Глава 26
11 декабря 1192 года от Р.Х., Портсмут
Ряды конницы, пехоты, лучников занимали весь берег. Видимо граф Хэмпшерский, которому доложили о огромном неизвестном отряде, который идёт к его берегам на большом количестве кораблей, резонно решил подстраховаться и выставить спешно собранное войско.
Я искоса посмотрел на Ричарда, который стоя на носу нашей ведущей галеры, одетый в одежды, которые я ему подготовил, раздувал крылья носа, глубоко вздыхая воздух. Всего несколько сот метров разделяли его от берега, где он был полновластным правителем, но правда по факту никогда им не был, проводя время в походах и сражениях. За него постоянно кто-то выполнял обязанности на троне Англии. Но это уже было не мне решать, кому как жить.
— Поднять баннер! — приказал я, и на вершину мачты взметнулись два золотых льва на красном поле.
На том берегу недолгое время царило молчание, затем заиграли трубы и войско в едином порыве бросилось к берегу. Встречали короля, как это не банально звучит, по-королевски. Едва стало понятно, что опасности нет, из города толпами стал вываливаться народ, приветствуя своего повелителя. Моментально рядом с ними выстроились дворяне, рыцари, окружая его и оттесняя нас, тех кто прибыл с ним. В городе, не смотря на просьбы и ликование народа, он пробыл недолго, отправившись дальше. Я попросил капитанов немного отдохнуть после долго перехода, дать отдых команде, а затем обойти по восточному побережью Англию и прибыть в Лондон, где я буду их ждать. Сейчас мне нужно было быть возле короля, пока он не забыл какую роль я сыграл в его доставке сюда, а это было весьма возможно, глядя как его свита обрастает дворянами всех возможных мастей при его выдвижении в Лондон.
Правда, я вскоре убедился, что зря так плохо думал про Ричарда, который едва огромный отряд ступил на дорогу из города, остановил коня, огляделся и найдя меня взглядом, поманил к себе, а дальше под ошарашенными взорами окружающих, подал руку и я привычно оказался на крупе королевской лошади.
Тихая зависть брала меня каждый раз, когда мы проезжали очередное селенье или город. Предупреждённые жители высыпали на улицы, и радостно встречали короля-крестоносца и так было на всём протяжении пути. Причём было видно, что они искренне всё это делают, и любят его, ведь никто их не заставлял и палками не выгонял на улицы. Похоже именно так и выглядела народная любовь.
* * *
В столице всё было ещё более пышнее и торжественнее. Его встречала вся высшая знать, а также жена и королева-мать. Правда меня немного покоробило, что уронив слёзы при виде матери, он весьма холодно поздоровался с супругой Беренгарией Наваррской. Я видел, как она украдкой всплакнула, когда он ушёл дальше, ведя матушку, а не её под руку во дворец.
Тут же всем сопровождающих короля раздали слуг, и те увели лордов в выделенные покои. Меня же он не отпустил от себя, чем вызвал удивление уже у местных.
— Дорогой сын, — высокая, статная и невероятно красивая даже в этом возрасте, королева-мать Алиенора Аквитанская, обратилась к Ричарду, окружённому свитой.
— Да матушка? — он повернулся к ней.
— А кто этот ребёнок? Которого ты так трепетно опекаешь? Я раньше не видела у тебя его в свите.
— Он не моя свита, — отмахнулся король, — это сын дожа Венеции, Витале Дандоло и он тот, кто спас меня от ареста проклятыми французами.
— Удивительно, — она перевела на меня взгляд, от которого у меня по всему телу мурашки пробежали, — а где тогда корабли, на которых ты приплыл? Нам ведь нужно достойно встретить его отца, который помогал тебе.
— Причём тут его отец? — удивился Ричард, — это он организовал поход, все десять галер сейчас принадлежат ему. Он их нанял и снарядил.
— Удивительно, — повторила она, — ты ведь наверняка расскажешь мне больше обо всём этом?
Женщина посмотрела на него.
— Матушка, сыграйте при случаи с ним в шахматы и расспросите, — Ричард отвернулся, поскольку рядом оказались три молоденькие, светловолосые девушки такой красоты, что даже у меня расширились глаза.
Дворяне спешили представить королю своих дочерей и ему стало не до разговоров с матерью.
— Молодой человек, могу я вечером воспользоваться предложением его величества? — женщина, пугавшая меня своей властной аурой, остановилась со мной рядом.
— Конечно ваше величество, — я низко поклонился, — во сколько вам будет удобно меня принять?
— Думаю, после захода солнца лучшее время, — ответила она и пошла туда же куда направился Ричард, за ней стайкой направились фрейлины и другие придворные дамы.
Я остался один, и ко мне тут же подошёл разодетый в королевские цвета слуга.
— Уважаемый господин хочет осмотреть свои покои? — поклонился он мне.
— Веди, — кивнул я, по пути решив выяснить несколько деталей, — мои вещи должны быть у отряда, который прибыл со мной.
— Они уже у вас в покоях господин, — он снова поклонился, — ваши люди, как мне сказали, размешены в городских казармах, пропитание им также будет обеспечено.
— «Гляну куда меня поселили и пойду проверю, что это так», — решил я.
Мы прошли совсем недалеко и пройдя два кольца охраны, остановились у высоких, украшенных позолотой дверей.
— Прошу.
Зайдя внутрь и осмотревшись, я удивлённо повернулся к нему.
— Это как-то через чур для меня одного, вы уверены, что мы пришли в нужное место?
— Прямое распоряжение его величества королевы-матери, — он низко поклонился, с почтением выговаривая её титул.
— Ладно, выделите мне кого-то, кто проводит к моему отряду, — я покачал головой, поскольку здесь мог разместиться наверно целый полк, настолько огромным было помещение, с множеством комнат и предметами мебели.
— Конечно, я дам вам слугу.
Вскоре я действительно убедился, что матросов и сержантов хорошо устроили, накормили. Так что передав их капитану кошелёк с серебром, сказал.
— Как только прибудут галеры, вы получите двойное жалование, не говоря уже про собранные трофеи, поэтому постарайтесь до этого времени не затевать драк с местными.
— Будет исполнено господин Витале, — склонил он голову.
* * *
Мне выделили двух слуг и даже личного пажа, который бегал, выполняя мои распоряжения. С собой у меня было минимум вещей, пока не прибудут корабли, так что к вечеру нужно было подготовиться и выглядеть соответствующе обстановке. Всё же не к кухарке на чай иду.
Когда настало уговоренное время, я повесил на себя цепочку, с огромным изумрудом, и подпоясался выходным серебряным поясом, набранного из толстых колец. Прихватив с собой подарок королеве, я повернулся к пажу, который пожирал меня восхищённым взором. Хмыкнув, я показал ему показывать путь.
Я думал, что мы пойдём куда-то далеко, а оказалось, что нужно было пройти всего-то мои апартаменты и наткнуться охрану, которая попросила показать меня, что я несу, поскольку мы упёрлись в покои королевы-матери. На всё ушло не больше пяти минут. Отправив вперёд пажа, я убедился, что меня ждут и только после этого вошёл внутрь, отпуская его и давая молотую монету за труды. Тот выпучив глаза, схватился за неё обеими руками.
— Ваше величество, рад вас видеть в добром здравии, — поклонился я, стараясь не уронить большую коробку в своих руках.
— Господин Витале, — она показала рукой на стол, напротив себя, — прошу.
Было несколько стеснительно быть единственному мужчине среди как минимум двадцати девушек и женщин, которые наблюдали за мной, так что я достал коробку, и поставив её стол, спросил.
— Могу я преподнести его величеству подарок?
Она милостиво кивнула. Я безжалостно разламывая рейки и разрывая ткань, достал сначала тяжёлую шахматную доску на высоких ножках, выполненную из какого-то единого массива зелёного полудрагоценного камня, затем коробку с фигурками из слоновьей кости. Чёрные фигуры имели серебряные украшения и плащи, белые фигуры были выполнены со вставками из золота.
— Фух, тяжеленая, — установив доску и расставив фигуры, я наконец уселся напротив королевы-матери.
— Могли бы поручить это пажу, — она знакомо подняла бровь.
— Ага, а если он её бы уронил? — удивился я, — как он возместил бы мне тысячу шиллингов?
Щека королевы дрогнула, и она по-другому посмотрела на доску, хотя и без озвученной цены было видно, что она точно очень дорогая. Взять даже мельчайшие детали из драгоценных металлов, которыми были украшены фигуры. Я конечно за неё не платил, как и за большинство подарков, которые просто забрал себе в сокровищнице отца, но это не умаляло того факта, что это была дорогая и статусная вещь.
— Предлагаю не терять время и начать партию, — предложил я, — можете выбрать цвет ваше величество, мне без различно за кого играть.
Она остро посмотрела на меня, после этих слов.
— Тогда играйте за белых, у них королевские цвета, — предложила она, и в голосе послышался намёк.
Я пожал плечам и сделал ход, затем она, и уже через двадцать ходов, я передвинув ладью, объявил.
— Мат королю, ваше величество.
Она вздрогнула, осматривая поле, затем требовательно сказала.
— Ещё!
Мы расставили фигуры и я снова выиграл. Тут она, поняв, что это неслучайность, прикрыла глаза.
— Как-то неожиданно встретить в ребёнке, такого сильного противника, господин Витале.
— Вы так схожи в своих словах с султаном Салах ад-Дином ваше величество, представляете, он сказал мне тоже самое.
Она открыла глаза и взмахнула рукой.
— Все вон.
Фрейлины, толпясь, бросились из комнаты прочь.
— Кто вы господин Витале и главное, чего мне от вас ждать? — совершенно по-взрослому спросила она, отодвигаясь от шахматной доски.
— Мне просто нравится Ричард, — я пожал плечами, — немного сумбурный, очень горячий, но невероятный полководец и главное — хороший король.
— Как схожи оказывается наши взгляды, — она удивлённо на меня посмотрела, — чего же тогда хотите вы? Как я поняла, золото вас не интересует?
— Ваше нет, — улыбнулся я, — и если уж мы заговорили начистоту, то меня больше сейчас интересует вопрос, почему Ричард так холодно относится к своей жене? Я видел, как она плакала сегодня, когда он на встрече не удостоил её и взглядом. А поскольку, как я слышал, именно вы её подобрали ему в жёны, то мне вдвойне удивительно, почему вы позволяете этому происходить. Такими темпами в Англии не будет законного наследника, с его-то страстью к военным походам, если не брать конечно в расчёты, второго вашего сына.
— Я пробовала, — она серьёзно на меня посмотрела, — но вы сами знаете Ричарда.
— Если вы окажите мне помощь, я могу всё устроить, — спокойно ответил я, а когда её глаза стали расширяться, быстро поправился, — не улучшить их отношения конечно, а выполнить супружеские обязанности друг с другом.
— Мне уже интересно, как вы это сделаете, — улыбнулась она очаровательной улыбкой.
— Да кстати, — вспомнил я, — не будет проблемой моё проживание в королевском дворце, если меня скоро отлучат от церкви? Может быть мне лучше тогда снять отдельный домик?
Алиенора Аквитанская видимо устав удивляться за сегодняшний вечер, потёрла виски.
— И за что же? Позвольте полюбопытствовать?
— Так за Ричарда же, — развёл я руками, — Папа хотел его принародно линчевать, за проваленный крестовый поход, а мне показалось, что он не так уж в этом и виноват.
— Хм, и откуда же у вас такие сведения? — поинтересовалась она.
— Так Папа и пообещал, — я пожал плечами, — я был в Риме и мне сказали, что как только я прибуду с королём в Англию, меня сразу же экскоммуникацируют.
Её веко дрогнуло.
— Вы и со Святейшим отцом успели пересечься?
— Не в этот раз, а в первый, когда он сделал меня своим легатом, — и тут я увидел, как королева внезапно замахала руками.
— Всё, господин Витале, прекратите. Я больше ничего не хочу знать. Вы с вашими чудовищными тайнами, ещё и меня с собой в ад заберёте.
Я почесал затылок.
— Это вполне возможно.
— Давайте тогда просто сосредоточимся на продолжении королевского рода, — попросила она, — можете обращаться ко мне за любой помощью, я отдам соответствующие распоряжения. Для вас время посещение моих покоев не ограничено.
— Хорошо, благодарю вас, ваше величество, — я, понял, что сегодня и так слишком много сказал, поднялся и низко поклонившись, вышел из комнаты.