63. Вера. Маленький принц

«Можешь не переживать, я присматриваю за Олимпиадой Львовной».

Читаю сообщение от Ксюхи и набираю свое.

«Спасибо тебе».

Ксюха снова строчит что-то.

«Че врачи говорят?»

Перевожу взгляд в окно. Клены приветливо машут листьями, но гулять мне пока нельзя.

Что говорят врачи… А что они скажут в инфекционке?

Повезло, что не менингит. Повезло, что вовремя обратились. Повезло, что молодая.

Кругом одни плюсы.

Соседка по палате привлекает мое внимание.

— Сигареты не принесли?

Качаю головой, и она тут же поджимает недовольно губы.

Этой всё неймется. Если бы я ее слышала, то уже на стенку бы полезла: до чего непробиваемая баба.

В каждой передачке у нее пачка, которую демонстративно забирает медсестра, а потом еще пять минут выговаривает этой дуре, что с ее анамнезом нельзя курить. Грозится, что в следующий раз к ней придет заведующая моргом и покажет легкие курильщика.

Думаю, принеси та самая заведующая ей недельный труп — не проймет.

К счастью, все эти разборки проходят в абсолютной тишине.

Ага, я дико везучая.

Убираю телефон на тумбочку и отворачиваюсь к стенке. Сжимаюсь в комок и закрываю глаза.

Мне очень-очень повезло.

Ближе к вечернему обходу к нам заходит медсестра.

— Собирайся, Зайцева, тебя переселяют, — сообщает она мне и выжидающе стоит рядом с койкой.

— Куда?

— Куда надо.

Посчитав, что и так слишком много со мной возится, она отворачивается и снова отчитывает мою бедовую соседку.

Забираю свои скромные пожитки и иду следом за медсестрой.

Палата, куда она меня приводит, больше похожа на комнату в какой-нибудь гостинице. Больничная койка, свой душ и туалет, даже место креслу нашлось и телевизору.

Сердце взволнованно стучит, когда я думаю о том, кто мог мне обеспечить випку.

— Вот, держи.

Медсестра передает мне пакет. Тяжелый.

Заглядываю внутрь. Шоколад, пакеты дрип-кофе, фрукты, книги.

— Вы знаете, кто мне это всё организовал? — спрашиваю у медсестры.

Та недовольно хмурит брови.

— Мне какая разница?

Отдаю ей пачку кофе и конфеты:

— Возьмите, пожалуйста.

Добреет и отвечает уже с намеком на улыбку:

— Я не видела, но девчонки с поста говорят, что какая-то очень представительная дама просила. В общем, располагайся. За конфеты спасибо. — Она кивает мне за спину. — Если что нужно будет, кнопку нажмешь на панели.

Я остаюсь одна с ворохом вопросов в башке и нерациональной обидой в груди.

А чего ты ждала, Зайка? Что твой мажор что-то поймет и примчится сюда? Очнись, это не твоя история. Да и зафиналили вы ее красиво.

Осознание этого жжет в груди каленым железом.

Сажусь на широкий подоконник и смотрю в закатное небо.

Женщина…

Наверняка это МамЛера.

Грустно улыбаюсь и беру в руки телефон. Нужно же поблагодарить за заботу.

Пока я медитирую на экран, падает уведа от Ксюхи.

«Кент твой, кстати, приходил сегодня. Я ничего не сказала, если че, но в рожу плюнуть хотела».

Руки трясутся, а сердце сбивается с ритма и проваливается в желудок.

Тим? Зачем он искал меня?

Я так и не решаюсь задать этот вопрос Ксюхе.

Но зато до меня доходит, что за женщина могла организовать мне отдельную палату.

Попрошу пакет, откладывая в сторону продукты и всякие бытовые мелочи.

Удивленно смотрю на книги, читая названия: «Маленький принц», «Гордость и предубеждение», «Разум и чувства», «Отцы и дети», «Анна Каренина». С пожелтевшими страницами и тем самым, непередаваемым запахом: пыли, воска и типографской краски. На форзаце каждой крохотный оттиск штампа — в вензелях угадываются буквы «А» и «С».

Делитесь со мной своей личной коллекцией, Анастасия Романовна?

Еще раз перечитываю названия. Интересный выбор.

Или все-таки намек?

Грустно усмехаюсь, поглаживая корешок Принца. Я знаю сюжет этой истории и помню капризную Розу.

Тонко, очень тонко, Анастасия Романовна. Но не в кассу.

Я не нуждаюсь в заботе и на такие провокации больше не ведусь.