглазки я не была уверена, а там аж целый магистр. И магистры орденов обладают одинаковыми уровнями силы. Я покосилась на подошедшего ближе Синеглазку. В тусклом свете фонаря он казался очень тёплым и загадочным.

— Ты уверен, что можешь нас прикрыть?

— Абсолютно, — отозвался он.

Этими словами подтверждая некоторые мои подозрения по поводу его личности. Но… вздохнув, я кивнула: чем быстрее определюсь с сокровищами, тем лучше.

* * *

Рокотал водопад. Тонкие звуки музыки доносились от центральной из пяти башен. Теперь по стене, отделяющей закрытую зону от территории академии, бродила охрана. Именно бродила — даже издалека по их походке и постоянным оглядываниям на центральную башню было видно, что они тут исключительно для красоты.

Синеглазка повёл меня влево, к стыку между каменной стеной и скалой. Там вытащил из куста «кошку» с привязанной к ней верёвкой. В тусклом свете я с сомнением оглядела тёмный кованый якорь и верёвку с узлами для удобства залезания.

Отступив от стены, Синеглазка явно собирался раскрутить «кошку», но я торопливо стукнула его по плечу.

— Что? — развернулся ко мне Синеглазка.

— Ты её собираешься прямо так бросать? — уточнила я.

В сумраке выражение его лица было не различить, но я догадалась, что он в недоумении.

— Звяканье даже при таком шуме может привлечь охрану, — пояснила терпеливо. — «Кошку» надо обмотать тряпкой.

«Горе-грабитель», — мысленно вздохнула я, но тут же себя одёрнула: все мы с чего-то начинали, и я не родилась с навыками воровства.

Поразмыслив немного, Синеглазка снял с себя тёмную жилетку и обмотал вокруг «кошки», после чего снова встал в позу и стал раскручивать верёвку. Но то ли из-за тряпки, то ли навыка в принципе не хватало, но «кошка» лишь ударилась о верхнюю кромку стены и свалилась обратно.

— Дай сюда, — зашипела и отняла инструмент.

Плотнее обернула жилет вокруг металла и, отойдя на пару шагов, прикинула расстояние, форму стены, ветер… взвесила «кошку» в руке и перераспределила верёвку, чтобы узлы не мешали ей разматываться. Только сделав всю эту подготовку я раскрутила инструмент и забросила наверх.

«Кошка» клацнула едва ощутимо, я потянула верёвку, позволяя ей зацепиться. Подёргала, проверяя надёжность. И после этого жестом предложила:

— Прошу!

Без споров Синеглазка полез первым. Он даже не лез, он почти взбежал вверх по стене, я полюбоваться не успела. Оказавшись наверху, Синеглазка махнул мне рукой. И я не стала отставать — тоже взобралась быстро.

Синеглазка тут же перекинул верёвку на другую сторону и позволил мне слезть первой, после чего отцепил «кошку» и сбросил вниз. И дал мне понаблюдать, как он весь такой сильный и ловкий в несколько прыжков спускается по скальному отвесу.

— Позёр, — прошептала, пока он скручивал верёвку и прятал её в траве.

— Почему? — удивился надевающий жилетку Синеглазка.

— Я могла бы и так «кошку» отцепить, без твоей демонстрации усиленных магией мышц.

— Ха, ну откуда же я мог знать, что ты такой эксперт по незаконным проникновениям, — с ехидцей отозвался Синеглазка и высыпал на «кошку» перца, чтобы отбить наш запах на случай, если эту вещь обнаружат и попытаются искать её владельца с помощью собак. — Я так понимаю, в имении ты от нечего делать играла в разбойников?

Его тихий смешок сплёлся с грохотом водопада и далёкой музыкой. Я небрежно ткнула его кулаком в бок и чуть не отшибла костяшки о его мышцы. Эх, надо было магией усилиться, прежде чем бить.

— Ладно, идём, — проворчала я и вдоль скалы заскользила к водопаду.

Синеглазка отвечал за отвод глаз, так что я даже не пыталась расходовать магию на маскировку. Впрочем, на огородах охраны почти не было, а наши тёмные силуэты сливались со скалой, а нарастающий рокот водопада заглушал звуки. Более того, у самого водопада не было светильников, так что мы быстро добрались до цели.

Ещё заранее мы договорились не раздеваться, обувь на нас была достаточно мягкая и лёгкая, чтобы не мешать заплыву. Всё это имело одну цель — уйти без следов, если вдруг нас обнаружат.

Вода практически сразу пропитала ткань и охладила кожу. Синеглазка мгновенно догнал меня и обхватил, согревая собой меня и воду вокруг нас. Как я уже не раз думала — огненная стихия самая лучшая и комфортная.

— Оставь, я сама могу плыть, — я выпуталась из его рук.

Мы плыли вперёд в темноте, сопротивляясь потокам воды, оглушённые нарастающим рокотом.

Пятого круга магии должно быть достаточно для проникновения под воду, особенно если знаешь путь. Но сейчас, в темноте, ощущая на себе мощные ударные волны гигантских водопадов и холод этих пластов воды, я вдруг ощутила тревогу.

Одно дело погружаться в воду, опираясь на свою силу, и другое — в этой враждебной стихии полностью доверить свою жизнь другому человеку.

И едва я осознала это, горло сжало от внезапного приступа страха.

И это было совершенно недопустимо в такой ситуации. Остановившись, я судорожно вдохнула, пытаясь сильнее расправить лёгкие, изгнать опасный страх. А Синеглазка, после пары гребков обнаружив, что я отстала, вернулся и обхватил меня рукой.

Жар его тела сразу же меня согрел, горячие губы коснулись уха.

— Ты в порядке? — пробилось сквозь яростный грохот водопада.

— Да! — выкрикнула в темноту, не опасаясь, что нас услышат в этом ударном шуме.

Даже уши зудели — таким сильным казался звук падающей воды. Я оглянулась на сияющую в темноте башню магов. Это был единственный ориентир в кромешной тьме ночи. Вода бурлила, толкала нас с Синеглазкой.

Продышавшись, я снова крикнула:

— Продолжим!

Вода сопротивлялась. Потоки норовили оттолкнуть, затянуть на самое дно. Влив магию в мышцы, я пробивалась между ними. Без щита все эти мощные сотрясающие удары воспринимались острее, казалось, даже внутренности вибрировали.

Перехватив руку Синеглазки, я дважды её сжала, и мы сблизились, набрали в лёгкие воздуха, чтобы нырнуть вниз. Почти сразу я уловила нисходящий поток и позволила ему потащить нас вниз. Волшебное пламя разгорелось на глубине, охватывая меня и Синеглазку. Вода вокруг вскипала, её бурление нарушало потоки.

Прижавшись друг к другу, мы с Синеглазкой ввинчивались в хитросплетение течений, нарушая их и пробиваясь под водопад. Огня было совсем немного, больше для освещения и сбивания самых сильных ударов, пока мы ещё вытягивали этот заплыв на силе подпитанных магией мышц. Бурлящая в крови мана позволяла дольше оставаться под водой. Прикрывшись рукой от бьющей в лицо воды, я лихорадочно искала нужный мне выступ.

«Ну же! Ну же! Ну же!» — в висках бешено колотилась мысль, тело гудело от напряжения, вода снова толкала нас вверх, а огненные полосы вращались вокруг, словно бур. Неожиданно Синеглазка действовал намного ловчее и мощнее, чем я ожидала, быстро стабилизируя наше положение под водой.

Но было не до размышлений, я потянула его к самому дну. Здесь давление и удары воды были самыми сильными, мелкие камешки поднимались со дна, закрывая обзор. Нужно было преодолеть этот барьер. Пламя вокруг нас усилилось, вращаясь сильнее, его полосы расширялись, смыкаясь так, чтобы смягчить удары потока. И мы проскочили под водопадом. Тут же поток стал забивать нас под кромку скалы. Камушки и песок смешивались с водой и огнём, конфигурация выступа казалась совершенно незнакомой, но я решительно прижалась к скале и стала ощупывать её. Почти сразу руки прошли сквозь завесу из камней и песка в незаметный со стороны проём. Я стремительно нырнула туда, Синеглазка пробрался следом. Теперь поток толкал нас глубже под скалу, и я сама рвалась туда. Метра через два огонь щита и моя голова оказались над бурлящей поверхностью воды.

Пламя озаряло небольшую вытянутую вдоль водопадов пещеру. Теперь из-за небольшого обвала она в ширину была метров десять и всего три в глубину. Обломки скалы засыпали сундуки, и пять разбитых оказались в воде вместе с рассыпавшимся драгоценным содержимым — камнями маны.

Когда-то я думала просто затолкать сокровища под водопад и нашла эту природную выемку.

Вынырнув, Синеглазка убрал огонь, уменьшив его до осветительного шарика, чтобы не выжигать воздух. Мы находились так близко, что я ощутила, как немного напряглось его тело.

— М-м, — прорвалось сквозь сотрясающий всё рокот. — Должен признать, это впечатляет.

Хотя обвалившийся потолок разбил пять сундуков, ещё двенадцать избежали печальной участи. По крайней мере, так казалось из воды.

Улыбаясь до ушей, я поспешно выбралась на каменный покатый пол пещеры и стала открывать сундуки. Распахнув два с золотой посудой, опомнилась и бросилась вытаскивать камни маны из воды: нечего их понапрасну расходовать!

Пока я лихорадочно выбрасывала их на берег, Синеглазка неторопливо вышел из воды. Ему приходилось наклоняться, чтобы не биться головой о потолок.

— Хм, я впечатлён, — протянул он. — Надо обладать определённой настойчивостью, чтобы столько всего перетаскать в это место.

Окинув взглядом не такие уж многочисленные сундуки, пожала плечами и продолжила операцию по спасению камней маны. К сожалению, сокровищ здесь было маловато. И тут мои руки дрогнули. Я подняла взгляд на Синеглазку и проникновенно спросила:

— Свой процент в золоте возьмёшь?

Рокотал водопад. Синеглазка смотрел на меня сверху со сложным выражением лица. Странная дрожь зародилась в груди, расползлась по телу. Я вдруг поняла, насколько глупо поступила, положившись на уверенность в его достаточном богатстве. Что, если мои предположения о его личности ошибочны, или даже при таком положении он нуждается в средствах?

Но вместо того, чтобы бояться ограбления, я лишь мягче улыбнулась: даже если Синеглазка решит всё отнять, это не повод сильно огорчаться, главное — оставаться живой и невредимой.

— М-м, — Синеглазка оглянулся на открытые мной сундуки и послал к ним огненный шарик. Инкрустированные в посуду камни отбросили на стены яркие блики. — Посуда выглядит довольно симпатично. Возьму её.

Я улыбнулась ещё шире, Синеглазка тоже улыбнулся. В этот момент, несмотря на мою насторожённость, его взгляд показался тёплым.

— Но перетащить их незаметно будет не так просто. М-м, думаю, я начну с посуды, а ты можешь пока посидеть здесь. Согласна?

С таким количеством камней маны, даже если Синеглазка не вернётся, у меня есть шанс пробиться на третий круг и одним рывком выбраться наружу. Так что я кивнула.

Синеглазка странно посмотрел на сундуки с посудой, почесал затылок и, закрыв их, взял первый.

— Я оставлю тебе свет, — Синеглазка ещё раз улыбнулся, подхватил сундук с посудой и стал спускаться в воду.

Шарик остался болтаться в метре над полом пещеры. Синеглазка погружался быстро, я едва успела проводить взглядом его мощную фигуру, после чего продолжила обшаривать дно в поисках камней маны. Хватаясь за них, сразу мощным потоком втягивала в себя ману, ведь свидетелей этого действа больше не было.

За прошедшие столетия вне защитных сундуков мана значительно выветрилась, но ещё оставалась, и я жадно, отчаянно впитывала её в себя, чтобы скорее пройти трансформацию.

Второй круг с его улучшенной регенерацией и укреплениями — просто этап подготовки тела к следующей стадии освоения магии, иначе организм просто не выдержит прохождение через него более мощных потоков маны. С третьего круга начинаются первые масштабные навыки. Но для прорыва на третий круг требовалось собрать в себе много маны.

Выкачивая ману, не обращая внимания на гудение и разливающуюся в теле боль от столь стремительного накопления, я опустошала камень за камнем и отбрасывала их в одну бесполезную кучу. Потом, когда Синеглазка придёт, скажу, что заряд маны в этих камнях закончился. Заодно и его процент от сокровищ меньше станет.

* * *

Моё тело гудело от бушующей внутри маны, когда Синеглазка, наконец, выбрался из воды. Он выбрал не очень удачную в плане экономии времени стратегию, предпочитая каждый сундук сразу доносить до моей комнаты, но это позволило мне опустошить почти все камни маны.

Конечно, если бы их заряды не рассеялись за столетия, когда они лежали вне защитных сундуков, я бы за прошедшие два часа с таким количеством не справилась, но зато теперь у меня был компактный набор камней, сложенный в самый целый из пострадавших от камнепада сундуков.

С этим последним сундуком я поджидала здесь Синеглазку. Он оглядел меня. Я показательно вздохнула:

— Как жаль, что большая часть камней потеряла заряд.

Сказала я это не просто так, а проверить его реакцию: хотя такого мощного поглощения маны нельзя ждать от низкоуровневого мага, особенно в нынешние времена, и у Синеглазки не было поводов проверять камни на заряд до выхода из пещеры, он мог прощупать камни маны сразу по прибытию и знать, сколько заряда в них было на самом деле.

— Да, жаль, — Синеглазка подошёл к сундуку, не проявляя ни малейших признаков беспокойства.

Этот сундук был меньше тех, в которых хранилась драгоценная посуда, но стоил намного дороже, так что меня до сих пор впечатляло, как легко Синеглазка уступил мне при дележе добычи.

— М-м, — вдруг заговорил он. — Я бы хотел себе несколько камней.

— Хорошо, — согласилась я со вздохом: отдавать их не хотелось, но даже для высокопоставленного мага было бы странно совсем их не хотеть.

— И их я тоже хотел бы хранить в твоей комнате, — продолжил Синеглазка.

На этот раз я только посмеялась, но, учитывая, что он жил в общежитии для простолюдинов, где не было никакой защиты, оставлять там ценные вещи было бы глупо, а накладывать защитные чары — подозрительно.

Так что временно все мои сокровища будут храниться у меня.

— Идём, — я решительно поднялась.

Высоты пещеры хватило встать во весь рост и потянуться, а Синеглазке так и пришлось пробираться к сундуку в слегка согнутом виде. Он подхватил последнее из моих сокровищ и развернулся.

— Поток очень сильный, держись крепче, — попросил Синеглазка.

Я и так знала, что выбраться из этой пещеры сложнее, чем пробраться внутрь, особенно после нескольких заходов. Я приготовилась к борьбе, немного ругая себя за то, что перенапряглась со стремительным поглощением, но едва потоки воды попытались оттеснить нас обратно в пещеру, Синеглазка мощным огненным импульсом щита протолкнул воду, позволив нам вырваться из узкого места без помех.

Вода вокруг кипела, мощь водопада давила на щит, вынуждая его прогибаться.

— Быстрее! — скомандовал Синеглазка.

Мы ползли-бежали по опалённому дну. Щит начал сминаться, и Синеглазка снова переделал его в бур — ровно в тот момент, когда мы выскочили из зоны самого сильного давления. Теперь этот импульс движения сложился с отталкивающими потоками, а удачно развёрнутый огненный щит не дал этой силе утащить нас на дно.

Это был стремительный, полный напряжения рывок вверх. За пару метров до поверхности щит распался, и мы вынырнули. Жадно хватая ртом воздух, я огляделась: на небе появились первые признаки рассвета, а центральная башня, наконец, снова была тиха и темна.

— Охраны почти нет, но нам стоит поспешить, — подхватив сундук под мышку, Синеглазка стал одной рукой загребать к берегу.

Я поплыла за ним, боясь поверить, что действительно добыла себе практически все камни маны. Тех, что сейчас лежали в сундуке, должно хватить для окончательного прорыва на третий круг.