Глава 1

Сердце её отца едва билось.

Таисса сидела у постели Эйвена Пирса, сжимая виски руками. Голова болела от недосыпа, желудок скрутило узлом из-за постоянных порций кофе. Последние дни она ела чёрт знает что.

Операция на мозге ничего не дала. Блестящие роботизированные технологии, лучшие нейрохирурги – и всё напрасно.

Её отец был в коме. Всё ещё.

Послышались шаги, и Таисса подняла голову.

– Привет.

– Опять ночное бдение, Пирс? – поинтересовался Вернон Лютер. – Доброе утро.

Медленно умирающий глава «Бионикс». Ровесник Таиссы, которому ещё не исполнилось и девятнадцати. Самый сильный Тёмный в мире.

Собравшийся жениться на другой.

Таисса пожала плечами:

– Я не хочу быть нигде ещё.

Вернон хмыкнул:

– Как ни странно, я тоже.

Он уселся напротив, и несколько мгновений они смотрели друг на друга.

Давным-давно он писал ей тайные письма под именем «Л.». Потом Вернон и Таисса встретились по-настоящему, и Таисса спасла ему жизнь, ещё не зная, что Вернон и Л. – одно лицо. Потом был разрушенный замок его отца, отчаянная просьба верить ему, и головокружительно опасная миссия, после которой они сбежали вместе. Волшебное путешествие на его яхте и Храм, где Вернон освободил сознание Таиссы и отрёкся от долгой жизни, которую предлагала ему жрица Храма. Потому что платой за неё была его любовь к Таиссе, и Вернон отказался жертвовать ею наотрез.

Они были знакомы меньше года, но за это время, казалось, прожили несколько жизней вместе. Вот только теперь впереди у Вернона был политический брак, и Таисса не могла даже коснуться его руки.

– Зря ты закрыла окна, – светски заметил он. – Хотя бы посмотри на потрясающий вид. В конце концов, где ещё ты найдёшь такой умопомрачительно скучный серый бетон?

Таисса фыркнула:

– Ты в своём репертуаре.

– А то.

Таисса вздохнула, встала и подошла к звуконепроницаемому окну.

Площадь перед ультрасовременным госпиталем «Бионикс» и впрямь выглядела уныло и грустно, как и голые вишни в сквере. Время крокусов и нарциссов ещё не наступило.

Увидит ли их её отец? Откроет ли глаза?

– Светлые продолжают на меня давить, – проронил Вернон. – Как же так, моя проклятая корпорация всё ещё вставляет им палки в колёса! Ах, какой ужас! Надо сказать, они создают мне изрядные проблемы.

– Я бы хотела помочь, – тихо сказала Таисса. – Но сейчас я…

Вернон встал и подошёл к окну. Обнял её за плечи.

– Я знаю, тебе сейчас не до гениальных идей. Но ничто не потеряно, Пирс. Ещё посмотрим, кто кого.

Таисса перевела взгляд на бледное лицо отца, лежащего на постели. Капельницы, медицинские дроны, знакомые до боли кривые на экранах.

– Он придумал бы что-нибудь, – произнесла Таисса отчаянно. – Мы пытаемся, но чтобы одолеть Светлых…

– …Нужно сделать невозможное, – кивнул Вернон. – Я знаю, детка. И знаю, что я – плохая замена твоему отцу, но, по крайней мере, я не дам Светлым забрать тебя. Или заставить тебя родить детей по вашему проклятому договору, который тебя силой вынудили подписать. Я скорее перебью весь Совет.

– Не перебьёшь.

Руки Вернона на её плечах вздрогнули и сжались.

Глаза Таиссы расширились. Она знала этот голос.

И ничего хорошего он не сулил.

Таисса медленно обернулась. Она метнулась бы к катане, стоящей рядом, но в последнюю секунду сдержалась.

Высокий Светлый в плаще и надвинутом на лицо капюшоне стоял в дверях палаты. Пока она смотрела, он шагнул вперёд и закрыл за собой дверь.

– Здесь охрана, – проронила Таисса.

– Не от члена Совета.

И уж точно – не от его формального главы. Перед ними стоял Ник Горски, практически ушедший в отставку член Совета и герой войны. Тот, кто помог Светлым победить.

– Что вы здесь делаете? – спросила она.

– Пришёл навестить старого врага. – Ник Горски подошёл к больничной кровати. – И старого друга.

Его рука коснулась пальцев Эйвена Пирса, едва заметно сжав их.

– Вы трижды дрались насмерть, а потом писали друг другу письма всю жизнь. – Таисса грустно улыбнулась. – Не очень-то привычная дружба.

– Мы были в плену вместе.

Таисса охнула:

– Что?

– На прошлой войне, ещё до твоего рождения, Тёмные не были едины, – негромко сказал Ник Горски. – Тех, кто сражался против нас, я не могу упрекнуть ни в чём. Достойный враг остаётся врагом, но заслуживает уважения. Но…

– Были и другие Тёмные.

– Наёмники, работающие на того, кто больше заплатит. А заплатили им очень хорошо, и было за что. Похитить сына самой Элен Пирс? Вместе с молодым Светлым, почти сделавшимся членом Совета? Для них это было венцом карьеры. Особенно когда мы двое были уязвимы и почти беззащитны после схватки.

– Они хотели получить выкуп? – дрогнувшим голосом спросила Таисса.

– Если бы, Таисса. Увы.

В голосе Ника Горски прозвучала странная нотка. Похоже, всё было куда хуже.

– Отец мне никогда не рассказывал.

– Потому что нас пытали, – просто сказал Ник Горски. – Чудовищно. Так, что в итоге не помогла даже регенерация. Ради удовольствия или мести, я не знаю до сих пор. Эйвена восстанавливали лучшие пластические хирурги, и не один месяц. Впрочем, ему досталось значительно меньше: он, в отличие от меня, не убивал этих бандитов везде, где находил. Эйвен ещё с юности вечно искал компромиссы.

– Для него все Тёмные – братья, – тихо сказала Таисса. – Все до последнего.

Ник Горски помолчал.

– Нас, впрочем, очень старались не убить. Хотя от боли я едва не сошёл с ума. Когда нам всё-таки удалось бежать, спасибо таланту Эйвена и моим собственным силам, мне долго пришлось восстанавливать себя заново.

– А гнездо бандитов? Было разгромлено? – с надеждой спросила Таисса.

Ник Горски покачал головой:

– Не до конца. Тот, кто верховодил ими, ушёл в тень. Хотел бы я его достать.

– Или её, – тихо сказала Таисса.

– Не верю, что женщина могла быть такой жестокой, – глухо произнёс голос из-под капюшона. – Это с трудом укладывается в голове.

Теперь Таисса точно знала, как Ник Горски получил страшные шрамы на войне. Настолько страшные, что он предпочёл носить капюшон до сих пор.

И её отец едва не разделил судьбу своего врага. Точнее, разделил, пусть и не так страшно. И ни разу не обмолвился об этом. Сказал ли он об этом своей жене? Или нёс в себе всю жизнь?

Впрочем, сейчас, окончательно потеряв память и оказавшись в коме, Эйвен Пирс мог об этом не беспокоиться.

– Зачем же вас похитили? – произнесла Таисса вслух. – Из ненависти? Ради мести?

– Эйвен знает больше, – помедлив, ответил Ник Горски. – Меня пытали просто и грубо, и я знаю почему: месть за гибель своих. Я был Светлым, врагом, и для них этого было достаточно. Но с Эйвеном обращались куда изощрённее. Если бы я знал почему…

Кулаки Таиссы сжались. Тёмные, которые пытали её отца. Почему они это делали?

Возможно, ответ на этот вопрос она не узнает никогда. Но она найдёт их – и отомстит.

Вернон всё ещё молчал, словно его здесь и не было. Но его руки всё ещё были на плечах Таиссы, и с ними она чувствовала себя увереннее. Пусть у Вернона и не было власти против Совета, её он не отдаст. Скорее уж разобьёт окно и спрячет на Северном полюсе.

– Ты здесь не просто так, – наконец проронил Вернон. – Я не верю в сентиментальность: на Эйвена Пирса ты мог налюбоваться и по сети. Тем более что глядеть особенно не на что.

Он выпустил плечи Таиссы и скрестил руки на груди:

– Выкладывай.

Капюшон Ника Горски чуть качнулся.

– Смелый мальчик. Это ты так благодаришь Совет за то, что тебе разрешили остаться во главе корпорации, вместо того чтобы перебросить тебя в интернат в какой-нибудь Гренландии? А заодно и за то, что вам с Таиссой позволили находиться вместе? Цени это, Вернон Лютер.

Вернон не повёл и бровью:

– Ценю. Благодарен. Кофе в постель принесу позже. Ну а сейчас можно к делу?

Ник только вздохнул.

Потом он набрал что-то на линке.

– Это конфиденциальная информация, – сухо произнёс он. – Найт, я хочу, чтобы ты обеспечила безопасность.

Сердце Таиссы подпрыгнуло. Найт!

Электронная копия Элен Пирс, матери её отца. Цифровой разум, созданный, а потом пленённый Светлыми. Одинокая девушка со смешливыми глазами, пожертвовавшая всем, чтобы спасти её, Таиссу.

– Таисса, – раздался женский голос, так похожий на её собственный. – Вернон.

– Тебе сохранили личность, – тихо сказала Таисса.

– Ну куда же они денутся. Я им нужна, – в голосе Найт была насмешка. – Ведь я уникальна.

Ник Горски сделал жест:

– Сядьте. Разговор будет не слишком приятным. И очень серьёзным.

Таисса вздрогнула от тона его голоса. Не слишком приятным? Это, кажется, слабо сказано.

Вернон небрежно расположился в кресле и похлопал себя по коленям. Таисса подняла брови.

– Серьёзно?

– Просто предложил, – пожал плечами Вернон. – Не говори, что тебе этого не хочется.

– У тебя костлявые коленки.

– Странно. До тебя никто не жаловался.

Ник Горски кашлянул.

– Я собираюсь разгласить вам тайные планы Совета, – сухо сказал он. – И я хочу, чтобы вы сорвали их.

Зря она не села.

Таисса слепо нашарила кровать. Опустилась на самом краешке, рядом с прислонённой катаной, и её рука сжала безжизненную руку отца.

– Явные планы Совета разглашать не нужно, – хмыкнул Вернон. – Они и так на ладони. Ясно, что тайные. Какие?

Короткая пауза.

Таисса выжидающе смотрела на Ника Горски. Глава Совета – и просит поддержки у них, Тёмных? Что же замыслили Светлые, что он хочет их остановить?

Наконец он усмехнулся.

– Оболванить весь мир.

Вернон Лютер присвистнул.

– А сейчас они, с позволения сказать, чем занимаются? Лепят куличики?

Ник Горски помолчал.

– Не только людей, – негромко сказал он. – Нас. Светлых и Тёмных – всех.

Таисса охнула:

– Что?!

– Средство против контроля сознания появилось не зря. – Ник Горски кивнул на Эйвена Пирса, лежащего на кровати. – Твой отец не случайно вложил все силы в разработку «Амиго»: даже мы боимся оказаться чьей-то марионеткой. К счастью, сейчас лишь трое настолько сильны, что способны повлиять на разум другого Светлого или Тёмного.

Вернон. Дир. Лара. Три образа вихрем пронеслись в голове у Таиссы. Только они трое были на это способны. Остальные Светлые и Тёмные могли воздействовать лишь на людей.

– Пока мы все можем чувствовать себя в безопасности, – продолжил Ник Горски. – Но скоро это изменится.

Таисса ожидала от Вернона его обычного хвастовства. Но он лишь нахмурился:

– Как изменится?

– Вы оба слышали, что существует электронный слепок ауры, – пожал плечами Ник Горски. – Почему бы не быть электронной версии контроля сознания? Чему-то, что полностью повторяет нейронный механизм формирования внушения и успешно закрепляет его?

Таисса невольно схватилась за голову. Словно это могло её защитить. Теперь.

– Нет, – резко сказал Вернон. – Эйвен бы знал и сказал нам, когда внедрился к Светлым. Дир не смог бы об этом промолчать. Невозможно, чтобы Совет обладал такими разработками и не знали бы они оба.

– Совет и не обладает ими, – мягко сказал Ник Горски. – Пока. Но очень желает их получить.

Вернон наклонился вперёд:

– У кого?

Ник Горски вздохнул.

– Вот тут начинается самое сложное. Недавно с Александром связался Харон. Ему удалось проникнуть в чудом уцелевшую группку Тёмных. Они не высовывались с конца первой войны, набирая силу… и начали представлять собой угрозу.

– Наш друг наёмник снова в гуще событий, – пробормотал Вернон.

– Недостаточно близко к верхушке группы, на наш взгляд. Он всё ещё не знает, с кем мы имеем дело. Но именно их разработки встревожили Совет. Эти Тёмные угрозами, шантажом и прямым внушением похитили с полдесятка блестящих специалистов по нейрофизиологии и нейрокибернетике и завербовали ещё пару дюжин. Имитация несчастных случаев, пропажа без вести…

Ник Горски помедлил.

– А ещё именно они пытали нас с Эйвеном много лет назад.

Таисса вскочила.

– Что?!

– Спокойно, Таисса. Их здесь нет. Твой отец вне опасности.

– Но они вернутся, – побелевшими губами произнесла Таисса. – Если они пытали моего отца…

– У них была масса возможностей захватить его за эти годы. Думаю, они уже узнали всё, что хотели, много лет назад, пусть Эйвен и не признался в этом.

Голос Ника Горски сделался жёстким:

– Но это они. Мне повезло наткнуться на одного из моих палачей. Он больше не Тёмный. Эйвен не знал его в лицо, и тому удалось получить свои импланты после лишения способностей… и покинуть бывших Тёмных, уйдя в наёмники. Теперь у него новое прикрытие. Этот пыточных дел мастер взял себе новое имя, Тор, и работает на…

Он не успел договорить.

Жаркая струя плазмы ударила в стекло, и Таиссу и Вернона отбросило в стороны. На сверхскорость Таисса перешла на рефлексах, но слишком поздно, чтобы…

…Вытащить Ника Горски с линии огня.

Стреляли в него. Прицельно. Не задев Вернона, сидящего очень близко. Стрелял профессионал. Кто-то, кто не хотел смерти другому Тёмному.

А потом Таисса увидела стрелка с плазменным ружьём.

Двое. Двое висели в воздухе над зданием. Их разделяли жалкие три десятка метров, и они не торопились улетать.

Женщина и мужчина в тёмном. Лица закрыты.

Доля секунды, и ружьё смотрело уже на Вернона, закрывшего собой Ника, из плеча которого толчками била кровь. Он весь был в крови, Таисса не видела всех повреждений из-за спины Вернона, но выглядело это страшно, и она не знала, спасёт ли Ника регенерация…

А потом женщина ударом отклонила ружьё уже прицелившегося в Вернона стрелка, и её крик сквозь разбитое стекло долетел даже до Таиссы.

Эта женщина не хотела убивать Вернона? Настолько, что готова была пощадить врага-Светлого?

Неважно. Потому что теперь дуло плазменного ружья было нацелено в неё, в Таиссу.

Они пришли за Ником Горски, пронзило её внезапное осознание. Палачи её отца. Те, о которых Ник только что рассказывал.

Они были здесь. И она не даст им уйти.

– Вернон, прикрой отца и Ника, – выдохнула Таисса. – Обоих.

Она не обернулась, чтобы посмотреть на Ника. Не повернулась к отцу, когда в её руку скользнула рукоять катаны.

Она полетела вперёд, чтобы убивать.

– Таисса, стой! – полетело из-за спины.

Ей было плевать. Бронированное стекло, уже повреждённое выстрелом, разлетелось осколками в стороны. Двое убийц взмыли прочь, подхватив бесполезное ружьё: в Таиссу они бы не попали, а остальные трое теперь были вне зоны видимости.

Но Таисса догоняла убийц, и ей было неважно, что перед ней было двое противников. Сейчас Таисса не испугалась бы и десяти.

Яркая Тёмная аура женщины почти ослепила её, но сама Таисса была не слабее. А вот у её спутника не было ауры вообще. И Таисса сразу поняла почему, когда он развернулся и в неё полетел ворох самонаводящихся дротиков.

Боевые импланты. Перед ней был бывший Тёмный.

Вот только он столкнулся с Таиссой Пирс, которая обучилась веерной защите раньше, чем выучилась летать.

Таисса вскинула катану, и обломки дротиков рассыпались в воздухе.

– Ну? – яростно выдохнула Таисса. – Что ещё у тебя есть?

Но Тёмная отвела руку своего спутника в сторону.

– Что Ник успел тебе рассказать? – прозвучал женский голос, искажённый фильтром.

– Что, кем бы вы ни были, вы убийцы и палачи, – выдохнула Таисса. – И нет вам прощения.

Женщина засмеялась:

– Но Ник Горски ещё жив. Пока. Какая жалость.

– Не надейтесь, – процедила Таисса сквозь зубы.

– Ты нужна, – с лёгким разочарованием произнесла женщина. – Твоя чёртова кровь… я снесла бы тебе голову здесь и сейчас, но, увы, ты должна жить.

Таисса моргнула:

– Что?

– Неважно. Что ещё знает о нас Ник Горски?

Таисса молча смотрела на них. Незнакомая Тёмная и бывший Тёмный…

Тот самый бывший Тёмный?

– Тор, – утвердительно сказала она. – Ты Тор.

– Допустим.

Его голос тоже был искажён фильтром. Чего и следовало ожидать.

– Зачем ты пытал Ника? – голос Таиссы упал до шёпота. – И моего отца?

– Потому что я приказала, – спокойно сказала женщина. – А теперь – что сказал Ник? Живо.

Вместо ответа Таисса атаковала. Она перестала думать, входя в сверхскорость, словно пловец, падающий с вышки с воду. Танец отражений на блестящем безупречном лезвии катаны под хмурым небом, быстрый и неумолимый.

Её противница уступала ей в фехтовании. Клинки со звоном скрестились, зазвенев. Таисса метнулась вперёд, чувствуя, что получает преимущество, и яростно атаковала снова, пока её противница замешкалась. Не было оружия, способного поразить Тёмную на сверхскорости, кроме холодной стали, и плазменная винтовка была бесполезной. А короткий клинок, извлечённый в последнюю секунду, скорее мешал незнакомке-Тёмной, чем помогал.

– За что? – выкрикнула Таисса. – За что вы их пытали?

Она не знала, зачем это спрашивала. Эти двое явно не собирались давать ей ответов. Но пока Таисса отчаянно вкладывала себя в удары, не позволяя противнице ни сбежать, ни отступить, в голове билась лишь одна мысль, и молчать Таисса не могла.

Наёмник Тор хрипло расхохотался:

– А ты ещё не поняла, что мы ненавидим всю твою семейку? Особенно тебя?

Его удар чуть не выбил катану у Таиссы из рук. Вместо ответа Таисса крутанулась в воздухе, задействовав способности на полную, и яростно хлестнула его катаной по горлу.

В последний момент наёмнику удалось извернуться, и вместо того чтобы нанести опаснейшую рану, лезвие прошло лишь краем: остался длинный узкий порез, из которого кровь всего лишь потекла, не хлынула. Наёмник инстинктивно схватился за горло, Таисса бросилась вперёд, коротким ударом отсекая от него Тёмную, а потом…

…В неё хлынула мягкая, уверенная волна приказа. Не абсолютного, как внушение Дира или Лары, когда мир плыл перед глазами и ты больше не понимал, где ты. Но это было внушение. Внушение, которому Таисса могла сопротивляться едва-едва.

– Брось катану, – произнесла женщина. – Подлети.

В других обстоятельствах Таисса всего лишь пожала бы плечами. Но в руках у женщины поблёскивала короткая тупая труба портативного излучателя. А та, что держала излучатель, имела право отдавать приказы.

Таисса обязана была подчиняться. Бросить катану. Подлететь.

Сила внушения была почти невыносимой.

– Нет, – сквозь стиснутые зубы выдавила Таисса.

– Да, девочка, – улыбнулась ей тёмная маска. В руке Тёмной появилась игла инъектора. – Иди сюда.

Таисса вздрогнула. Неужели это было тем самым синтетическим внушением, о котором говорил Ник? И те, кто пытал её отца, всё-таки успели разработать прототип?

Ей едва хватало воли бороться. Движения становились вялыми, и наёмник сейчас мог бы одолеть её с лёгостью. Но он выжидал, как и его спутница. Они двое недвижимо замерли в воздухе. И вот-вот…

…Таисса должна была сдаться.

– А ещё, – прошептала женщина, – ты будешь держаться подальше от Вернона Лютера. Повтори.

Таисса успела ещё удивиться. Вернон? Почему Вернон?

А потом женщина снова коснулась трубы, и все мысли смыло новой волной внушения.

– Я… буду… подальше… держаться…

Держаться. Надо держаться.

«Не поддавайся им, Таис», – твёрдо прозвучал голос её отца.

Таисса вскинула катану.

– Не знаю, кто ты, – прошептала она, – но я найду тебя. Везде.

Смех, родившийся в горле её противницы, тут же замер вместе с ней самой. Она превратилась в соляную статую, глядящую за плечо Таиссы.

– Нет, – выдохнула она. – Только не…

– Пирс!

Вернон рассёк собой воздух и замер рядом с Таиссой. С тех пор как он стал главой «Бионикс», он больше не баловался с нунчаками: на бедре у него висел зачернённый клинок, достойный его звания.

– К вашим услугам, господа, – задыхающимся голосом сообщил он. – И дамы, как я погляжу. Чем обязан такому знаменательному визиту?

– Мы уже уходим, – отрывисто произнёс Тор. Кровь текла по его шее, но выдержка и самообладание у наёмника были железными. – Благодари Великого Тёмного, мальчишка, что мы вообще оставили тебя в живых.

– Но вы и не собирались его убивать, – внезапно сказала Таисса. – Я видела, как вы специально отвели дуло ружья в сторону, только чтобы не задеть Вернона. Почему? Чем он вам так ценен?

Краем глаза она увидела, как Вернон вскинул брови.

– Как необычно. У меня появились тайные поклонники? На чей же адрес высылать подписанные сувениры?

– О, ты обрадуешься, когда узнаешь, – загадочно сказал наёмник. – Весь твой мир перевернётся. Если доживёшь.

– Ни слова больше.

Голос Тёмной. Пронзительный и резкий даже через голосовой фильтр.

И даже через фильтр в нём чувствовалось… что-то. Не страх, не ярость, не приказ. Что-то сильнее. Чувство, имя которому Таисса не могла найти. Так звучал бы голос её отца, если бы он по-настоящему переживал за неё.

– Форсаж, – резко сказала женщина. – Тор, живо!

Тор обхватил женщину, и пламя вырвалось из его ступней, когда он взлетел быстро и резко. Не просто реактивный движок – усовершенствованная модель…

Но Вернона было не остановить.

Он ринулся следом на сверхскорости, которая превосходила темп самой Таиссы, и ей ничего не осталось, как рвануться за ним, перехватив поудобнее катану.

И ахнуть, увидев, как Вернон беспомощно кувыркается в воздухе перед тем как, раскинув руки, рухнуть головой вниз.

Таисса с криком рванулась к нему. Вернон, что они с ним сделали? Они не успели к нему даже прикоснуться…

Внушение. На него тоже подействовали искусственным внушением, и сила была такова, что Вернон потерял сознание и упал. Но… они смогли повлиять на него? Даже на него, сильнейшего Тёмного в мире?!

А потом Таисса окончательно опешила, увидев, как незнакомка-Тёмная рванулась вслед за ним. Прикончить? Спасти? Похитить? Кто знает?

Таисса успела первой, подхватив Вернона на руки. Её шатнуло от слабости после внушения, но она удержалась в воздухе.

А потом она вскинула катану в свободной руке, удерживая тело Вернона правой. Потому что незнакомка-Тёмная приближалась.

– Только попробуй, – тихо, но чётко предупредила Таисса. – Я не позволю тебе пытать его, как Ника и моего отца. Никогда.

Горький смех.

– Ты думаешь, что я буду его пытать? Я?!

– А что тогда?

Женщина покачала головой:

– Неважно. Но его не получишь ты. Он женится на Хлое Кинни. И я поспособствую этому браку как могу.

Глаза Таиссы сузились.

– Почему?

– Потому, – загадочно сказала Тёмная. – Потому что я дам этому миру будущее. А «Бионикс» мне поможет.

– Что бы вы ни задумали, – вырвалось у Таиссы, – я вас остановлю.

– Попробуй.

С этими словами Тёмная рванулась в воздух.

Таисса проводила её взглядом. Нет, Вернону нужна была помощь, и в погоню Таисса отправляться не будет. Тем более что она ещё не знала, что случилось с Ником Горски. Жив ли он был вообще?

Таисса медленно и осторожно снижалась, придерживая безжизненное тело Вернона обеими руками, заглядывая в лицо. Закрывшиеся веки под длинными ресницами, незагорелые скулы, растрёпанные тёмные волосы и насмешливо-презрительный изгиб губ.

Лицо, которое скоро должно было принадлежать Хлое Кинни. Не ей.

Таисса не знала, зачем палачам её отца нужен был Вернон и брак с Хлоей. Смерти Вернону явно не желали, но их интерес к «Бионикс» Таиссе не нравился совершенно. А если Вернон потерял сознание от внушения…

Его корпорацию могут захватить. Вернон был в опасности. Они все были в опасности. И её саму явно очень невзлюбили.

Хотя… её хотели оставить в живых – из-за её крови. Что было невозможно. Её кровь могла быть им нужна только в одном случае: если бы они знали, что перед ними наследница Великого Тёмного, и хотели бы это использовать. Но об этом не знал никто. Только её отец, Лара, члены Совета и участники экспедиции: Харон, Хлоя, Вернон, Дир и она сама.

Харон. Чёртов наёмник. Если это он, когда-нибудь Таисса всё-таки его найдёт. Или предоставит эту честь Вернону: уж он точно захочет сказать наёмнику пару ласковых слов по поводу удара током в их прошлую встречу.

Или не Харон? Кто ещё мог рассказать им, если её отец и Совет никогда не пошли бы на такое?

Вернон шевельнулся в её руках. И коротко застонал, вскидывая ладонь ко лбу.

– Что это было? – пробормотал он.

– Внушение?

Он покачал головой:

– Не знаю, но, похоже, я чертовски уязвим к этой дряни. Спасибо, Пирс.

Таисса осторожно отпустила его, придерживая за плечо, и он невесело улыбнулся:

– Так плохо выгляжу?

– Что ты, – без улыбки сказала Таисса. – Твоё фото можно хоть сейчас посылать во все журналы.

– И напечатают же, – совершенно серьёзно согласился Вернон. – Эксклюзив, как ни крути.

Он огляделся, и его взгляд упал на выбитое окно в здании.

– Я вытащил их обоих из палаты и сдал Ника медикам, – выдохнул он. – Это я сделать успел. Но я чертовски испугался за тебя, Таисса-фехтовальщица. Куда ты полезла?

– Мстить, – коротко сказала Таисса. – А ты не полез бы? Если бы пытали твоего отца? Твою мать?

По лицу Вернона прошла короткая судорога.

– О моих отношениях с отцом ты знаешь, – непривычно усталым голосом сказал он. – А мою мать приплетать не стоит. Я бы всё отдал, чтобы хотя бы её увидеть её лицо.

– Я знаю, – тихо сказала Таисса. – Прости.

Вернон провёл рукой по её щеке. Они висели в холодном зимнем воздухе, но в прикосновении его пальцев было живое тепло, и Таисса на миг закрыла глаза, поддаваясь ласке.

– Всё будет хорошо, – сказал он негромко. – Если эти мерзавцы нашли какой-то способ ломать наш разум, я найду для нас щит. Или уничтожу их генераторы до последнего винтика.

– Как они смогли? Ведь ты…

– Самый сильный Тёмный в мире, знаю, – отмахнулся Вернон. – Не нужно лишних слов, детка. Я сам не понимаю, как это произошло. Я…

Он прикусил губу, не глядя на неё.

– Это очень странно, – тихо сказала Таисса. – Даже на меня их внушение повлияло не до конца: я смогла его скинуть. А я ведь слабее тебя.

– Интересно.

Они посмотрели друг на друга.

– Есть шанс, – задумчиво сказал Вернон, – что эту штуку делали специально под меня. Ничто другое не объясняет моей реакции. Тебе должно было сделаться хуже, чем мне. Без вариантов.

– Или же, – осторожно сказала Таисса, – ты слабеешь.

– Или я слабею, – тихо сказал Вернон. – Хотя другие Тёмные, принявшие инъекцию, сохраняли способности до конца. – Он пожал плечами. – Но всё возможно. Неучтённый фактор? Или просто слабеет действие инъекции, слабеет моё тело, слабеют способности, слабеет защита от внушения и близится смерть? Придёшь на похороны?

Таисса хмыкнула:

– Я думала, сначала свадьба.

– Хлоя, кстати, очень не хочет тебя там видеть. Но раз уж там будут как минимум трое её… хм… деловых партнёров…

Вернон подвигал бровями, изображая пальцами в воздухе кавычки так забавно, что Таисса невольно рассмеялась.

– Кстати, – тон Вернона стал деловым. – Торжественный приём сегодня вечером. Бал-маскарад. Ты обязана прийти.

Таисса моргнула:

– Это ещё по какому поводу? И зачем там я?

– Прототип мобильного силового поля, детка. Мы официально представляем его миру. А ты, как-никак, была одной из первых, кто его протестировал. В космосе, осмелюсь заметить.

Таисса помолчала, собираясь отказаться. Если её отцу станет хуже… если операцию всё-таки перенесут…

А потом взглянула в глаза Вернона. Серые, насмешливые, ждущие её ответа глаза.

В которых ей запрещено было тонуть. А ему – даже брать её за руку.

– Твоя невеста, – тихо сказала Таисса. – Я о ней помню. А ты?

Глаза Вернона едва заметно сузились.

Потом он кивнул:

– Я не забуду.

Их взгляды встретились, и Таисса чуть наклонила голову:

– Тогда я приду.

А потом она вспомнила о Нике Горски, который находился в руках врачей в эту секунду. И об отце, который тоже мог стать жертвой атаки.

– Пора возвращаться, – негромко, но решительно сказала она.

Вернон вздохнул:

– Да уж. Мне предстоит совещание по безопасности, а потом я, пожалуй, попробую поистязать свои хвалёные сверхспособности. Проведу несколько тестов и посмотрю, насколько я ослаб. Повычисляю, сколько спортивных автомобилей я могу поднять на кончике указательного пальца и так далее. Кстати, рассказать тебе, что ещё я могу сделать одним пальцем?

Таисса закатила глаза. Рука Вернона снова скользнула к её щеке, но он опустил руку на полпути.

– Дурацкое чувство, да? Когда хочется, а нельзя?

– Младшей женой я к тебе точно не пойду, – согласилась Таисса. – Полетели.

– Полетели, – откликнулся Вернон. – И, Пирс?

– Да, Лютер?

– Спасибо, что спасла мне жизнь.

Они полетели вниз одновременно, и их руки потянулись друг к другу сами.

Но тут же расплелись, едва успев соприкоснуться.

_________

«Венец Тёмной изгнанницы» – пятая книга серии. Первая книга серии – «Принцесса Тёмных».