Глава 21

Две недели спустя…

– И она просто так уехала?! – офигевает Дана, когда мы сидим в кафешке в центре города.

– Угу, – лопаю за обе щеки, – вещички собрала и свалила.

Эта беременность делает меня вечно голодной. Не только до тела моего Зверя, но и до всяких вкусняшек. После беседы с отцом я переехала к Марку. Папа отпустил с условием, что мой дикарь головой отвечает за нас с малышом.

– И ничего не попыталась напоследок вам испортить? Подгадить?

– Да нет… сама удивляюсь.

– А что Семенов?

– Уехал, говорят, в Эмираты. Но отец ведет переговоры о том, чтобы его экстрадировать. Расследование застопорилось.

– Мне жаль, подруга, – вздыхает Дана.

– Ничего. Просто хочу, чтобы это закончилось всё. И Жанна, и Семенов должны остаться в прошлом. А с этими следственными действиями ничего не выходит.

– Ну их! – отмахивается подруга, – лучше расскажи, как оно!

– Что? – не понимаю.

– Ну беременность? Необычно же, да?

Пожимаю плечами.

– Да, особенно когда постоянно хочешь член и кушать, – смеюсь.

– Бедный Марк, ты его небось затрахала. Алиев видел его, бледного и иссушенного твоей страстью, – ржет Данка.

– Ой, да ладно, он и сам рад меня ублажать, – хихикаю.

– Естественно! Так долго ждал тебя…

– Папа удивил, конечно, – улыбаюсь, – я и представить не могла, как ему тяжело. Он страдал, но переживал боль по-своему.

– А почему в особняке не остались? И отцу твоему легче было бы…

Молчу. Я просто не захотела. Марк рассказал отцу о жучках. Но когда охрана начала осматривать дом, моя комната оказалась чиста. И папин кабинет. Никакого жучка, никакой секретной шпионской комнаты.

И это при том, что Жанна съехала спустя два дня. То есть, она не могла их убрать. Неужели не мачеха – инициатор слежки? Но кто тогда?

Это сильно напрягло Марка, но я наконец-то смогла выдохнуть. Хотя бы немного. Потому что стресс противопоказан в моём положении. Пусть мой Зверь этим занимается, а я буду типичной блондиночкой и больше никуда не полезу. Хватит с меня приключений!

– Хочу жить со своим дикарем, – мечтательно тяну, – готовить ему, следить за нашим гнездышком. Заботиться. Мне этого очень не хватало.

– Счастливая ты!

– Ага!

Я и правда очень счастлива сейчас. А папа… он, как всегда, погрузился в работу, чтобы пережить все эти пертурбации.

– А Валентина что? Ты всё еще у неё наблюдаешься?

– Да, а что?

– Ну, после того случая с девчонкой и похищением, я бы сомневалась.

– Отец не стал выдвигать обвинение против Камиллы и ее папы. Я уговорила его отступить. А вот тот урод, что ей воспользовался, получит по полной программе.

– Жуть. Вот же мы, девчонки, порой слепы из-за любви, – тянет Дана.

– А ты как? Переболела своим Алиевым?

– Нет. Не получается никак… – вздыхает она, – он меня на свиданку позвал.

– В один из своих притонов? – цокаю языком.

– Нет. В ресторан, – смеется она, – но я сомневаюсь. У него столько девушек было. Это как в общественный туалет сходить, понимаешь? Многие отговаривают, да и я сама… у меня не было еще парня. И я так нервничаю…

– Слушай, – накрываю её руку своей, – Алиев блядун, это знают все. Я допускаю, что твой к нему интерес вполне от сердца, но беспокоюсь. Если сомневаешься – откажись. Скажи ему «нет» и всё!

– Наверное, ты права… – вздыхает Дана.

– Ты хорошего парня встретишь! – восклицаю, – подаришь ему свою невинность, и он тебя ценить будет. Знаю, что к плохишам всегда тянет больше, но от них сплошная боль. А я не хочу, чтобы ты плакала.

– Крис, – всхлипывает, – ладно, я подумаю.

И почему мне кажется, что Данка меня не послушает?

– Тут папа еще внял словам Марка и нанял мне нового охранника.

– Иии?

– Ох, Кристина! Он просто бомбический! Рустам зовут, молодой перспективный. Военный. А глазааа… Криииис!

– Влюбилась в охранника? – выгибаю бровь, – Дана, Дана.

– Ты просто его не видела. Красавец! Выправка, глаза ледяные, черные! Ох! Жаль, сегодня он по делам отпросился.

Что же это за Рустам такой? Я обязана его увидеть и оценить!

Ближе к вечеру возвращаюсь домой. Залезаю в холодильник, открываю сайт с рецептами и начинаю шаманить. Готовлю сытный ужин для своего Зверя. Ему ведь на мне потеть всю ночь.

Иду в душ. Бреюсь, моюсь, привожу себя в порядок.

Укладываю волосы, крашусь и надеваю коротенький шелковый халатик. Достаю ароматические свечи, зажигаю, расставляю тарелки на столе. Мне так хочется сделать Марку хорошо!

И когда дверь щёлкает, по телу пробегает дрожь предвкушения. Мой дикарь, усталый, вваливается в квартиру. Ведет носом.

– Крошка Крис? – снимает куртку, разувается.

Подхожу к своему мужчине. Вдыхаю его мужской аромат. Тону во взгляде любимых серых глаз. Он долго меня целует, обвивает ручищами талию. Прижимает к себе.

– Я тебя ждала, милый, – шепчу ему на ухо, прикусывая мочку.

– Кристина… не стоило… пахнет обалденно!

– Но я хотела! Проходи. Надеюсь, это съедобно.

Он идет в ванную, а я накладываю ужин. Сытный салатик, запечённые мидии. Креветочный суп.

– Морепродукты, значит? – улыбается Марк, – решила поддержать мою потенцию?

– А то! Мне тут птичка напела, что ты весь несчастный, измученный. Будто я тебя приковываю наручниками к постели и трахаю ночами напролет, – смеюсь.

– Это недалеко от истины, за исключением наручников, принцесса, – Марк наворачивает за обе щеки.

Мне нравится смотреть. Как мой дикарь наслаждается тем, что я наготовила. В груди разливается тепло. Хочу быть обычной! Любить и быть любимой! Заботиться о своем мужчине, о его детях. Стать семьей, которой у него никогда не было!

– Обалдеть! – управившись с ужином, откидывается на стуле.

Подрываюсь убрать со стола, но Марк берет меня за руку.

– Я сам всё уберу, малышка. Иди ко мне.

Встаю, взмахивая густыми ресницами. Любуюсь тем, как серая радужка в глазах Зверя темнеет. Касаюсь пальчиками пояса халатика. Развязываю.

Марк издает шумный выдох. Рычит.

Распахиваю халат. Расстегиваю джинсы своего дикаря, выпускаю возбужденный член. Сажусь сверху.

– Боже… – выдыхаю, – какой ты большой…

– А ты узенькая и мокрая… малышка, ты когда-нибудь бываешь не возбужденной, а?

Мы так увлечены друг другом, что не замечаем, как стул под нами начинает шататься и опасно скрипеть. Ножка подламывается и…

Наши переплетенные в страсти тела летят на пол в весьма пикантном положении…

– ААА! – визжу, падая на сильное тело Марка.

Валимся на пол, с трудом сдерживаем хохот. И смех, и грех в одном флаконе!

– Нужно сменить мебель, моя не привыкла к таким секс-марафонам, – мужчина крепко меня сжимает, – не ушиблась?

– Странный вопрос, когда твой член всё еще во мне, – мурчу.

– Ты от страха меня так сжала, что я чуть не кончил, – хрипит он, подхватывая меня под попку и вставая вот так, со мной на руках.

– АХ! ООО! – обвиваю руками его плечи.

– Думала, меня это остановит? – сильные толчки становятся глубже.

Обожаю эту позу! Цепляюсь за Марка…

– Мне так нравится… ох… очень нравитсяяяяяяя! – кричу, кусая плечи мужчины.

– И мне нравится… ты такая раскрытая, принцесса, я могу с твоей киской что угодно делать… могу вот так…

Он выходит, начинает играть моим удовольствием. Входит лишь немного, одной головкой. Стимулирует крайне чувствительный вход во влагалище. Слегка задевает клитор.

– А могу так… – рычит, начиная грубо насаживать меня до самого основания.

– АА! ДА! АААААА! – не могу сдержаться, кричу, мечусь в сильных руках.

– Вот так, моя девочка… громче кричи… – рычит Зверь, жестко меня трахая.

Так жестко, что давлюсь слюной, задыхаюсь в криках. Лишь он так может! Он один! С ужасом понимаю, что лишь Марк важен для меня. И его малыш…

– Не останавливайся… боже… боже… я кончааааююю!

– Ты вся моя… МОЯ! – стонет мужчина, следуя за мной, заливая моё лоно горячей спермой.

Мы перемещаемся на кровать. Потом в ванную, затем снова в кровать.

Стоит глубокая ночь, когда я наконец-то чувствую себя опустошенной, удовлетворенной. Забираюсь на потное тело Марка.

– Сходили в душ, – улыбаюсь, – потом опять вспотели. Пошли мыться снова?

– Давай так полежим, – он обнимает меня, прижимает к себе, – как ты, принцесса? Врач сказала быть внимательной, а ты хулиганишь.

– Моё тело просит тебя, – мурчу, – что могу поделать?

– Ты всегда была очень активной. С первого же раза. Помнишь?

Я помню… горячие поцелуи, юношеское безрассудство. Страсть, рвущая на части, не дающая даже слова сказать. Я так хотела своего Зверя, что боль первого раза показалась мне раем.

Ведь Марк наконец-то взял меня. Сделал своей. Навсегда!

– Я была счастлива. Очень!

– И я… сколько себя помню, дрочил на тебя. Тогда чуть не слил в штаны от одного твоего согласия…

– Но ведь сначала ненавидел.

– Просто твой свет разгонял мою тьму, – он целует меня в макушку, – я хотел остаться в тени. Считал, что недостоин тебя, моя принцесса.

– Кто, если не ты? – мурчу.

Он усмехается, но не отвечает.

– Мне так хорошо с тобой. Так бы и осталась навсегда рядом, в постели.

– У нас будут сотни и тысячи таких ночей, малышка, – он гладит меня по голове, пропускает пряди сквозь пальцы.

Спать хочется.

– Завтра поедем кое-куда, – говорит Марк.

– Куда?

– Узнаешь. Сюрприз будет. А теперь спи, моя ненасытная принцесса.

Это утро кажется мне лучшим в моей жизни! Хотя, после переезда я каждое утро вижу так. Марк кухарит в одном фартуке, что-то напевает себе под нос.

Шлепаю по упругой мужской заднице.

– Ты очень сексуален, мой дикарь! – хихикаю.

– Садись, ешь, – ставит передо мной тарелку каши, кофе и круассан, – а потом я полижу твою киску, и мы поедем.

Мы завтракаем. Томно гляжу на Марка. Уверена, он станет крутым папочкой. После еды мой дикарь усаживает меня на стол и делает божественное куни. Как я вообще без этого всего год обходилась?

Мы едем куда-то за город.

Я слушаю музыку, глажу животик, напеваю себе под нос.

– Думаешь, он уже тебя чувствует? – улыбается Марк.

– Конечно! С чего ты взял, что там он?

– Мужик! – с уверенностью объявляет мой дикарь.

– Ну нет! – спорю, – там малышка. Маленькая копия папочки. С такими же серыми глазами.

– Ага, и такая же манипуляторша, как и мамочка, – Марк целует мою руку, – приехали, принцесса.

Открывает мне дверь, мы выходим. Вокруг возвышается густой хвойный лес. Аромат потрясный! Вдыхаю полной грудью.

– А что мы забыли в области?

– Вот что, – мужчина достаёт повязку и надевает мне на глаза.

– Хм…

– Так эффект будет куда мощнее, – целует меня в щеку и берет за руку, – пойдем, крошка Крис. Доверься мне.

Чувствую свежую траву под ногами. Затем она переходит в хруст гальки. Писк, затем Марк тянет меня влево.

– Пришли, малышка, – аккуратно развязывает мне глаза.

– Что это? – сердце пропускает удар.

Марк привел меня к дому. Небольшому двухэтажному особнячку с милым кованым забором. Большой участок немного запущен, но видно, что раньше здесь был пышный сад.

Чуть поодаль просторный гараж. Там стоит машина.

– Это же… МАРК! Это…

– Да, крошка, наш дом. Я вчера оформил сделку. И там же подарок от твоего отца. Пришлось перекрасить, ты же красный не любишь…

Он тянет меня к гаражу, где стоит белая спортивная машинка.

– Боже…

– И последнее, – мужчина встаёт на одно колено, протягивает мне кольцо, усыпанное бриллиантами, – принцесса. Ты выйдешь за меня замуж?