Глава 13

Роксана

Я не могла уснуть, без устали пялясь на темный потолок своей комнатки – от легкого головокружения перед глазами до сих пор летали мушки.

Я даже не помню, как добралась до дома – все произошло, как в тумане: я убежала от Кейда, схватила свои вещи в гримерной и на бегу переоделась, покидая клуб. О том, что я ушла, не отработав даже половины смены, и не подумала.

Но хуже всего было то, что я не могла прогнать прикосновения Кейда со своей кожи. Каждый участок моего тела, до которого он дотронулся, пылал, а между ног я до сих пор чувствовала его влажный и быстрый язык… Черт, я медленно сходила с ума, постоянно ерзая в своей постели, пытаясь хоть на миг унять тянущее чувство неудовлетворенности между ног.

Теперь я начинала понимать, что девушки находили в Кейде. Почему эти идиотки штабелями падали к его ногам и с такой легкостью делали все, что он пожелает.

Обаяние. Черствые, властные прикосновения, не оставляющие тебе выбора. Каждое его касание было требующим – таким, как будто я уже принадлежала ему. Таким, как будто это в порядке вещей – трогать меня там, где ему вздумается.

Кейд не спрашивал разрешения. Он просто брал.

Наверняка он никогда даже мысли не допускал о том, что есть вещи, которые не могут ему принадлежать.

Он привык получать все. И теперь он хотел получить меня.

В свою коллекцию – не иначе.

Самое паршивое во всем этом то, что я уже битый час пытаюсь его возненавидеть, но от этого чувство потребности в нем не становиться меньше.

Запах его тела окутал меня с головы до ног, и это было еще одной вещью, перед которой было трудно устоять. Как бы сильно я его не призирала, не могла избавиться от желания прижаться к его шее и полной грудью вдохнуть аромат его кожи.

Слегка вспотевшей, возбужденной, но чистой. Как безупречные костюмы, в которые он одет.

– Идиотка, – сказала я сама себе, обращаясь в пустоту. Для того чтобы окончательно протрезветь, я даже пару раз ударила себя по щекам. – Ты же всю жизнь мечтала грохнуть этого парня, почти сделала это, а теперь растаяла перед ним, как все эти…

Шлюхи.

Я чувствовала себя ничуть не лучше их. Еще никогда я не была так противна самой себе – только в те дни, когда думала, что убила Кейда.

Мое отношение к нему было настолько противоречивым, что я сама не понимала, как можно одновременно испытывать такой разный эмоциональный диапазон всего лишь к одному человеку.

Ведь я всегда честна перед собой. Я знаю, что люблю Дилана. Я знаю, что ненавижу таких, как Майкл и мои родственнички. Я знаю, что готова испепелить тех, кто виновен в гибели моих родителей.

Но то, что я чувствую к Кейду, мне неизвестно. Совершенно ясно только одно – мне очень не нравятся эти сомнительные эмоции.

Это словно страх темноты. Сама по себе темнота – это ничто, лишь иллюзия, тень на наших глазах. Темнота, как физическое явление, не несет в себе ничего, не несет никакой угрозы для жизни.

Опасны лишь тайны, которые эта тьма прячет.

Лишний неосторожный шаг, сделанный в темноте, и вот ты уже исчезаешь в пропасти, падая на землю, с которой не можешь подняться.

Единственный шанс убежать от этих изнывающих ощущений – уволиться. Вся нервотрепка началась именного с того дня, как я переступила порог этого клуба. Нужно было покинуть его сразу, как только я узнала в его владельце Кейда.

Перед глазами возник взмах его черных ресниц, открывающих откровенный магнетический взгляд.

«Ты не деревянная, малышка… Ты очень чувствительная. Ты влажная».

Моя рука непроизвольно прошлась по собственной талии и замерла над резинкой пижамных шорт. Навязчивое чувство внизу живота становилось невыносимым. Телесная память о том, как Кейд вжимался в меня своим членом, была слишком ощутимой. Так, как будто он прямо сейчас лежал надо мной и делал это вновь и вновь.

Или мне этого хотелось.

Я выдохнула, погладив себя по внутренней стороне бедер. Я уже начала жалеть, что Кейд не сделал это со мной.

Чувство незавершенности просто убивало – моя фантазия взяла надо мной верх, а образ того, как обнаженный Кейд толкается в мою киску, сокрушил меня до такой степени, что я нетерпеливо прижала руку к своему белью и поняла, что насквозь влажная.

Снова.

Это все из-за того несчастного бокала. Может, мне подсыпали что-то вроде «виагры» для женщин? Или Кейд добавляет мощный афродизиак в свой парфюм?

Я закусила губы, представляя новую картинку, от которой волосы на коже вставали дыбом, но тут мне пришлось еле сдержать разочарованный стон.

Отрывистый топот маленьких ножек по полу и резкий скрип двери. На кровати я буквально подпрыгнула, немедленно доставая руки из – под одеяла.

Застрявший в дверях Дилан избавил меня от ошибки – еще чуть – чуть, и я бы окончательно увязла в своих фантазиях о Кейде, которые не вещали мне ничего хорошего.

– Рокс, я шел попить водички. Хотел посмотреть, спишь ты или нет… – тихо пробормотал он, пожимая плечами. – Мне страшно идти туда, если они пьяные.

– Ох, Ди. Я схожу с тобой. Как видишь, я не сплю. – Надеясь, что в такой темноте он не заметит моего пунцового лица, я встала с кровати.

– Почему ты не спишь? Ты, должно быть, устала.

– Да так, книжку на телефоне зачиталась, – отстраненно поделилась я, усмехнувшись в глубине души. Скорее не книжку, а настоящий фильм. И далеко не целомудренного содержания.

– Про что? Приключения? Как в Пиратах Карибского моря? – с воодушевлением поинтересовался Дилан на кухне. К счастью, здесь не оказалась этих алкашей – наверное, засели у кого-нибудь из своей грязной компании.

Дилан налил себе воды из кулера, и я кивнула в ответ, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Там, скорее, про злого пирата, который захватил в плен крестьянку… В общем, приключения для девочек.

– То есть мне читать нельзя? – расстроенно поинтересовался он, опуская взгляд.

Я рассмеялась и покачала головой, засмотревшись в больше глазки Дилана. Каким же светлым и чистым он был.

Я надеюсь, он вырастет хорошим человеком и никогда не будет таким, как Кейд. Таким, как Майкл. Он – моя единственная надежда знать в этой жизни хотя бы одного настоящего и нормального мужчину.

А не этих подонков, которым хочется расцарапать горло.

Мысленно благодаря Дилана за то, что отвлек меня от мыслей о Кейде, я отправила его спать. Как только моя голова коснулась подушки, я уснула, но даже ночью увидела сон, где в точности повторяла события прошедшей вечеринки.

Вендетта оказалась настоящей пулей без пистолета. И угодила она прямиком в сердце.

Кейд

Я открыл дверь с ноги, и, несмотря на то, что та была заперта, она отворилась. Замок просто не выдержал натиска моей ярости, которую я направил на вход в гримерную девушек.

Как только я вошел в это женское логово, мои глаза заметались в стороны в сторону в поисках этой потаскухи. Удивленные взгляды девушек разом обратились ко мне, и каждая из них замерла, перестав заниматься своими делами. Я грубо схватил за запястье ближайшую к себе блондинку и развернул ее к себе лицом – не она.

Захлебываясь гневом, подошел прямо к одному из туалетных столиков и смел с него все побрякушки и флаконы, яростно заорав:

– Где она?! Ее чертова смена еще не закончена!

– Мистер Адамс, я могу вам чем – то помочь? – слегка надув губы, обратилась ко мне Кейси. Видеть ее не мог сейчас. Я хотел видеть лицо Роксаны, а еще больше хотел видеть мольбу в ее глазах. Мои мысли вдруг стали такими жестокими, что я даже сам не понял, откуда они взялись.

Странное чувство, зарождающееся в глубинах подсознания, не отпускало меня. Но оно наперебой шептало мне, что с этой девчонкой что-то не так.

Может, я где-то видел ее раньше? Думай, Кейд, думай.

В голову не приходила ни одна ясная мысль – я прошел через лица слишком многих девушек. Все они, вместе с голосами, слились в одно – расплывающийся образ, маска для любой девушки, которую я трахал.

Мне было не важно. Но лицо Роксаны я запомнил надолго.

Я махнул рукой на Кейси и поглядел на себя в зеркало: дикий взгляд, глаза налились небывалой синевой, а по подбородку стекали капли крови – эта девчонка была настоящей вампиршей во времена осеннего обострения.

Она, блядь, укусила меня.

Ни одна девушка не решилась бы на подобное. Эта же была какой-то дикой – она как будто каждую секунду боролась за свое выживание.

– Робертс! Какого хрена она ушла с работы?! Сейчас ее выход! – Я снова посмотрел на замороженных девушек. – А вы что здесь встали, рты свои пооткрывали?! Идите, работайте. Я плачу вам чертовы деньги.

Несколько девушек выбежало в зал – видимо, они не привыкли видеть меня в таком виде. Обычно, моя жестокость была сдержанной. Хладнокровной.

Сейчас же я весь горел – мне поможет только секс и холодный душ. Беда была только в том, что я вряд ли бы почувствовал удовлетворение, если бы трахнул любую.

Мне было нужно трахнуть именно ее.

Просто засадить, просто сжать ее запястья до боли, просто поиметь – зверски, первобытно, раздирая ее тугую киску, проникая все глубже и глубже до тех пор, пока она бы не закричала мне в ухо.

А она бы кричала. Она бы пожалела о том, что сделала.

Нет, лучше бы я сделал это сзади, трахая ее как настоящую проститутку. Только этого она и заслуживает.

Как и все. Продажная телка, которая набивает себе цену.

– Мистер Адамс, она плохо себя чувствовала. – Взглядом я встретился с девушкой, которую, по-моему, звали Стефани. Я хорошо ее помнил, потому что один из постоянных посетителей клуба постоянно отваливал за нее хорошие деньги. – Она ушла – у нее были признаки отравления…

Врет и не краснеет, подруженька. Чем она, интересно, отравилась? Воспалением хитрости и строптивости?

– Штрафую на пять сотен. – Я приблизился к Стефани, все еще тяжело дыша. – Потому что ты лжешь.

– Э-это т-так в-выглядело, – девушка начала заикаться, но я остановил ее речь движением руки, больше не желая видеть этот женский курятник.

– Все по местам. За работу, – приказал я, выходя из гримерной.

Весь вечер был испорчен – я предвкушал победу, но был раздавлен. Как она все это провернула? Сначала с такой страстью залезла на меня, а потом… Укусила.

Черт возьми, как же меня бесило то, что она маячила перед глазами, но я не мог ее заполучить. Теперь, когда я знаю вкус ее губ, эта идея стала все более навязчивой.

Я был похож на наркомана, гнавшегося за видом нового наркотика, который невозможно достать.

Невозможно купить, потому что он не продается.

Можно только заполучить его, и я понятия не имел, каким способом это сделать. Должно быть, нужно перевернуть этот мир с ног на голову или…

Сменить тактику.

Что-то мне подсказывало, что все известные мне способы не сработают. Роксане явно было плевать и на мой статус, и на мои деньги. Она смотрела на меня так, как будто видела мою гнилую сущность насквозь. Это убивало.

Проходя по коридору к своему кабинету, я увидел одну из посетительниц клуба – она нервно оглядывалась по сторонам: видимо, заблудилась в поисках туалета и забрела в рабочую зону. В руках она держала маску, поэтому я мог разглядеть ее миловидное лицо.

Незапоминающееся лицо, но довольно милое. Сейчас мне было плевать на то, как она выглядела.

Главное – что она была миниатюрной и легкой. Почти как Роксана.

– Заблудилась? – Я взял незнакомку за руку, и она тут же рассмотрела меня оценивающим взглядом. Мне был знаком этот взор. Тающий, преклоняющийся. Неудивительно, что меня заводит сопротивление Рокс – все девушки смотрят на меня как на чудо света.

– Да… Вы не подскажите мне, как пройти обратно в зал? Я очень хочу потанцевать. – Девушка поправила свою прическу из копны каштановых волос, порхая ресницами как бабочка крыльями.

– К черту танцы. У меня для тебя есть дело поинтереснее, – я открыл дверь в свой кабинет рукой и закинул ее на диван, навалившись сверху.

Следующие пятнадцать минут комнату наполнили влажные звуки наших тел, скрип кожаного дивана и неистовые стоны девушки, которая растекалась подо мной, словно мед.

Еще одна легкая телка. Доступная пустышка, которая пришла в клуб за этим – подцепить богатого папика или хотя бы того, кто сможет оплачивать ее каждодневные расходы.

Я трахал ее жестко и быстро, все время закрывая глаза и представляя перед собой Роксану.

Вкус ее киски, ее тела и губ остался у меня во рту вместе с собственным металлическим привкусом крови. Вместе с ее голосом, который отдавался в ушах.

Безымянная девушка пыталась мне угодить, но чтобы она не делала, я не мог кончить, пока окончательно не погрузился в мысль о том, что это – она.

Каштановые волосы в моих руках стали светлыми, но я, уткнувшись в них носом, ощутил что-то чуждое.

То, что мне было не нужно. Пустое, ничтожное.

Я настолько погрузился в забытье, что очнулся только после того, как девушка произнесла:

– Да не Роксана меня зовут, а Надин. Нааааадин. Совершенно разные имена, понимаешь? – она все лежала подо мной. Кажется, я только что называл ее другим именем.

Черт, я думал такое бывает только в кино.

– Я всех так называю. Очень трудно запомнить ваши имена. – Я встал, натягивая на себя трусы и брюки, отворачиваясь. Смотреть в ее глаза мне не хотелось.

Это были не нефритовые глаза Роксаны, чей яркий свет намертво запечалился в образах моих мыслей.

* * *

Дерек сидел напротив и складывал пачки денег в ровные ряды на моем столе. Сотни, тысячи долларов – и все это за один развратный вечер субботы. Обычно, я радостью пересчитывал деньги и нежно поглаживая каждую пачку, складывал ее в сейф, одержимый знанием того, что я баснословно богат.

Все – таки, мысль о том, что ты можешь позволить себе все, что пожелаешь, несказанно греет душу и пьянит разум.

Отдых в самых лучших точках нашей планеты: дикие обетованные острова, прозрачная голубая вода, яхта с дорогущим виски, морской кухней и лучшими моделями мира. Стройными, загорелыми и сексуальными, как на подбор.

Казалось, такими вещами невозможно насытиться, но я был сыт по горло. Хотя, тщательно скрывал это даже перед Дереком, который предвкушал нашу поездку на острова, где мы сможем хорошенько отметить успех нашего клуба.

– Мы хреновы короли этой жизни, – с наслаждением заметил он, пересчитывая зеленые бумажки и передавая их мне. Я на автомате складывал все в сейф, пропуская мимо ушей цифры, которые он мне озвучивал. Голова раскалывалась после вчерашнего вечера – я до сих пор пребывал в бешенстве от того, что у меня не получилось приручить эту девчонку.

Что же ей нужно? Больше жестокости? Такое чувство, что она нарывалась на хорошую порку, как будто сама того желала.

Картина того, как я кладу ее на свои колени и шлепаю по заднице, возникла перед моими глазами так резко и неожиданно, что я чуть не поперхнулся сигаретным дымом.

– Да что с тобой? Ты какой-то странный сегодня, Кейд, – заметил Дерек, откинувшись на кожаное кресло и закинув ноги на стол. Дерек был единственным, кого я не считал обслугой – он был моим другом. Пусть с натяжкой, и все же, нас соединял общий бизнес, понимание, разговоры о низменных потребностях – все как у нормальных людей.

– Закрутил с этой непослушной танцовщицей? – поинтересовался он, поднося пальцы к своему виску.

Мой язык до сих пор жгло от укуса Роксаны – если бы она укусила его чуточку сильнее, я бы и вовсе остался без него.

– Она… – Я посмотрел на Дерека, который сидел с таким видом, как будто ждал яркого рассказа о моем приключении. Я хотел было соврать, но, кажется, он прочитал смятение, выдающее меня с головой.

– Стоп – стоп. Она что? Отказала тебе? – усмехнулся друг, сверкнув карими глазами.

– Ей стало плохо, пришлось отпустить ее домой, – уклончиво ответил я, напрягаясь всем телом.

– Что-то здесь не так. Ты бы видел свое лицо сейчас, приятель. – Дерека, кажется, веселило то, что я был совершенно не похож на себя в эту минуту. – Да что ты в ней нашел? Оставь ее в покое. Обычная шлюха. Вид у тебя такой, как будто ты слегка одержим ею. И так каждый раз, когда мы заводим о ней разговор.

На словах «обычная шлюха» зверь внутри меня проснулся и возжелал в две секунды скрутить Дереку шею, отбросив во мне всю человечность. Я буквально почувствовал огонь в своих глазах, которые прожгли его насквозь. Я сжал кулак под столом, чтобы сохранить контроль над собой и откинуть от себя эту совсем не радужную мысль.

Я и сам говорил себе, что она такая. Дешевка. Как и все.

И не стоит наделять ее таким вниманием, которым я ее наделяю.

И все же, каждый сантиметр моего тела желает отведать запретный плод – единственная девушка, которая так отчаянно пыталась избежать со мной близости.

Причины этого отказа были мне непонятны – в моей голове просто не укладывалась мысль о том, что кто-то может не желать меня.

Как бы там ни было, возможно, я, правда, ей не нравлюсь. Но ее киска, подмахивающая моему языку, ее податливое тело говорят совершенно об обратном.

– Да, – я заковал эмоций на лице в неподвижное состояние. – Ты прав. Шлюха. Я просто сегодня не выспался. Ночевал у Тесс, и она опять выносила мне мозги, – соврал я, глядя Дереку прямо в глаза. Он кивнул, искренне поверив мне.

– Это она умеет. Я вообще не понимаю, как ты ее терпишь. Кстати, когда там прием у твоего отца? Якобы, благотворительный аукцион. – Дерек имел в виду ежегодную светскую вечеринку, которую устраивал мой отец. Для всего города он был уважаемым человеком – владелец строительной Империи; политик; человек, который жертвовал деньги сразу в несколько организаций по защите животных. Все это, конечно же, было мишурой и фальшью. Газеты писали только о том, что ему было нужно. Отец устраивал этот благотворительный аукцион, но деньги спускал совершенно на другие вещи. И я, и Дерек были частью всего этого. Мошенничество – еще не самое страшное преступление, которое я мог бы совершить.

– Через неделю. Придется опять тащить с собой Тесс. – Я прикоснулся к своему лбу, готовому разорваться от напряжения. Меньше всего я хотел видеть ее лицо и очередной пошлый вырез на груди, который будет маячить передо мной весь вечер.

– Я тоже приду. – Дерек потер свои руки друг о друга, хитро улыбаясь. – Хочешь, я сегодня один присмотрю за клубом?

Что-то во взгляде Дерека меня насторожило – желудок скрутило от заполнившего всю сущность неприятного предчувствия.

– Нет, мне нужно сегодня поговорить… – Я отвел глаза в сторону. – С одним клиентом. А ты лучше уладь дела с полицией.

– Кстати, я слышал, того ублюдка не выпустили на свободу. Ну, который… – Я поднял ладонь вверх, приказывая ему заткнуться. Я прекрасно знал, о ком он говорит.

Я отлично знал имя поддонка, который в тот вечер избил меня со своей шайкой недоумков.

Если бы этого не произошло, я стал бы другим. Я бы никогда не сел в это кресло, никогда бы не стал заниматься столь идиотским делом, как управление клубом, наркоторговлей, незаконным оборотом оружия.

У меня нашлись бы дела поинтереснее – это точно. Бесконечные матчи, в которых я забиваю мяч в кольцо противника один за другим.

Божественное чувство, которое проходит прямо через твое сердце в тот самый момент, когда ликует толпа, и вот ты уже становишься маленькой частью единого организма.

Сливаешься со своими фанатами, которые заряжают тебя нереальной энергетикой, болеют и переживают за твою победу.

Их лица и то, как они разом встают со своих пластмассовых стульев, выбрасывая руки вверх и скандируют твое имя. Кейд – наш чемпион. Кейд, Кейд, Кейд…

Я так хорошо помню это со школы. Ослепляющее, блаженное чувство – проживать эту жизнь. Так, как хочешь именно ты. Воплощать свои мечты в реальность.

Теперь же от мечты остались лишь образы и сны, которые никогда не станут настоящими. И все благодаря этому ублюдку Майклу.

Может, я был слишком слаб. Может, мне стоило дать более сильный отпор, нужно было придумать как убежать, как спастись или же плюнуть на свою гордость и отдать им все свои деньги.

Да хрен с этими деньгами! Самым дерьмовым было то, что они отняли мой кулон. В детстве я считал его милой побрякушкой, которую подарил мне дед.

И все же, буква «К» на кулоне была важна мне, как память. Меня назвали в честь дедушки, и только тогда, когда кулон пропал, я понял, что удача отвернулась от меня.

И теперь я знал, что должен встретиться лицом к лицу со своим «старым другом» Майклом, чтобы узнать, где он прячет мою собственность.

Мне давно пора это сделать.

А если он потерял его или сам не знает, куда его дел, я закрою глаза на то, что переступлю закон прямо в участке полиции – я выверну его кишки наизнанку.